20. Всё пропало

Олеся

Хоть бывший муж частенько кривил лицо от того, что от меня пахнет едой, я всё же считаю, что аромат создает половину уюта!

Наша небольшая квартира наполнилась запахом карамельного попкорна. Я купила пакеты быстрого приготовления, которые нужно забросить в микроволновку, и жду, когда таймер отсчитает минуты.

— Мам, тебе про драконов норм? — кричит мне Ярик.

— Выбирай на свой вкус, — улыбаюсь ему. — Я готова смотреть, что угодно, лишь бы вместе.

— Тут какие-то «Митчеллы против машин» еще есть… Трейлер прикольный.

— Звучит интересно, давай, — заношу в зал напитки. Сварганила нам малиновый лимонад на скорую руку.

У нас с сыном запланирован просмотр мультфильма, и он сидит на ковре в гостиной, щелкая пультом по закладкам онлайн-кинотеатра.

Интерьер у нас самый обычный: светлые обои, бежевый диван, консоль с подвесным телевизором и шкаф с различными документами да бумажками.

Уют создают раскидистые растения и мягкая подсветка, которую я заказала на сайте и собственноручно расклеила по комнатам, чтобы по полу и стенам стелился мягкий свет.

Люблю свое пространство.

Конечно, комната сына-подростка выглядит, как настоящая детская с приставкой «пиз-», но это его территория, и я стараюсь не слишком вмешиваться.

Отрываюсь на своей спальне: здесь у меня и туалетный столик с зеркалом и косметикой, до которой чаще всего не доходят руки, покрывало в цветочек и розовый пушистый коврик.

— Кажется, в дверь звонят, — прислушивается Ярик.

Сердце в груди делает кульбит — это Слава.

— Яруш, последи за попкорном, я сейчас! — кричу ему уже из коридора.

Бросаю на себя быстрый взгляд в зеркало у входа и выпархиваю на лестничную клетку.

— Привет, тыковка! — Титов выглядывает из-за букета и тянется ко мне поцелуем.

Подставляю щеку, ощущая уличную прохладу его кожи.

— Спасибо, — теряюсь, не зная, как занести цветы.

С одной стороны, Ярик уже видел нас вместе, а с другой — визит домой означает что-то серьезное, не так ли?

— Могу оставить у порога, — Слава считывает мое смятение.

— Да нет, — пропускаю его. — Проходи.

Он делает два шага в прихожую и оставляет цветы на комоде.

— Здрасьте, — удивленно произносит выглянувший из комнаты сын.

— Дарова, мужик, — Слава тянет ему руку. — Нормально всё?

— Тип того, — Ярик отвечает на рукопожатие. — А Вы… в гости?

— Нет, доставил маме посылку, — подмигивает. — Компанию, увы, не составлю, завтра дежурю с утра, а потом и занятия в школе с юнцами. Не надумал? — Слава больше обращается ко мне, чем к сыну.

— Я-то надумал… — выдыхает Ярик. — Мам? Можно?

Строго смотрю на Титова, который саботирует мои решения.

— Пожалуйста! — гад лыбится и складывает руки в молящемся жесте. Ярослав делает так же.

— На улице осень! — возражаю.

— Мы оденемся.

— Он слишком маленький для воды!

— У нас все тренировки на земле, тык… Олеся. Физуха, техника безопасности, первая помощь.

— Как он будет успевать со школой? — взмахиваю руками.

— Парень у нас взрослый и самоорганизованный, — Слава хитро смотрит на сына. — Справится, небось?

— Справлюсь, — кивает он.

— Точно? — выдыхаю.

— Сто процентов! — загорается он. — У меня в этой четверти четверка выходит по математике, — достает контрольный аргумент. — И по английскому.

— А по спорту вообще пятерка будет! — подхватывает Слава.

— У Яруши освобождение из-за головных болей!

— Да что вы говорите? — щурится Слава. — Ничего! Морской воздух лечит воспаление хитрости, да, парень?

— Угу, — краснеет сын.

— Ярослав? — приподнимаю бровь.

— Тихо, орлица, — командует Слава. — От тебя требуется только согласие.

Две пары умоляющих глаз обращаются ко мне. Кот из Шрека отдыхает.

— Ладно! — произношу с поражением.

— Йес! — подскакивает Ярик.

Титов толкает ему ладонь, и сын отбивает ему пятюню.

— Учтите! Если это скажется на учебе или здоровье… — поднимаю палец вверх.

— Мы все поняли, — заверяет меня Слава. — Слушаемся и повинуемся, госпожа!

— Попкорн! — спохватывается Ярик и бежит на кухню.

— Ладно, не буду мешать… — Слава шагает к двери. — Хорошего вам вечера!

Оглядываюсь, чтобы убедиться, что сын не видит, подхожу ближе, встаю на носочки и коротко касаюсь его губ своими.

— Ммм, — он ведет носом по моему виску. — Вкусно пахнешь, так бы и сожрал…

На прощание он делает мне «пуньк» по носу и закрывает дверь.

С трудом перетаскиваю цветы в ванную, возвращаюсь на кухню и помогаю Ярику пересыпать раскаленные кукурузинки в чашку.

— Вы типа встречаетесь? — спрашивает он.

— Пока нет, — отвечаю уклончиво.

— Мм… А че?

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Наверное, хочу сначала присмотреться. Поможешь?

— Ок, — кивает он и берет карамельный соус, щедро заливая чашку.

Идем в зал, скидываем подушки на пол и нажимаем «плей».

— Спасибо, что разрешила записаться в морскую школу, — толкает сын, когда на экране появляется заставка.

— Ты рад?

— Да! Там будет Катя, — выдает и сразу прикусывает язык.

Ах, вот оно что!

— Это та девочка? — стараюсь спросить как можно мягче, пока он снова не превратился в фырчащего ежа.

— Угу…

— Здорово! Совместные занятия сплачивают, — улыбаюсь и передаю ему лимонад.

— Правда?

— Конечно! Так можно узнать друг друга получше, и всегда есть, о чем поболтать, — закидываю в рот попкорн довольная тем, что выдала такую мудрость.

Уверена, мои советы гораздо лучше, чем от какой-то там Богданы-Игуаны.

Чувствую жгучее желание расспросить о ней сына — меня все еще не оставляет мысль о том, что она оказалась владелицей конкурентной сети кофеен — но вовремя останавливаю себя.

Этот вечер только для меня и моего ребенка!

Мы смотрим мультик и закатываемся от смеха, а в конце я рыдаю навзрыд, узнав себя в мамочке-Митчелл, которая ради спасения своих детей разделалась даже с роботами-убийцами.

— Мама! Ну не реви! — он толкает меня в плечо.

«Здрасьте, я — Линда Митчелл, мать двоих детей! Так смотрите на меня и трепещите!» — запишу эту цитату в свою тетрадочку.

Кстати, в тетрадочку нужно записать не только цитату…

Отправляю Ярика спать, а сама иду к шкафу — там у меня хранится старая тетрадка с рецептами.

Да, я та самая несовременная мадам, которая ведет записи от руки. Мне так удобнее: во-первых, запоминается лучше, а во-вторых, я делаю заметки на полях.

Вот и сейчас я собираюсь внести туда рецепт десерта моти и выписать из головы все советы, которые я услышала от шефа Шиничи.

Открываю дверцу и с ужасом обнаруживаю, что тетради на привычной полке нет. Нет ее и на соседней. Полчаса рыскания, весь дом вверх дном, но тетрадь так и не находится.

Тело покрывается колючими мурашками. Этого не может быть! Там же все мои фирменные рецепты!

Совершенно особенные малиновые эклеры, которых нет ни у кого в городе, тесто на нежнейшие круассаны, за рецептом которых я летала в столицу…

Всё пропало!