ГЛАВА 9

– Мам, это я! – возвестил Иван из прихожей.

Маркелов, услышав его голос застыл и напряжённо уставился в дверной проём, ожидая появления сына. Иван вошёл в комнату и тоже остановился от неожиданности, рассматривая отца. Увидеть его прямо сейчас он не рассчитывал, думал, что придёт первым.

– Здравствуй, сын, – севшим голосом произнёс Маркелов, первым протягивая руку Ивану.

Но тот не торопился подавать в ответ свою, продолжая молча изучать Маркелова. Потом повернулся к Марии и, так и не подав руки отцу, сказал:

– Мам, мы поговорим с этим господином в кухне. Ты не волнуйся, всё будет в рамках.

Маркелов опустил руку, которую до сих пор протягивал Ивану, и сжал губы в тонкую линию. Его задела такая непримиримая встреча. А чего он ждал?

Маша, поняв, что её заготовки на ужин пока, видимо, не пригодятся, молча ушла в гостиную. Пусть мужчины разберутся сами. Ванька, кстати, характером удался в отца. Так что сейчас оба упёртых барана начнут бодаться и выяснять крутизну каждого. А, может, подумала она, Маркелов стал мудрее и найдёт нужные слова для сына. Взрослого сына, на минуточку. По крайней мере, она сама вмешиваться не собиралась.

Вначале в кухне было тихо, но затем разговор всё же начался. До Маши долетали отдельные слова, так что общий смысл разговора она улавливала. Она волновалась. Всё же ей было не всё равно, поладят отец с сыном или нет. Их разговор тем временем перешёл на повышенные тона.

– Где ты был двадцать лет? – орал Иван.

– Я не знал! – орал в ответ Маркелов.

– Да, бл-ь! – не сдержался Ванька. – Вы же в одном городе жили! Почему не поинтересоваться, что случилось с женщиной, которую ты предал?! Она ушла от тебя без всего! Куда?! Ты даже не искал, не узнавал. Ушла и ушла! А теперь тебе нужна родная кровь!

Мария уже хотела зайти к ним и немного утихомирить Ваньку, но в это время входная дверь открылась, и вошёл Сергей.

– Что у вас тут за шум, Мария Витальевна? На площадке слышно.

– А я дверь не закрыла что ли? – не к месту спросила Мария.

– Да, дверь была приоткрыта, – подтвердил Сергей. – Я войду?

– Нет, – быстро сообразила Маша, что ещё одни переговоры в квартире – это перебор. – Давайте поговорим на улице. У меня тут сын со своим отцом встречу устроили. Впервые.

– Понял, жду вас в машине, – согласился Сергей.

Маша быстро набрала эсэмэску сыну и, накинув лёгкий плащ, вышла из дома. Сергей ждал её у большого внедорожника.

– Садитесь в машину, Мария Витальевна, разговор серьёзный.

Маша насторожилась. Она и так каждое появление Сергея или Бориса встречала с волнением, а сейчас и вовсе внутренне замерла.

– С Сашей что-то? – тревожно спросила она. – Рассказывай уже! – прикрикнула она на начбеза, невольно переходя на «ты».

Но тот не обиделся и, кажется, даже не заметил этого, сам перейдя на такое же обращение.

– В общем так, Мария, Александр уже неделю в России, здесь, в нашем медцентре. В коме, – короткими рваными фразами огорошил он женщину.

– Как это случилось? – хрипло прокаркала Маша.

Куда-то бежать, что-то делать и кого-то убивать за Петрова она погодила: вначале надо было узнать подробности.

– Его захватили в Берлине сразу по прилёту самолёта. Пока мы знаем только, что это сделано по приказу его бывшей жены, матери Анастасии. О времени рейса им сообщила секретарь Петрова.

– Виктория? – поразилась Маша. – Зачем?

Маше стало плохо: у неё посинели губы, не хватало дыхания, но она держалась. Анастасию – дочь Петрова она видела пару раз в офисе. Девушка показалась ей надменной и избалованной, но тогда между Машей и Петровым ещё ничего не было, и женщина всерьёз не присматривалась к дочери шефа. Но, как оказалось, Маша не ошиблась в её оценке.

– Светлана и Анастасия хотели завладеть бизнесом Александра и выгодно продать его, – продолжил Сергей, отвечая на её вопросы. – Светлана сбежала. Её ищут по всей Европе. А Анастасию мы задержали здесь, когда уже хотела вылететь за границу. Допросили и узнали много интересного. Но принимать меры по отношению к ней пока не можем: Александр ещё в коме. А Настя, в любом случае, его дочь и только ему решать её судьбу.

– Всё плохо? – поняла Маша.

– Хуже некуда, – сознался Сергей. – Анастасия с восемнадцати лет, с тех пор как начала самостоятельно летать к матери, следила здесь за бизнесом отца и его личной жизнью. Они рассчитывали, что он согласится выделить ей пятьдесят процентов активов в подарок на совершеннолетие и введёт в совет управления. Но Сашка не сделал этого. Просто видел, что Настя не готова к серьёзному управлению. А похерить бизнес в его планы не входило. После этого Настя на него разозлилась и начала мстить мелко и по-глупому. Но ещё надеялась на легальное получение наследства. И пока вокруг него были временные женщины, – прости, Маш, повинился начбез за неприятную тему, – они со Светланой не беспокоились. Но появилась ты, и эти живоглотки поняли, что могут многое потерять. Ведь в случае вашего с Сашкой брака ты становишься равноправной наследницей, если нет договора. Карина сразу получила задание собрать о тебе информацию и постараться рассорить с Александром. Она старалась. Беременность придумала

– Что?! Она за этим нас тогда догоняла?

– Да-да, – усмехнулся, подтверждая Сергей. – Мы её, конечно, заперли. Скоро проведём анализ ДНК и окончательно проясним вопрос. Судя по всему, это ребёнок нашего юриста.

– Обалдеть! – отреагировала Маша. – На что только люди не идут ради денег, И не бояться же бумеранга.

– Не говори, – согласился Сергей.

– Так вот, немцы не вовремя решили подсуетиться с договором. Светлана решила воспользоваться случаем и отжать у Сашки бизнес угрозами. Надеялась на своих бойцов, но они засветились в аэропорту. Да и Сашка не цветочек. Не дал себя в обиду сразу, боролся до конца. А тут и мы подоспели. Однако какую-то гадость ему успели вколоть прямо на моих глазах. Сейчас уже всё вывели: всё же уже неделю под капельницами. Но тот препарат как-то повлиял на мозг, и Сашка впал в кому. Уже десять дней. Перед тем как отключиться он просил не пугать тебя и ничего не говорить. Но, Маша, время уходит. Я не могу больше врать тебе.

– Так что, говоришь, за баба – его жена? Откуда в ней такая крутизна?

– Да, собственно, обычная бизнес-леди. Правда, с очень жёстким характером и по головам идёт, не оглядываясь. Ей Сашкин бизнес нужен, чтобы своё дело расширить. Её школа наёмников пользуется большим спросом. Многим нужна личная охрана или сопровождение посылок, грузов в наше тревожное время.

– Понятно, заводи, поехали!

– Уверена?

– А кого-чего мне ждать? Я и так уже чуть с ума не сошла. Увижу и легче станет.

– Тогда поехали, – согласился Сергей.

Машина выехала со двора и влилась в поток машин. Сейчас, поздним вечером, он был уже более редким. Маша ещё раз скинула сыну эсэмэску, чтобы не ждал и не волновался. О Маркелове она и не думала. Даже мысли не мелькнуло.

Через сорок минут они были на месте. Сергей шагал быстро, но и Маша не отставала. Нетерпение толкало её вперёд и в палату к Александру она влетела даже вперёд Сергея.

Он лежал на спине, окутанный проводами, с капельницами в обеих руках, бледный… Как неживой.

– Саша! – полушёпотом вскрикнула Мария и моментально оказалась на коленях возле его кровати.

Осторожно взяла за руку, лежащую поверх тонкого одеяла, начала гладить и перебирать пальцы, одновременно целуя их.

– Саша, а я тебя ждала. Место в шкафу освободила под твои вещи. А тебя всё нет и нет. Не держишь слова, Петров. Давай возвращайся! Ты подумал, как мы тут без тебя будем? Сашка… как же ты так, любимый?!

Сергей, оставшись у двери, со стороны наблюдал эту сцену и философски размышлял о том, какими же разными бывают женщины. И почему-то теперь он был уверен, что с Петровым всё будет в порядке. Как будто Маша подняла над ним обережный круг.

***

Несмотря на поздний вечер, из клиники Маша с Сергеем поехали в офис. Там в кабинете Сергея должны были выйти на связь немцы, у которых вечер только начинался.

– Давайте, Краснов, парни и ты, Маша, к столу ближе. Я экран разверну, чтобы все видели.

Мужчины только коротко кивнули, увидев Машу и бросили короткое: «Здравствуйте». Но Краснов при этом грозно покосился на неё и взял себя за горло двумя пальцами, мол, вот что ты со мной сделала своим увольнением.

Маша только пожала плечами на этот выразительный жест. Уволил, так уволил. Нечего заново воду толочь. Ей Сергей уже кратко поведал, что с новым главным экономистом Краснов до сих пор не сработался. Та лишь внешне женщина видная и подать себя умеет, но по профессиональным качествам Маше и в подмётки не годится. Краснов же терпеть не мог недалёких работников.

Единственно, Сергей не сказал Маше, что эта Оксана Сергеевна давно имеет виды на Петрова, да всё никак не складывается. Она и за место билась, чтобы к нему поближе быть. Обо всём этом Маше рассказала кадровичка, когда они случайно встретились супермаркете, выложив без всякой задней мысли последние офисные сплетни. Она же и поведала, что Оксанку, их секретаршу, Краснов уволил и помирился с женой.

Петров тогда только пару дней как уехал, и Маша принялась сильно переживать. Но теперь ей откровенно было плевать на всех баб Петрова, бывших до неё. Теперь главное было, чтобы Сашка выжил, а там они разберутся. А ещё важно было, чтобы поймали его сумасшедшую жену. Поэтому, да, Маша не отказалась присутствовать на этом разговоре с немецкой стороной.

– Здравствуйте, господа, – произнёс Сергей по-немецки, но сразу же перешёл на русский. – Прошу говорить по-русски, так как мои коллеги имеют затруднения с переводом.

– Понимаем, – с лёгким акцентом ответил один из немцев. – Мы можем говорить. Поскольку господин Петров не может выполнять свои функции, мы бы хотели, чтобы договор подписал господин Краснов. Вы же равноправные партнёры? – обратился он к Краснову. – Дело не ждёт. Искать новых партнёров хлопотно. Наш представитель с документами вылетит завтра. Согласны?

– Согласен, – хмуро ответил Краснов. – Наша позиция не изменилась: вы пускаете в это здание нашу дочернюю фирму за минимальную аренду и включаете нас в список своих постоянных деловых партнёров.

– Да, – отчётливо скрипнув зубами, кивнул немец. – Мы обсуждали с господином Петровым этот момент. … Теперь разговор к вам, господин Юдин. Здесь представитель полиции, ему слово. Но учтите! – его голос зазвучал металлом. – Эти сведения не подлежат разглашению. Однако во имя нашего общего дела и чувствуя некоторую вину перед господином Петровым, мы посчитали возможным поделиться сведениями.

Он кивнул невысокому человеку в обычной одежде и тот, глядя прямо в камеру, начал говорить.

– Госпожа Петрофф находится в розыске. Она уже привлекалась за нарушение закона десять лет назад. Но тогда, после выплаты штрафа и компенсаций, полиция выпустила её из вида. Однако сейчас оказалось, что за женщиной числится несколько серьёзных преступлений во Франции, Италии и Сербии: шантаж, вымогательство, ограбление и одно убийство. Не её руками, а руками её сотрудников. Но для закона это ещё хуже. Это уже, как у вас говорят, тянет на организованную преступность. Поэтому хотим предупредить вас и просим сообщить, если дама появится в вашей видимости.

– И ещё, – снова вступил глава группы. – Завтра вместе с представителем фирмы к вам вылетит наш врач. Он специализируется на таких случаях, и его консультация, надеюсь, поможет в восстановлении господина Петрова. Приносим свои сожаления за случившееся. Честь имею.

«Наверное, бывший военный», – подумала Маша и постаралась приветливо улыбнуться немцу, но вышел какой-то оскал. Разговор прекратился, все переглянулись, и обе стороны одновременно отключились.

– А теперь, – повернулся Сергей ко всем, – Денис, доложи нашу обстановку. Подробно.

– Степан Берг. Арестовали, допросили, провели обыски в офисе и квартире. Сливал информацию по-мелкому. Имел любовную связь с Кариной, подготовил подложную дарственную от Петрова на имя любовницы. Пусть Александр Михайлович сам решает, что с ним делать.

– Карина – женщина по договору от модельного агентства. Договор расторгнут новым юристом.

Маша взглянула на единственного незнакомого человека: «Так вот это кто!» и сразу же вернулась к докладу Дениса.

– Провели анализ ДНК ребёнка. Ребёнок Берга. Ещё до отъезда Александр Михайлович распорядился оставить ей квартиру и машину, но из-за подлогов Берга я пока не стал этого делать. Очнётся – сам решит.

Логинова – секретарь шефа, уволена без выходного пособия и без рекомендаций. Вроде бы всё, – выдохнул Денис; не привык он докладывать начальству.

– Руслан, в бизнесе-то всё в порядке?

– Всё, – тяжело вздохнул Краснов. – Но, блин, Машка, как ты меня подставила! И, да, теперь я понимаю фразу: «Кадры решают всё!» Надеюсь, Александр скоро вернётся, иначе я с ума сойду.

– Не прибедняйся, Руслан, – откликнулась Мария. – Вспомни, как мы наш бизнес начинали. Здесь тоже самое, только масштаб больше. Ты упёртый, справишься.

– Ну, спасибо, подруга, утешила, – проворчал Краснов, но как-то сразу успокоился. – Справимся, куда мы денемся. Ладно, давайте расходиться, ночь уже. Тебя отвезти, Маш?

– Я отвезу, Руслан, – ответил Сергей. – Мне ещё надо с Марией Витальевной переговорить.

Уже в машине Сергей серьёзно сказал:

– Мария, я вижу, что у тебя какие-то семейные проблемы. Если нужна помощь, немедленно обращайся. Сашка мне голову оторвёт, если с тобой что случится.

– Да особых проблем нет. Сегодня приходил бывший муж. Мы не виделись с ним двадцать лет и, представляешь, он директор фабрики, где я сейчас работаю. Вот и…

– Понятно. Ну, звони, Маша – радость наша, – попрощался Сергей, высаживая её у подъезда.

Маша вскинула голову и посмотрела на свои окна. Света не было. Может, сын спит, а, может, уехал к себе.