Глава 11

На следующее утро я проснулась как на казнь и с раскалывающейся головой.

– Что с тобой? – осведомилась тетя Мэйбл, когда я вошла в столовую. – Волнуешься из-за ужина?

– Да, тетя. – Я поцеловала ее в щеку и ухватила печенье из вазочки.

– Ты не будешь завтракать? – удивилась она, когда я направилась к выходу.

– Нет, тетя, сегодня мне нужно пораньше в университет.

На самом деле я пребывала в таком нервном возбуждении, что мне кусок в горло не лез. Хотелось что-то срочно делать, куда-то идти, что-то предпринимать.

– Ах да, с Днем всех влюбленных! – спохватилась я, возвращаясь к ней и протягивая валентинку, которую заранее сдалала и украсила кружевом. – Я вас люблю, тетя Мэйбл!

– С праздником, Кристина! – приобняла она меня в ответ.

Мария ждала в холле с подносом воздушного безе в форме сердечек.

– С Днем всех влюбленных, леди Кристина! – приветствовала она меня.

– И тебя с праздником, Мария! Безе такие же вкусные, как и печенье!

На улице сегодня было слегка ветрено, но царила праздничная атмосфера. Казалось, весь мир желал друг другу любви. У меня даже приподнялось настроение: возможно, все обернется лучше, чем я предполагала? Мне хотелось, чтобы поскорее наступил обед и я смогла отправиться к мадам Паулюс.

Но когда я вошла в ангар и увидела плачущую навзрыд Барбару, все эти мысли развеялись.

– Что случилось? – Я быстро приблизилась к ней. – Ты поранилась? Что-то с драконами?

В ответ она только мотала головой.

– Мистер Бернард, вы объясните, что происходит? – Я подняла глаза на хозяина «Драко и сыновья», стоявшего неподалеку с растерянным видом.

В эту минуту Барбара издала сдавленный возглас и в слезах выбежала за дверь.

– Что с ней? – Я в недоумении посмотрела ей вслед.

Мистер Бернард выглядел одновременно смущенным и сердитым.

– Эта девушка неправильно меня поняла.

– Что вы имеете в виду?

– Утром я предложил снова подняться в дирижабле, чтобы отрепетировать выступление к выставке. Она согласилась. А когда мы оказались на высоте нескольких метров, набросилась с… – тут он умолк и только махнул рукой.

– Она вас поцеловала? – догадалась я.

– Да, – с досадой буркнул он. – А когда я сказал, что у нас должны быть лишь деловые отношения и я нанял ее для работы, обвинила меня в том, что вчера, успокаивая ее, я дал повод думать о чем-то большем.

Очевидно, для Барбары первый полет, когда она в испуге бросилась на шею мистеру Бернарду, выглядел совершенно иначе – как геройское спасение. В итоге бедняжка влюбилась в хозяина.

– Подождите, я попробую все уладить. – Я направилась к выходу.

Мне удалось нагнать Барбару возле касс. Я попыталась уговорить ее вернуться, но она и слышать ни о чем не хотела, только твердила, что ее коварно использовали – видимо, тем, что платили двойную зарплату, – завлекли и обманули в ее чаяниях.

Вернулась я ни с чем. Мистер Бернард сидел на перилах возле стойла Изабеллы.

– Она не будет выступать, – покачала я головой. – И увольняется.

Хозяин «Драко и сыновья» взъерошил волосы и, поднявшись мне навстречу, коротко кивнул:

– Тогда мы не будем участвовать в выставке.

– Нет, вы не можете так поступить!

– У меня нет другого выхода. Эрнеста уехала, Барбара отказалась, а никого другого я так быстро не найду. Один же я выступать не могу.

– Постойте… – произнесла я неожиданно для себя, когда он уже направился к лестнице. – Есть еще я.

Мистер Бернард удивленно остановился:

– Вы? Но как же ваша тетя? И вы ведь никогда не поднимались в корзине.

– Не поднималась, – согласилась я. – Сегодня будет первый раз.

Мистер Бернард замер, а потом приблизился и тихо произнес:

– Вы уверены, Кристина?

Нет.

– Да, – вслух ответила я.

Он замолчал, пристально глядя на меня, и в этом взгляде вдруг почудилось что-то знакомое.

– Идемте! – Он потянул меня к выходу. – Мы успеем один раз подняться на дирижабле.

Я последовала было за ним, но тут в ангар вбежал один из рабочих и, протягивая хозяину записку, произнес:

– Мистер Бернард, выставку перенесли: начало не в одиннадцать, а в десять.

Хозяин «Драко и сыновья» пробежал глазами текст, выругался, извинился передо мной и снова выругался.

– Значит, времени нет, – он поднял на меня глаза, – нужно подготовить Еву и Изабеллу.

В течение следующего получаса царила суматоха: мы будили дракониц, чистили их, покрывали тканями, собирали упряжь… Наконец все приготовления были завершены.

– Я перевезу сперва Еву, потом Изабеллу, – сообщил мистер Бернард, – а вы, пожалуйста, займитесь нашим оформлением и передайте вот эти бумаги комиссии, – протянул он мне документы. – Держите деньги на экипаж.

Вскоре он уже вскочил в седло, и распахнувшаяся крыша выпустила его верхом на Еве в объятия неба.

Перевязав бумаги и взяв вещи, я направилась к выходу. Один из рабочих нашел для меня экипаж, и вскоре я уже ехала за город, где на огромном поле и должна была состояться внушавшая столько трепета выставка.

Еще на подъезде я услышала музыку, которая время от времени прерывалась ревом. При этих звуках что-то внутри меня сжалось: Ева и Изабелла были спокойными драконицами, но я слышала, что есть и такие, которые имеют более агрессивный нрав или же их специально науськивают хозяева.

– Приехали, мисс, – сообщил извозчик, когда мы остановились.

– Спасибо. – Придержав шляпку, я сошла с подножки, и он удивленно на меня посмотрел.

Такими же взглядами одарили меня и другие посетители, бывшие поблизости. И неудивительно: на мне была маска, та самая, которую я надевала на встречу с Орфеем. Я не могла показаться на выставке с открытым лицом, потому что наверняка встретила бы много знакомых, и это была единственная идея, которая пришла мне в голову. К счастью, маска так и осталась лежать в сумочке с прошлого вечера. Я надеялась, что ее примут за часть моего сценического образа.

Решительно поправив стопку документов, я направилась в сторону видневшегося впереди главного шатра. Точно такие же, только поменьше, образовывали кольцо – они были уже для участников.

Когда я вошла внутрь, несколько господ, сидевших за столом с табличкой «Жюри», приподняли брови.

– Агентство «Драко и сыновья»? – поинтересовался тот, которому я протянула заполненную анкету с заявлением мистера Бернарда.

– Да, сэр.

Я надеялась, что джентльмен не узнает меня. А вот я узнала лорда Хогби – он несколько раз навещал дом тетушки Мэйбл. Кроме того, мы встречались в салонах, которые посещала наша семья. За этим же столом я увидела еще несколько знакомых.

– А вы?

– Барбара.

– Что ж, мисс Барбара, похоже, бумаги в порядке. Ваш шатер под номером три, – произнес он, протягивая мне что-то вроде деревянного колокольчика с большой цифрой на нем. Начало через час.

– Благодарю, сэр.

Войдя в шатер, я обнаружила вещи мистера Бернарда. Тут же были и оба седла – значит, он доставил и Еву, и Изабеллу. Пройдя шатер насквозь и выглянув с другой стороны, я на какой-то миг ослепла: во-первых, от утреннего солнца, заливавшего огромное поле, а во-вторых, от представшего зрелища – многие участники уже вывели на поле своих драконов, и теперь кто-то отрабатывал трюки, кто-то кормил своих животных, а кто-то совершал пробные полеты. Я увидела мистера Бернарда – он проверял крепления корзины, пока Ева плавно махала крыльями, с любопытством следя за его действиями. Я тоже залюбовалась: движения хозяина «Драко и сыновья» были быстрыми, отточенными, и казалось, он никого не замечал, поглощенный работой.

Покончив с узлами, он что-то шепнул Еве, и она изогнула шею. Наклонившись, он кинул ей и Изабелле рубленого мяса из ведра. Обе драконицы поймали еду на лету. Обернувшись, хозяин заметил меня и помахал рукой. Должно быть, узнал по номеру на шатре, потому что солнце было за моей спиной, и он мог видеть лишь мой силуэт.

В эту минуту прозвучал сигнал, и ведущий предложил всем зрителям и участникам занять свои места. Я взглянула на трибуны: публику нельзя было назвать слишком разношерстной, по крайней мере, на лавках сидели лишь представители высшего и среднего класса. Простой люд тоже пришел, но теснился возле самой ограды, опоясывающей поле, – мест для них не предполагалось.

– Начинаем, мисс, – произнес один из работников, жестом прося меня отодвинуться.

Я кивнула, отступая в сторону, и снова перевела взгляд на поле.

После сигнала все началось.

Никогда не видела столько драконов разом! Точнее, я никогда не видела других драконов, кроме тех, что принадлежали агентству «Драко и сыновья», и того старого дракона Роальда, который много лет назад катал меня в парке.

Все драконы были разные: с шипами по загривку и без, массивные и легкие, агрессивные, выпускавшие пар из ноздрей и время от времени издававшие рык, так что на одного даже пришлось надеть намордник, и смирные.

Изабелла и Ева выделялись: изящные, с длинными шеями и спокойным добрым нравом, они привлекали взгляды. В первом раунде шло представление участников, и земля дрожала под ногами, когда драконы шли по полю на поводу у своих хозяев или нанятых работников.

Мистер Бернард, закатав рукава рубашки, вел сразу и Изабеллу, и Еву. Я убедилась, что выбор ткани под седла был удачен. Когда все оказались представлены, началась основная часть представления, и тут я потеряла счет времени: драконы описывали круги над полем, ловили на лету кольца и другие предметы, которые кидали хозяева, напоминая огромных огнедышащих собак, выполняли различные фигуры и множество других трюков.

Затем начались полеты. Члены жюри, которым был отведен отдельный стол на трибунах, наблюдали за тем, как драконы снимаются с места, взлетают и, описав пару кругов над полем, садятся. Их глаза внимательно следили за тем, чтобы взлет и посадка были мягкими, а животные при этом не покидали отведенных пределов и не задевали ограждения даже кончиками крыльев. Не у всех получалось гладко.

– Как захватывающе, правда? – произнесла одна дама, проходя мимо во время перерыва.

Ее супруг, о локоть которого она опиралась, тоже начал делиться впечатлениями. Люди потянулись к стоящему в стороне столу с закусками, и все напоминало обычные скачки, которые мы с маменькой, сестрами и папенькой когда-то посещали.

Многие были в светлом и ошиблись с выбором обуви: легкие матерчатые туфли мало годились для прогулок по земле, изрытой когтями драконов.

Я подошла к столу и, подхватив тарталетку с паштетом, быстро сунула ее под маску.

– Вы видели ту драконицу с серебристой шкурой? – раздался позади знакомый голос, и я чуть не выронила поднос, на который набирала еду для мистера Бернарда.

– Серебристой, – фыркнул другой знакомый голос. – Скорее, светло-лиловой. Ох уж эти твои сказочные эпитеты!

Я так и замерла: позади, в каких-то двух шагах от меня, Лиззи и Гертруда активно обменивались впечатлениями.

Я поспешно положила на поднос все то, до чего дотянулась рука, и обошла стол так, чтобы меня закрыли другие гости. Сестры и маменька пришли не одни: с ними еще были леди Луиса, Чарли и даже тетя Мэйбл с леди Евгенией. Все сестры были с кавалерами, и Джордж, Арнольд, Ронни и Гарри сейчас активно налегали на угощения, отдавая должное таланту повара.

– А как представление вам? – поинтересовалась Белатриса у Виолы, и та совершенно очаровательно – как и всегда – поделилась своими впечатлениями.

– И что же, вас совсем не пугают драконы? – присоединился к их беседе Чарли.

Виола прохладно ответила что-то не слишком вразумительное, после чего отошла побеседовать с Лиззи. Помню, она как-то говорила, что не любит Чарли. Верно, беседы с Орфеем ей нравятся куда больше!

– Как жаль, что ваша племянница не смогла присутствовать, – донесся до меня голос леди Луисы.

– Да, у нее сегодня занятия в университете, – ответила тетя.

Дальше я уже не слушала: подхватив последний поджаренный кусочек хлеба с рыбкой, наколотой на зубочистку, двинулась к шатру.

Мистера Бернарда внутри еще не было – должно быть, успокаивал Изабеллу и Еву после выступления, – и я уже потянулась откинуть полог, как в шатер зашел сам хозяин «Драко и сыновья».

– Пожалуйста, побудьте с Евой и Изабеллой, – бросил он, не глядя на меня.

Очевидно, мистер Бернард очень устал.

– Да, сэр, – ответила я, проводив взглядом его фигуру, прошествовавшую к столику, где я оставила закуски.

Сходив к драконицам, я убедилась, что с ними все в порядке. Обе, как и их хозяин, устали и сейчас отдыхали.

Наконец перерыв закончился и объявили о начале заключительной части. Когда я вернулась в шатер, мистера Бернарда там уже не было, а на тарелке оставались лишь крошки, чему я крайне порадовалась.

Зрители и участники вернулись на свои места, и я почувствовала, как меня охватывает волнение.

Начинались полеты со сложными фигурами – та самая часть, где мистеру Бернарду понадобится моя помощь. Я следила за тем, как драконы выписывали в воздухе спирали, изгибали во время полета шеи, ловили прямо в воздухе куски мяса, которые кидали им наездники. Один дракон выпустил струю огня, вызвав у публики испуганные возгласы, сменившиеся бурными аплодисментами.

– Следующей идете вы, мисс, – объявил служащий.

Я смогла только кивнуть, после чего, поправив маску, двинулась на поле.

Лица расплывались, а земля казалась какой-то слишком мягкой, пружинящей. Кор-зина была уже готова, а дирижабль надут. Но все мои страхи и волнения отступили, когда я увидела, как в воздух поднимается мистер Бернард на Еве. Драконица мягко снялась с места, быстро набирая высоту.

Я поневоле замерла, глядя на то, как дракон и человек превратились в одно целое. Ветер трепал рубашку мистера Бернарда, но тот, казалось, ничего не замечал. Головы всех зрителей тоже поднялись, когда он оказался прямо над центром поля. И у всех вырвался дружный вздох, когда драконица, сложив крылья, спикировала вниз.

Лишь перед самой землей она вновь их расправила, обдав нас теплым воздухом. Несмотря на то, что я уже видела эту фигуру, сердце замерло, как в первый раз. Мистер Бернард продолжил, но мне уже и самой пора было подниматься в корзину. Опираясь на руку служащего, я зашла внутрь, закрыла дверцу и обрубила специальным ножом канат. Потом условленным сигналом дала понять Изабелле, что все в порядке и можно взлетать.

Сказать, что меня трясло, – это ничего не сказать. Когда дирижабль оторвалась от земли и стал подниматься, мне показалось, что я буду так подниматься бесконечно, пока земля не окажется маленькой точкой далеко внизу. А потом в какой-то момент на смену страху пришла эйфория: ветер бил в лицо, на другом конце поля Ева проделывала фигуры, солнце мягким светом заливало небо, разрезая его на живописные слои, а я вдруг почувствовала себя очень легкой и свободной.

Тут мистер Бернард сделал поворот, и Ева начала приближаться к нам. В общем-то от меня ничего особого не требовалось: в конце все участники должны были продемонстрировать способность драконов летать под седлом и поднимать дирижабль – именно поэтому требовались двое. С минуты на минуту все должно было закончиться, и ведущий снова объявил наши имена – точнее, мистера Бернарда и Барбары.

От приближающегося хозяина «Драко и сыновья» нас отделяла какая-то дюжина метров, когда произошло непредвиденное. Об этом я узнала по крикам внизу: один из драконов-участников, видимо раззадоренный представшим зрелищем, рванулся с места и, вырвав из земли прут, к которому был привязан, взмыл в небо, тяжело взмахивая крыльями. Это был тот самый агрессивный дракон, на которого ранее пришлось надеть намордник.

Что происходит, я сообразила только тогда, когда он начал стремительно приближаться. Заметив это, мистер Бернард, оставил последнюю фигуру незавершенной и свистом дал понять Еве, чтобы она как можно скорее летела к нам. Когда я уже могла видеть его сосредоточенное, побледневшее лицо, корзину вдруг тряхнуло – ее толкнул крылом тот дракон.

Меня швырнуло о борт, а в следующий миг верхняя часть моего тела оказалась сперва очень легкой, а потом очень тяжелой. Я еще пыталась уцепиться за веревки и борта и слышала, как кричали люди, но потом руки перевесили. Последнее, что я увидела, – это как мистер Бернард одним движением вскочил ногами на седло, вытягиваясь во весь рост.

А потом свист в ушах, дикий страх, и боль, когда мое тело обо что-то ударилось.

– Поймал, – шепнули над ухом, и я, наверное, на несколько секунд потеряла сознание или же просто перестала понимать, что происходит.

Но вскоре я снова вернулась к свисту ветра и реву на трибунах: люди, стоя, наблюдали за тем, как мистер Бернард прижимает меня к себе, уже снова сидя в седле, а Ева послушно, сама, без команды, кругами начинает снижаться.

До самой земли хозяин «Драко и сыновья» держал меня так крепко, словно я могла выпасть прямо из его объятий, просочившись сквозь руки.

Последние метры нас сопровождали несмолкающие овации. Агрессивного дракона уже заставили приземлиться, и сейчас его хозяин что-то кричал ему, прерываясь на то, чтобы давать объяснения собравшимся вокруг.

– Вы целы? – раздалось у меня над ухом.

Я осознала, что уткнулась лицом в грудь мистеру Бернарду, а пальцами вцепилась в него так же, как цеплялась Барбара во время ее первого в жизни полета.

– Да, – глухо выдавила я, слыша, как быстро, несмотря на спокойный тон, бьется его сердце.

– Вы молодец… – начал было хозяин и вдруг изумленно застыл, глядя на меня. – Ваша маска…

Я тоже застыла, чувствуя себя странно: с одной стороны, понимала, что должна встать на ноги, с другой – не желала покидать его объятий.

Мистер Бернард хотел сказать что-то еще, но тут нас обступили люди – кто-то предлагал помощь, кто-то протягивал одеяла, кто-то просто выражал сочувствие. Мистер Бернард что-то им объяснял, то и дело оборачиваясь и скользя по мне взглядом.

Я попятилась, поправляя кем-то наброшенное мне на плечи и то дело сползающее одеяло. Тело тотчас стало каким-то вялым, неповоротливым. Теперь, когда страх отступил, осталась только дрожь и слабость.

Миновав толпу шумящих людей, я обернулась по сторонам и двинулась прочь. Ведущий объяснял взволнованным зрителям, что все в порядке и мисс Барбара не пострадала.

Когда все более-менее улеглось, а я двигалась в направлении выхода, начали объявлять результаты полетов.

Сбросив одеяло и игнорируя обращенные ко мне вопросы, я выскользнула через главный шатер, села в экипаж и назвала адрес, куда ехать.