Глава 9

Темнота сгущалась стремительно, так что спустя несколько секунд я не видела уже никого, кроме парня рядом с собой. Как будто погасли вдруг все светильники, за исключением того, что завис прямо над нами.

Я подняла глаза. Ой, нет… этот тоже погас. Вместо него над нами в кромешной тьме разгоралась россыпь сияющих точек – как будто мы смотрели на далекие звезды, только складывающиеся в совсем незнакомые созвездия.

–  Это пыльца, –  сдавленно пробормотал Роан.

–  Что? –  вздрогнув, я перевела взгляд на него.

–  Фейская пыльца, –  пояснил он.

И вот теперь я тоже увидела. Пыльца поднималась с его… то есть с нашей одежды, медленно разгораясь и зависая в воздухе высоко над нами.

А читальный зал вокруг будто исчез, растворившись в глубоких тенях. Остался стол, за которым мы сидели, но и от него теперь было видно только один край.

Толстая книга, лежавшая передо мной, вдруг тоже поднялась в воздух, а потом резко сменила траекторию и отлетела в сторону, канув куда-то  в темноту.

Я зажмурилась.

–  Карратонораил будет убивать нас особенно изощренным способом, –  обреченно констатировал Роан. –  И вырастит сорняки на наших могилах!

–  Возможно, даже ядовитые, –  я, сглотнув, покивала. –  Или крапиву.

–  Репейник!

–  Чертополох!

Впрочем, в следующую секунду мне стало не до ботаники. Потому что стул подо мной внезапно шевельнулся –  и тоже взмыл в воздух! Я, взвизгнув, вцепилась обеими руками в сиденье под собой. Роан попытался ухватить меня за ногу, но стул резко развернулся, едва не съездив парню по носу, перелетел через стол и приземлился с его противоположной стороны.

Теперь я сидела прямо напротив Роана, упираясь коленками в заднюю стенку стола.

–  Да что за…

Выругаться как следует я не успела.

Потому что между нами на столе вспыхнули непонятно откуда взявшиеся свечи –  две штуки. А еще блеснули стеклом высокие бокалы, в которых булькнуло что-то шипучее.

Роан, наклонившись, подозрительно понюхал содержимое ближайшего бокала.

–  Лимонад…

Да… крапивой тут не обойдется. Кажется, мы нарушили все мыслимые и немыслимые библиотечные запреты. Не по своей воле, конечно, но кто сказал, что нам дадут слово для оправдания?

Я нахмурилась.

–  Это что –  свидание по-фейски? Перебор с романтикой!

–  Думаешь, феи на свиданиях пьют лимонад в библиотеке при свечах? –  парень чуть приподнял брови. –  И при чем тут романтика?

–  В смысле –  при чем? –  я действительно изумилась. –  А как, по-твоему, вообще должно выглядеть свидание?

–  Ну… –  тут эльф пожал плечами, –  пригласить девушку на прогулку под звездами в живописное место. Совершить ради нее какое-нибудь безумство. И принести в дар что-нибудь бесценное.

–  Так… –  я потерла руками виски.

Не то чтобы я была специалистом по свиданиям. Честно говоря, скорее даже наоборот. Я же жила с родителями… родителями-драконами. Вдобавок мой папа –  ректор академии. В общем, честно говоря, всю жизнь парни попросту боялись ко мне подходить. Какие там свидания! Чтобы ухаживать за дочерью Тейона Тариуса, нужно иметь ну очень серьезные намерения. Или не начинать вовсе. Да со мной даже дружить не каждый решался.

В том числе и поэтому я хотела уехать учиться подальше. Ну какая может быть личная жизнь при такой семье!

В общем, познания о том, каким может быть свидание, у меня сугубо теоретические. Но в моем представлении свидание –  это… хм, свечи на столе, что-то шипучее в бокалах, романтичная тихая музыка…

Вот звезд в этой воображаемой картинке не было.

–  Думаю, фейская магия объединила наши с тобой представления об идеальном свидании, –  предположила я. –  И получилось… вот это.

–  Похоже на то, –  мрачно согласился Роан. –  Значит, это ты заказала лимонад?

–  А ты испортил освещение! –  я ткнула пальцем в “звезды” над головой. –  Можешь начинать совершать безумства!

Я попыталась встать –  и почувствовала, что будто приросла к стулу. Ни единого звука, кроме непонятно откуда льющейся музыки, до нас по-прежнему не доносилось. Мы синхронно оглянулись, вглядываясь во мглу вокруг.

–  А как ты думаешь, –  мне вдруг пришла в голову еще одна страшная мысль, –  сколько должно длиться идеальное свидание?

Парень глянул на меня чуть расширившимися глазами, и я сглотнула. Надеюсь, гулять под звездами полагается все же не до утра?

Ну или… сидеть за столом с лимонадом. Хм, и почему я никогда не думала о том, что кроме бокалов на столе должно быть что-нибудь еще? Хоть бы плюшек каких себе назагадывала, все веселее бы было!

На мое счастье, парень неопределенно пожал плечами.

–  Как-то не задумывался об этом. Подозреваю, что мы должны выполнить какую-то программу. Иначе магия нас не отпустит.

–  Какую еще программу?! –  я схватилась за голову.

–  Сама думай, что там полагается делать на твоем идеальном свидании? Я не могу совершать безумства, прилипнув к стулу!

–  Ээээ… –  я попыталась представить. Так. Свидание… –  Ну… держаться за руки. Говорить… о всяком. Смеяться…

–  Ухаха, –  мрачно сказал Роан.

–  Незачет! И комплименты. Ты должен говорить комплименты!

–  Ты редкая заноза! –  немедленно отреагировал он.

–  Это не комплимент!

Нет, ну что он, меньше меня хочет освободиться от фейского колдовства? И вообще, неужто сложно сказать что-нибудь приятное?

–  Это констатация факта! –  эльф вздохнул, окидывая меня задумчивым взглядом. –  Ладно… я попробую. У тебя… ммм… красивые волосы. Если бы не этот кошмарный розовый цвет…

–  Подсказать адресок салона? –  я с вызовом чуть наклонила голову.

Волосы у меня русые, но еще в детстве я покрасила кончики в розовый цвет. В магическом салоне красоты меня заверили, что краска не смоется без специального растворителя. Более того, можно сколько угодно стричься –  кончики всегда будут розовыми. Мама тогда разрешила мне это сделать, надеясь, что мне скоро надоест. Мне и надоело. Год спустя в том же салоне я перекрасила кончики волос в зеленый. А еще через год –  в фиолетовый. Сейчас снова вернулась к розовому –  и меня это совершенно устраивало!

Ну да, эльфы, насколько я знаю, вообще никогда не красят волос, считая это вульгарным. Они за естественность. Но кто бы еще спрашивал их мнения! Подозреваю, что и мой природный русый тон в их представлении не слишком красив.

–  Кстати, ты вообще в курсе, что такое комплимент? Я думала, в этом-то эльфы мастера!

–  Еще бы! –  Роан закатил глаза. –  Меня учили вести куртуазные беседы, это входит в обычное домашнее образование. Мой учитель по светскому этикету говорил, что в комплименте должна быть доля истины и небольшое преувеличение. Иначе прозвучит фальшиво и неискренне. И я искренне пытаюсь найти, за что зацепиться!

А вот это было уже попросту обидно.

–  То есть ты хочешь сказать, что во мне нет ничего красивого? –  я прямо-таки почувствовала, как потихоньку начинаю выпускать дым из ноздрей.

В моей семье это, кстати, не всегда метафора. Иногда и суровая правда жизни. Я, конечно, не драконица, зато точно знаю, какое выражение лица бывает у того, кто сейчас начнет пускать дым из ноздрей.

–  Нет, ну почему… –  взгляд эльфа скользнул по мне и замер где-то пониже ключиц. –  У человеческих девушек тоже есть некоторые… достоинства.

Теперь я отчетливо ощущала, как мои глаза наливаются кровью.

–  И глаза у тебя тоже ничего! –  поспешно добавил Роан.

Глаз дернулся. Мой, разумеется. Красивый.

–  Ты тоже ничего… местами! –  рыкнула я. –  Ну, уши длинные и все такое… Давай уже свою руку! Буду за нее держаться!

Руки мы друг другу протянули одновременно. И в то же мгновение, когда они соединились, раздался громкий чпокающий звук.

Я моргнула. Таааак…

Привстать мы попробовали тоже одновременно. Получилось! Не веря себе, я оглянулась на стул, отпуская руку парня –  и тут же неведомая сила будто ударила меня под коленки, снова пригвождая к стулу.

–  Кажется, руки лучше пока не расцеплять, –  сказать что-нибудь менее очевидное этот остроухий, конечно, не мог.

Мы снова взялись за руки и встали. Так, сцепившись, отодвинули подальше стулья и боком дошли до края стола.

И уже собирались сделать шаг друг к другу –  ну, так просто удобнее идти! –  когда я споткнулась обо что-то.

Роан подхватил меня у самого пола, одной рукой, не отпуская вторую  –  наверное, со стороны это могло бы выглядеть как фигура парного танца, если бы было кому смотреть. Тем более что музыка продолжала звучать.

Кстати…

–  Танцы, –  сдавленно сообщила я. А куда деваться?

–  Что танцы? –  эльф все еще придерживал меня за талию.

–  Они тоже должны быть в программе!

–  Да чтоб тебя, –  пробормотал он и прижал меня чуть теснее, перехватывая руку. –  Что хоть танцуем?

–  Понятия не имею, –  я пожала плечами. –  Вообще не знаю ваших эльфийских танцев. Но уверена, что если не отдавлю тебе ноги, это будет уже зачет!

–  Ну если так ставить вопрос…

Он вдруг развернулся, продолжая неотрывно смотреть мне в глаза.

Музыка зазвучала громче, а “звезды” перемещались следом за нами. Теперь мы танцевали на совершенно пустом пространстве в единственном пятне света, окруженные непроглядной темнотой. Музыка то затихала, то ускоряла темп, отстукивая резкий ритм, а мой партнер… импровизировал. Наверное. То есть раскручивал меня, подбрасывал и наклонял к самому полу. И меньше всего это походило на чинные эльфийские танцы –  по крайней мере, как я их себе представляла.

Когда-то мама рассказывала мне про танго –  танец из нашего с ней родного мира. Я никогда не видела настоящего танго вживую –  или, по крайней мере, не помнила об этом. Но почему-то сейчас подумалось именно о нем.

Ни единого шанса наступить ему на ногу Роан просто не давал. Потому что он вел в этом танце, и мне оставалось только расслабиться и следовать за ним. В какой-то момент начало казаться, что я предугадываю его движения и даже дышу с ним в такт. А потом поняла, что и сама могу задавать тон. Я отступала –  и парень следовал за мной. Я приближалась –  и он отступал. Я разворачивалась –  и чувствовала его руки на своей талии. Все это –  ни на миг не расцепляя взглядов.

Музыка взвилась куда-то к звездам, я, подчиняясь ее ритму, отступила на шаг, а Роан плавным текучим движением опустился на одно колено,  склонив голову и не выпуская моей руки, –  и все затихло.

Секунду я стояла, не шевелясь.

–  Как думаешь, –  начала почему-то шепотом, –  уже можно отпускать руки?

–  Я бы не рисковал, –  парень оказался снова на ногах в мгновение ока. –  Кто знает, далеко ли мы ушли от проклятых стульев!

–  Тоже верно, –  я вздохнула.

Мы разом повернулись, глядя куда угодно, только не друг на друга, и одновременно сделали шаг.

Чтобы тут же ошарашенно остановиться.

Потому что мы точно были уже не в библиотеке. Под ногами пружинила земля, а вокруг становилось все светлее.

–  Живописное место, говоришь? –  процедила я.

Живописное место оказалось знакомым до боли.

Живописное, тут вообще не поспоришь.

Что вообще может быть живописнее трижды проклятого поля звездоцветов!

Мы стояли ровно посреди поля, и на секунду у меня помутилось в глазах –  показалось, что где-то рядом точно должен появиться магистр природников, чтобы оценить, сколько мы успели прополоть за очередной вечер отработки.

Однако на поле мы были одни. Вечерняя темнота успела сгуститься, и цветы испускали сейчас фосфорическое сияние, причем я заметила, что внешние лепестки соцветий светятся густо-золотым цветом, а центральные –  молочным.

А еще вокруг снова разливалась музыка. Какая-то… странная. Во всяком случае, я никогда такой не слышала. В ней как будто не было какой-то определенной мелодии или ритма, и в то же время эти звуки воспринимались именно как музыка, под которую хотелось блаженно улыбаться и кружиться в лунном свете…

Осознав последнюю мысль, я запрокинула голову. Так и есть. Полнолуние! Так вот как поют звездоцветы.

Главное, не поддаваться этому их мороку. Потому что если мы тут начнем выплясывать, собственно звездоцветам-то и хана. Ну, сначала им, а потом нам, как только природники вытоптанное поле увидят.

Мы с Роаном переглянулись и кивнули друг другу. Жить хотелось. Поэтому мы очень осторожно, высоко вскидывая ноги, как цапли, двинулись к краю поля. Из эльфа цапля получилась живописнее –  у него ноги длиннее.

–  Как думаешь, –  почему-то шепотом спросила я, стоило нам оказаться у знакомого края поля –  того самого, с которого начинали прополку, –  если ты сорвешь мне цветочек, это зачтется за достаточное безумство?

–  Я думаю, –  парень тяжко вздохнул, –  план по безумствам на сегодня уже перевыполнен.

–  Да? –  я озадаченно чуть наклонила голову.

А Роан остановился, тяжко вздохнул и сунул руку за пазуху. Чтобы извлечь оттуда… книгу!

Ту самую книгу, которую библиотечный онт нам выдал, чтобы листать только в читальном зале и дышать через раз!

Я же точно помню, как она улетела со стола и упала куда-то в темноту. На пол. А потом мы танцевали и… и эльф падал на колено. Я-то думала, он выделывается, изображая романтику. А он там преступление совершал под шумок!

Нас точно убьют.

А ведь был такой правильный эльф! Вот так-то связываться с заклинательницей и боевичкой. Попал парень в плохую компанию.

–  Это же монография Мейраноса, –  зачем-то я констатировала очевидное, не торопясь брать в руки улику.

С другой стороны, не виноватая я! Он сам принес! И вообще, это все фейские чары.

Стараясь больше не думать, я торопливо сцапала монографию и сунула ее под мышку.

–  Думаешь, теперь мне уже можно возвращаться в общежитие? –  уточнила я.

–  Давай попробуем, –  парень только пожал плечами, и мы двинулись в сторону общежитского дерева.

…Мог бы и цветочек сорвать! Подумаешь, план у него выполнен. Все равно взыскание получать. Какая уже разница, за сколько преступлений. Зато я бы себе звездоцветом хоть дорогу подсвечивала. Несмотря на полнолуние, в лесу было темно.

Когда я в очередной раз споткнулась на какой-то кочке, Роан наконец обратил внимание, что что-то не так.

Молча прищелкнул пальцами, и над нами загорелся шарик света –  небольшой, но вполне неплохо освещающий дорогу.

А сразу так нельзя было сделать?!

Похоже, парень заметил и выражение моего лица.

–  Извини, –  прежде чем двинуться дальше, он еще и руку мне подал. –  Я все время забываю, что ты… ну, не можешь пользоваться нормальной магией.

–  Да ладно, –  я тоскливо вздохнула, прежде чем все-таки взяться за его руку. Глупо не принять помощь, когда предлагают. –  Я уже, если честно, начала думать, что сглупила, приехав сюда.

–  Почему? –  теперь споткнулся уже Роан. –  С ума сошла? Я слышал разговоры преподавателей. У тебя дар заклинателя, как не у всякого эльфа.

–  Угу. Только у вас программа –  ну, если не считать занятий по специальности –  вся только на эльфов рассчитана. Да, я придумала, что с этим делать, но не думала, что будет так… в общем, получается, что я на половине занятий дурака валяю. И все это понимают прекрасно. И я сама понимаю…

На самом деле дело было не только в занятиях, хотя и в них в первую очередь. Беда в том, что в Сайларе я встречалась со многими эльфами и считала, что легко смогу адаптироваться к их культуре. Только не учла, что там и они неизбежно привыкали к разнообразию разумных вокруг –  как и к тому, что у всех разные таланты. И даже к тому, что бывают разумные без магических талантов вовсе.

Но здесь, в эльфийской стране, живут только эльфы. Исключение –  редкие туристы, которых в святая святых допустили, послы иностранных государств и ученые. Для них всех создаются особые условия. Да и отношение к ним особое.

А я набралась наглости и приехала как обычная студентка. И поступала вроде как на общих основаниях. Как эльфийка. И ни на какое особое отношение рассчитывать не должна была.

Сейчас я понимала, например, что там, где магией владеют абсолютно все, минимальные бытовые чары осваиваются чуть ли не с пеленок. Способность очистить свою одежду или привести в порядок прическу –  это знания на уровне “как держать ложку”. В Сайларе никого не удивят, скажем, чернильные пятна на руках студента или брызги соуса на фартуке поварихи. А с точки зрения эльфов, ходить с пятном дольше минуты –  все равно что забывать помыться и плохо пахнуть. Потому что для эльфа почистить одежду –  вопрос одного щелчка пальцами. Неудивительно, что люди кажутся им ужасно неряшливыми! Даже в чем-то можно понять истоки эльфийского снобизма.

И так –  во всем, в каждой мелочи. Среди людей я –  пусть не полноценный маг, но обладательница необычной способности. А среди эльфов –  какой-то беспомощный инвалид…

Все это я неожиданно для себя вывалила на Роана, сбиваясь с мысли, перескакивая с одного примера на другой и отчаянно себя жалея при этом.

Мы уже давно дошли до общежитского дерева и стояли под ним, почему-то так и не расцепив рук.

–  Глупости! –  совершенно спокойно резюмировал парень, выслушав меня, и чуть пожал мне пальцы. –  Ты отлично справляешься. Серьезно. И преподы тебя хвалят. Я слышал разговор отца с твоим деканом. А насчет бытовой магии и прочего… ты знаешь, есть у меня пара идей. Только экспериментировать надо днем. Сейчас лучше…

Запрокинув голову, он взглянул на проглядывающую между ветвями луну, а затем –  на ствол общежитского дерева.

Ступеньки на нем по-прежнему были плотно прижаты к стволу –  так, что пройти по ним могла бы разве что белка. Хотя, может, эльф тоже смог бы. Но я-то не он!

–  Что мы там еще недовыполнили из программы? –  Роан опустил взгляд на меня, и я сглотнула.

Похоже, мысль пришла нам в голову одновременно. Можно по-разному представлять себе свидание. Но если все прошло успешно, то в конце парень провожает девушку и… целует ее у порога. И только потом можно прощаться и желать сладких снов.

Мммм… может, в щечку считается?

Я примерилась, как бы так половчее клюнуть.

Парень, кажется, не собирался облегчать мне задачу, продолжая меня разглядывать. И возвышался надо мной, между прочим, как жердь. Нет, мне что, в прыжке его целовать?

Откуда-то сверху тоскливо взвыло. Ой! Там бедный Сеня спуститься не может! Он-то спрыгнул бы без проблем, но, похоже, фея и его как-то там заперла. А ему, между прочим, гулять пора перед сном! Выгуливается он у меня вполне самостоятельно, уже наловшившись избегать прохожих, чтобы никого не пугать. Достаточно открыть дверь…

Из чащи на Сенин вой кто-то откликнулся, и пару секунд мы прислушивались к переливчатым руладам. А потом к ним присоединился еще и рев откуда-то неподалеку… из ямы с виверной?

–  Душевно, –  прокомментировал Роан.

–  Целуй давай! –  мрачно потребовала я. –  У меня там собака негуляна!

–  Аргумент, –  пробормотал эльф и наконец наклонился.

Когда у тебя не гуляна собака –  все твои планы на жизнь перестают иметь значение. Потому что… страшно, господа!

Поэтому раздумывать я не стала. Надо целоваться –  значит, надо. Стиснем зубы и… ой, нет, кажется, как раз стискивать зубы в этом мероприятии не полагается.

Честно говоря, опыта у меня с поцелуями не так чтобы много. Нет, я пробовала! Правда пробовала. Ну, бывают же на свете отчаянные экстремалы… или наивные первокурсники из провинции, которые еще не в курсе, чья я дочь. И которых, соответственно, надо хватать тепленькими, пока их не просветили.

Из собственного опыта я вынесла убеждение, что целоваться –  это, во-первых, мокро. А во-вторых –  быстро. Пока не застукали! Ничего такого, от чего знакомые девчонки закатывали глаза и говорили с придыханием, а у книжных героинь коленки подламывались, я не заметила. Может быть, просто надо очень тщательно выбирать, с кем целоваться?

Или просто целоваться с эльфами.

Наклоняясь ко мне, Роан таращился как-то уж очень удивленно. И… едва тронул осторожно губами уголок моего рта.

Ну нет, так не пойдет! В смысле… фея не засчитает же!

Я чуть повернула голову, скользнув губами по губам. И требовательно куснула.

Глаза Роана изумленно распахнулись –  а мои, наоборот, закрылись.

А потом… ну, в общем, оказалось, да –  подламываются. Коленки. Очень кстати, что парень подхватил за талию и притянул меня к себе –  так стоять оказалось гораздо легче. Зато ощущения стали еще острее. Я чувствовала разом прижатое ко мне твердое тело, неожиданно мягкие губы, нахальный чужой язык –  и даже не сразу осознала, где гуляли в этот момент мои собственные ладони. Слишком шумело в ушах, чтобы на чем-то сосредоточиться.

А потом что-то тренькнуло в воздухе –  будто оборвалась струна. И следом раздался треск, словно вокруг нас взрываются фейерверки. Я поневоле открыла глаза –  и увидела, как срывающие с нашей одежды серебристые искры взлетают в воздух и лопаются крохотными салютами.

Друг от друга мы с Роаном отпрыгнули одновременно, только теперь осознавая до конца произошедшее и одинаково изумленно друг на друга таращась. Оййй… это я ему волосы распустила? И рубашку из-за пояса вытянула… ой…

Краем глаза я заметила какое-то движение и повернулась к стволу общежитского дерева, под которым мы стояли. И как раз успела увидеть, как ступеньки, ведущие к моему жилищу, отгибаются, принимая уже привычную форму. Ура –  по ним снова можно ходить!

–  Кажется, чары феи признали свидание состоявшимся, –  как-то заторможенно и глухо проговорил Роан. Взгляд у него оказался слегка расфокусированным, будто он чего выпил.

–  Да, –  я медленно кивнула, пытаясь выровнять дыхание. –  Я… возьму книгу пока, да? Потом сама в библиотеку верну. Или вместе вернем.

Поискав глазами, я обнаружила драгоценную монографию Мейраноса в траве под ногами. Ага. Это я ее, значит, выронила, когда… слегка увлеклась. Самую малость.

Тут же, присев, подхватила книгу.

А что это сейчас было, я обдумаю позже.

–  Конечно! –  Роан торопливо закивал. –  Доброй ночи! И… ты… –  тут он запнулся, на секунду прикрыл глаза, а потом выдал и вовсе невероятное. –  Ты извини за… за то, что я наговорил. Ты на самом деле очень красивая. Мне просто почему-то нравится тебя бесить.

–  Да ладно… мне тоже понравилось тебя раздражать, –  неожиданно для себя признала я и протянула эльфу руку. –  Мир?

Он без колебаний за эту руку взялся –  только почему-то не стал сразу ее выпускать. И на секунду мы так и застыли, глядя друг другу в глаза…

А потом нам на головы рухнул центнер живого веса, а также меха, когтей и собачьего очарования.

Люблю я свою собаченьку. Люблю. Поэтому до сих пор и не убила!