ГЛАВА 12
Если вам кажется, что вы многое повидали, значит вы просто еще мало что пережили…
— Вот уж не думала, что люди такие нелюди! — возмутилась я, глядя на то, как Камилля привели в подземный зал общежития студенческой общины «Ведуны».
Помещение выглядело зловеще, практически ужасающе, даже для обычного человека, а уж для нервной матери — просто кошмарно.
Серые стены с громадными подозрительными потеками, словно верхние соседи зал регулярно затапливали… А учитывая цвет пятен — буро-ржавый — складывалось ощущение, что делали они это кровью невинных жертв, убитых собственноручно. Какие-то световые блики повсюду, непонятно откуда взявшиеся в подземелье.
И полумрак…
Мрачный…
Предупреждающий…
Бррр…
Я даже поежилась.
Камиль вышагивал спокойно, без особых эмоций. Время от времени теребил пальцами хармарис, что висел на шее, как амулет. Похоже, тот ничего страшного не обнаружил, раз сын ни капельки не переживал. Либо… он очень хорошо скрывал свои нервы.
Провожатый Камиля — здоровенный шатен, в джинсах с футболкой, представившийся помощником главы братства — и тот слегка удивился. Поглядывал на сына с искренним уважением.
Кхм… А вот это уже весьма подозрительно…
Впрочем, «помощник главы» еще не знает, что сделаю с ним я, если с моим ребенком что-то случится. Любой ритуал посвящения покажется праздником, даже, если там тебя акулы сжирают. Это для него Камиль — очередной новичок, которому втемяшилось в голову встать выше по социальной лестнице за счет поступления в братство. А для меня — самое дорогое, что есть на свете!
Тарл сунул мне в руку стакан чая, подозрительно попахивающего сильным успокоительным.
Я недоверчиво покосилась на фета.
— Если ты пытаешься напоить меня чем-то лекарственным загодя, а не по факту, по всей видимости, тут произойдет нечто ужасное? Так ведь? А? Отвечай!
По-моему, на войне пленным не задавали вопросы таким тоном. Оставалось только применить к фету пытки… Что я сделала бы с превеликим удовольствием, если бы не маленькая деталь — именно Тарл должен был защищать Камиля, если вдруг с ним что-то случится. Пожалуй, это было единственное, что меня останавливало.
Женатый статус фета, его якобы неудачные попытки добиться развода и его удачные прежние попытки добиться меня заставляли жаждать крови этого мужчины почище, чем голодающий вампир хоть какой-нибудь крови…
Тарл оценил выражение моего лица:
— Как только начнется война, я обязательно приглашу тебя на допрос пленных. Думаю, их даже пытать особо уже не потребуется. Увидят тебя, ты на них зыркнешь… и — все… сами все выложат.
— Ты не ответил! — рыкнула я, кажется, уже почище, чем какой-нибудь оборотень рычит на турнире за право встать во главе племени.
— Ничего страшного… Точнее — немного страшного, как я полагаю.
— Немного?!! Страшного?!!
Вот даже странно, что от моего ультразвука в окрестностях Ведьморры не погибли все летучие мыши. По крайней мере, экологическая служба, которую тут называли ЗАГРИЗЛИ (Зоологическая Ассоциация Города Решающая Инциденты Значительной Ликвидации), не выложила предупреждение в соцсетях о незаконном истреблении этих зверьков. Обычно ЗАГРИЗЛИ действовали молниеносно и загрызали всех, без разбора. Странно, что популяции преподавателей и студентов не сокращались после выражения их претензий…
— Да ничего особенного… — тем временем, с некоторым недоверием к собственным же словам ответил фет.
Впрочем, я уже практически не слушала, потому что за аттисом творилось такое-е-е…
Что у меня дыхание сперло. И волосы дыбом не встали лишь потому, что слишком тяжелые — все же коса-то у меня длинная. Кстати, это был тот самый случай, когда я искренне пожалела, что слово коса, как прическа и как инструмент для выравнивания газона, похожи только лишь лингвистически…
Яжмать сразу выскочила наружу, презрев все мои правила и представления о том, что сын уже давно взрослый. К тому же, самостоятельный, умный парень. И вполне способен за себя постоять. Да и хармарис у него на шее не дремлет… Если он вообще способен дремать.
Яжмать, на самом деле, живет в каждой женщине, которая очень дорожит ребенком, и совершенно неважно — насколько критически она относится к подобным дамочкам в сетях и оффлайн.
Если дело касается жизни ребенка… яжмать устроит атомную войну, даже, если у нее нет ни бомбы, ни мало-мальского кусочка урана. Взорвется сама. Да так, что враги сына еще пожалеют, что на них не сбросили ядерную бомбу. Там хотя бы процесс распада заканчивается через какое-то время…
Распадение же врагов на части от действий яжмати может годами не завершаться… Если она, ко всему прочему, еще и мстительная дама…
В общем… перед Камилем сдернули занавес, которым оказалась одна из стен и… там обнаружился аквариум с самой жуткой тварью, какую я видела, включая фильмы ужасов на Родине. Огромной, во всю стену, даже непонятно было — как она там вообще уместилась.
Щупальца, щупальца, несколько пастей, как у фантастических кошмарных червей, с игольчатыми зубами, змеиное тело, несколько ответвлений, словно это и животное, и дерево одновременно.
— Тебе нужно всего лишь войти в этот аквариум порталом, — улыбнулся правая рука главного в общине.
Ну, все! Быть местному вожаку одноруким! В конце концов — две руки роскошь…
Камиль тоже изобразил приветливую ухмылку. И… не успела я его удержать, выскочив из аттиса, как сын смело двинулся в переливающуюся радужными бликами часть аквариума, где находился проход.
Я вскрикнула, дернулась, схватила первое, что под руку подвернулось — это оказалась голова Тарла — я вцепилась пальцами в его ухо. Попыталась швырнуть в аттис, но что-то мне здорово помешало. То ли то, что голова эта внезапно крепилась к телу фета, то ли то, что… сын шагнул и… пропал. Он не появился в аквариуме с чудищем… да и сам монстр внезапно… исчез…
Все на месте искусственного водоема замерцало и засверкало так, что глазам стало больно.
Я зажмурилась, а когда, наконец-то, смогла разлепить веки, Камиль стоял в углу подземелья, и никакого аквариума там уже не было. Вообще ничего, кроме, собственно, стены, ажурно изукрашенной буро-ржавыми потеками.
— Ну я ж говорил! Немного страха — и ты дома… в смысле уже в сообществе! — обрадовался Тарл. — А теперь, может, отпустишь мое ухо? Или все-таки нет? Просто напомню, что я еще не воскрешался тобой. И ушей у меня пока только два. А это, как ты уже должна знать, необходимый минимум, дабы я слышал все звуки с разных сторон… Подобная же функция моего организма может весьма и весьма пригодиться Камилю, если тот, реально, угодит в переделку…
Я метнулась на кухню, хватанула сковородку, кастрюлю.
Выскочила, чтобы увидеть, как фет, грустно пожав плечами, сказал:
— Опять будешь бить?
— Да! — рыкнула я. — Мой ум не то, чтобы созрел для зла-а-а… Он уже давно перезрел! А мои нервы требуют срочного возмездия.
— Я смекнул. Твои нервы требуют того самого возмездия, после которого мое тело требует срочной анестезии и лечения!
— Не-ет! Твое тело будет требовать травматолога! — сказала я тоном, каким маньяки разговаривают в фильмах-ужастиках.
Но я реально уже не могла сдерживаться.
Тарл все знал! И даже не предупредил!
Я понимала — он это сделал, чтобы я мысленно не передала все Камилю.
Сын должен был сам пройти испытание, иначе в братство его не примут. Причем, ни в одно, как жулика и мошенника. Это факт.
А между нами существовала связь, и еще вчера мы вдруг начали периодически улавливать мысли друг друга. В моменты, когда особенно хотели связаться и переживали — я за Камиля, а он — за меня.
Тут момент явно был подходящий.
Но я готова была убить фета.
И не только за Камиля. За все-е-е! Он ведь ни слова не сказал о разводе, о том — получилось все или же нет. Меня так и подзуживало — уточнить. Спросить — соврал фет или не обманул.
Но я изо всех сил держалась, терпела. Старалась даже не упоминать о семейном положении Тарла, и расторжении его брака. Который, реально, брак… в смысле — бракованный, потому что фет так загулял.
В общем, повторилось вчерашнее.
Мы носились по апартаментам, как герои «Ну, погоди!», я отводила душу на фете, он — отводил удары в стены и вещи.
Я шмоляла по нему чем попало, сменяя сковородку на скалку, затем — на стулья и даже — на тумбочку. Сама поражаюсь — как ее подняла.
Тарл тоже на мгновение слегка удивился, буквально за минуту до удара прямиком в лоб.
Короче говоря, усталые, и довольные — по крайней мере, если говорить обо мне, мы усиленно пытались отдышаться, когда Камиль, наконец-то, пришел.
— Ну что? — С надеждой спросила я сына.
— Шняга, — отмахнулся он. — Все то же самое. Ничего я не узнал. Либо это не они, либо они мне пока что не до конца доверяют. Но завтра у меня новое посвящение.
— Кхм… А у меня только два глаза, — Тарл указал на фингалы, которые растекались под ними с обеих сторон. — Интересно, чем еще украсит твоя мама мое лицо? Как бы выбор уже небогатый…
— Тут как карта ляжет… точнее — сковородка или скалка или же тумбочка, — со знанием дела ответил сын, косясь на предметы, которые я бросила, где попало в гостиной. — Но, в целом, у мамы хороший удар.
— Да. Апгрейд лица она делает мастерски.
— Это фейс битинг! — воскликнула я.
— Фейс билдинг? — уточнил сын.
— Билдинг — это когда тренировки мышц, а тут — избиение, поэтому и битинг от слова бить! — пояснила я.
— А-а-а! Инновационный метод исправить все недостатки лица путем их полного удаления с тела! — усмехнулся Тарл. — Системный подход! Масштаб и размах сразу видны!
Что меня слегка разозлило — так это то, что он совершенно не ругался и даже не сетовал, на мой «апгрейд», а только шутил.
Казалось — этого гада ничем не проймешь.
И вот только я собралась нашпиговать фета очередными уже шпильками язвительности, как из его смартфона-часов выскочил «джинн». На сей раз это был худощавый, почти лысый мужчина, чуть постарше двух предыдущих. Вначале он выпил мой чай с успокоительным, сделал «бырр гык». Затем смачно сгрыз печенье из вазочки, что лежала на тумбочке, заполировал орешками из соседней вазочки, и, наконец, произнес:
— Наш банк хотел бы предложить вам уникальные условия, как лучшему клиенту.
— Эм… А как же мое обращение? — уточнил Тарл. — Ответа не будет?
Я так понимаю — он уже чисто прикалывался, ради спортивного интереса пытался выяснить — что же дальше. Ведь личность убитого мы установили давным-давно и без помощи знаменитого местного банка.
Джинн завис, затем стал сереть, превращаться в призрак, и я уже посчитала — это все, сегодня «кина» дальше ждать не приходится.
Однако неожиданно джин оживился, наполнился красками и сообщил:
— Я создал обращение номер 8888888… которое должно ускорить действие предыдущих. У вас есть еще какие-то пожелания?
Я решительно забрала у джинна свою чашку и рыкнула:
— Больше ничего не ешьте и не пейте в моем доме! Вот пожелание!
— Мы обязательно учтем его при последующем рассмотрении, — улыбнулся джинн, ни капельки не смущаясь. — А теперь позвольте рассказать о том — какой выгодный кредит разработали для вас наши специалисты.
— Я не беру кредиты, — отозвался фет. — Не уверен, — он покосился в мою сторону, затем — на сковородку и тумбочку. — Что буду физически в состоянии их возвращать… Из комы сложно перевести деньги… Там интернет вообще не работает, а отделений банков тоже днем с огнем не найти…
— У нас есть страховка на случай невыплаты… Даже не переживайте… — тут же нашелся джинн. — У вас ведь есть планы на крупную покупку, которые вы пока что откладываете?
— Да! — рыкнул Тарл. — Ужа-асно хочу купить крупную мухобойку! Тут некоторые мухи просто достали! И жрут, и жрут нашу еду, а про выпитые напитки уже просто молчу. А уж их жужжание на тему уникальных предложений… и вовсе выбешивает!
— Что ж… — ни капли не обиделся и не растерялся джинн. — Именно на такой случай мы и предлагаем вам уникальные, наивыгодные условия по кредиту — всего лишь 66 процентов годовых!
— То, что условия уникальные и наивыгодные для банка — я вижу, — ухмыльнулся фет, — Но в своем случае сомневаюсь.
— Позвольте я расскажу вам об этом подробней! — не сдавался джинн. — Вполне возможно, вы измените мнение, когда узнаете…
— У меня нет времени, я прочту ваше предложение в интернет банке! — перебил его Тарл.
— Но я смогу вам быстро рассказать о том, почему это лучшее предложение года! — не унимался джинн.
— А я смогу вам рассказать почему предлагаю встретиться лично за углом и уникально врезать вам в морду! — ответил фет.
— Вижу, вы немножечко заняты, — улыбнулся джинн. — Хорошего вам дня.
Взял чашку фета, допил ее и пропал.
— Это прямо как в тот самый раз, когда курьер забрал твой заказ, мама, из Свайлберрис и не привез. А потом обращения создавали и создавали, и создавали… Ты написала в Роспотребнадзор…
Вдруг из смартфона Тарла выскочил джинн и, выпучив глаза, произнес:
— Ну зачем же сразу в Грозпотребнадзор? Давайте я создам еще одно обращение…
— Не надо! — гаркнул уже фет.
— Тогда, возможно, вас заинтересуют льготные продукты нашего банка…
— Нет! — хором произнесли мы.
— Это займет у вас всего лишь минутку… У нас есть потребительские кредиты с большой скидкой. Все лишь 88 процентов годовых…
— Спасибо, не надо… — усмехнулся Тарл.
— И крайне выгодные для клиентов счета. Если вы держите на карте миллион, и не снимаете, то вам добавляется один процент к 15 процентов по счету…
— О-очень привлекательно, но не надо! — мы говорили хором, словно тренировались.
— И еще…
— Простите, мы крайне заняты. Я должен откланяться.
Тарл нажал на телефоне сброс звонка, и мы прямо выдохнули — причем, опять же одновременно.
— Жаль, что они не видели нас часа два назад. После этого уже точно не приставали бы… — фет глазами указал на предметы, которые я использовала, скажем там, по вторичному их назначению. В качестве оружия немассового поражения.
Мы захохотали на нервной почве.
А потом Тарл предложил:
— Давайте ужинать и разработаем план, что делать дальше.
— Кстати, следующее посвящение состоится утром. Так что ты успеешь перед лекциями все увидеть! — усмехнулся мой сын.
— Да уж… Не завидую я тем студентам, которых станет завтра учить наша Лена, — покачал головой Тарл.
— Себя пожалей! — рыкнула я.
— А мне вот даже любопытно, — ответил фет, — Как вы раньше-то энергию сбрасывали? Все ж таки в мире людей нет таких магов, как я, способных выдержать ваши удары… и не только выжить после всего этого, но и даже остаться в здравом уме…
— Сокращала популяцию козлов! Если вы понимаете — о чем я!
— Понял, принял, обработал… Понял посыл, принял успокоительное, обработал раны, готов к следующим…