Глава 26

А потом пошли совершенно обычные, ничем непримечательные дни, которые сменяли друг друга со скоростью света. Казалось бы, что рутина должна тянуться, но нет! Череда дней мелькала перед глазами, я даже перестала ожидать какого-то непонятного подвоха от того неизвестного мага, завуалированно угрожавшего мне. А ведь в первые недели после произошедшего легко вздрагивала от какого-нибудь пустяка и по коридорам академии ходила исключительно в сопровождении Лефа или толпы веселых и галдящих, но чрезвычайно бдительных демонят. Нельзя сказать, что обретению душевного равновесия способствовало исключительно время, тут больше планомерная деятельность Лефа повлияла.

А Леф... Леф не только успокаивал, он еще и ухаживал. Красиво, галантно и иногда очень смешно, так как различия между нашими расами были серьезными. К счастью, сердца врагов мне не преподнёс, но вот связанную мисс Беберину с круглыми глазами подарил на одном из свиданий. Просто во время ужина на террасе академии демонята приволокли несчастную (исключительно на данный момент) женщину к нашему столу со словами:

— Мы сделали, господин! Магические кандалы поставили, голос запечатали, сутки не кормили!

— Благодарю, благодарю, хорошая работа, — сказал Леф, не обращая ни малейшего внимания на мой шок.

Не ужас, признаюсь, вовсе не ужас, где-то даже злорадство мелькнуло (приличных таких размеров).

— Что это? — настороженно спросила я, подразумевая всю ситуацию в целом.

— Не что, а кто! — возвестил демоненок. — Глупый человек. Конфеты не таскал, голодом морил, демонят не уважал и вас обижал! За последнее и поплатился.

— Мы очень рады, что он вас обижал, — хихикнул второй демоненок. — Теперь у нас есть повод и возможность обидеть этого глупого человека в ответ!

Я посмотрела на шокированную мисс Беберину, на чрезвычайно довольного собой Лефиуса, на радующихся демонят и потребовала объяснений в срочном порядке.

Оказывается, есть у жителей Нижнего Мира есть такой романтический жест, как обижать тех, кто обидел твою спутницу. Как и каким образом это делать — все на фантазию демона остается, но вот так связать недоброжелателя, притащить его (голодного, это важно!) на свидание и пообедать в его присутствии, пока он там слюни пускает — один из классических способов порадовать избранницу.

О моих обидчиках, подозреваю, Леф знал все. Не последнюю роль тут сыграли демонята, которые шастали по академии и составляли для своего господина отчеты. Доходило до того, что они составляли полное досье на человека, который полтора года назад толкнул меня и не извинился! Видела я эти бумажки краем глаза... Что уж говорить о мисс Беберине, которая планомерно и сознательно портила мне жизнь своими придирками. Я ей тоже, но об этом демонята почему-то не сообщали.

В конце концов, мисс Беберину утащили с моего свидания куда-то подальше. Я долго пыталась рассказать демону и демонятам о человеческих ценностях и понятиях, о традициях, но меня или не понимали, или делали вид, что не понимают. В итоге я как самая настоящая капризная женщина была вынуждена сказать:

— Она портит мне аппетит.

И это был абсолютно лучший аргумент, потому что, издав синхронное «О!» и получив кивок Лефа, демонята тут же утащили мисс Беберину куда-то подальше. И такие сюрпризы на свиданиях (как и сами свидания) случались нередко.

При этом всем Леф еще успевал заниматься расследованием моего дела и поиском загадочного мага, обещая забрать всю его кровь. Сначала я думала, что это обычная угроза, однако потом Леф рассказал, что моя сила запечатана при помощи чужой крови.

Это, кстати, чуть ли не единственное, о чем Леф мне рассказал. В остальном меня полностью отстранили от моего дела, мол, не для слабого человека вроде меня всем этим заниматься. И все мои протесты тонули в мягких уговорах Лефа потерпеть и дать разобраться с этим делом двум высшим демонам и одному могущественному магу. Все-то верно, но я не настолько глупа, чтобы не замечать легкой тени усталости на лице демона. А это ведь высший демон! И я очень хотела сделать хоть что-то.

Не то что я не понимала его правоты. Чем недоучка вроде меня может помочь? Мизер. Но лучше мизерная помощь, чем бездействие и равнодушное ожидание. Разумеется, я не была столь глупой, чтобы попробовать выследить мага, который мог бы прибить меня щелчком пальцев и сила которого даже Лефиуса заставляла напрягаться. Но кое-что я все-таки могла сделать. Тот самый мизер, которого, возможно, и не хватает.

Одним утром, когда Леф ушел по делам, подарив мне очередной нежный поцелуй, я достала круги призыва демонят и занялась своим маленьким делом.

Присутствие на месте событий — это и есть мое преимущество. Пускай я не могла ни сказать прямо, ни намекнуть о том, что там случилось, пусть я и сама до конца не понимала, почему же так влипла, но ведь на месте происшествия была не только я.

Был еще и Эбес Грин. Талантливый призыватель, гениальный ребенок, достойный соперник и, в принципе, неплохой человек. Немного заносчивый, фанатичный самую малость — как и многие люди, обладающие талантом в какой-то области, но всегда по-доброму относящийся к демонятам. Да и к другим существам тоже.

Я же следила за ним, как могла не знать? За все время он ни разу никому не нахамил, даже демоненку, который во время уборки шалил и опрокинул на него ведро с грязной водой. Эбес потом пришел в класс с опозданием, получил выговор, но ни слова не сказал про виновника. Того демоненка призывала одна из преподавательниц, не отличавшаяся добрым отношением, могла даже до рукоприкладства дойти, если бы узнала о случившемся.

И так во всем. Эбес ничего не выставлял напоказ. Я знала, что он помог ученице, находящейся на грани отчисления. А та в ответ смеялась над тем, что он много учился, злословила за его спиной столь усердно, что даже до Эбеса дошли эти слухи. Помню, что не выдержала тогда, призвала демонят и попросила хоть как-то восстановить справедливость для хорошего призывателя. Ну те подмешали ей что-то в шампунь, в результате чего неблагодарная девица ходила с серо-буровато-коричневой головой, больше не восхищая окружающих золотистыми локонами. Жаль, я бы ей в баночку с шампунем лосьон для удаления волос залила.

Я помнила, что Эбес подкармливал детенышей неизвестного монстра, ночующих под навесом около академической сторожки. И как плакал, когда узнал, что маленькие монстры не выжили. Я еще тогда удивлялась, как можно быть таким взрослым и рыдать в три ручья над грустной, но все-таки обыденной ситуацией.

Оказалось, что Эбес Грин на несколько лет младше меня. Чем его родители думали, когда отправляли в академию, для меня так и осталось загадкой. Хотели славы? Тогда уж лучше подождать пару лет, когда способность к обучению выходила на свой пик. Не желали видеть дома? Тогда существовали специальные подготовительные школы, такого талантливого ученика, как Эбес, взяли бы абсолютно бесплатно в любую.

Поэтому сейчас я планировала связаться с Эбесом и попросить о помощи. Он бы не отказал. Ровно в той степени, как он сочувствовал демоненку или детенышу монстра, он бы посочувствовал и мне. К тому же, расстались мы хоть и не друзьями, но никакого неприятия или вражды между нами не было и в помине.

Разумеется, мы с Эбесом не были столь близки, чтобы я знала, где он сейчас прятался от своей семьи. Но между нами была самая надежная и неподкупная нить связи — демонята. И поэтому я планировала до изнеможения писать письма и призывать маленьких проказников в надежде, что сам Эбес через некоторое время кого-то из них пригласит и получит мое письмо. Увы, напрямую отправить через демоненка письмо нельзя: так как Эбес скрывался, то демонятам запрещалась выполнять такого рода задания. Но вот если случайно вызовет, а у демоненка случайно окажется письмо для Эбеса, то отдадут без проблем. Шанс, что это случится довольно быстро, высок.

Во-первых, Эбес не утратил призывательские способности. Иначе как бы через полгода после случившегося Эбес передал мне письмо, где интересовался тем, как прошел суд и может ли он хоть чем-то помочь. Увы, он не мог. Я понимала это раньше, когда считала все дурным стечением обстоятельств, а теперь убедилась, насколько правильно поступила. Даже если бы вернулся, даже если бы все рассказал, то разрушенную статую, уничтожение артефактов, из-за чего я и получила такое наказание, никак не перечеркнуть. А сам Эбес мог бы серьезно влипнуть с этой историей. И смысл страдать вдвоем? Поэтому я попросила его не высовываться в ближайшие три-четыре года. К счастью, Эбес действительно сообразительный малый. Во-вторых, наш мир облюбовали несколько десятков демонят, а это означало, что откликались они на призыв с завидной регулярностью. Тот же Шеррс, например. Ну и, в-третьих, призыватели, не утратившие способность, беспокоили маленьких обитателей Нижнего мира ежедневно. Так что, в самом худшем случае, я смогу связаться с Эбесом через пару недель. А он со мной и того быстрее, ведь я не скрываюсь, значит, письмо можно прислать напрямую.

Через демонят многие призыватели общались, когда не хотели, чтобы их выследили. Самое главная особенность и проблема такого общения — письмо должно быть написано без помощи магии, вручную. Если же письма скопировать, то останется магический след, который может раскрыть местонахождение. Вот поэтому я и достала кипу бумаги: до прихода Лефа нужно не только успеть с подготовкой писем, но и составить круги призыва. Потому что очередных вздохов, что слабый человек должен отдыхать, я морально не переживу.

Да и внутри прямо горело иррациональное желание доказать, что не только высшие демоны и могущественные маги что-то могут, но и обычные девушки вроде меня не бесполезны.

Да-а-а, что-то я погорячилась — за сегодня точно все сделать не успею. Первая причина — я долго составляла письмо, продумывая каждое слово. Дело не в том, что Эбес отказался бы помочь, а наоборот: он легко переволновался бы и мог бы явится в самое пекло! И, в отличие от меня, у него не было двух призванных высших демонов, один из которых точно убьет любого, кто посмеет мне угрожать, а второй — с весьма высокой вероятностью. Вторая причина — даже мне трудно вызвать большое количество демонят за маленький период времени.

Поэтому, отдав письмо и три конфеты очередному призванному демоненку, я устало опустилась на стул, вытирая пот со лба платочком. Вызванный предпоследним демоненок подарил, сказал, что «утырил» у противной леди.

— Он чистый, госпожа, совершенно новый и чистый, — заверил меня, кажется Каерс. — И вам пригодится.

Белый шелковый платочек, зачарованный так, чтобы впитывать в себя все лишнее и не нужное, в том числе и пот. Да, платочек мне понадобился, впрочем, отдых — тоже. Будет совсем невесело, если Лефиус вернется в нашу спальню, а я тут чуть живая. Лучший способ восстановить энергию после призыва — это поспать. В обычном состоянии мне хватило бы трех-четырех часов, но я решила, что могу и больше. Потому как именно сегодня ночью Леф мне нормально выспаться не давал: читал вслух женские романы, задавал вопросы, действительно ли то и это нравится девушкам. Все бы ничего, но сидящий на шкафу демоненок по указке Лефиуса, лежащего вместе со мной на кровати, это дело еще и конспектировал.

— Вилина, а правда, что тебе нравятся живые срезанные цветы?

— Обычно да. Можно и не срезанные... В горшке, — пояснила я, пока демон чего не придумал.

— Запиши, чтобы я не забыл подарить плотоядные Крафеллии в горшке, — тут же скомандовал Леф.

— Для моих врагов? — вздохнула я, поворачиваясь в сторону Лефа, чтоб меня тут же притянули в объятия.

Уютно и тепло, даже что-то говорить не хочется по поводу демонских идей для подарков. Книга, которую демон читал, продолжила парить над его лицом, а магия исправно перелистывала страницу за страницей.

— От твоих врагов. И для тебя. Они лапочки со своей хозяйкой, — заверил меня демон. — Прям как я.

— Аргумент! — возвестил демоненок.

— Основательный, — со смешком подтвердила я.

И так всю предыдущую ночь. Поспала в итоге три часа, получила от Лефа просьбу не вставать раньше полудня, а после его ухода сразу же принялась за свой план. Так что теперь мое состояние оставляло желать лучшего. На момент мне даже показалось, что мне так дурно не из-за усталости, а по какой-то другой причине, но я успокоила себя, вспомнив, что только вчера была у лекаря. И он заверил, что я в добром здравии и полна энергии. Надо поспать — и станет лучше.

Поспала. Лучше мне не стало ни капельки, даже хуже — тяжелая голова, время от времени вспыхивающая боль в висках. Лефиус, к моему огромному облегчению, еще не вернулся, а это значило, что я избегу расспросов и паники. И не придется признаваться, что переборщила с призывом. За последнее особенно стыдно.

Раньше я никогда не проводила столько ритуалов за один раз, понимала и принимала свой лимит. Но после вызова двух высших демонов почему-то решила, что способна на большее. Я заскрежетала зубами, выпила стакан воды, а после снова завалилась спать, рассчитывая уже на утро.

Второе пробуждение было более приятным, но от идеального далековато. И Леф до сих пор не вернулся, только на стене появилась огненная надпись, предупреждающая об отсутствии, и с десяток демонят мирно сидели в спальне, карауля мой покой.

В этом весь Леф. Вчера он прочитал, что люди совсем не против любовных писем. Долго фыркал и возмущался, как на бумаге можно оставлять послание, ведь это так ненадежно — она и горит, и тонет, и теряется, да и при любом магическом воздействии разлетится в клочья. Непродуманные люди! И сказал, что для меня он письма будет оставлять другим способом, надежным. А чтобы я поняла, что это именно он, то подпишет своим именем и сердечко нарисует.

Ну, нарисовал. На стене теперь красовалось длинное письмо с тщательно вырисованным сердечком. Оригинально, практично и красиво. Все в стиле моего демона.

На этой своей мысли я судорожно сглотнула, порадовалась, что лежу в кровати — иначе бы или споткнулась, или села прямо на пол. Я сделала пару глубоких вдохов и выдохов, а после шепотом повторила:

— Мой демон...

Если бы это было правдой! Я так хотела, но так боялась, что сама себя ввожу в заблуждение. Боялась, что со своими надеждами и чаяниями покажусь глупой и наивной, каковой, в принципе, частично и являюсь со своим нулевым опытом отношений с мужчинами.

— Ваш демон? — откликнулся один демоненок. — Ваш демон, мой замечательный Верховный господин, отправился на поиски мага-недоброжелателя.

Я не выдержала и улыбнулась. Ну если уж демонята говорят, что Леф мой, то пусть так и будет. Пусть сладкие речи Лефа, его поддержка, его поступки действительно будут правдой от начала и до конца. И даже если все это обычная вежливость, то хотя бы на время призыва Лефиус действительно мой.

— О, сестренка, ты так улыбаешься! Тоже ждешь кости того мудака, который тебе угрожал? — радостно спросил Каерс.

Я улыбнулась, решив не отвечать — пусть думают что хотят. Медленно села на кровати, чувствуя, как ноет затылок, а перед глазами возникают зеленоватые пятна. Лежать было однозначно приятнее.

Выбирая между детским решением отлежаться, чтобы никто не узнал о моем состоянии и его причинах, и взрослыми мыслями пойти к лекарю и предотвратить мучения, я все-таки выбрала второе. Леф, конечно, обидится, что я ему не доверяю до такой степени, что скрываю некоторые свои действия (демону не объяснишь, что сидеть сложа руки невозможно!), но переживать к тому времени, как он вернется, будет уже поздно. Вылечат.

Поэтому, кое-как одевшись и в сопровождении демонят спустившись в лекарское крыло, я постучала в кабинет главного лекаря — по договоренности с демоном, больше напоминающей требование, проверял меня исключительно этот мужчина.

— Мисс Вильгельминария... — вздохнул Керин, моментально отметив мое состояние. — И что с вами такое? Присаживайтесь в кресло, присаживайтесь.

— Головная боль началась, — сказала я, с облегчением опускаясь в удобнейшее зачарованное кресло.

— Давно?

— С вечера, — честно ответила я и посмотрела на лекаря: — У вас такое выражение лица сейчас, словно вы тоже от нее мучаетесь.

— При мысли о том, что сделает высший демон с моим лекарским отделением из-за вашей головной боли, у меня болит все, — ласково улыбнулся он мне. — Если вы, мисс эр Шаттэ, себя не жалеете, предпочитая ночь страдать от головной боли вместо того, чтобы найти десять минут и спуститься сюда, то пожалейте хоть меня и моих лекарей. Мы тут в поте лица трудимся не для того, чтобы получать замечания о нашей некомпетентности или бесполезности.

Лекарь сделал какие-то пассы руками — и головная боль сразу же отступила.

— Спасибо! — улыбнулась я, намереваясь уйти, но лекарь схватил меня за руку и строго сказал:

— И куда вы, мисс Вильгельминария Эр Шаттэ? Давайте вас полностью проверим, такие головные боли на пустом месте не возникают.

Через час, когда главный лекарь самолично протащил меня по всем кабинетам, провел все обследования, мы вернулись обратно. Я чувствовала себя прекрасно, а потому не думала ни о чем плохом. Вот только главный лекарь смотрел на меня обеспокоенно, словно нашел что-то нехорошее.

— Есть проблемы? — спросила я.

— Да, и серьезные, — от меня ничего не стали скрывать. — Ваша жизненная энергия значительно упала по сравнению с позавчерашним днем.

— А... Это ничего страшного, — смутилась я. — Я вчера тренировалась в призыве и переборщила.

— Мисс Вильгельминария Эр Шаттэ, при перегрузке такого рода падает магическая энергия, а не жизненная, — устало сказал мужчина. — В норме жизненная энергия вообще не должна снижаться. Но у вас она упала процентов на пятнадцать в сравнении с последним исследованием. Это серьезно, очень серьезно. И самое плохое в этом, что причин для такого снижения я, главный лекарь академии и, позвольте заметить, человек с колоссальным опытом работы с пациентами, не вижу.