ГЛАВА 7

Если вас убили, это еще далеко не конец, если вы в Академии Кабзец…

Тарл минут десять разговаривал по… часам. Выглядело странно, когда он прямо на циферблате нажимал на сенсорные точки, увеличивал изображение — и получал нечто вроде виртуального монитора смартфона. Циферблат со стрелками занимал там только лишь один нижний угол. Затем фет перенаправлял звук на магические наушники… которых даже не было видно. Мои выглядели, как серьги в ушах. Помню на одном занятии высказалась:

— А вот без видимых наушников вас могут принять за сумасшедшего, который сам с собой разговаривает.

Тарл покосился на мои серьги и парировал:

— Главное, чтобы не приняли за того, кто разговаривает с лицами своего пола о любви… в украшениях-то…

Народ начал дружно хихикать.

Вроде бы, на самом деле, наушники мужского населения КАБЗЕЦ выглядели тоже, как серьги и надевались подобно клипсам. Но на ушах сразу же становились невидимыми.

— Это загов О р? — уточнила Зена, имея в виду магический загов О р.

— Да! З А говор против людей с нетрадиционной ориентацией! — фыркнул Тарл и снова вызвал веселье.

И вот теперь он шепотом разговаривал по наушникам, пока я мялась возле мертвого тела в парке.

Мда-а-а… Тот еще романтИк получился. Не хватает еще гроба и восставшего мертвеца. Готы точно бы обзавидовались. К сожалению, или к счастью, я к этой культуре не отношусь… вообще никаким боком, так что настроение было изрядно подпорчено.

Впрочем, не настолько, насколько его подпортили мне чуточку позже.

Медики еще возились возле тела. Плели невидимую энергетическую паутину, чтобы все следы на нем сохранились — особенно следы магии и отпечатки энерговоздействия. По слухам, они были чем-то сродни отпечаткам пальцев и могли вывести нас на преступника. Перчатки на такие штуки, разумеется, не наденешь. Однако, если «отпечатков» нет в базе, которая была у местной полиции, вот тогда дело швах. Хватать всех подряд с подходящим уровнем магии, и проверять — года не хватит. Пятидесятый уровень хотя и высокий, но не настолько — подобных чародеев навалом. Не говоря уже о варианте с сорок пятым уровнем и всеми промежуточными… Учитывая возможности аттиса, кто-то мог вообще прийти с другого конца Ведьморры, а потом сразу смотаться.

Какие-то люди и феты, видимо, криминалисты или вроде того, исследовали землю, разные там следы и прочее, прочее…

Я впала в ступор и не знала, что делать. То ли уже уйти и не караулить Тарла, то ли все-таки дождаться его…

В какой-то момент почудилось — я тут совсем лишняя, и возле тела и вообще, учитывая, что наставник не обращал на меня никакого внимания. Если раньше он косился, подмигивал, то теперь — вот уже минут двадцать — стоял спиной и даже не оглядывался.

Будто давал понять, что ждать дольше не стоит…

Ладно. Пошел он… Вначале целует, обнимает, а потом ведет себя, как козел…

У меня тоже есть своя гордость! И не собираюсь я бегать за мужиком, даже за магом, даже за красавчиком и сердцеедом!

Я фыркнула, создала аттиса прямиком в холл корпуса, где преподавала, когда меня резко окликнули.

— Это куда же ты, интересно, без меня собралась?

Я крутанулась к Тарлу.

— А многие из ваших знакомых с нервным тиком? Или большинство заикаются?

— Понял… Слишком резко окликнул, — фет мило улыбнулся и пожал плечами. — Не хотел, извини.

Это было так странно — обычно на мои язвительные реплики он отшучивался не хуже, а иногда — и более метко. А тут такая прямо милота-милота.

— Э-э-э… Извини? — я вскинула бровь. — Кто вы и как завладели телом моего руководителя и наставника?

Тарл пожал плечами.

— Да черт его знает. Я уже не уверен, что я — это я. Но точно знаю одно. Я шел к тебе, чтобы пригласить…

На этом слове я уже было подумала, что мы продолжим наш романтический вечер.

Но думать о хорошем в КАБЗЕЦ — все равно что надеяться на выигрыш в Лотерею, находясь при этом в пасти у аллигатора и полагая, что получишь свой приз.

Тарл помедлил и закончил тираду совсем не так, как я могла ожидать, учитывая начало нашей прогулки по парку.

— К ректору!

Я аж вздрогнула от такого контраста.

Пригласить тебя… к ректору.

Некоторые женщины сочли бы подобную фразу от мужчины, который еще недавно их целовал, оскорбительной. Я тоже сочла. Но решила, что дополнительные конечности, хвосты и прочее приделаю Тарлу чуть позже. Сразу после того, как убью — собственноручно, ничего не стесняясь.

Я же знаю, как оживлять? Знаю! Опыт имею? Еще бы! Даже двойной! Вначале мы оживили Бальдра, так сказать, в апгрейденном виде. Ну а то, что он не смог оценить новые возможности ходить на двадцати конечностях — это уже, так сказать, не наша проблема.

— Ззачем нам к ректору? — спросила я растерянно.

— Вот сейчас и узнаем.

Без прелюдий, которые, видимо, Тарл, в принципе, не жаловал, мы прыгнули в аттис и оказались… в овальном кабинете с большим овальным же столом в центре. Вокруг него располагались стулья и кресла, над нашими головами летали оранжевые светящиеся шары, которые, тем не менее, разливали по помещению ненавязчивый белый свет.

За столом сидел приземистый бородатый мужчина, подозрительно напомнивший мне… того самого лешего, что вез нас с сыном в Ведьморру.

Я аж нервно сморгнула.

Прищурилась.

Да нет же! Точно он!

Я еще могла бы списать все на странности обстановки, на то, что я была ошарашена обещанием на одном из заборов: «Оставь надежду всяк сюда входящий. Надежду на то, что мы вернем вам одежду, кошелек и прочие вещи. Да и на конечности не очень рассчитывайте. Две ноги — роскошь, две руки — чисто дизайн, а два уха — так вообще — излишние украшения».

Помню еще подумалось — хорошо, что я все давно храню на счетах. Но черт его знает — есть ли тут вообще эти банки, и смогу ли я хоть что-то купить на накопленное честным трудом. Надеюсь, хотя бы страховка здоровья и жизни включает сохранность конечностей в подобных местах… Или, по крайней мере, выплату на телохранителя, причем, хранителя тела в прямом смысле слова.

Я прищурилась.

Все на месте. Глаза — такие немного хитрые, цвета кофе с молоком, или вроде того. Необычного, я сразу запомнила. В уголках прячутся искры смешинок…

Густая борода и усы, как у лешего, только песчаного цвета.

Немного тонкие и потрескавшиеся губы…

Крепкая кряжистая фигура…

— Вы ведь…

— Я — это точно я! — обрадовался ректор. — Разрешите представиться. Хаспар Маргулис, ректор этой Академии уже лет пятьсот, или около того. Честно говоря, я сбился со счету. Вон, Тарл помоложе, он может точнее скажет.

— Я молод и полон сил! — бодро заявил фет зачем-то и покосился на меня.

— Ага. Мужчина в самом расцвете сил, — хихикнула я, намекая на Карлсона.

— Неправда! Мне даже не нужно худеть! — причем, возразил он вполне даже серьезно.

Да что это с ним? Мы же перешучиваемся и язвим с первой встречи? У него, что, шутилка сломалась? Закончились батарейки в аккумуляторе иронии?

— В общем, я пригласил вас потому, что только вам могу доверить расследование инцидента, — заявил ректор, он же водитель, он же леший.

— Почему мы-то? — удивилась я. — Есть же охрана, полиция… наверное. Ну или что там у вас, у чародеев?

— У нас все! И полиция, и охрана, — ответил ректор. — Но расследование я поручу вам.

— Оригинально, — нервно хихикнула я. — Но мы же э-э-э… не специалисты?

— Все, что нужно, специалисты вам предоставят. Я уже велел сбросить вам на коммуникационные устройства все данные. Возникнут вопросы — там же будут и номера, по которым свяжетесь с криминалистами, оперативниками из охраны и медиками.

— А можно сейчас задать? Ну, вопрос? — вклинилась я.

— Оперативникам?

— Нет, вам!

— Неожиданно, даже я бы сказал — креативно. Попробуйте.

Смешинки в уголках глаз ректора стали заметней, и они очень дисгармонировали с ситуацией. Все-таки речь шла об убийстве.

— Почему все же вы именно нам поручаете? Я сильно не Шерлок Холмс, да и даже не Ватсон. Тарл тоже вроде бы не замечен.

— Ну, видите ли… — ректор покосился на фета, и показалось — они перемигиваются. Мне это не понравилось. — Понимаете…

— Я вижу, но, по-прежнему, не понимаю, — нервно поторопила я руководство, кажется, выходя за рамки корпоративной этики. Меня почему-то страшно нервировали переглядки ректора и куратора. Казалось — речь идет обо мне, и то, о чем они молчат, мне не понравится.

— Да говорите уже! — возмутилась я совсем не как подчиненный рядом с начальником.

Ректор не обиделся — развел руками и произнес в сторону Тарла.

— Ну прости, друг. Из песни слова не выкинешь. Извини, что порчу тебе всю смородину.

— Малину, — вздохнул фет.

— Видите ли, госпожа Айдарова… Как бы вам это помягче сказать… Вы нужны, потому что у нас почти нет больше чародеев семидесятого уровня…

— Это можно не мягче, нормально…

— Это да… Но вот Тарл Аскан… он выбран мной не только за зрение некроманта, но и за… кхм… родственную связь с покойным. Из-за чего он попросту лучше его знает.

— Ну вроде тоже не страшно. Это твой брат? — спросила я без задней мысли.

Тарл прокашлялся и ответил:

— Брат… моей жены.

Вот тут я ощутила всю силу русского мата. Потому что без мата отвечать на это смысла уже не имело — другими словами мои эмоции выразить не получилось бы.

Я мысленно матюкнулась раз двадцать, пока не закончились все варианты сочетания бранных слов.

Я чувствовала себя как полная дура.

Хотя почему как?

Тарл ведь оговаривался!

Это классическое мужское: «Я должен вам кое-что объяснить… Рассказать кое о чем очень важном…» и затем длинное-путанное: «Конечно, некоторых обстоятельств, о которых мне следовало бы сразу сказать, ты знать не можешь… Никак… Поэтому, скорее всего, не понимаешь — почему я так долго ждал этого разговора и встречи. Не в курсе, что нас кое-что разделяет, хотя… я это кое-что уже устраняю…»

А я-то дура и уши развесила… Все эти его взгляды, намеки, проводы до дома и в Академию… восприняла, как нормальные ухаживания.

В кабинете ректора стало так тихо, что, кажется, я слышала, как бешено мечутся в моей голове мысли — одна еще более маньячная, чем другая.

Я его расчленю и развешу по всей Академии!

Ну, а что? У нас же врачей учат! Пусть даже и чародейских, но все равно!

Вот и будут наглядно изучать всякие там внутренности Тарла и «внешности»…

Интересности и нескромности…

С сантиметрами и комментариями…

Не-ет! Я его убью, оживлю, а затем так и оставлю с тремя головами и шестью… теми самыми, которыми мужики так гордятся. Пусть думает — как жену ублажать с такой-то гирляндой.

Не-ет! Я его просто кастрирую и скажу, что так и было до убийства и оживления, просто фет не заметил.

Я злобно зыркала на Тарла и косилась на ректора.

Наконец, второй вздохнул и произнес:

— Я так и думал, что в этом случае одним убийством может не обойтись. Но деваться некуда. Вы нужны оба. Пожалуйста, Елена, помогите найти того, кто покушается на учащихся.

— Почему во множественном числе? Труп ведь один? А вы сразу — учащихся…

— Думаю, что так. Чуйка.

— У ректора нечто вроде дара предвидения, — пояснил Тарл, старательно глядя в глаза с видом преданного пса на цепи. — Он может немного заглянуть в будущее.

— Ммм… Не советую вам смотреть в его будущее, — кивнула я на фета.

— Да я уже понял, — усмехнулся ректор со вздохом. — Не люблю наблюдать пытки, ужастики… Не мое… В общем, я очень на вас надеюсь. Чуйка подсказывает, что скоро появится еще труп, а то даже и — несколько.

— Хорошо. Ради учащихся я помилую Тарла на несколько дней.

Я рванула на выход, но за дверью кабинета меня нагнал фет.

Да он, реально, бессмертный!

Я встала — руки в боки, глаза на выкате, ноги — на ширине плеч.

В такой ситуации мужику бы бежать. Но этот не привык к легким решениям.

— Нам надо вечером, в вашей квартире, собраться для обсуждения всего, что нароют эксперты, узнают у свидетелей опера, и координации действий, — сообщил Тал серьезно и деловито, но голос дрожал.

— Хорошо, — процедила я, уже не стараясь смягчать тон. — Приходите. Яду выпьете…

— Из ваших рук хоть яд, хоть кактус, — парировал фет.

— Вот и договорились! — я сделала аттиса, но Тарл вдруг придержал. Крутанул меня лицом к себе за плечо.

— Послушай, я должен тебе все объяснить. Все не так, как тебе кажется… — начал он.

Я огляделась, и заметила, что в просторном коридоре возле ректорской двери никого нет.

Замахнулась и влепила фету звонкую оплеуху.

Тот даже не дернулся.

— Подставить вторую щеку? — спросил тихо. — Я это могу. Давай! Не стесняйся! А потом дай мне все объяснить! Лена!

Я влепила ему еще пощечину, еще одну и еще…

И в один прекрасный момент, когда фет уже слегка отшатнулся, рванула в аттис — и была такова.

Нарисовала заклятье замка на двери, чтобы Тарл до нашей встречи не мог зайти в гости и искушать… желанием его все же прибить.

Выдохнула, выругалась со всем смаком русского мата и сбросила со смартфона ему сообщение: «В семь вечера после занятий жду. Сын будет тоже. А пока Без свидания! Не До свидания, а без свидания!».

«Да дай же мне все тебе рассказать!» — прилетело — и я заблокировала Тарла до поры до времени даже на уровне сообщений.

Одна кнопочка — и его тирады доходили до меня уже лишь многоточиями.

Фет об этом знал.

Однако в скором времени в моем смартфоне было больше точек, чем во всех томах «Войны и Мира».

Вот же засранец! Он женат! Ну, конечно! Как я сразу-то не догадалась!

То танцует вокруг меня эти самцовые брутальные танцы, словно павлин вокруг самки в момент гона, то резко откатывает назад!

То провожает, заглядывает в глаза, отпускает почти сальные шуточки, пыхтит рядом вполне даже отчетливо, очевидно, то вдруг делает вид, что ничего не было!

Господи! Какая же я дура!

Да по этим признакам любая опытная женщина опознала бы окольцованного мужика!

Он может и летит себе на лето куда-то в теплые края, к знойным красоткам, но все равно возвращается домой, под крылышко своей благоверной.

Аррр… Гад последний!

Хорошо хоть фет научил меня заваривать и наполнять нужной магией успокоительное зелье.

Я сварганила его в считанные минуты, села в кресло, закинула ноги на табуретку, и начала тянуть терпкий, травяной отвар.

Он наполнял спокойствием изнутри, словно бы высасывал негативные эмоции, ощущения и дарил приятные, умиротворяющие…

Если бы такой был в моем мире, антидепрессанты стали бы годны только, как бусинки для украшений…