Глава 12

Яичница-глазунья. Если заморозить яйцо и разрезать его пополам, и положить на сковородку, получится глазунья с 2 желтками.

Из Интернета

Ведьм я всегда представляла себе пожилыми женщинами в длинных темных балахонах и больших острых колпаках. Нос крючком, бородавка, костяная нога. В общем, этакая Баба Яга, вышедшая в люди из своей избушки на куриных ножках. Вот только посетителям кафе о моих представлениях сказать забыли. За столиком, одним из нескольких занятых, сидели четыре представительные дамы средних лет, довольно миловидные, с аристократичными чертами лица, одетые в строгие брючные костюмы светлых оттенков.

Четыре ведьмы. Пять стульев. Как и учил Ронтар, я вежливо поклонилась и начала расставлять на столе принесенные продукты.

— Посиди с нами, — то ли приказ, то ли просьба. Хотя вряд ли существа, способные ослушаться дракона, станут просить.

Я опустилась на свободный стул.

— В тебе много силы, — начала одна из женщин, пристально вглядываясь в мое лицо, — но ты не умеешь ею пользоваться, это может принести вред всем здесь живущим. Кто одарил тебя такой силой?

— Пегас, — я вспомнила встречу с летающим «боингом» и подавила дрожь.

— Магия слова, значит, — сделанный вывод был мне непонятен, но прозвучал угрожающе, — вы расстались друзьями?

Друзьями? С кем? С этой летающей махиной? Да свят-свят-свят!

— Нет, — качнула я головой, — я его испугалась и не захотела с ним общаться.

Все четыре ведьмы нахмурились.

— Плохо, просто отвратительно. Значит, твоя магия будет чаще всего нести именно вред тем, кто находится рядом, — просветила меня одна из них. — Одна из нас придет завтра, принесет амулет. Будешь носить его, не снимая. Взамен, когда выйдет срок твоей работы здесь, потрудишься и на нас. Мы обучим тебя владению Словом. А теперь иди. И постарайся ничего не разрушить до завтра.

Аудиенция была окончена. Я поднялась, поклонилась еще раз и поплелась в кухню. Перспективы не радовали: я считала дни до окончания работы в кафе, а оказалось, что и у ведьм теперь нужно будет провести какое-то время. Радовало только что инкуб, если не обманул, внушил родным ложные воспоминания, а значит, беспокоиться обо мне не станут. И все же я хотела поскорей вернуться домой…

— Глупая, — фыркнул Ронтар, выслушав меня, — такие возможности открываются. Да за возможность работать у ведьм многие маститые маги готовы на что угодно. Это же бескрайняя сила, помноженная на бескрайнюю же мощь.

— Я домой хочу, — угрюмо сообщила я начальству, сев за чистку овощей, — меня вообще никто не спрашивал, когда забрасывал сюда.

— Ты сначала отработай здесь срок, деньги получи, а потом уже страдай по дому, — проворчал Ронтар, снова становясь к плите. — Такие возможности, эх…

Возможностей я не видела, но спорить с начальством не стала.

Остатки моей магии сказались на следующее утро, когда в кафе заглянул довольный жизнью и отвратительно бодрый инкуб. Я всю ночь страдала бессонницей, обдумывая ситуацию и выходы из нее, а потому встретила упертого поклонника недовольным взглядом.

— Ты и в спальне в этой форме ходишь? — якобы соблазнительно улыбнулся Дитор. — Как тебе идея прогуляться в магазин и выбрать тебе одежду?

С ним? Одежду? Мне?

— Опять свидание? — уточнила я. — Меня Ронтар не отпустит. Он еще от мантикоры не отошел.

— Думаю, новые платья тебе вреда не принесут.

Да что ж он от меня никак не отстанет-то? Может, лечь с ним в постель, и дело с концом? Не сказать, чтобы Дитор совсем мне не нравился. Да, симпатичный, высокий, умный, с чувством юмора. Мечта любой нормальной девушки, наверное. Но его напористость и самоуверенность меня отталкивали. Да и печальный опыт все же сказывался: набивать шишки снова, практически сразу же после разрыва с бывшим, я особо желанием не горела.

— Давай завтра, — предложила я, не чувствуя желания никуда выходить в прямо сейчас, — я отвратно спала, сил на прогулку просто нет.

— Хорошо, — подозрительно легко согласился инкуб, — тогда завтра и расскажу о твоем неудачливом нападающем.

Этот наглец нагнулся ко мне, поцеловал меня в щеку и, весело что-то насвистывая, вышел из кафе. Я осталась стоять с блокнотом в руках и челюстью на полу. Это что сейчас было?!

Ронтар, естественно, в восторг от моего планируемого выходного не пришел, но согласился, заявив, что мне, «порядочной девушке», все же следует носить вне работы не штаны с кофтой, а платья, «которые сделают меня только симпатичней».

«И привлекут ко мне массу ненужных поклонников», — добавила я про себя.

В обед пожаловала степенная гномка, прищурившись, колючим взглядом окинула меня с ног до головы и уточнила:

— Это у тебя, милочка, еда с непонятным эффектом получается?

Обращение «милочка» я терпеть не могла. Сразу представляла себя забитой прислужницей, не способной ни на что, кроме готовки и уборки. Конечно же, клиентка мне не понравилась.

— У меня, — я буквально выдавила из себя вежливую улыбку.

— Отлично. Тогда приготовь мне какао и блинчики. Сама.

Да как угодно. Клиент всегда прав. Настроение у меня соответствующее. Ронтар, услышав заказ, вздохнул:

— Бедная та гномка. Я ей заранее сочувствую.

Я иронию начальства пропустила мимо ушей и встала к плите. Ведьмы с амулетом еще не появлялись, а значит, моя магия могла сработать в любой момент.

В этот раз блинчики получились намного лучше, чем раньше: без комков, не подгорелые. Какао я тоже приготовила, как я считала, приличным, не пожалела порошка, воды и сахара. Ронтар молчал за спиной, даже не вздыхал. Я предпочитала думать, что ему нравились мои действия.

Гномка оценила внешний вид блюд, кивнула, видимо, своим мыслям и отпустила меня царственным жестом.

В кухне Ронтар кормил Виту. Та укоризненно смотрела на вздыхавшее над каждым куском мяса начальство, как бы говоря: «Ты мне, такой красивой и полезной, жалеешь какое-то мясо?!»

— Дармоедка. Знаешь, какие сейчас дорогие продукты, — проворчал Ронтар, закончив накладывать порцию. — Хоть бы ты еще и овощи ела, так нет же…

Ларуна, сидевшая у плиты с чашкой чая в руках, хмыкнула. Карис фыркнул. Я тоже хотела было отреагировать на это общение, когда услышала шум в общем зале. Народ переглянулся, дружно повернулся ко мне, осуждающе посмотрел и отправился смотреть, что же там произошло. Мы с Витой топали самыми последними. Я ничего хорошего от своей готовки не ждала, мантикора ободряюще терлась о мои ноги. Мол, не бойся, хозяйка, прорвемся.

Гномка пела, то и дело подбрасывая в воздух что-нибудь из посуды. Та падала на пол с громким звуком, гномка провожала ее задумчивым взглядом и брала очередной предмет. Когда вся доступная посуда оказывалась на полу, гномка наклонялась, подбирала что-либо и снова бросала, при этом ни на секунду не отрываясь от пения. Голос у нее оказался чистым и сильным, слушать — одно удовольствие. А вот текст для меня звучал полной тарабарщиной.

— Духов призывает, своих, гномьих, — шепотом пояснила Ларуна, — просит благословения.

— Зачем? — не поняла я.

В ответ — пожимание плечами. Действительно, кто ее, эту гномку, знает, что ей в голову взбредет…

Звякнул колокольчик, отворилась входная дверь. На пороге появилась ведьма, одна из вчерашних, увидела гномку, застыла на миг, потом произнесла что-то, сделала пас рукой, и певунья повалилась на пол без сознания.

— Придет в себя через час, нормальная, — просветила нас ведьма, подала мне амулет и велела. — Носи, не снимая.

Я только кивнула в ответ. Была б моя воля, я вообще где-нибудь закрылась бы на несколько месяцев и рот не открывала бы. Нельзя. Не поймут. Не отпустят.

Остаток дня и ночь прошли спокойно.

А утром появился Дитор.

Как обычно элегантно одетый, щеголявший в идеально выглаженном костюме темно-синего цвета, он белозубо мне улыбнулся и подал руку. Стоявшая возле входной двери мантикора насмешливо фыркнула, и я была полностью согласна с ней. Действительно, получалось смешно: инкуб в официальном костюмчике, красавец мужчина, явно не бедный и знатный, и рядом я, обряженная в не пойми что, отдаленно похожее на джинсы с кофтой, без макияжа, прически… В общем, чучело. И куда я такая красивая собралась?

Руку пришлось принять.

— Нас с тобой на тротуаре обходить придется, — сообщила я Дитору.

Он хмыкнул:

— Твоя мантикора весь народ разгонит, некому будет обходить.

Ну конечно же, он оказался прав. Вита, хоть и оставалась котенком, на активной кормежке Ронтара существенно подросла, а потому доставала мне чуть ли не до колена. Выйдя первой на улицу, она показательно ощерилась, демонстрируя всем желающим немаленькие клыки, и через пару-тройку секунд на тротуаре в ближайшей видимости не осталось никого из разумных живых существ.

— Добрая киса, — вздохнула я, потрепала Виту по холке и направилась вместе с Дитором непонятно куда.

Шагая по пустой улице, я вдыхала по-весеннему теплый воздух с пряными нотками, и в голове сами собой рождались стихи. Теперь, с амулетом, спрятанным под ворот кофты, я больше не боялась магии слова, а потому, довольно улыбнувшись, начала декламировать:

Дитор напрягся.

— Ведьма вчера амулет принесла, — безмятежно пояснила я, — теперь последствий не будет.

На меня как-то странно взглянули, но промолчали.

Первый магазин одежды, видимо, местный бутик, располагался через шесть домов от кафе. Зашли мы туда ненадолго, минут на двадцать. И в следующий тоже. И в еще один. В каждом из них Дитору что-то не нравилось: или фасон нарядов, или их цвет, или призывно улыбавшиеся при виде инкуба продавщицы. Наконец, в четвертом по счету, и Дитор, и Вита решили остановиться и все же одеть меня.

Платья, юбки, блузки, принесенные продавщицами эльфийками, все выглядели относительно скромно: длина подола как у младшеклассницы, до середины икры, не меньше, рукав как минимум три четверти, кружева и рюши для украшения. В общем, хоть сейчас в монашки иди. Хорошо хоть цвета были подобраны яркие: красный, голубой, розовый, зеленый, фиолетовый, сиреневый.

Я скептически посмотрела на горку уже примеренных вещей и уточнила:

— Это покупается с запасом, чтобы я всю остальную жизнь могла в магазины не заглядывать?

Инкуб хмыкнул:

— Это вариант для работы и улицы. Надеюсь, чуть позже мы купим тебе одежду и для дома.

Уж не знаю, какой контекст был вложен в эти слова, но я покраснела. Для дома я и сама могла себя купить что угодно. Ту же пижаму. Или халат. Тоже мне, папочка заботливый нашелся.

— Ты обещал рассказать о том, кто на меня проклятье навел, — напомнила я, когда мы покинули магазин с несколькими пакетами купленных нарядов.

— Ведьма-полукровка, берется за любые дела. Сейчас в бегах. Возможно, сбежала в один из миров, — сообщил Дитор, шагая по тротуару. — Заказчица — одна из вампирш. Её дитятко чуть не поучаствовало в свальном грехе в кафе.

Я покраснела, припомнив эту сцену.

— Она решила отомстить?

— Да, правда, уже передумала…

— Дитор!

— Да?

— Прекращай так невинно смотреть. Это ты ее «отговорил»?

— Всего лишь посоветовал не лезть к тебе.

Нет, ну зараза, а? Строит глазки, призывно улыбается и молчит. И, главное, ни Ронтар, ни Карис даже не подумают расколоться. У кого бы узнать, что за тип такой со мной рядом идет?!

— А кстати… Дитор!

Опять эта наглая улыбочка.

— Да?

— Мы куда идем? Кафе в другой стороне.

— А кто сказал, что мы идем в кафе?

Гм. А меня спросить? Изначально договаривались только на посещение магазина с одеждой. Я несколько секунд помолчала, потом тряхнула головой. Ладно, пусть так. В конце концов, у меня сегодня выходной, так что можно и погулять. Ронтар всегда найдет, чем занять неудачливую попаданку, а потому надо отдыхать, пока есть такая возможность.

Шли недолго: однотипные здания вдруг перешли в низенькие домишки, а за ними показалось большое крытое одноэтажное строение.

— Что это?

— Оранжерея, уверен, вам с Витой понравится. Оставь пакеты у охранника.

Я с сомнением посмотрела на тролля-охранника у дверей оранжереи, на довольную жизнью мантикору, на инкуба…

Внутри оранжерея представляла собой огромный сад с цветами, плодоносящими деревьями и фигурно подстриженными кустами.

Мы с Дитором шли по дорожкам, уложенным гладким, шлифованным камнем, Вита носилась между кустами и деревьями. Я вдыхала разнообразные, сводившие с ума, ароматы и чувствовала себя на удивление счастливой.