11. Дракон в копотском замке? Какой скандал!

На фоне усеянного звёздами неба темнел крылатый силуэт. У Юлянки перехватило дыхание. Она узнала бы Гошу среди сотни парящих драконов! Братец не выдержал неопределённости, примчался на выручку.

— Зачем? Зачем ты прилетел, глупыш… — бормотала Юлянка, трясущимися руками дёргая щеколду чтобы распахнуть окно.

Белетта помогла, вдвоём они развели створки. Айн скрестил руки на груди и глубокомысленно изрёк:

— Дракон в родне. Так я и предполагал.

Юлянка не отреагировала на это замечание, перевесилась через подоконник и закричала в небо:

— Гоша! Улетай! Со мной всё хорошо, улетай! Я завтра вернусь!

— Поздно, — хмуро сообщил призрак.

Действительно, внизу слышался топот, хладнокровные голоса отпускали короткие команды. Нарушителя успели заметить.

Испуганная девушка набрала в лёгкие воздуха, собираясь закричать громче, но Айн остановил её:

— Не услышит. Далеко. А себя выдашь. Что передать? — Он запрыгнул на подоконник и приготовился обращаться.

— Скажи: сестра велит лететь в пещеру, — слёзы навернулись на глаза, Юлянка шмыгала носом и, сдёрнув кружево, скребла ногтями шею.

Тень летучей мышью устремилась в небо, и скоро маленький силуэт потерялся на фоне дракона. Обе подруги всматривались в небо, вздрогнули одновременно: неподалёку раздался жуткий грохот. В тот же миг рядом с парящим драконом вспыхнул огненный шар. Гоша дёрнулся в сторону, успев уйти от снаряда, но второй разорвался рядом, словно предугадав, траекторию нарушителя.

— О-у-у… — застонали девушки.

Белетта подняла руки, растопырила напряжённые пальцы и начала произносить длинное заклинание. Юлянка обхватив подругу за талию, кусала губы и смотрела, как брат мечется между взрывами, то камнем падая вниз, то взмывая вверх. От Белетты к нему потянулись прозрачно-серебряные нити.

— Пожалуйста, пожалуйста, Бель, спаси его! — шептала Юлянка, искренне веря в могущество юной ведьмы.

Магические сигналы тонкими змейками ползли в небо, сплетались в паутину, образуя коридор, куда не проникали посылаемые с земли снаряды. Дракон устремился по единственно возможному пути, рядом, то появляясь, то исчезая на его фоне, мельтешила летучая мышь. Айн проводил незваного гостя до крепостной стены, но возвращаться не спешил. Девушки оставались одни, продолжая всматриваться в небо. Взрывы смолкли. Снова послышались топот и команды. Можно было не сомневаться, что охрана замка собирается в погоню.

Ночная прохлада проникала в комнату, принося запах пороха. Белетта очнулась первой. Закрыла окно и повела подругу к дивану. Сели, прижались друг к другу, каждая чувствовала себя несчастной и одинокой и нуждалась в поддержке.

— Спасибо тебе, — Юлянка с благодарностью посмотрела на ведьмочку. — Твоё колдовство помогло ему уйти. Ты очень сильная.

— Да, — кивнула Белетта, — сильная. И самонадеянная. Знаешь, Юлян, — отправляясь на отбор, я не сомневалась, что сбегу, отомстив Савке. Теперь я не так уверена.

— Тебе нельзя возвращаться к Аделайде.

— Мы всё обо мне… — горько усмехнулась Белетта. — Может, объяснишь, что это за «брат» тебя навестил?

Изворачиваться не было никакого смысла. Белетта стала свидетельницей их разговора с Тенью, слышала, как Юлянка кричала Гоше. Этих фактов достаточно, чтобы заподозрить избранницу принца в связях с драконами. Захочет ли ведьма выслужиться перед Эсмондом в надежде, что тот поможет в борьбе с его тёткой? Донесёт? Часто моргая и снова шмыгая носом, Юлянка комкала воротничок, рискуя порвать кружево. Хотелось всё-таки верить, что Белетта, раз уж она помогла дракону выбраться из-под обстрела, не побежит сдавать его сестру.

Юлянка глубоко вздохнула и, оставив, наконец, в покое воротник, заговорила.

Всё началось с того, что на крыльце купеческого дома кто-то оставил корзину с новорожденным дракончиком. К тому моменту не очень молодые супруги успели смириться с бездетностью, находке обрадовались и стали растить Гошу как родного. Через пять лет Пресветлая Нимфа подарила им дочь. Юный дракон трогательно заботился о ребёнке, под его присмотром девочку оставляли без всяких опасений. Деревенская ребятня жутко завидовала Юлянке. Ещё бы! Ни у кого не было такого смелого и любящего брата.

Она была непоседой и девичьим играм предпочитала опасные вылазки с мальчишками. Гоша, разумеется, всегда был рядом. Однажды шебутная компания, возглавляемая сыном старосты, отправилась к реке. Деревня стояла на высоком берегу, но дети почему-то не свернули к проезжей дороге, которой пользовались верховые и пешие односельчане, где съезжали и поднимались повозки, а пошли по краю оврага. Летом и осенью узкая тропа не таила угроз, но тогда стояла очень снежная и холодная зима: резкий спуск на дно глубокого заросшего деревьями отрога занесло, образовался широкий козырёк.

Что за мысль осенила беспечную семилетку, Юлянка уже не помнила, быть может, заиндевевшие кроны привлекли внимание сходством с узорами на окнах избы. Оставив спутников, девочка побежала по снежному «балкону». Старшие ребята кричали, чтобы она вернулась. Не послушала. Почувствовав, как земля уходит из-под ног упала, цеплялась за ползущую корку наста, потеряла варежки, содрала кожу на ладонях, но не смогла остановить опасного движения. Снежная лавина ускорялась и, не подоспей вовремя брат, девочку изломало бы, протащив сквозь ветви, и завалило толщей снега.

Дракон ринулся за ней, успел подхватить, взмыть в воздух. Они пересекли овраг и опустились на другой стороне. Это был их первый полёт. Гоша ещё недостаточно окреп и не переносил на дальние расстояния ничего тяжелее двух вёдер с водой.

Напуганная до икоты девчушка, обняла шею дракона, прижалась к нему и только теперь почувствовала, что он ранен. Стараясь нести Юлянку так, чтобы её не задевали ветви, Гоша не беспокоился о себе и содрал с крыла ещё недостаточно окрепшую чешую. Кровь сочилась, собираясь в капли и стекая на снег. В блестящем насте прожигались чёрно-красные прогалины. Девочка зажала рану ладонью, держала её, пока кровотечение не остановилось. Через несколько минут Гошины раны затянулись. Не это было удивительным, у драконов быстрая регенерация, странно, что Юлянкины ладони по возвращении домой имели не содранную, а вполне целую розовенькую кожу. И ещё… с того дня девочка стала «слышать» мысли брата.

Сначала родители не верили, полагали, что дочь хитрит, объявляя им: «Гоша сказал то-то или так-то». Прежде общение было односторонним: дракон понимал речь, но молчал сам. Теперь он стал «говорить» в Юлянкиной голове. Правда, для этого надо было находиться неподалёку.

Ещё больше связь дракона и девушки окрепла после второго случая.

В шестнадцать Юлянка превратилась в серьёзную девушку, она помогала отцу в лавке, а матери по хозяйству, частенько выполняла их поручения, летая на драконе в город. Гоша стал достаточно мощным для таких путешествий.

В деревне готовились к празднику Середины лета. Девушки отправились в луга набрать цветов для украшения сельского храма. Срезали цветы, складывали на телегу, пели, смеялись. Когда возница отправился к околице, кто-то предложил посмотреть, как парни перегоняют табун с одного пастбища на другое. Пошли.

Лошадей что-то напугало, они помчали. Большую часть табуна получилось отвести от дороги, но десяток животных во главе с вожаком летели прямо на растерявшихся девушек. Те бросились в рассыпную. Юлянка, оставшись одна, сорвала с головы косынку и стала размахивать. О себе не подумала, боялась за подруг, вряд ли они успели бы убежать.

К счастью, Гоша парил неподалёку. Он камнем упал вниз, преграждая путь несущимся лошадям. Испугавшись те отвернули, но дракон здорово покалечился при стремительном приземлении. Юлянку тоже свалило с ног потоком воздуха. Изрядно ободранная, с сочащими кровью ссадинами на коленях и локтях, она доковыляла до лежавшего на дороге брата и разрыдалась. Подумала, что Гоша убился насмерть. Пыталась поднять его, плакала, причитала, пока, наконец, не услышала в собственном сознании дорогой голос:

— Всё хорошо. Ты жива — это главное. А на драконах, сама знаешь, всё быстро заживает.

С той поры девушка и дракон стали понимать друг друга ещё лучше. Им достаточно было небольшого усилия, чтобы обмениваться образами и эмоциями, даже слова не требовались. Хотя, Юлянка частенько делала брату внушения, произнося целые речи. Он покорно выслушивал, лишь в изумрудно-зелёных глазах прыгали весёлые искорки. Это было что-то типа игры. Она — письмоносица, он — подчинённый ей дракон.

Юлянка замолчала, вглядываясь в темноту за окном.

— Любишь его? — тихо спросила Белетта.

— Конечно! Очень люблю. Он самый родной мне…

— Ипостась не умеет менять?

Юлянка покачала головой:

— Мне сказали, что нужны его родичи. А где их взять, в Луарине драконы не живут. Да и здесь теперь.

Белетта вздохнула:

— Жаль. Говорят, драконы самые преданные и нежные мужья.

— Мне нужно к нему. Как думаешь, печать всё ещё действует? Или, раз отбор завершён…

— Лучше не рисковать. Давай дождёмся утра. Есть у меня одна мысль. Надеюсь, ты поддержишь.

— Какая? Что? — встрепенулась Юлянка.

— Завтра на свежую голову всё расскажу. Иди в кровать, а я здесь прикорну.

Уже в спальне Юлянка заметила Тень, мелькнувшую за окном. Подбежала, открыла форточку:

— Айн! Как Гоша?

— Улетел в горы! — на лету крикнула летучая мышь.

Вот невозможный этот призрак! Неужели не понимает, что она волнуется? Мог бы рассказать подробнее. И какие-такие срочные дела могут быть у Тени, что даже минутки не нашёл на разговор?

Юлянка улеглась в постель и на удивление быстро заснула. Всё-таки её успокоила новость о том, что брат благополучно покинул замок, и обнадёжила подруга, пообещав придумать план бегства.

* * *

Напрасно она сердилась на Тень дракона. Айн заглянул в спальню утром и был совершенно измотан, если можно так сказать о призраке. Выглядел он более прозрачным, чем накануне. Юлянка сидела на кровати, закутавшись в одеяло, и слушала утреннего гостя. Тот стоял у окна. Прислонился к подоконнику и с задумчивым видом смотрел в потолок. Тон рассказа был ровным, без хвастовства, вполне уместного в этих обстоятельствах. Сил даже на то чтобы красоваться и набиваться на благодарности у Тени не осталось.

— Получается, ты потратил почти весь запас энергии на внушение? — догадалась Юлянка.

— Это я ещё восстановился, — хмыкнул призрак. — На чердаке башни хозяин оставил кристалл, с его помощью подпитывает меня.

— Здорово! А что ты внушал? Кому?

— Сразу же, как дракон пересёк границу замка, снарядили конных проследить, где его логово. К сожалению, я не могу удаляться от города, пришлось действовать быстро. С большим трудом сумел внушить парням, что дракон полетел к озеру. Этого хватило, преследователи потеряли твоего Гошу из виду.

— У-у-ф-ф-ф, — вздохнула Юлянка с облегчением, — спасибо! Значит, он в безопасности?

— Пока да. После я попытался обработать начальника гарнизона. Не очень успешно. Слишком много людей видели летавшего над замком ящера. Внушать, что никакого дракона не было — бесполезная трата сил. После десятого доклада командир вздумал-таки организовать облаву.

— Облаву? Ой, что же делать? Надо было сказать Гоше, чтобы совсем улетал из Копота.

— Ага! Так он и оставит тебя! Даже за стену не хотел улетать, я еле убедил, что ты в безопасности и вот-вот вернёшься в пещеру. Хорошо ещё подруга твоя тоннель магический построила для нас, а то на клочки бы разорвало и дракона, и меня заодно.

Послышались шаги, дверь отворилась, на пороге с объёмным саквояжем в руке замерла Белетта. Она выглядела измученной. Похоже, этой ночью крепко спала только Юлянка.

— Опять с невидимкой болтаешь?

— Доброе утро.

Айн поморщился как от зубной боли, перекинулся зверьком и улетая обронил:

— Почирикайте тут без меня, пойду, проведаю Савку.

Юлянка сбросила одеяло, нашла ногами домашние туфли встала со словами:

— Ты не выспалась там на диване? Хочешь, полежи тут, пока я к аудиенции буду готовиться.

Она была настроена серьёзно: необходимо убедить княгиню помочь Белетте и отпустить из замка саму Юлянку. Диалог предстоял непростой.

Подруга покачала головой:

— К Риане пойду я. Тебе нужно к брату. Валяться мне некогда. Подготовила «фокус», надеюсь, согласишься участвовать.

— Что? — возмутилась Юлянка. — Опять? Да угомонишься ты? Мало неприятностей нашла на свою… — Она захлопнула рот, прежде чем обидное слово успело сорваться с языка.

— Не бойся, — криво усмехнулась ведьмочка, — никому вреда не причиним. Просто я останусь здесь вместо тебя.

Белетта изложила план. Он был прост и сложен одновременно. Требовалось колдовать, а это запрещено во дворце, но если всё получится, Белетта исчезнет для Савки, а Юлиания для Эсмонда.

— Ты гений! — прошептала Юлянка, когда подруга завершила объяснения.

Белетта, как выяснилось, владеет магией иллюзии почти в совершенстве. Всю ночь она трудилась над артефактами и теперь продемонстрировала театральный реквизит — маски, которыми пользовались паяцы. По словам юной ведьмы, с помощью этих приспособлений девушки могут обменяться обликом. Белетта под видом избранницы принца останется в замке, а Юлянка в образе подруги избавится от печати.

— Ты согласна? — настороженно спросила Белетта.

— Ещё спрашиваешь! Конечно, согласна!

— Не жаль оставлять принца Гребеке? Я уж точно не стану за него бороться.

Расставаться с Эсмондом было жаль, но Гошу жальче. Юлянка вздохнула. Теперь, когда первый восторг от предложения подруги схлынул, призадумалась: не лучше ли остаться, побеседовать с княгиней и дождаться её решения? Машинально провела пальцами по шее. Она втирала мазь в проблемные участки, и теперь кожа была совершенно чистой. Соблазн занять место в сердце Эсмонда и уговорить свекровь прекратить преследования драконов был велик. Юлянка представила себя в свадебном наряде и принца в синем костюме. Воображение дорисовало княгиню в светлом, и нарядных свидетелей. Ими могли стать Христа и Отай. Среди родственников невесты — дракон. Глаза Гоши в этом видении почему-то были очень печальны.

Ещё раз вздохнув, Юлянка покачала головой:

— Мне нужно уходить, а тебе задержаться здесь насколько возможно.

— Тогда не будем тянуть. За тобой, то есть за мной, могут прийти вскоре после завтрака. Мы должны успеть. — Белетта плотнее закрыла дверь и придвинула к ней стул, подперев спинкой ручку. — В ответ на удивлённый взгляд Юлянки объяснила: — Луисе я сказала, чтобы не совалась сюда, но может ещё кто-нибудь ввалиться, а нам свидетели не нужны.

Действовала ведьма проворно. Раскрыла саквояж, вытащила оттуда юбку и кофточку, подала подруге, наказав одеться. Сама стала готовиться к ворожбе. Пока Юлянка натягивала чужие вещи и укладывала в сумку свои, Белетта нарисовала на полу загадочные символы, зажгла свечи, установила вокруг восемь маленьких зеркал.

Видя все эти приготовления, Юлянка заволновалась:

— А как же я обратно обращусь? Так всё сложно!

Не хотелось бы попасть на глаза людям Савки. Так и до пещеры можно не дойти!

— Потому и сложно, что я надолго облик принимаю, а тебе надо будет избавиться от него, едва окажешься за оградой.

Девушки встали в центр круга, надели маски, ведьма принялась колдовать. Вспыхивали поочерёдно огоньки свечей, отражаясь в каждом из зеркал, одно за другим звучали заклинания. Наконец, Белетта разрешила снять маску.

— Ничего не изменилось! — разочарованно протянула Юлянка.

Ведьма строго свела брови, приложила палец к губам и протянула свою маску подруге, забрав у неё вторую. Теперь они стояли в других масках и всё повторилось. Юлянка слушала длинные непонятные фразы, едва улавливая их смысл, внутри разрастался противный комок ужаса. Девушка испугалась, что подруга обманет. Что если не получится вернуть собственную внешность? Как выбираться из Копота, будучи той, кому собирается мстить злобная виконтесса? Прежде чем соглашаться на эту авантюру, надо было посоветоваться хоть с кем-то. Хоть с Тенью! Пришлось собрать всё своё мужество, чтобы вытерпеть обряд до конца.

Наконец, маски сдёрнуты. Юлянка невольно вскрикнула, увидев напротив себя саму себя. Глянула в зеркало, оттуда смотрела рыжая ведьма.

— Слушай внимательно! — приказала Белетта, протягивая первую маску. — Это твоя. Как только выйдешь за ворота, спрячься в кустах и надень. Медленно сосчитай до ста. Это с запасом. Но лучше не торопиться, чтобы наверняка. Потом снимешь. Возьми зеркальце, посмотришься, чтобы удостовериться.

— А заклинания? А свечи?

— Ничего не нужно, я наколдовала сразу два обращения. Мы теперь друг с другом никак не связаны. Каждая вернёт собственный облик тогда, когда сочтёт нужным.

Странно было видеть перед собой близняшку, зная, что это Белетта. Стук, а следом и голос Мышки, напомнил, что времени на привыкание к новому образу не осталось.

— Ваше высочество, пора завтракать. Белетта у вас? Её ищут.

Ведьма бросилась собирать вещи, уничтожать письмена. Юлянка ответила:

— Да, она здесь, мы сейчас выйдем, накрывай!

— Вообще-то, отвечать должна была я, — недовольно зашептала ведьма, застёгивая саквояж. Она неторопливо отодвинула стул на место и повернулась к подруге: — Ты Белетта, я Юлиания. Помни об этом, пожалуйста, пока не выбралась отсюда.