Глава 17

Стражники и с места не сдвинулись, смотрят на меня, ожидая приказа. Я улыбаюсь, взглянув на девушку. Но она не растерялась. Уронив склянку, что была в её руке, она прыгает в окно, и перевоплотившись в дракона, улетает.

Оборачиваюсь, сказав мужчинам, что свободны, не забыв поблагодарить.

Подхожу ближе к Арману, и моё сердце пропускает удар. Мне кажется, что я вижу, как еле заметно поднимается и опускается его грудь, как будто каждый вздох даётся ему с огромным трудом. Я не могу оторвать взгляд от этого неподвижного, почти безжизненного тела.

Арман, всегда такой сильный и уверенный, сейчас выглядит как хрупкий сосуд, готовый разбиться от малейшего прикосновения.

Не знаю, что должна делать, но иду на поводу у внутреннего голоса. Ладонь Армана в моих руках, метка на ней едва заметна, но я подношу к ней свою, и свет вспыхивает. Он разливается по нашим рукам, и я чувствую, как тепло разливается по телу. Метки снова преобретают цвет и вырисовываются детали, которые были стёрты.

Арман резко открыл глаза, словно вынырнул из глубин сна. Воздух ворвался в его лёгкие, наполняя их прохладой и свежестью. Он медленно приподнялся, пытаясь понять, где он и что происходит. Его взгляд остановился на мне, и я увидела в нём изумление, смешанное с растерянностью.

— Тая? — прошептал он, словно не веря собственным глазам. Его голос дрогнул, выдавая волнение.

Я наклонилась ближе, почти касаясь его лица. Мои губы легко коснулись его кожи. Время словно замедлилось, превращаясь в вязкий, тягучий сироп. Я почувствовала, как его дыхание сбилось, а сердце забилось быстрее.

— А кто же ещё? — улыбнулась я, отстраняясь. Мой голос прозвучал игриво, но в нём чувствовалась лёгкость, которую я старательно скрывала. — Думал, так легко от меня отделаешься, дракон?

Арман улыбнулся в ответ, но его улыбка была натянутой. В его глазах читалось беспокойство, которое он пытался скрыть за маской спокойствия. Он провёл рукой по волосам, словно пытаясь привести мысли в порядок.

— Но как ты сюда попала? — спросил он, нахмурившись. — Мы же с Лией закрыли стену. И ты не вышла за Вольтера?

Я закатила глаза, пытаясь скрыть раздражение. Неужели он действительно думает, что я отвечу на его вопросы? Я знала, что он не любит, когда что-то идёт не по плану.

— Почему ты всегда всё делаешь наоборот? — спросил он, глядя на меня с лёгкой усмешкой. Его голос звучал мягко, но в нём угадывалась сталь.

— Потому что люблю тебя, дурака, — говорю я, чувствуя, как моё сердце начинает биться быстрее. — Никогда больше не смей ни куда меня отсылать, понял?

Арман смотрит на меня — его взгляд полон нежности и тепла. В его глазах я вижу отражение своих чувств, словно в зеркале.

— Как же не понять, — шепчет он, мягко, но уверенно. Его голос звучит так, будто он уже давно всё понял, но ждал подходящего момента, чтобы сказать. — Ты же упрямая, как… ну, как ты.

Я смеюсь, хотя на глаза наворачиваются слёзы. Арман притягивает меня в свои объятия, и я чувствую, как его сильные руки обнимают меня так крепко, словно он боится, что я исчезну.

— Ты всегда была такой, — добавляет он. — Настырной, упрямой, но… невероятно, невероятно важной для меня.

Я прижимаюсь к нему, чувствуя, как тепло его тела проникает в меня, согревая каждую клеточку. Его сердце бьётся рядом с моим, и я слышу его ровный, спокойный ритм, который успокаивает меня лучше любого лекарства.

— И ты любишь меня за это, — шепчу я, поднимая голову и встречаясь с его взглядом. В его глазах я вижу всё: нежность, заботу, страсть и бесконечную любовь.

Арман наклоняется ко мне. Его губы касаются моих мягко, но уверенно, теперь он знает, что я всегда буду рядом, несмотря ни на что. Этот поцелуй — не просто прикосновение. Это возвращение домой, место, где все страхи и сомнения растворяются, как утренний туман под лучами солнца.

Я чувствую, как его руки крепче сжимают меня, словно он боится потерять этот момент. И я знаю, что никогда не потеряю его. Потому что любовь — это не просто слова, это действие. Это выбор быть рядом, несмотря ни на что.

Арман отстраняется, но его взгляд остаётся таким же тёплым и нежным. Он улыбается, и я вижу в его улыбке всё, что мне нужно: обещание счастья, верности и вечной любви.

— Люблю тебя, — говорит он тихо, но твёрдо. И я знаю, что это не просто слова. Это клятва, которую он будет держать до конца своих дней.

Мир вокруг нас растворялся в дымке, оставляя лишь нас двоих. Его взгляд, глубокий и проникновенный, словно загипнотизировал меня. Я знала: больше никогда не отпущу его.

Раздался тихий, почти неуловимый звук — покашливание. Я вздрогнула и вспомнила, что мы не одни. Яр стоял рядом, в его глазах плясали смешинки, а лицо было серьёзным, словно он сдерживал смех.

— Наконец-то ты вернулся, брат, — произнёс он с теплотой, которая заставила меня невольно улыбнуться. — Тайка — настоящая умница, нашла способ прорваться!

Арман нахмурился, его взгляд скользнул по мне с такой серьёзностью, что я почувствовала неловкость.

— Не смотри на меня так, — сказала я шутливо, стараясь скрыть волнение. — Если что, я ведьма. Лучше не зли меня.

Я взмахнула рукой, и окно перед нами распахнулось, впуская в комнату свежий утренний воздух. Лёгкий ветерок коснулся моих волос, и я вдохнула полной грудью.

— Ну что ж, — произнесла я, делая шаг вперёд. — Кажется, у нас здесь полно дел, не так ли, мальчики?

Они синхронно кивнули, их лица озарились решимостью.

Катрин ворвалась в королевство, внося хаос и разрушения. Её властные приказы рассекали привычный уклад жизни. Но когда люди осознали, что она не та, за кого себя выдавала, и на её руках не было заветной метки, их сердца наполнились облегчением. В глазах читалась робкая надежда.

Во время её «правления» королевство превратилось в мрачную темницу. Люди, некогда гордые и свободные, стали покорными рабами, их души сковали цепи страха и безысходности. Но теперь, когда самозванка была разоблачена, в сердцах жителей королевства вновь зародилась искра.

Прошло всего несколько дней, и королевство начало оживать. Арман, словно феникс, восстал из пепла, его раны затянулись, а дух окреп. Я, словно тень, следовала за ним, готовая поддержать в любой момент. Он пытался возражать, но это было бесполезно.

Ко мне подбегает запыхавшаяся Саманта и, оглядевшись по сторонам, шепчет:

— У Армана сегодня день рождения.

Я замираю, не веря своим ушам. Как же так? Почему он не сказал ни слова? Ведь сегодня особенный день. Хочу что-то ответить, но девушка меня останавливает.

Саманта прислоняет палец к моим губам, призывая к молчанию.

— У драконов отменный слух. Не выдавай меня.

Я киваю, но внутри меня поднимается волна тревоги. Арман ведёт себя как обычно, словно ничего не происходит. Может, он и правда забыл? Но как это возможно?

Мысли путаются, а время неумолимо течёт. Я смотрю на Армана, пытаясь поймать его взгляд, но он, как всегда, сосредоточен на чём-то своём.

Но что-то внутри меня подсказывает: нет, не зря. Сегодня особенный день, и Арман должен чувствовать себя особенным. Но как мне сделать так, чтобы он понял это? Как показать ему, что я ценю его и хочу сделать этот день незабываемым?

Я смотрю на Саманту, и она едва заметно улыбается.

Когда мы с Арманом оказались наедине в его рабочем кабинете, меня внезапно посетила одна мысль. Надеюсь, всё получится.

— А можем ли мы закрыть дверь? — спросила я, и мужчина посмотрел на меня с любопытством, затем кивнул. — Замечательно, я хочу поговорить о чем-то очень важном.

Когда дверь закрылась, я улыбнулась и, повернувшись к нему, подняла правую бровь в вопросительном жесте.

— И о чем же будем говорить? — спросил он, присев на край стола.

— О нас, о чем же еще? — я слегка дернула за тонкую завязку на своем сарафане, и он упал на пол, оставив меня в одном белье. Глаза Армана расширились от удивления. — С Днем рождения, Арман. Я твой подарок и хочу стать твоей во всех смыслах. И ни каких потом. Только здесь и сейчас.

Арман долго смотрел на меня, не отрывая взгляда. В его глазах читалась смесь восхищения и растерянности.

— Тая… — наконец произнес он низким голосом, продолжая изучать меня. — Ты даже не представляешь, о чем просишь.

Арман приблизился ко мне, и в этот момент все на столе как будто исчезло. Я оказалась сидящей на краю стола, а он стоял рядом, жадно глядя мне в глаза. Его руки нежно коснулись моих плеч, и я почувствовала, как мое сердце забилось быстрее. Он медленно наклонился ко мне, и наши губы встретились в поцелуе, который казался вечностью.

С каждым прикосновением его губ, я чувствовала, как по моему телу пробегает волна тепла и желания. Его руки скользили по моей спине, спускаясь все ниже, пока я не почувствовала, как его пальцы коснулись моей груди. Я вздохнула, и этот вздох словно вырвался из самых глубин моей души.

Мы упали на мягкий ковер с огромным ворсом, где наши тела слились в единое целое. Время остановилось, и я сала не его девушкой, а его женщиной, его спутницей в этом волшебном мире, где были только мы вдвоем.

Наши метки вспыхнули так ярко, что ослепили меня, заставив зажмуриться. Но лицо Армана, обычно спокойное и сосредоточенное, исказилось гримасой ужаса. Он схватился за голову, словно пытаясь удержать ускользающий разум.

— Твою ж… — выдохнул он, его голос больше походил на рык. — Почему так быстро? Этого не должно было случиться!

Я растерянно заморгала, пытаясь понять, что происходит. Что-то явно пошло не по плану.

— Что не так, Арман? Мне всё понравилось, я что-то сделала не так? — спросила я, голос дрожал от волнения.

Он поднял на меня взгляд, полный отчаяния. Его глаза были темными и бездонными, словно он заглянул в самое сердце тьмы.

— Таисия, ты только что забеременела, — прошептал он, и его голос был полон боли. — А этого я хотел меньше всего.

Моё сердце пропускает удар. Я не ослышалась? Почему он так говорит?