ГЛАВА 13

Если все худшее у вас позади, это просто значит, что вы неадекватно оцениваете способность Фортуны к сюрпризам…

— Перед задницами товарищей, которые без устали ищут на себя приключения, торжественно клянусь! Быть верным дружеским посиделкам, вечеринкам с девушками и походам! Клянусь никогда не выдавать товарищей, если коварные преподаватели пытаются вызнать, кто из них списывал! Клянусь никогда не оставлять товарищей на съедение ни мухам, ни клещам, бороться и безжалостно выдирать паразитов из тела соратников! Не считаясь даже со стонами и жалобами последних! Не обращая внимания на то, что кто-то может притворно потерять сознание… не от боли, конечно, мужик не может потерять сознание от боли — от наслаждения в результате избавления от гадов. Убивать мух самыми мощными мухобойками, какие найду. Даже, если после этого соратникам придется идти к травматологам! Клянусь не выносить сор из избы братства, даже, если там остался мусор от студенческой вечеринки!

Клянусь!

Камиль отдал честь левой рукой в висок стоявшему напротив Главе братства и… на этом все резко кончилось.

Я пила успокоительное, Тарл удивленно посматривал — видимо, ждал, что я все равно сделаю ему антицеллюлитный массаж сковородкой или корректирующий фигуру лимфодренаж кастрюлей.

Когда я пришла в себя, осознала и даже прониклась тем, что сыну ничего не грозит, с легким сердцем отправилась на занятие.

Но я забыла главное правило Академии КАБЗЕЦ. КАБЗДЕЦ подкрадывается всегда внезапно. И ожидать, что он придет, когда ты во все оружии и готов — означает просто не понимать, где находишься и чем занимаешься.

Все шло слишком мило и гладко, чтобы не понять, что вскоре начнется КАБЗДЕЦ.

Студенты не пытались перегрызть электрические и электромагические провода, исключительно с целью проверить — шарахнет их или же просто преподаватель жаждет сохранить вузовское имущество, коварно обманывая перспективных вандалов на пути к звездному успеху и славе.

Никто из адептов не решился проверить — насколько обратно пропорционален уровень магии уровню терпения преподавателя. Учитывая, что первый у меня самый высокий, последний мог быть и совсем мизерным. Но студенты воздержались от экспериментов на людях, и даже на фетах, хотя они — и вовсе не люди, заставляя меня применять против них чары чисто на нервах, и без всякой злобы.

Короче говоря, ко второй паре я прямо кожей чувствовала — что-то грядет.

Слишком все было тихо и гладко.

И накаркала… Вернее — прокаркал за окном кто-то другой… И… в закрытые створки влетело нечто — в драных тряпицах, пухе и перьях…

Стекла фигурно рассыпались разбитой мозаикой на паркете…

Нечто распласталось в эпицентре катастрофы…

Студенты подтянулись к нему, чтобы разглядеть все получше…

Пустые оконные рамы, оскаленные остатками стекол, принялись хлопать, видимо, впечатленные представлением…

И я бы даже пошутила, что чудо в перьях явилось на практику, не успев снять карнавальный костюм, но уж больно ситуация вышла трагичная.

Существо рухнуло на пол, дернулось и странно замерло.

Я подскочила к нему, приложила пальцы к шее, к запястью… Вытащила из кармана зеркальце — и поднесла прямо ко рту…

Магия не обманула — существо было мертво.

Я тотчас по особому каналу вызвала охрану и медиков. Студентам же, что кружили, словно коршуны вокруг добычи, велела:

— Всем немедленно покинуть аудиторию!

По-моему, это был тот редкий случай, когда учащиеся совершенно не радовались тому, что их отпустили пораньше. Уж больно было им любопытно — что ж случилось с этим чудом в перьях…

Пришлось даже прикрикнуть:

— Вам здесь, что? Цирк? Могу устроить представление получше. Так сказать — на бис! Например, файер шоу, под названием «Жонглирование горящими задницами студентов». Или мое любимое «Сосчитай сколько у него рук, а потом посчитай — сколько у тебя ног после масштабного эксперимента по воскрешению».

Кто-то сказал «да»… Но, заметив выражение моего лица — как у берсерка перед сражением — адепты решили, что для щекотания нервов лучше сунуть голову в пасть крокодилу, нежели и дальше злить магиню семидесятого уровня и торопливо ретировались.

Я взяла себе стул, поставила неподалеку от тела и ждала, пока придут остальные.

Первым, как это ни удивительно, появился Тарл, которому я почему-то вообще забыла сигнализировать.

— Мм… Ты, я, мертвое тело… — улыбнулся он. — Что-то напоминает…

— Урок по оживлению? Ты только не забывай, что начиналось там все с умерщвления. И чем больше трупов, тем лучше для создателей семируких пятиногих эльфов в Ведьморре. Популяция выйдет масштабней…

— Понял… Молчу… Не отсвечиваю! — Тарл картинно попятился, но затем все же приблизился и начал изучать труп.

— Сирин, — изрек он. — Такой оборотень. И все на месте. Запах спиртного — от одежды и изо рта. Парень пил и его поливали, будто он попал под спиртовой дождь — что-то ловил ртом, а что-то впитывалось в кожу… Божьи коровки в определенных местах разного цвета, блестки, карнавальные конфетти, знак, вдетый в браслет на ноге… И магия обесточивания тоже. Короче, у нас, действительно, серия. Как и предупреждал ректор.

Я только вздохнула.

— Выходит, виновато братство, в которое Камиль еще не вступил?

— Не факт. Совершенно не факт.

— Почему это?

Я подошла ближе и начала внимательней рассматривать пострадавшего.

Да, он походил и на птицу, и на человека.

Тело — мускулистое, мужское, с опереньем в районе лобка переходило в когтистые лапы. Лицо было практически гуманоидным, разве что в обрамлении перьев и пуха, а крылья смахивали на лебединые.

— Да потому, моя милая фурия, что в первый же день новичка не всегда посвящают в главные тайны. Его надо проверить и убедиться, что парень не заложит и не предаст. И есть еще один вариант, который я очень бы хотел отмести. Но последние события демонстрируют, что делать это еще ой как рано.

— Какой вариант? — нервно выдохнула я.

— Я считал, что действует братство. Но, возможно, что это — лишь отдельные его члены, которые занимаются чем-то запретным. Эдакая могучая кучка, что работает исключительно на себя и преследует особые интересы…

— Почему же тогда они должны вообще состоять в братстве? Может — какая-то секта, отдельная группа студентов… — растерянно произнесла я.

— Они из братства. Это не вызывает сомнений. У них сильная магия. А все такие студенты абсолютно точно состоят в одном из сообществ.

— Уверен?

— Да, совершенно.

— Но, в таком случае, есть еще один вариант. Допустим, они состоят в братстве. Только — каждый в своем, а собираются сектанты где-то отдельно…

— Тоже нет. Тогда в сообществах узнали бы про все и их исключили.

— Ну не знают. Просто не выяснили… Преступники очень хорошо все скрывают.

— Ты не понимаешь — что такое студенческое братство. Это — узкий, замкнутый на себе мирок. Ушел куда-то на свой ритуал, и тебя сразу же просекли. Отправился встречаться с членами других сообществ — вообще заподозрили в предательстве идеалов.

— Мда… маньячная секта внутри братства.

— Скорее всего, так и есть. Обычно наши студенты не занимаются подобными штуками. А здесь явно прослеживается ритуал.

— Ага… — войдя в аудиторию, произнес уже знакомый мне врач-фет. — И я даже знаю — какой именно. Полагаю, мы оба с тобой, Тарл, догадываемся…

Он многозначительно уставилась на Аскана, а тот как-то насупился и нахмурился.

— Ты считаешь? — спросил у врача тихо.

— Ну ты же сам все видишь, не так ли?

— Не хочется верить, что наши студенты… решили…

— Ну, а почему бы и нет? Халявщиков ведь везде завались. Опять же… можно заинтересовать студентов деньгами, чем-то еще…

Пока феты обменивались предположениями, в аудитории появлялись все новые и новые персонажи. Охранники, возможно, помощники ректора, кто-то еще. Врач обследовал тело и общался с Тарлом таким образом, что я, сидя неподалеку, вообще уже не понимала ни слова.

Наконец, я уже просто не выдержала.

Подошла к Аскану и взяла его за палец так, чтобы тот посинел, применив магию стягивания краев ран. Я как раз недавно тренировалась.

— Ты такая нежная и трепетная, — вздохнул, вздрогнув от боли, фет. — Аж слезы на глаза наворачиваются. Или это слезы уже боли? Сложно разобрать в таком случае.

— О чем вы тут вообще говорите? У нас, если ты не помнишь, задание ректора!

Тарл взял меня под локоть и бесцеремонно повел в угол, за шкаф, где обычно прятались преподаватели и лаборанты от беспределящих в аудитории студиозов.

А если серьезно — мы там отдыхали, и делали вид, что никого нет, чтобы адепты во время перемены не одолевали вопросами и просьбами. Больше просьбами — поставить оценку, засчитать практическое занятие и прочее…

— Я не могу оставаться наедине в таком закутке с женатым мужчиной! — зашипела я на Аскана. — Это непорядочно по отношению к твоей жене. А это исключительно твоя роль — быть непорядочным со своей женщиной. Я не имею морального права претендовать на чужую социальную роль!

— Да развожусь же! — орнул он, и сразу же сильно понизил голос. — Послушай. Не стоит обсуждать наше расследование при остальных. Ректор же сказал — неизвестно — кто стоит за подобными ритуалами. Доверять сейчас нельзя никому. Поэтому все подобные темы следует перетирать те-а-тет.

— А почему вы сейчас обсуждали с тем врачом черт знает что?

— Черт не знает… Ты же не в курсе.

— Я тебе сейчас за черта…

— Все! Понял! Сразу сдаюсь! — Тарл картинно поднял руки вверх и помахал белым платком. И откуда он только его взял? Неужели начал носить, учитывая наши «энергичные» отношения? — Но, если ты меня сейчас покалечишь, как же я тебе все расскажу?

— Как миленький! Применю пытки!

— Ммм… Становится все интересней. И какие же?

— Например, совсем перестану с тобой перешучиваться.

— Ну это уже удар ниже пояса… Так коварно нельзя поступать.

— Можно! Особенно с тем, кто не предупредил о том, что женат!

— Хорошо, хорошо… Пытки, увечья, моральные издевательства. Давай, чуть позже ты применишь ко мне все изощренные способы вашей земной любви и все методы наладить семейные отношения. А пока…

— А пока я тебя покалечу шкафом, как наша соседка, которая уронила подобный на мужа, а потом прыгала вокруг и дико радовалась. Ага-а-а! Ты теперь уж точно не выберешься! Что-о-о? Я тебя-таки прижала? Припечатала? Говори!

— Теперь до меня, наконец-то, дошло, где ты училась этому изощренному способу соблазнения. Получается — пытки с пристрастием, это как раз пытки со стороны страстной женщины… А фраза «тащусь от нее», видимо, создана тем, кто еле тащит ноги после страстных ласк скалками и кастрюлями? И даже страшно предположить, как расшифровывается с русского языка предложение «меня от нее плющит…» Какие любопытные у вас фразеологизмы и методы общения с любимыми мужчинами, — усмехнулся Тарл. — Но давай я тебе вначале все расскажу. Про ритуал… Ты ведь про него сейчас спрашивала.

— Есть еще сеанс сгибноса… ну это когда нос сгибают и…

— Да, да, я понял. Вплоть до полного и безграничного перелома…

— Да! Да! Да!

— Секундочку… У меня ухо заложило, наверное, гром…

— А будет гроб, если все мне не объяснишь!

— Все-все… Слушаюсь и повинуюсь! — Тарл показательно прочистил уши и произнес: — Смотри. Есть один ритуал для получения такой силы магии, чтобы затмить даже семидесятников по уровню чар. Этот ритуал предполагает высасывание энергии при помощи магии обесточивания у представителей четырех стихий. Сирин — это небо, предыдущая жертва — студент — был из расы фетов — это земля, нужно еще привидение — это энергия и огонь — это уже оборотень.

— Да уж, судя по фэнтези — мужики-оборотни — реально, огонь! — с некоторым придыханием произнесла я, вспоминая романы для людей, которым уже разрешено продавать пиво.

Тарл аж рыкнул на мое замечание. Я же решила еще немного его подзадорить за все хорошее.

— Кстати, если тут, на самом деле, работают такие горячие мужики… Ммм… Может и налажу личную жизнь с этими-то огненными оборотнями…

— Тебе виднее. Однако хочу только напомнить, что в подобном огне можно сгореть! — громыхнул Тарл настолько уже громко, что услышали, по-моему, не только те, кто в аудитории, но и те, кто гулял в вузовском парке.

— А ты потише, потише… Я с женатиками вообще не общаюсь… У меня другие теперь интересы.

Я демонстративно вышла из закутка и, покачивая бедрами, обтянутыми черными кожаными лосинами, приблизилась к одному из охранников. Он явно был как раз из оборотней — по-моему — из медведей. Огромный, тяжелый, но при этом вполне даже поджарый, с ручищами-лопатами и ногами где-то семьдесят второго размера, по-моему. С лицом эдакого гризли, очеловеченного фотошопом и косматой рыже-каштановой шевелюрой. Прищурившись, я легко заметила очертания зверя, которые мелькали в его ауре.

Точно медведь! Я не ошиблась. Чуйка у меня то, что надо. Я бы так козлов-оборотней, то бишь женатиков, вычисляла... Вообще ни разу не возникло бы трудностей.

В черной форме местной охраны медведь смотрелся ну очень внушительно.

— Скажите… а оборотням нравятся магини, вроде меня, — я беззастенчиво улыбнулась и поправила тунику на груди… Ну как поправила? Случайно, поддергивая воротник, расстегнула еще несколько пуговиц.

Медведь сглотнул, посмотрел прямо в глаза — да-да, в те самые, что несколько ниже подбородка, и промурлыкал:

— Типа тебя, крошка, конечно! Даже о… — охранник осекся, потому что сзади меня нарисовался обломщик всей моей романтики с оборотнями. Которая так хорошо начиналась — медведь мою грудь прямо облапал взглядом, а не только лишь изучил… Разве что слюнками не закапал. И то лишь исключительно потому, что много и быстро сейчас сглатывал.

Тарл! Вот кто навис сзади меня, я сразу почувствовала его близость.

Я уже ощущала его на уровне энергетики. Или на уровне закипающей злости. По-моему, моя аура реагировала на Тарла, как бык на красную тряпку.

— Ты что-то хотел сказать, Марис? — спросил фет у оборотня с явной поддевкой.

— Ничего, лично тебе — ничего, — опасливо ответил медведь.

— В таком случае, пожалуйста, сделай так, чтобы и мне не было что тебе говорить! А самое главное… постарайся, чтобы мне нечего было тебе сделать. А то я, знаешь ли, со всеми этими убийствами, потрясениями без конца вспоминаю варварские времена. Пытки на дыбе, выдирания конечностей. У нас тут, тем более, куча целителей. Можно много-много дней ломать и чинить, вырывать и выращивать снова и снова… Такой простор для деятельности вырисовывается…

Медведь как-то весь слегка сник и попятился, сказав:

— Я на чужих женщин не посягаю.

— А я на чужих мужиков — очень да! Посягаю и сковородкой, и магией, и много еще чем! — фыркнула я и решительно направилась в коридор. Фет стремительно двинулся следом. Я прямо слышала его сбивчивое злобное придыхание. Удалось-таки мужика завести! Я прямо мастер! Если и не в постели, то в плане завести его от злости и ярости — мне точно нет равных ни в одном мире.

Тарл пыхтел все ближе и ближе.

Я же крутанулась на пятках, встретила его сверкающий взгляд и смерила своим так, будто оценивала размер ямы, куда захороню фета уже окончательно.

— Я бы тебя убила, — сказала спокойно. — Но мама некромант все равно оживит… Зря только магический резерв тратить…

Тарл недобро усмехнулся и произнес:

— Да-а-а… Эта задумка не достигнет успеха… А вот я с радостью убью всех, кто поддастся на твои соблазнения… Убивать буду смачно и медленно…

— Кхм… Что ж! В таком случае, я даже рада.

— Рада? — он немного опешил, теряя запал — так удивился.

— Еще бы! Значит ты, без всякой просьбы или оплаты, проверишь моих женихов на боеспособность! Это же будет прекрасный отбор! Я бы даже сказала — естественный… эволюционный… революционный…

— Не боишься, что претендентов уже не останется? — с явным предупреждением спросил фет.

— Не-а… — я отмахнулась. — Выживет лучший. И вот уже с ним ты меня никогда не разлучишь!

— А мне вот даже интересно, такая стервозность — это что-то натуральное, природное или наживное? — перешел Тарл на иронию.

— Все вместе, я полагаю, — вызывающе хихикнула я. — Естественность, разумеется, наше все. Но тренировка в процессе общения с козлами весьма помогает. Я бы даже сказала — дико стимулирует…

— Какая ты все-таки бе-е-езжалостная… бе-е-еспощадная… бе-е-есподобная… Ой, это я о чем-то другом — о своем, о больном…

Я хохотнула, но в эту минуту из аудитории выскочил врач и воскликнул:

— Я дико извиняюсь, что мешаю вам и дальше ссориться, убивать друг друга страшными… или страСТными комплиментами, кто вас там разберет… Однако у меня интересная новость. Возможно, она чем-то поможет в расследовании…

— Благодари его, что жив остался, — кивнула я в сторону медика.

— Моя мама — некромант. Даже и не подумаю! — как всегда, сходу нашелся Тарл.

Последнее слово, увы, осталось за ним. Но я не оставляла надежды поквитаться с гадом в самое ближайшее время.