Глава 10

Волк снова вонзает зубы в ногу, и острая боль пронзает меня, как раскалённый клинок. Я чувствую, как сознание ускользает, словно песок сквозь пальцы, и тьма окутывает всё вокруг. Перед глазами мелькают размытые образы, но вдруг всё меняется.

Зверь отступает, рыча и сверкая глазами. Его пасть приоткрыта, обнажая острые клыки. Но он смотрит не на меня, а куда-то за спину. Кто же там, что даже волк испытывает страх?

Я пытаюсь повернуть голову, но сил уже нет. Всё, что я успеваю заметить, — это яркая огненная вспышка, которая на мгновение ослепляет. А затем я вижу два огромных глаза. Они светятся в темноте, как два маяка, и кажутся мне знакомыми. Но мысль ускользает так же быстро, как и появляется.

Внезапно чьи-то сильные руки подхватили меня, оторвав от земли. Тепло окутало меня, словно мягкое одеяло. Я прижалась к горячей груди, чувствуя, как она поднимается и опускается в такт дыханию.

Он был высок и силён. Я чувствовала это даже сквозь плотную ткань его одежды. Его запах — смесь металла, кожи и чего-то неуловимо родного — успокаивал и дарил надежду. Я попыталась поднять голову, чтобы взглянуть на своего спасителя, но веки казались свинцовыми. Я не могла открыть глаза, не могла сосредоточиться.

Боль в ноге, которая до этого пульсировала, словно раскалённый гвоздь, отступила. Я почувствовала, как меня бережно несут куда-то. Мир вокруг растворился, и я погрузилась в спасительную темноту.

Я медленно возвращалась в сознание, словно пробуждаясь из глубин забытья. Отдалённые голоса звучали как далёкий шёпот, пробиваясь сквозь туман. В воздухе витал аромат трав и стерильности, такой знакомый, но в то же время чуждый. Я лежала на чём-то мягком, но не могла понять, где нахожусь.

Каждый раз, когда я открывала глаза, мир вокруг казался иным. То меня окутывала жара, как в пустыне, то пробирал холод, словно я оказалась в ледяной пещере. Эти странные переходы между состояниями сбивали с толку, и я теряла ощущение времени.

Когда же я окончательно пришла в себя, то поняла, что нахожусь в замке.

Комната, в которой я лежала, была незнакомой. Тёмные стены, украшенные золотыми узорами, создавали ощущение таинственности и величия. Я села, осторожно оглядываясь.

Я лежала на мягких подушках, чувствуя, как шёлковая ночная сорочка нежно обнимает моё тело. Лёгкий шёлк струился по коже, создавая ощущение невесомости и уюта. В комнате царил полумрак, но я чувствовала себя безопасно.

Внезапно дверь распахнулась, и в комнату вошла женщина, её имени я не знала. Её глаза светились тревогой, а голос дрожал от волнения.

— Вы очнулись, госпожа! Слава небесам! — воскликнула она, подбегая ко мне. — Надо немедленно сообщить повелителю, он места себе не находит!

Она склонилась надо мной, её прохладные руки коснулись моего лба, проверяя температуру.

— Как вы себя чувствуете? — спросила она, заглядывая мне в глаза.

— Замечательно, спасибо, — ответила я, стараясь скрыть слабость. — Будто просто поспала. А кто меня принёс из леса? И долго я спала?

Женщина помогла мне устроиться на подушках и присела рядом.

— Почти два дня, госпожа Таисия, — ответила она, её голос дрожал от волнения. — Но наши лекари творят настоящие чудеса! Они сказали, что вы уже полностью здоровы. А из леса вас принёс господин. Он нашёл вас там, среди деревьев, и привёз сюда. В лесу вас настиг оборотень.

Оборотень! Мне не показалось? Хотя, бабушка говорила, что тут кого только нет…

— Да, оборотень напал на меня, но Арман вовремя подоспел, — произнесла я, вспоминая тот страшный момент. — Он спас меня.

Она кивнула, её глаза наполнились сочувствием.

— Да, господин действительно спас вас, — сказала она. — Он был в ярости, когда нашёл вас. Но теперь всё позади. Вы в безопасности.

— А что это за комната? — спрашиваю, и служанка, опустив взгляд в пол, тихо ответила:

— Это покои господина, Таисия.

Я застыла, словно окаменев, и, вспомнив о своей ноге, взглянула на неё, не поверила глазам — ни царапины! Если бы служанка не упомянула волка, я бы решила, что всё это было лишь страшным сном.

— А кто же меня переодевал? — спросила я дрожащим голосом, боясь услышать ответ. — И кто мыл меня, я ведь была вся в грязи…

Служанка, кажется, поняла моё беспокойство.

— Не переживайте, госпожа, — мягко произнесла она, поднимая на меня взгляд. — Вас переодевала я, а мыли мы с другими служанками. Все они женщины, и мы делали это с большим уважением и заботой. Вам не о чем волноваться.

Я почувствовала, как напряжение покидает моё тело. Её слова, произнесённые с такой теплотой и участием, немного успокоили меня.

— Спасибо, — прошептала я.

Служанка улыбнулась мне в ответ, и в её взгляде я увидела искреннюю доброту.

— Отдыхайте, госпожа, — сказала она, чуть поклонившись.

Женщина направилась к Арману, чтобы сообщить о моём пробуждении. В этот момент в комнату вошла Саманта с подносом, на котором дымился ароматный травяной отвар и свежие булочки. Есть не хотелось, но я понимала, что силы мне ещё понадобятся.

Весь день я провела в замке, словно в лабиринте, исследуя каждый его уголок. Но несмотря на любопытство, выходить наружу не было ни малейшего желания. Хватит с меня приключений. Замок казался мне теперь надёжным убежищем, и я чувствовала себя здесь в безопасности.

В разговоре стражников я уловила обрывки фраз о том, что идёт поиск тех, кто помог мне сбежать. Это известие заставило меня насторожиться.

Егора я так и не видела. Обычно он всегда был рядом. Его отсутствие казалось странным и тревожным. Я не могла не думать о том, что с ним могло случиться. Надеюсь, с Егором всё в порядке.

К вечеру ноги гудели от усталости, и я с облегчением вернулась в свою спальню.

Саманта вошла в комнату, на губах играла лёгкая, загадочная улыбка.

— Через час ужин, — произнесла она. — Важный приём гостей. Вы должны быть там.

Я хотела возразить, сказать, что это не моя забота, что у меня есть дела поважнее. Но что-то внутри меня шептало: «Не спорь». Это было странное ощущение, словно невидимая нить тянула меня за собой, заставляя подчиниться. Тем более, я должна ещё отблагодарить Армана, хотя бы сказать простое «Спасибо».

Кивнув, я направилась к шкафу, на который показала девушка. Внутри, на вешалках, висели платья — словно яркие бабочки, ожидающие своего часа. Я провела пальцами по мягкой ткани, чувствуя, как она струится между пальцами, как будто живая.

Эти платья были особенными. Они не походили на те, что я носила в Эриане. Здесь, в драконьем мире, они были другими — более изысканными, более утончёнными. Приталенные силуэты подчёркивали женственность, длинные юбки струились, словно вода, а цвета были насыщенными, глубокими, словно сама магия.

Я выбрала одно из них — платье из легчайшего шёлка, цвета аметиста. Его ткань мягко обволакивала кожу, словно вторая кожа, и я чувствовала себя в нём свободной и одновременно пленённой.

Но девушка по имени Катрин принесла мне три других наряда на выбор, все в жёлтых тонах, безумно красивые. В комнате была Саманта, что-то хотела сказать, но Катрин её остановила жестом, я не придала этому значения.

И я с замиранием сердца взяла наряды в руки. Первое было из тончайшего шёлка, оттенка спелого абрикоса, с изысканной вышивкой по лифу. Второе — из атласа, цвета золотого песка, с длинными рукавами и глубоким декольте. Третье — из воздушной органзы, цвета солнечного заката, с юбкой, похожей на лепестки цветка.

— Они все прекрасны, — прошептала я, не в силах отвести взгляд от платьев. — Но… какое из них?

Катрин улыбнулась и кивнула на золотистое платье.

— Думаю, это ваш выбор. Оно подчеркнёт вашу красоту и придаст вам уверенности.

Я надела платье и посмотрела в зеркало. Оттуда на меня смотрела незнакомка — не та девушка, что проснулась сегодня утром, а женщина, полная силы и грации. Платье сидело идеально, подчёркивая каждый изгиб тела, а золотистые оттенки придавали коже тёплое, сияющее свечение.

Катрин подошла ко мне и протянула гребень для волос.

— Позвольте мне помочь вам с причёской, — сказала она, аккуратно укладывая пряди вокруг лица.

Через несколько минут я была готова. Волосы, уложенные в сложную причёску, каскадом спадали на плечи, а макияж подчёркивал глаза, делая их глубокими и загадочными.

И вот, пришло время спускаться. Служанка, пожилая женщина, что пришла за мной, округлила глаза. Почему все так удивляются? Что не так? Мне это показалось странным.