Глава 20. Теперь моя жизнь на та, что прежде

Во всех историях рождение ребёнка — начало новой жизни, в моей — получалось, что конец. Оглядываясь назад — как всё начиналось, к чему привело — и вспоминая все наши разговоры с Дамой и Дарматом, рассуждения Акзифа и Летильды, я не могла отделаться от ощущения, что упускаю нечто очень важное. Вот только что?

Как говорится, хочешь что-то спрятать, положи эту вещь на видное место. Так и в нашей истории: наверняка решением проблемы было что-то простое, доступное, лежащее на самой поверхности. Вот только то ли я была настолько слепа, что не замечала очевидного, то ли мне только казалось, что всё может разрешиться просто, а решения не существовало вовсе. 

Изменить я ничего не могла, принять — не получалось. Поэтому просто затаилась, мечтая о настоящем чуде. А что ещё оставалось делать? Упиваться жалостью к себе — это было не в моих правилах. Я не отчаивалась в те времена, когда раз за разом просыпалась в склепе рядом с телом принцессы и всё больше забывала о себе прежней, а тут вдруг начну сопли на кулак наматывать, когда узнала, чем всё это должно закончиться? Да ни за что на свете!

 Я собиралась отведённое мне в этом мире время провести с пользой: завершить задуманное, привести свои дела в порядок и передать дом и бизнес Луте. Но пока решила ничего не говорить о своём завещании, а вот о беременности и о том, что я теперь с Дарматом, рассказала. 

Мои девчонки восприняли эту новость по-разному. Лута с лёгкой ноткой грусти без конца повторяла, что нет ничего хорошего в том, чтобы стать собственностью одного из драконьих родов, пусть и такого важного и именитого, как Раурги. Её любимица Рина пустилась в рассуждения о ценности семьи и важности детей. А вот Кора с Аниной принялись восторгаться тем, что теперь воочию убедились в существовании вечной любви и неотвратимости судьбы. 

Девушки строили планы на будущее — как станут нянчить маленького дракона и учить его разным шалостям. А я слушала их и грустно улыбалась. Потому что понимала: никто не отдаст драконьего принца на воспитание людям. Да что тут говорить о воспитании? Возможно, они даже никогда не увидят его!

Одно радовало в этой жизни: компания «Пчёлка» по-прежнему брала много работы. Впрочем, я больше не могла принимать в этом участие. Уборка, стирка и другие обязанности — всё легло на плечи моих девчонок. Лута наняла ещё несколько взрослых женщин в помощь Коре и Анине, а сама взялась вести амбарные книги и денежный учёт. Прачечную она полностью передала в ведение Рины, у которой также появились свои помощницы. 

Дармат выполнил своё обещание — открыл мне доступ к своей сокровищнице. И я тотчас принялась осуществлять свои задумки. Погасила оставшийся долг Даме. Положила небольшие суммы на приданое каждой девушке. Довела до ума прачечную и заднюю часть дома. Отремонтировала всё, что разрушил мой дракон на Теневой улице. Увы, это всё, чем я могла помочь своим подопечным. 

С того самого дня, как стало известно о моей беременности, моя жизнь в корне переменилась. Я переехала в замок Дармата. Ко мне приставили охрану. Старшие драконицы начали готовить моё представление ко двору и официальное объявление о наследнике всему Дрейгеру. И я больше ни в коем случае не должна была заниматься уборкой в домах драконов. Как торжественно объявили мне старшие женщины драконьего рода: «Отныне и до конца жизни ты — мать наследника Дома Брелзаксов, чёрных драконов. Будут ещё рождаться дети, но этот ребёнок теперь навсегда старший Раурги в своём поколении». 

А мне оставалось лишь удивляться. Получалось, старший в своём поколении мог родиться у любого дракона в семье, и это уже было никак не изменить. Как по мне, всё это выглядело довольно странным, но спорить или высказывать свои сомнения я не решилась. Да если честно, я вообще старалась как можно меньше привлекать к себе внимание. После обязательного общения со старшими женщинами драконьего рода, изучения дворцового этикета и очередной примерки я с превеликим удовольствием сбегала на день к своим девчонкам пусть и с охраной за спиной. 

Но к вечеру всегда возвращалась обратно, потому что Дармат превращался в настоящего «зверя», если меня долго не было рядом. При этом сам он весь световой день занимался своими неотложными делами, появлялся ближе к ночи, выглядел уставшим и всегда мрачно шутил, что, оказывается, быть драконом не так уж и плохо. 

 В один из вечеров я всё же сказала такое долгожданное для Дармата, одно-единственное слово: «Да». Правда, моё согласие хоть и обрадовало его, но не успокоило. Чувствовалось, что он о чём-то постоянно тревожится. На все мои вопросы он отвечал, что его гложет какое-то дурное предчувствие. Я объясняла это тем, что он переживает из-за невозможности прямо сейчас пройти через Всепоглощающее Пламя. И всячески успокаивала его, говорила, что просто надо немного подождать, и как только родится наследник, мы сможем исполнить этот важный для драконов обряд. Но Дармат продолжал тревожиться и отмалчиваться. 

А тем временем по Салматару, как пожар по сухой степи, распространялись слухи о проклятом драконе и его таинственной избраннице. И как обычно бывает в таких случаях, каждый высказывал свои догадки одна чуднее другой. Что только не говорили! И то, что дракона расколдовала та самая волшебница, которая и наслала проклятие — уже чисто из жалости, потому что тот умирал в своей пещере от одиночества. И что просто подошёл срок, когда проклятие само собой разрушилось. Но самая популярная версия, конечно, была связана с любовью: дракону вернули его сердце, которое целый век находилось в таинственном артефакте, и его принесла прекрасная принцесса. 

Всё это мне стало известно от моих девчонок. Сама-то я выходила в город исключительно под наблюдением двух драконов и только через тайный ход. И всё потому, что возле замка с каждым днём любопытных сальматарцев становилось всё больше и больше. Они прохаживались возле замка, старались заглянуть сквозь кованую, оплетённую сверху до низу плотным плющом решётку ограды, изо всех сил пытались привлечь внимание охраны, которую Дармат выставил возле ворот с первого же дня, как я стала жить в его замке. Но так и не смогли приблизиться к разгадке. 

Наконец город всколыхнула новая весть: объявили о точной дате представления избранницы проклятого дракона ко двору. И потянулся народ со всей округи и даже из-за пределов столицы в элитный квартал Сальматара, чтобы хотя бы увидеть самого дракона, раз уж его избранницу так тщательно от всех скрывают.

Дармата это сильно раздражало. Каждый хотел увидеть собственными глазами это чудо чудное — дракона, который смог вернуться. А ещё пообщаться с ним лично, задать вопросы о его избраннице, а если повезёт, что-нибудь выпросить на память о важной встрече. И надо признаться, мой дракон держался достойно и сдержанно, правда, всё чаще использовал потайной ход для того, чтобы вернуться домой. 

А тут ещё вдруг откуда-то стало известно, что за несколько недель до всех этих важных событий к проклятому дракону приехала юная драконица, которая и привезла медальон под названием «Драконье сердце» и бесстрашно поселилась в его пещере. Тотчас нашлись свидетели, которые видели ту самую процессию, когда к пещере дракона-отшельника доставили прекрасную деву вместе с магическим артефактом. И теперь все только и говорили о юной драконице Летильде Зульзирог.

Об этом я узнала от нашего возничего, когда в очередной раз гостила у своих подопечных. Валдай поведал, что на улице, где живёт «та вертихвостка, что гостила в пещере у нашенского дракона», теперь такое же столпотворение, как возле замка Дармата. Ему довелось однажды там проезжать, когда он развозил чистое бельё по адресам, которые дала ему Лута, и он едва смог прорваться сквозь любопытствующую толпу. И это понятное дело! Все жаждали хоть одним глазком увидеть ту самую девушку, которая смогла снять вековое проклятие. 

Лута по-доброму ворчала на старика за это, мол, зачем вообще поехал по той дороге. Валдай оправдывался тем, что хотел чуть сократить путь. А мои девчонки откровенно радовались и предвкушали тот день, когда всему миру наконец станет известно, что вовсе никакая не драконица, а самая обычная девушка стала избранницей проклятого дракона.

А я слушала их и переживала всё больше. Потому что понимала, какой будет нанесён удар по самолюбию гордой драконицы, которой прочили почётное место рядом с Дарматом. 

За всеми примерками, подготовками и изучением придворного этикета мы не заметили, как подошло время отправляться во дворец, чтобы предстать пред строгими очами Барката и объявить всему Дрейгеру о будущем наследнике драконьего рода Раурги. 

Сказать, что я нервничала, это значит, вообще ничего не сказать. Я была в панике! Как воспримут весть о наследнике? Как отнесётся к такой новости Властитель драконьего рода? Как примут меня в семью? И сможет ли драконий род Зульзирогов отступить и достойно принять своё поражение? 

В мрачных думах я прохаживалась по длинному коридору и каждый раз тяжело вздыхала, выглядывая в окно. Вся Пламенная улица, куда только дотягивался мой взгляд, была освещена переносными фонарями и факелами, сделанными на скорую руку.

— Действительно «пламенная», — прошептала я, завороженно разглядывая, как переливаются и мерцают огоньки в ночи. 

 Сальматарцы теперь вообще не уходили от замка Дармата — ни днём, ни ночью. Возможно, это всего лишь так казалось, но как бы там ни было, мне от этого легче не становилось. 

Вот такой, в мрачных мыслях и без конца тяжело вздыхающей, мой дракон меня и застал на втором этаже в тёмном коридоре.

— Ты чего здесь в темноте? — спросил Дармат, поднимаясь по ступенькам; лица его я не видела во мраке, но по тону поняла сразу, что он чем-то недоволен. 

— Ждала, когда ты вернёшься, — ответила я и не удержалась, снова выглянула в окно, недовольно прошептала: — Что им всем надо от нас? Почему не оставят в покое? 

Я почувствовала за своей спиной движение, и на мои плечи опустились горячие ладони, прямо над ухом прошелестел родной голос:

— Они хотят увидеть тебя. 

Я повернулась лицом к Дармату и недовольно проговорила: 

— Они так же хотят увидеть и Летильду. 

Дармат понимающе хмыкнул, поцеловал меня в макушку, успокаивающе погладил по спине и вдруг подхватил на руки и неспешно пошёл по коридору к лестнице на первый этаж. 

— Так будет недолго! — прошептал он мне на ухо. — Завтра все узнают правду и успокоятся. Я тоже неимоверно устал от всего этого, — в сердцах признался он. 

— Но почему все говорят о Летильде?

— Потому что никто её не видел с того дня, как она ушла из моего замка со своим магом. — Дармат вздохнул. — Поверь мне, для Зульзирогов это сейчас тоже ещё то испытание. Уверен, они ждут не дождутся, когда уже наш род объявит об избраннице и наследнике. 

Вроде бы такое логичное объяснение, но оно меня не только не успокоило, а наоборот, напугало. А как иначе? Если кто-то затаился и молчит, значит, точно затеял что-то недоброе. Сердце сжалось в тревоге! 

Я прильнула к груди Дармата, прикрыла глаза и попыталась успокоиться, прислушиваясь к мерному стуку его сердца. Но все мои мысли раз за разом возвращались к завтрашнему дню, к знакомству с Владыкой и к публичному объявлению на весь мир о наследнике Раурги. 

— А ты точно знаешь, что они именного этого ждут? — не утерпела я и всё же озвучила свои сомнения: — Ну, что будут рады тому, что ты завтра представишь меня Владыке и всему драконьему роду?

— Соня, я сегодня виделся с Джавзаром, он рассказал мне о трудностях, с которыми пришлось столкнуться его семейству из-за полнейшей тайны, которую наша мать попросила соблюдать до официального представления тебя ко двору. 

— Понятно, — с тяжёлым вздохом проговорила я.

— Тебя что-то беспокоит? — напряжённо спросил Дармат. 

— Да, — честно ответила я. — Я переживаю из-за завтрашнего дня. 

— Всё будет хорошо! — пообещал мой дракон. — Как только объявим всему миру о нас, я тебя унесу далеко отсюда. Я не рассказывал, но у меня возле водопадов есть небольшая пещера, она правда до конца ещё не оборудована, но зато оттуда такие прекрасные виды открываются на Долину драконов, на рассвет! — с восхищением проговорил он. — Тебе обязательно понравится. — Помолчал и с сомнением добавил: — Надеюсь, что понравится. 

Я даже воспрянула духом: 

— Мне понравится везде, где есть ты! 

— Вот и замечательно! — обрадовался Дармат. — Спрячемся с тобой от всего мира. 

— И мне не надо будет ни с кем встречаться, продолжать изучать геральдику и историю зарождения каждого драконьего рода, зубрить тамантары, тренироваться правильно приседать и кланяться, при этом не забывая, кому нужно кланяться дважды, кому — всего лишь раз, а кого-то и вовсе удостоить только лёгким кивком? — выпалила я скороговоркой. 

Дармат остановился и встревоженно посмотрел на меня.

— Прости! Я не думал, что это так сильно может тебя обременить. 

— Да ладно, — отмахнулась я, почувствовав неподдельное беспокойство в его словах. 

— Мать попросила лишь об одном: представить тебя как свою избранницу и заявить о наследнике, а дальше мы вольны делать всё, что нам вздумается. Я уже ей сообщил о своём желании уединиться. Всё это не для меня. Не моё. Я отвык от всего этого! Да и не нужно мне ничего. Хочу просто, чтобы ты была рядом. 

Я удивлённо приподняла бровь.

— А как же «править всем драконьим народом и привести его к славе и процветанию»?

— Так не я же это должен сделать, а наш сын. А до этого мы спокойно можем жить в своё удовольствие и воспитывать своих детей. 

“Вот оно! Если бы я осталась жива, мы бы смогли спрятаться от всего мира и спокойно растить сына».

И вроде бы времени до родов было ещё много, но что-то меня тревожило. 

— Дармат, а мы сразу после знакомства с Владыкой отправимся в твой дом у Водопадов? Или какое-то время нам ещё придётся пожить в Сальматаре? — поинтересовалась я и, как ни старалась, не смогла скрыть своего беспокойства. 

И Дармат это почувствовал, спросил, изучающе глядя на меня:

— Соня, если ты не хочешь, мы вообще никуда не пойдём завтра. Прямо сейчас улетим к Водопадам. И я обещаю, что не подпущу никого к нашему жилищу до самого рождения ребёнка. Не пустил бы никого и в момент рождения, но, когда в этот мир приходит дракон-первенец, старшие женщины рода должны быть рядом, чтобы помочь ему пройти через Всепоглощающее Пламя, потому что он оставляет в нём на веки вечные частицу своей души. Была бы ты драконицей, смогла бы сама провести нашего сына через Пламя дорогой Жизни. 

— А что будет с другими нашими детьми, если они появятся? 

— Они родятся уже не чистых кровей. — Заметив моё смятение, Дармат ласково улыбнулся и добавил: — Но поверь мне, они будут не менее желанны и любимы. 

— Спасибо, — облегчённо вздохнув, сказала я и поцеловала в щёку своего дракона. 

— За что? 

— Вот за этот разговор, — ответила я и вдруг обратила внимание, куда мы пришли. 

На первом этаже горели свечи, на столе стояли корзины со сладостями. Я потребовала, чтобы меня немедленно опустили на пол, и бросилась изучать неожиданное угощение. Чего здесь только не было! И фрукты заморские, названия которых я по сей день так и не выучила, и разнообразная выпечка — от замысловатых печенек до булочек, плетёнок и кексов, сладости и даже бутылочка дорогого напитка. 

— А для кого это всё? — я удивлённо посмотрела на Дармата. 

— Для тебя и твоих подопечных. — Дармат выглядел серьёзным. — Помнишь, ты хотела провести этот вечер со своими девчонками, а я сказал, что подумаю над этим? 

Я кивнула, боясь поверить своему счастью.

— Я подумал. Раз мы сразу после представления тебя ко двору отправляемся в новое жилище, то неплохо было бы тебе сегодня повидаться со всеми и рассказать о наших планах. 

Я бросилась к Дармату и обняла его, точнее, повисла на его шее и тотчас почувствовала, как меня обнимают крепкие руки. 

— Спасибо, спасибо, — шептала я, беспорядочно целуя щёки, глаза, губы своего дракона, которые он с удовольствием подставлял под мои поцелуи. — А ты со мной? — спохватилась я.

— Обязательно. Но присоединюсь чуть позже. Мне кое-что надо доделать: оставить несколько распоряжений, подписать пару писем и отправить на хранение завещание.

— Ого! — я сочувственно покачала головой. — Не задерживайся тогда. 

— Постараюсь. Главное, чтобы маг пришёл вовремя и быстро оформил все документы. И я тотчас отправлюсь к вам.

— А как же я это всё допру? — спросила я, вытаскивая из корзины аппетитную, посыпанную белой сахарной пудрой плюшку.

— Ты забыла про охрану? — насмешливо поинтересовался Дармат, и в комнате тотчас появились два дракона, легко подхватили корзины и направились в сторону потайного входа. 

Чувство благодарности переполняло меня. Счастливо улыбаясь, я поцеловала дракона и помчалась догонять охранников. Перед тем как скрыться в портретной галерее, помахала Дармату сладкой плюшкой, откусила добрый кусок и скрылась в темноте коридора.