17. Всё не плохо, а очень плохо

Над книгами засиделась до вечера, даже ужинала, просматривая очередной фолиант. Айн недовольно бурчал, пугая страшными карами за испорченную страницу. Стоит капнуть чаем или схватить уголок жирными пальцами, Гном стразу же это заметит. Юлянка старалась перелистывать аккуратно, руку с чашкой отводила в сторону, с Тенью не пререкалась, слишком уж интересным было чтение. Ах! Сколького они не знали! В Луарине о драконах и половины не известно из того, что ей сегодня открылось. Она ещё большим уважением и доверием прониклась к этой расе. К сожалению, вчитываться было некогда. Многое пропускала в поисках главного: смена ипостаси.

— Вот, — вскрикнула ликуя, — нашла!

Потёрла уставшие глаза, потянулась, предвкушая радость раскрытия тайны. Айн, разгуливавший до этого по гостиной, подошёл ближе. О способностях драконов менять облик он имел лишь общеизвестные представления:

— Нужны родичи. Это аксиома. Всё что может предпринять твой Гоша — лететь в Искарию и разыскивать родных, рискуя потратить на это годы, ведь папаша-дракон, скорее всего, не знает о его рождении, а проживать может в любом из трёх княжеств.

— Вот, смотри! — Юлянка зачитывала абзац, водя пальцем по строчкам: — проблемы со сменой ипостаси имеют, как правило, дети, рождённые человеческими женщинами.

— Понятно, что твой брат рождён человеческой женщиной, — фыркнул Айн, — Драконихи своих малышей не подбрасывают чужакам.

— Особые трудности, — продолжала читать девушка, — возникают у близнецов. В этом случае ипостаси делятся между ними. Первенец остаётся драконом, второй ребёнок человеком.

— Ну-ка, ну-ка, забавно! Я никак не мог уяснить, почему Эсмонд не ящером родился. Неужели Риана выносила двоих?

— Уж кто-кто, а ты бы знал, — уверенно заявила Юлянка. — Ты же вездесущ!

Айн с огорчённым видом покачал головой:

— Дол отослал наследницу из города, как только пронюхал о её связи с драконом. Вернулась она с мужем и ребёнком только через год. Я довольствовался подслушиванием разговоров, из них и узнал тщательно скрываемую тайну: брак фиктивный, ребёнок зачат вовсе не Питом.

— Хм-м-м… — огорчённо протянула девушка, дойдя до следующего абзаца, — Опять всё упирается в родственные связи. Где же мне искать Гошиного отца?

— Что если… — лицо Тени приобрело мечтательное выражение, — …это брат Эсмонда? Когда, говоришь, его подбросили твоим родителям?

— Двадцать пять лет назад, — Юлянка вытаращила глаза, боясь поверить в такое совпадение. — Неужели ты думаешь, что Риана могла отказаться от своего ребёнка?

— Об этом лучше спросить у неё самой. Жаль, что это затруднительно.

— Почему? Я как раз собиралась с ней поговорить.

— Княгиню заперли в её покоях. Мне туда ходу нет, тебя не пустят, сама она тоже не может выйти.

— Погоди-ка, что значит, заперли? Мне сказали, Риана не здорова.

Новость не укладывалась в голове. Кто посмел ограничивать передвижения правительницы? Это заговор? Савка мутит или, может быть, Эсмонд? Чего от княгини добиваются?

— Здорова, нет ли, не могу утверждать, не видел. А на совете только и разговоров, как заставить упрямую мать назвать Гребеку невестой принца. — Айн невесело усмехнулся: — Ты их видите ли не устраиваешь!

— Тогда мне как можно скорее надо увидеться с её светлостью! Она примет их условия, если узнает, что я… я…

— Любишь другого.

Юлянка не подтвердила, но и не опровергла этого утверждения. Она готова сказать именно так, в надежде, что Риана примет как довод. Айн посмотрел вверх, изображая сожаление:

— Мне бы хотелось оставить тебя во дворце. Лучшей жены Эсмонду не сыскать, но раз ты намерена покинуть нас…

— Намерена. Более чем когда-либо.

— Попробую организовать встречу. Хорошо бы тебе попасть в центральное здание. Слишком много постов на пути, если я буду внушать всем подряд, что они ничего не видят, испарюсь, не добравшись до покоев княгини.

— Это я могу. Отай предлагал переехать туда.

— Вот и славно! Встречаемся через час. Я на разведку! — повеселевший Айн обернулся мышью и вылетел из комнаты.

Юлянка позвонила Луисе, приказала доложить камердинеру, что приняла приглашение княгини. Сама же стала собирать вещи. В очередной раз.

Все — и слуги, и камердинер — обрадовались переезду, им казалось, что Юлиания принимает решение княгини, переселяясь ближе к ней, и намерена стать супругой Эсмонда. Она не разубеждала. Чем меньше людей догадываются о её истинных мотивах, тем лучше.

Процессия оказалась внушительной. Три горничные несли платья, Отай взялся за книги, Юлянка не стала сдавать их, надеясь ещё разок более внимательно просмотреть. Ей же достались кое-какие мелочи из брошенных Белеттой: косметика, украшения, шпильки-заколки. На шум выглянула из своих покоев Гребека. Не поздоровалась, промолчав в ответ на приветствие. Проводила соперницу сердитым взглядом и прошептала проклятье себе под нос. Юлянка пожалела, что не успела объясниться с бывшей подругой, но не остановилась: тратить время на девичьи разборки было жалко. Успокоила себя тем, что уже завтра Риана отменит первоначальное решение, и дочь казначея успокоится.

Главное здание дворца немного разочаровало луаринскую гостью. Она ожидала увидеть анфиладу пышных комнат, а её вели какими-то узкими коридорами. Догнала Мышку, спросила у неё весь ли дворец такой невзрачный.

— Что вы, госпожа! — хихикнула Луиса, — мы идём чёрными ходами, как и положено слугам. — Она кивнула на камердинера; — Отай уверен, что не стоит дразнить вельмож. Завтра поставит их перед фактом.

Миновав три поста со скучающими охранниками, переселенцы остановились у высоких резных дверей. Камердинер постучал условным ритмом. Бас из-за двери потребовал назвать пароль.

— Скоро свадьба, — ответил Отай.

Юлянка поморщилась. Не слишком ли торопятся вояки?

Больше на их пути никто не встретился. Девушку провели через оформленный в золото холл и распахнули перед ней двери новых покоев. У неё дух захватило от красоты интерьера. Именно в эту минуту Юлиания Луаринская почувствовала себя наглой самозванкой, вломившейся в чужую жизнь и собравшейся всё поменять в чужом семействе. Отступать, однако, было поздно.

* * *

Служанки суетились, развешивая в гардеробной наряды, готовили купальню, напоминавшую мраморный бассейн, грели особыми заклинаниями постель. Луиса предложила помощь, чтобы раздеться.

— Нет-нет! Я сама. Уходите, мне нужно привыкнуть к этому всему, — Юлянка не торопилась в кровать, хотя ужасно устала за длиннющий день, ждала Айна: сумеет он провести её к Риане ночью, или придётся ждать до завтра.

Бродила по комнатам, разглядывая золочёные полуколонны, барельефы, панели с тиснёными гербами, скользила взглядом по картинам. Остановилась около камина. Пламя жарко обнимало поленья, превращая дерево в расплавленный янтарь. Как всегда, огонь напомнил ей Гошу. Хотела надеяться, что с ним всё хорошо, Тереса позаботится о драконе в память о собственной детской любви.

— Нравится тебе здесь? Не надумала оставаться?

Она не сразу обернулась на голос, хотя и ждала появления Тени. Летучая мышь висела, прицепившись к незажжённому потолочному светильнику, рассчитывая на разрешение обратиться. Юлянка хотя и волновалась перед встречей с княгиней, но оттягивать этот момент не стала. Продолжая смотреть в огонь, спросила:

— Идём?

Айн разочарованно вздохнул:

— С удовольствием посидел бы здесь, пока ты ведёшь переговоры. Мне в покои Рианы доступ закрыт.

— Лучше тебе побыть там, у выхода. Мало ли что, подстрахуешь.

— Ладно, идём, — зверёк полетел к дверям. — Охрана тебя не заметит, топай смело.

— Ты говорил, что княгиню заперли.

— Сначала сгоняем за ключом.

Без проводника Юлянка бы точно заблудилась. Узкие двери, ведущие в подсобные помещения, были искусно скрыты драпировкой, не зная, где искать, заметить их невозможно. Айн летел немного впереди, предупреждая о развилках и поворотах. Довольно быстро они добрались до тупика с одной единственной дверью. Около неё стоял могучий охранник. На тумбе рядом с ним горела настольная лампа, подсвечивая снизу, отчего лицо с каменным выражением вид имело страшный и неузнаваемый. Лазутчица застыла на повороте, не решаясь шагнуть ближе. Тень заверила, что дежурный обезврежен, есть десять минут, чтобы пробраться в каморку и отыскать ключи от покоев княгини.

На дрожащих ногах девушка приблизилась к заветной цели. Охранник продолжал смотреть прямо перед собой, не шевельнув и бровью. Если бы не прошлый опыт с двумя зачарованными вояками около покоев иностранных принцесс, Юлянка не решилась бы на этот подвиг. Однако Тень искарского дракона ловко обездвиживала охрану, довелось в очередной раз убедиться в этом.

Дверь была заперта. Шарить по карманам стражника в поисках ключа не хотелось. К счастью, и не пришлось. Айн подсказал:

— Видишь кодовый замок? Я буду называть цифры, а ты нажимай.

Как всё-таки удобно невидимым призраком передвигаться по дворцу! Уже через минуту Юлянка стояла посреди крохотной комнатушки, освещённой заглянувшей в узкое окно луной. Одну стену комнаты занимала разбитая на пронумерованные ячейки ключница. На противоположной стене висел план дворца с циферками в каждом помещении.

— Это запасные, — пояснил Айн, — бери двадцатый.

Девушка послушно сняла с крючка нужный и перевесила на его место ближайший.

— Чтобы не бросилось в глаза отсутствие ключа от покоев княгини.

Летучая мышь хихикнула:

— Тогда возьми третий и повесь сюда. Это от казначейской. Вот всполошатся, решив, что кто-то собирается грабануть сейф!

Юлянка сделала это и поспешила к выходу. Понятно, что ночью вряд ли сюда заглянут, но злоупотреблять не стоило. Охранник стоял, не изменив позы. Девушка прошмыгнула мимо с замиранием сердца и спокойнее пошла, только свернув за угол.

В парадной части дворца горел приглушённый свет. Стук каблучков, как ни старалась Юлянка ступать осторожно, эхом раздавался под сводами. Поднялась на носочки, маленькими шажками шуршала по паркету. Хорошо призраку, летает себе бесшумно и невидимый никому!

Вот и покои княгини. У дверей два громилы все с теми же застывшими выражениями лиц. Девушка остановилась, разглядывая их.

— Через два часа смена караула. Отомрут, — предупредил Айн.

В замочную скважину попала не сразу, сказывалось волнение. Наконец, щёлкнула «собачка», дверь бесшумно отворилась. Юлянка скользнула в темноту, бросив прощальный взгляд, на пристроившуюся на карнизе летучую мышь. Кивнула ему в ответ на напоминание не задерживаться и заперла дверь изнутри.

Комната, куда она вошла, пустовала. Подумалось, что Риана спит. Оставив за порогом все свои страхи, девушка двинулась вперёд, перебегая из одного помещения в другое. Кругом благоухали живые цветы. Корзины на полу, вазы на столах, кашпо на стенах, горшки на подоконниках… Цветов было столько, что у Юлянки голова закружилась от многообразия ароматов.

Довольно быстро нашла спальню, кровать под балдахином была застелена шёлковым покрывалом. С одной стороны, хорошо, что княгиню не придётся будить, с другой, непонятно, где её искать.

Тюлевая занавеска на окне шевелилась, тревожимая сквозняком. Тянуло ночной свежестью. Что там за портьерами? Юлянка подошла ближе и отвела в сторону неплотно задвинутую штору. Дверь! Там балкон! Выглянула. Высокая женщина куталась в меховую накидку, запрокинув голову. Риана любовалась звёздами.

— Ваша светлость, — шепнула незваная гостья, — простите, что беспокою, у меня есть вопросы.

Княгиня едва заметно вздрогнула и медленно повернулась:

— Юлиания? Как ты сюда попала?

— Мне помогла Тень дракона, — девушка продемонстрировала ключ, зажатый в руке.

— А-а-а… Ты видишь его? Почему?

— Вряд ли смогу объяснить. Не понимаю, почему другие не видят.

Юлянка уже занесла ногу, чтобы перешагнуть порог, но княгиня жестом остановила её и, заставив посторониться, сама вернулась в спальню:

— Помоги мне переодеться, дорогая.

Пришлось почти бежать за стремительно перемещавшейся женщиной. Она явно торопилась. В гардеробной наскоро выбрала костюм, сбросила накидку и шёлковый халат, облачилась в брюки, блузку, жилет. Собирается покинуть замок? Юлянка сильно сомневалась в том, что согласна оказывать содействие княгине в этом. Расспросить не получалась, её светлость отдавала короткие распоряжения и не отвечала на вопросы. Уже через пять минут они выходили из покоев. Риана коротко глянула на возвышавшихся молчаливыми изваяниями охранников, заперла дверь и сунула ключ в карман. Жестом велела следовать за ней и Юлянке, и Айну, которого она сразу же заметила. Замедлила шаг только оказавшись в официальной части дворца, уже знакомой Юлянке по визиту к советнику.

Княгиня ободряюще взглянула на спутницу и шепнула:

— Благодарю за поддержку, можешь идти к себе, если больше ничего не собиралась делать.

Ещё как собиралась! Юлянка покачала головой и продолжила путь вместе с княгиней. Они миновали пост охраны, на сей раз вполне дееспособный. Парни вытянулись, приветствуя правительницу. Та проплыла мимо гордым корветом и направилась в свой кабинет.

В приёмной дежурил знакомый Юлянке Ладлен Фокк. Он сидел за столом секретаря в расслабленной позе, но едва приоткрылась дверь, вскочил:

— Добрый вечер, ваша светлость! Рад, что ваше здоровье пошло на поправку.

— Да-да, — княгиня шла мимо, не сбавляя шага. — Через четверть часа зайди ко мне с блокнотом, я продиктую указ. Никому не надо знать, что я здесь.

— Слушаюсь! — гаркнул парень и горделиво посмотрел на идущую за княгиней Юлянку, мол, видишь до чего я дослужился! Девушка не обратила на него внимания, её занимала мысль об указе, упомянутом Рианой. Что имелось в виду?

* * *

Кабинет княгини выглядел по-деловому скромно и напоминал тот, в котором Юлянку и Белетту допрашивал советник. Разве что огромный письменный стол располагался справа от входа, а софа для посетителей около окна. О хозяйке напоминали только горшки с цветущей геранью разнообразных оттенков, занимавшие подоконник.

— Располагайся, — пригласила посетительницу Риана, сама прошла к столу, села, положив руки перед собой, и на миг прикрыла веки. Отсвет внутренних переживаний скользнул по её лицу короткой гримасой муки. Её светлость зажмурилась, отгоняя наваждение, и распахнула прекрасные глаза. — Что привело тебя ко мне, Юлиания? Надеюсь, ты готова выйти замуж за моего сына?

— Нет! — успевшая опуститься на софу девушка вскочила: — Я как раз шла, чтобы убедить вас остановить свой выбор на Гребеке. Мне с самого начала обещали, что участие в отборе будет формальным. Распорядительница говорила, что я нужна только для количества, а Эсмонд собирался отпустить после бала! Я не могу остаться в Копоте! Не могу, поверьте, ваша светлость!

— Не можешь остаться, — княгиня жестом велела Юлянке опуститься на софу и задумчиво посмотрела на прицепившегося к портрету Дола Юджина призрака. — А ты что скажешь, Айн? Обернись уже, так и быть.

Тень мгновенно перекинулся и прошёлся по кабинету, словно разминая затекшие ноги:

— Мне нравится наша луаринская гостья. Думаю, что и ваш супруг был бы рад такой невестке.

— Я просила! — повысила голос княгиня.

— Девушка всё знает.

— Болтун! Негодяй! Как ты посмел распространять слухи обо мне! О нас! — Риана сжала кулаки и обрушила удары на столешницу. Лежавшие на подставке самопишущие перья подскочили, с жалобным звуком стукнувшись друг о друга.

Юлянка, не смея встать, подала голос со своего места:

— Ваша светлость, не ругайте Айна, я сама догадалась, — она лукавила, но уж очень не хотелось тратить драгоценные минуты на скандалы. Отвела в сторону воротник платья, демонстрируя загрубевшие чешуйки на шее: — Вот. Видите? Белетта давала мазь, которая помогла от этой болячки, и сказала, что ведьма изготавливает это лекарство для вас.

Княгиня машинально тронула собственную шею, скрытую газовым шарфиком, и более спокойным голосом спросила:

— У тебя в родне есть драконы?

— Брат. И он в опасности.

Теперь встрял призрак:

— «Брат» слишком громко сказано. Дракона семье Юлиании подбросили. Двадцать пять лет назад. Я уверен, что это твой сын, Риана!

— Нет! — княгиня отклонилась на спинку кресла, вцепившись в подлокотники: — Это невозможно! Мой первенец умер!

В этой фразе слышалось столько боли и отчаянья, что Юлянка не выдержала и спросила:

— Умер? Как? Почему?

Княгиня подалась вперёд, облокотилась на стол, спрятав лицо в ладонях, и заговорила.

В свои восемнадцать юная принцесса верила в любовь. Она привыкла к тому, что все вокруг восхищаются ей, все добры, приветливы и желают наследнице престола исключительно счастья. Много достойных юношей добивались внимания царской дочери… Слишком много. Одни нравились внешне, другие привлекали красноречием, третьи обходительностью, четвёртые умом. Выбрать было невозможно, а сердце молчало.

Оно молчало, пока на балкон башни не опустился он: прекрасный и единственный! Дракон, похитивший царевну у всех остальных. Первые свидания были чисты, влюблённые надеялись, что их взаимные чувства убедят Дола Юджина согласиться на брак дочери и княжича из Искарии. Увы, копотский правитель не хотел и слышать о том, чтобы его ненаглядная наследница досталась ящеру, пусть и достойнейшему из драконьего племени.

Мысль о расставании казалась невыносимой. Предложение Райнера заключить тайный союз, царевна приняла с восторгом. Они поставят отца перед свершившимся фактом!

Одной безлунной ночью Райнер Голден Хорст прилетел к возлюбленной в сопровождении верховного искарского церемониймейстера и друга, готового стать свидетелем венчания. Это был счастливейший день в жизни Рианы. Она ждала только хорошего, но зная взрывной характер отца, уговорила мужа не сообщать о заключении брака сразу. Хотела сначала подготовить царя к этой новости.

Дол Юджин отлучился на охоту, у молодых супругов случились две недели любви. Правду говорят в народе: драконы необыкновенные любовники, после Райнера царевна даже представить не могла в этой роли другого мужчину.

В негодование царя Риана поверила не сразу, надеялась, что приступ гнева рано или поздно пройдёт, и Дол примет её выбор. Не тут-то было! Указ об истреблении ящеров стал свидетельством царского безумия. К несчастью, слишком много нашлось в Копоте желающих поживиться: драконья чешуя, внутренности, кровь весьма ценились как ингредиенты во всевозможных колдовских зельях, и если раньше добывали их исключительно контрабандой, теперь руки у драконоборцев стали свободны.

Юная супруга дракона рыдала, умоляла отца сжалиться, благословить уже заключённый союз. Дол Юджин не внял просьбам наследницы, посчитав их девичьими капризами. Испугавшись за мужа, царевна упросила его скрыться за вставшими между Искаией и Копотом скалами. Райнер согласился на это с условием, что оставит в замке своего магического представителя. Тень дракона должна позвать своего хозяина, как только сложится благоприятная ситуация. Супруги всё ещё верили в возможность счастья.

Царевна переоценила свои силы и душевные качества отца. Разозлённый чудом, разделившим Копот и недоступные теперь земли трёх княжеств, бывший царь повелел наследнице выходить замуж за того, кого он выберет для неё. Риана призналась, что беременна. Она ожидала, что отец смягчится, но этого не произошло. Дол намеривался избавиться от не рождённого внука. Женщина валялась в ногах у правителя, вымаливая возможность родить, и вынужденно согласилась на все условия.

Её увезли в дальнюю провинцию и отдали замуж за Пита Юджина — потомка изгнанного из столицы кузена правителя. Пит обрадовался возможности покинуть опостылевшее захолустье и не особенно печалился о том, что брак будет фиктивным. Он обещал признать ребёнка своим и никогда не претендовать на участие в управлении княжеством.

 После скромной свадьбы молодожёны оставались в поместье кузена-изгнанника вплоть до рождения наследника. Роды проходили на удивление легко. Первым на свет появился крохотный дракончик: узкое покрытое нежными чешуйками тело сверкало изумрудным блеском. Риана потянулась к сыну, но сразу же почувствовала новые схватки. Акушерка передала дракончика слугам и занялась роженицей. Эсмонд заставил мать помучиться. Он был крупнее брата и, едва родившись, возвестил об этом могучим криком.

Этим ребёнком занялись с особым старанием: обрезали пуповину, обмыли, завернули в пелены и поднесли к материнской груди. Утомлённая женщина просила дать ей и первенца, однако служанка, пряча глаза, сказала, что маленький ящер умер.

Княгиня замолчала, отняла ладони от лица. Щёки её были мокрыми от слёз.

— Они убили моего сына! Убили по приказу моего отца! — Вытянув дрожащую руку в сторону призрака, спросила: — Как? Как, скажи мне, я могу смотреть в глаза любимому, после того, как предала его? Я вышла замуж за другого! По моей вине погиб наш сын!

— Значит, всё-таки, близнецы, — задумчиво произнёс Айн. Он подошёл к столу и остановился напротив княгини: — Что если я прав, и ваш первенец выжил? Слуги могли ослушаться приказа и увести новорожденного в Луарин. Почему нет? На родине Юлиании не встречается драконов. Гоша не может менять ипостась, как и Эсмонд, что свидетельствует о том, что он имеет близнеца.

— Гоша, — прошептала Риана. — Как это было бы чудесно. — Всхлипнула и покачала головой: — Слишком, чтобы оказаться правдой.

Юлянка всё-таки не усидела. Какое бы сильное впечатление ни произвёл на неё рассказ княгини, она помнила о брате. Встала, подошла, замерев рядом с Тенью, сложила руки в умоляющем жесте:

— Пожалуйста! Отмените приказ о поимке моего брата. А ещё лучше, прекратите гонения на драконов. Вы, как действующая правительница, имеете право избавить страну от устаревших и кровавых указов предшественника.

Её светлость внимательно вгляделась в лицо девушки, вздохнула и спросила:

— Ты согласишься стать женой Эсмонда? — Она продолжала неотрывно смотреть на Юлянку. Та молча отступила на шаг. Княгиня улыбнулась одними уголками губ: — Ведь он нравился тебе. Разве нет?

Это условие? Девушка затаила дыхание, не в силах вымолвить ни слова. Да, Эсмонд первое время очень нравился ей, она чувствовала притяжение, восторг, тепло, находясь рядом с ним. Но не было ли это следствием приворота? Или ещё какого-нибудь волшебства?

В дверь негромко постучали.

— Заходи, Ладлен, — откликнулась княгиня, — я жду.

Секретарь с блокнотом в руках чётким шагом приблизился к столу и замер в ожидании.