Глава 17. Хейзел

Ох, ну вот кто меня за язык тянул?! Чуть не проболталась Ричарду. Может, конечно, он бы и не донес на меня в столицу, но рисковать нельзя. Хватит и того, что он знает про чернила. Конечно, догадаться, что мне нужно именно зелье правды, будет сложно, но не невозможно. Он был в моей кладовой, видел ингредиенты, может сложить два и два.

– Хейзел, сядь.

Не то чтобы это было серьезным преступлением, скорее проступком. Но использовать зелье правды без согласия человека нельзя даже в суде. А профессор Элтион вряд ли даст на это добро…

Я знаю, что план мой полон изъянов, но это мой единственный шанс восстановить справедливость. Все должны узнать правду, только так я смогу вернуть контроль над собственной судьбой.

Но главное, чтобы Ричард не узнал, что у меня нет лицензии…

– Хейзел, сядь, пожалуйста.

До сих пор не верится, что из-за одного мужлана многолетний упорный труд полетел саламандре под хвост. Мои способности проявились в семь, когда обычный возраст для этого – десять-одиннадцать лет. Мне суждено было стать лучшей, и я все делала для этого. Училась сутками, ходила на дополнительные лекции, проводила в библиотеке каждую свободную минуту.

Три экзамена отделяли от стажировки в королевском дворце. Два я сдала с блеском – боевая магия и изготовление зелий. Элтион, профессор Академии, член магического совета при короле и один из экзаменаторов, должен был оценить навыки целительства.

Он знал меня с первого курса Академии, где я училась шесть последних лет, поэтому я не волновалась. Я уважала его, восхищалась талантом. До тех пор, пока его ладонь не оказалась на моей коленке.

«Вы же понимаете, что ваша судьба в моих руках, – раздается мерзкий шепот над самым ухом. – Одно мое слово – и вместо работы при дворе вы до конца дней будете подавальщицей в таверне».

Экзамен я завалила, лицензию не получила, но ни разу не пожалела о том, что отказала ему. Продать свое тело за оценку? Я презирала бы себя до конца дней. Но и отказаться от магии я не могла, поэтому пришлось выбирать между совестью и законом.

Ричард берет меня за плечи и, наклонившись, заглядывает в глаза.

– Хейзел?

– Извини, задумалась. Пойдем лечить твою ногу.

– Давай-ка, – он подталкивает меня обратно к столу, – садись. Я спокойно допью свой кофе, а ты расскажешь мне всю правду.

– Всю? И зачем мне это делать? Мы даже не друзья, ты сам сказал.

Он потирает лоб и опускает взгляд.

– Прости, что нагрубил тебе в тот раз. Ты застала меня врасплох. Думаю, после того, что случилось на кладбище, мы вполне можем считаться друзьями.

– После того, как я оставила тебе засос на шее?

Ричард улыбается, но сбить его настрой шуткой мне не удается.

– После того, как мы оба там едва не погибли. Ты хочешь, чтобы я позволил тебе провести сложную операцию, доверил тебе не только свою ногу, но и свою жизнь.

– Я квалифицированная ведьма…

– И ты проводила такие операции раньше?

– Нет, но…

Он прав. Я ассистировала на подобной в Академии, но большую часть работы сделал профессор. Будь я на месте Ричарда, смогла бы довериться такой, как я, – незнакомке, меньше недели назад появившейся в городе?

Но если жители продолжат обходить меня стороной, то что станет с моей мечтой стать целительницей и как я буду зарабатывать на жизнь? Да, я нарушаю закон, занимаясь магией без лицензии, но я уверена в своих способностях. Лицензия – всего лишь формальность, но если об этом кто-нибудь узнает…

У меня перехватывает дыхание от осознания, в каком тупике я оказалась. Совершенно одна, в чужом городе, с пустыми карманами, у меня ведь даже нет денег, чтобы вернуться в столицу. Да и кто меня там ждет? Иви? Но не сидеть же на шее подруги!

– Хейзел. – Ричард положил ладонь поверх моей и чуть сжал. Тепло от прикосновения растекается по всему телу. – Я не отказываюсь. Глупо было бы не попробовать излечиться, эта боль сводит с ума и довольно сильно меня ограничивает, но давай сначала поговорим.

– Хорошо, – тихо соглашаюсь я.

– Расскажи, как ты смогла стабилизировать эликсир? Что ты изменила в формуле, чтобы она заработала?

– Пыль из рога дааского носорога.

От удивления Ричард едва на стуле не подпрыгивает, и мне, естественно, приходится рассказать, откуда у меня такой дорогой и редкий ингредиент.

– Я хотела выделиться на выпускном экзамене.

– И почему я не удивлен, – бормочет он, подливая нам обоим кофе.

– Для курсовой работы выбрала способы стабилизации. Если бы мы нашли катализатор для созревания базовой основы – овикса, это дало бы шанс вылечить тех больных, для которых счет идет на минуты. Сроки хранения лекарств – одна из главных наших проблем. – Ричард кивает, и я продолжаю: – Ну вот представь, попадет человек под режущее проклятье или его укусит ядовитая мурена, а у тебя под рукой нет лекарства. Человек умрет от потери крови или заражения раньше, чем ты смешаешь нужные ингредиенты.

– Это все понятно, но не объясняет, откуда у тебя пыль.

– Мы делали проект вместе с Малькольмом. Но я решила, что теории недостаточно, и в итоге мы испробовали все возможные способы в лаборатории Академии, под присмотром профессоров, конечно.

– Конечно…

– Строго говоря, разрешения на охоту у нас не было, и Малькольм был против, но в итоге согласился.

– А вот в это я охотно верю, ты, кажется, можешь убедить кого угодно в чем угодно, – улыбается Ричард.

Приободренная его спокойной реакцией, я рассказываю ему о том, как мы добрались до Пустоши, три ночи провели в палатке, пока не отыскали тропу носорогов. Самым сложным было усыпить одного из них, не перепугав остальных.

– Не проще было бы убить? Вам же нужен был рог.

Я морщусь. Убийство – ужасное преступление. Если можно обойтись без него, я всегда попытаюсь это сделать.

Конечно, конкретно эти носороги очень опасны, к тому же обладают магией… Малькольм настаивал на убийстве, но я смогла его переубедить. И мы оба чуть не поплатились за это.

– Расскажешь подробнее про охоту?

– Дашь себя вылечить?

Ричард улыбается и протягивает мне руку, я мягко ее пожимаю. Кажется, договорились.