Глава 10

Енот смотрел мне в глаза самым ясным невинным взглядом, какой только бывает на свете. Тончайшая батистовая рубашка Роана в его лапах светила красноречивыми дырами.

В то же время нельзя было отрицать, что она совершенно, безупречно чистая. Аж в глазах щиплет, такая белоснежная. А потому енот не понимал совершенно искренне, что мне не так.

–  Может, попробовать начать с чего попроще? –  тоскливо вздохнул Роан, печально оглядывая свое имущество, но не рискуя приближаться к еноту и его тазу.

На меня он сегодня очень старательно не смотрел. Как и я на него. Однако повисшая между нами неловкость все-таки не заставила нас отказаться от очередной встречи. Правда, при ней теперь присутствовали и Сеня, и Аэннис.

–  Бесполезно, –  я мотнула головой. –  У нас по программе сейчас тонкие воздействия.

Идея Роана оказалась проста и великолепна. Он действительно придумал, как мне перестать бессмысленно проводить часы на общемагических дисциплинах. И идея была в самом деле гениальна!

В самом деле: для эльфов магия общих направлений естественна, как дыхание, а для меня –  нет. И на общемагических практикумах нас учат… как эльфов. А я просто чувствую себя мебелью.

Но ведь у меня есть дар, и он сильнее, чем у моих сокурсников, и умею я больше, чем они! Так почему бы не использовать его для всех тех нужд, которые эльфы привыкли решать щелчком пальцев?

Никто на практикуме не заставляет нас решать задачу каким-то определенным способом, просто этого ожидают. Ну а у меня способ будет другой, вот и все! Нужно только для каждого магического действия выбрать подходящее животное и договориться с ним. И тогда, по сути, практикумы станут полезны и для меня –  ведь это будет ценная тренировка.

Ко всему прочему, если все получится, то и экзамены я смогу сдать совершенно честно – с помощью дара, а не хитрости. А уж какого именно дара –  какая разница!

Найти енота и договориться с ним о стирке труда не составило. Да енот обожает стирать, ему же только дай таз и какую-нибудь тряпку! На то и полоскун. Остается только договориться о последовательности: стирка, полоскание, отжим. И зверек отлично с этим справлялся!

Беда в том, что самые простые действия, вроде магической стирки одежды и сведения пятен, эльфы обычно изучают еще в детском возрасте, это для них что-то настолько простое и очевидное, что невозможно не уметь. И на занятиях по бытовой магии в академии такой ерундой не занимались.

На первом курсе у нас оказалась обширная тема “тонкие воздействия в бытовой магии”, по ней же и экзамен в конце учебного года будем сдавать. То есть, скажем, если стирка, то –  деликатных тканей. Таких, которые от неосторожного взгляда рвутся. А от неосторожного магического воздействия, случается, и прожигаются до дыр. Так что при магической стирке надо все очень точно рассчитывать и соизмерять.

Ну… и при немагической тоже, как оказалось.

В моем студенческом гардеробе вся одежда –  неубиваемая. Мама знала, как меня собирать! Да я и сама не дура.

Так что в итоге для тренировки Роан пожертвовал мне несколько собственных парадных рубашек. И бесславно погибла уже вторая. Енот мне достался трудолюбивый и вообще умница, но от большого усердия своими крохотными коготками на трогательных лапках разрывал деликатные ткани в лоскуты.

–  С другой стороны, рубашка точно теперь чистая, –  философски заметила я.

Аэннис, устроившаяся рядом в траве, подняла голову от книги.

–  Я вообще не понимаю, зачем носить вещи, на которые и дышать-то нельзя! – флегматично откликнулась она, и я подавила смешок.

Потому что на днях моя соседка  вернулась с практикума по боевке в подпаленном в нескольких местах платье и вдобавок почему-то с распоротым по шву подолом. Не говоря ни слова, сложила все свои платья в чемодан и пролевитировала его на выход из нашего домика.

Честно говоря, я даже испугалась –  первым в голову пришло, что подруга решила сдаться и не продолжать обучение.

Но оказалось, она просто решила сменить гардероб. Кардинально. Свои платья она попросту выбросила, и теперь щеголяла в почти таких же, как у меня, неубиваемых штанах.

–  Совершенно согласна! –  закивала я.

Роан только высокомерно фыркнул, на секунду напомнив того сноба, каким показался мне в начале нашего знакомства.

…Хотя почему –  показался? Он и есть сноб. И им же и остался. Все такой же безупречный эльф. Только теперь это не вызывает никакого раздражения. Притерпелась я, что ли?

Кстати, жаловаться ректору на самоуправство феи Миллисент никто из нас не стал. Уж наверное, тот знал, кого нанимает в коменданты общежития! И вряд ли его что-то удивило бы. Зато мы с большой вероятностью схлопотали бы лишнее наказание. А так онт-библиотекарь, как выяснилось, даже не помнит о нашем визите и пока не заметил пропажи книги. Звездоцветы мы почти и не потоптали. А если и да –  кто докажет!

–  Ладно, –  я окинула енота оценивающим взглядом. Подопытный явно устал на сегодня. Поэтому я извлекла из заранее приготовленного свертка утаенную с обеда колбаску и протянула вознаграждение на открытой ладони.

Сеня рядом со мной проводил колбаску взглядом. И дисциплинированно промолчал. Только вздохнул тоскливо и горько, прямо с присвистом.

Я поспешно извлекла еще одну колбаску и протянула уже Сене. Пусть он ничего не полоскал, но он-то заслужил! Уже своим неслыханным терпением.

–  Ему-то за что? –  изумился Роан, проследив, как колбаска мгновенно исчезает в бездонной глотке. Сеня недобро полыхнул на него алым взглядом и кратко рыкнул.

–  Он до сих пор не съел ни одного эльфа! –  с достоинством пояснила я и выдала любимцу еще одну колбаску. Енот обиженно расфыркался. Пришлось еще раз поощрить и его. Так и не съеденный (и не ценящий этого!) эльф только неодобрительно покачал головой.

–  Слушайте! –  Аэннис вдруг снова вклинилась в наши препирательства, но на сей раз не поднимая голову от книги.

А читала она с таким увлечением вовсе не учебник по боевой магии. А –  тадам! –  монографию Лариуса Мейраноса из рода Алых драконов.

Нет, я тоже пыталась. И вообще-то я литературу по своей специальности всегда буквально заглатывала. Даже то, что человеку непосвященному казалось совсем уж тоскливыми научными трудами.

Только… Мейранос, чтоб его, жил несколько столетий назад. И, как оказалось, драконы в те времена изъяснялись ну очень витиевато. Настолько, что просто невозможно читать! То, что можно было сказать парой слов, он излагал на десятках страниц, украшая свою речь бесчисленными метафорами и иносказаниями. Как будто не научную монографию писал, а поучительные мемуары.

Я, прочитав пару страниц, взвыла. А Аэннис, заглянув мне через плечо, только плечами пожала.

–  Да нормально пишет! –  сказала она, и это решило ее судьбу.

И да, с точки зрения остроухих, все словесные завитушки, которыми украшал свой текст древний дракон, вполне естественны. Собственно, эльфы-то и сейчас так не только пишут, но и говорят частенько. Это мне еще повезло, что большинство учебников здесь используют тех же самых, что и в Сайларской магакадемии.

Словом, пока я под советы и комментарии Роана практиковалась в бытовом заклинании животных, моя соседка старательно штудировала монографию единственного в истории специалиста по вивернам и время от времени что-нибудь зачитывала нам вслух… ну или пересказывала.

–  Слушайте! –  повторила она. –  “Обоняния же сии твари почти лишены, поелику…”, хммм, ну, в общем, тут говорится, что виверны почти не чувствуют никаких запахов, хотя все обонятельные рецепторы у них на месте. Обычно не чувствуют. Единственное исключение –  брачный сезон, в который все виверны удаляются в самые защищенные места и не приближаются ни к каким поселениям разумных. В этот период кожа самок начинает выделять особый феромон. И у самца, однажды его учуявшего, кардинально меняется поведение. Начинается гон. Более того –  под воздействием феромона и самцы, и самки начинают необыкновенно остро реагировать вообще на любые запахи, в том числе самые слабые. И даже могут впадать в безумство!

–  На этот раз, если нас поймают, исправительными работами мы не отделаемся! –  едва слышно шипел Роан. –  Кражу звездоцвета природники нам точно не простят. А ты пыхтишь и ломишься, как дикий кабан!

Это он обо мне, если что. Именно такие слова, конечно, каждая девушка просто мечтает услышать о своей легкой походке!

Между прочим, я старалась! Но красться по ночному лесу в полной темноте –  дело такое, не всегда совершенно уж бесшумное. По крайней мере, если ты не эльф. Ну не видела я, что там у нас под ногами! А под ногами, конечно,  то ветка треснет, то камешек подвернется. И это при том, что друзья буквально вели меня с двух сторон под белы рученьки. Они-то, как оказалось, в темноте видели, как кошки.

И крались тоже… как кошки. Как будто мало мне того, что эти ушастые такие все прекрасные и совершенные! Нельзя же быть такими безупречными во всем одновременно! Тьфу на них.

Луна только-только начинала расти, и ее тоненький серпик практически ничего не освещал, а уж в гуще леса тьма была и вовсе непроглядной. Ну, для меня непроглядной.

Все, что я видела, –  это глаза своего пса, время от времени вспыхивающие алым пламенем то с одной, то с другой стороны от нас. Сене ночная прогулка нравилась. Он-то, в отличие от меня, прекрасно чувствовал себя в ночном лесу, великолепно ориентировался и шел совершенно бесшумно.

Для того, чтобы красться в ночи, у нас были серьезные основания. Надо же было проверить теорию, чтобы точно знать, что копаем в правильном направлении! И для этого был нужен один цветок с академического поля и один –  с чьей-нибудь личной клумбы.

И мы их добыли! То есть первый добыл Роан. И только мрачно сопел в ответ на все наши расспросы.

А вот академическое имущество мы разграбляли все вместе –  благо сигналки на звездоцветовом поле пропускали нас еще со времен отработки.

Так что теперь у Роана за пазухой лежали два магически защищенных свертка с драгоценными цветочками.

Где-то впереди послышалось сонное ворчание крупного зверя. Дошли! Ура. А то я уже замучилась спотыкаться!

Тянуть с нашей проверкой дольше было нельзя: уже утром снова пришедшую в себя виверну должны были выпустить на волю. Если все пройдет, как задумано, конечно, не выпустят… не так сразу. Но мы же для благой цели!

–  В яму мы на этот раз не полезем! –  категорично объявил Роан.

–  Конечно, не полезем! –  закивала Аэннис.

–  А как вы собираетесь ей цветочками в нос тыкать? –  скептически уточнила я.

На меня с двух сторон посмотрели, как на болезную. Жалостливо так.

–  Левитацией, Лель. Левитацией, –  вздохнул парень.

Я насупилась. Удобная штука –  магия! Особенно когда она у тебя есть.

Ну и ладно. Наверняка я бы, если бы подумала, могла с какой-нибудь птичкой договориться, чтобы эти чертовы цветочки в яму отнести.

Первый цветок, извлеченный из свертка, неторопливо поднялся в воздух, пролетел от нас до ямы и скрылся из виду.

Мы подождали пару минут. Ничего не изменилось.

–  Интересно, что подумают преподаватели, когда обнаружат в яме с виверной эти цветики? –  вдруг задумчиво протянула Аэннис.

Хм… а вот это мне не приходило в голову. В самом деле, не съест же их виверна! Не корова же она какая, а благородный хищник.

А левитировать звездоцветы обратно –  мероприятие рискованное. Магу для этого нужно их видеть, а значит –  наклоняться над ямой, рискуя в нее снова рухнуть.

Мы с Роаном переглянулись.

–  Что у виверны появился очень пылкий и романтичный поклонник, готовый ради нее на преступления? –  предположила я.

–  Самец же, –  хмыкнул эльф. –  Значит, поклонница.

Роан тем временем развернул второй цветок и пролевитировал его туда же.

И… в следующую секунду нас едва с ног не сшибло громовым рыком.

Я все-таки рискнула сделать пару шагов к яме и успела увидеть, как зверь мечется в своей темнице и молотит крыльями, как безумный.

Четыре руки одновременно цапнули меня за где придется и потащили в кусты.

–  Спятила?! –  прошипел Роан. –  Сюда сейчас все сбегутся! Хочешь, чтобы нас опять на месте преступления застали?!

–  Ага, –  я только головой мотнула. –  То есть нет, конечно. Но теорию можно считать доказанной.

Итак, виверны совершенно точно сходят с ума именно от звездоцветов. Причем только от тех, что растут вне академии, где их вывели. Хотя внешне они абсолютно ничем друг от друга не отличаются.

При этом, судя по всему, звездоцветы с частных клумб выделяют какие-то вещества, близкие к виверновым брачным феромонам. И животные, учуяв этот аромат, начинают вести себя именно так, как делают это обычно в брачный сезон. Только в норме это происходит вдали от всех поселений разумных.

–  Хорошо, что я те духи выбросила, –  шепотом поделилась Аэннис. –  Они, значит, еще и нелицензионные были!

–  Почему? –  изумилась я, не уловив связи.

–  Ну как же! Вытяжку из звездоцвета официально делают только здесь. А раз на духи виверна среагировала, значит, это были цветы с чьей-то клумбы!

–  Да тихо вы! Бегут уже!

Суету вокруг снова (в третий раз подряд!) сошедшей с ума виверны пришлось пережидать все в тех же кустах. Но все лучше, чем новый виток сельскохозяйственно-исправительных работ!

И только когда все наконец затихло –  кроме виверны, конечно, но на ее яму наложили еще несколько слоев шумопоглощающих заклинаний –  мы смогли крадучись выбраться из кустов.

Бросив снова взгляд на яму, я тяжело вздохнула. Бедный зверь! Из-за нас он второй раз вернулся в невменяемое состояние и вынужден сидеть взаперти… а ему всего-то, как оказалось, любви хочется!

Хм…

–  Роан, –  почему-то шепотом начала я. –  А ты сможешь его ненадолго обездвижить?

–  Я тебе что, василиск? –  изумился парень.

–  Ну… ты же целитель?

–  И что?

–  А что ты делаешь с пациентами, которые дрыгаются?

Эльф потрясенно моргнул.

–  Мои пациенты не дрыгаются!

Я закатила глаза. Вот не верю, чтобы совсем все дисциплинированно всё претерпевали!

–  Лично я бы дрыгалась, –  сообщила ему.

–  Может, он поэтому и изучает факультативно боевку? –  доверительно шепнула Аэннис. –  Вместо анестезии. Как дернулся пациент, воздушным кулаком его по голове –  и можно лечить дальше!

Я молча пожала подруге руку. Роан выдвинул вперед челюсть, но никого не впечатлил.

–  Ладно. Ну… успокоительные какие-нибудь заклинания у тебя есть, целитель?

–  Успокоительные есть, –  пожал он плечами. –  Но сильно сомневаюсь, что они сработают на виверне, да еще в таком состоянии.

–  А ты попробуй! –  я широко улыбнулась.

–  А ты что вообще заду… –  подозрительно начал Роан, но я уже рванула к яме –  чтобы друзья не успели остановить.

И спрыгнула.

Теперь у Роана нет выхода, кроме как попытаться успокоить зверя. А я с этим зверем попробую пообщаться. Ведь всего-то надо, что объяснить бедолаге –  нет здесь никаких виверновых девочек, лететь ему надо за пределы города. И вообще к эльфийским поселениям не приближаться. А искать себе даму сердца где-нибудь, где встретить ее будет куда более вероятно. Можно даже максимально романтично –  с цветочком в зубах. Тогда дама точно будет покорена. И выйдет у виверн крепкая виверновая семья и маленькие виверночки. А эльфийские дома останутся в безопасности.

В конце концов, общаться с животными –  это именно моя специальность.

Никто не обещал, что животные всегда обязательно будут в своем уме.