Глава 27

— А по какой причине жизненные показатели обычно падают? — тихо спросила я, понимая, что все совсем не радужно, если уж главный лекарь так себя ведет.

Керин Эль Фанне, если не ошибаюсь. Или Фарне? Стыдно сказать, сколько бывала тут, но полное имя главного лекаря никак запомнить не могла. Неприметная внешность, неопределенный возраст, чуть седые виски, зато твердый и непоколебимый характер и колоссальный опыт лечения самых разных болезней и травм.

Керин не паникер, да и такого явного страха и трепета перед высшим демоном, как у других, нет. Раньше ходили слухи, что у Керина была весьма бурная молодость, во время которой он погулял с высшей демоницей. В этом бы не было чего-то особенного, если бы мы все точно не знали, что в его родословной есть дочь полудемон. Разумеется, к отцу своего ребенка любая высшая демоница будет относиться иначе, чем ко временному увлечению. Уважать и защищать отца своего ребенка — это само собой разумеющееся, а потому и бояться Лефиуса Керину не нужно.

Так что, сопоставив все эти факты, я в один миг осознала, что все серьезно. И даже пара демонят, которые сопровождали меня для защиты, зашушукались испуганно. А ведь Леф им строго-настрого запретил болтать в лекарском отделении, им разрешалось следовать за мной исключительно как безмолвным стражам! А потом один из демонят вообще дернул меня за юбку платья, поклонился, получил мой кивок, и исчез — куда-то телепортировался.

— В основном, причины три. Первая — это проклятия. Но, могу заверить, что на вас ни одного. Да и высшие демоны к ним чувствительны, не пропустили бы. Вторая — заклятия, созданные на крови. Определить их до момента, когда действие станет необратимым — для лекаря, конечно же, а не для создателя заклятия — практически невозможно. И третья возможная причина — это воздействие древнего артефакта.

— И... что делать? — растерянно спросила я.

— Подождать вашего демона и Крауса фон Аффета. Я отправил им магическую весточку, но они пока отбыли, а потому ничего не знают. Как только вернутся, займутся решением, — ответил лекарь. — Конечно, пару защитных амулетов под вас мы сделаем, навряд ли эти штуки решат проблему, но уж точно замедлят темп падения вашей жизненной энергии.

И как они что-то будут решать? Особенно в последнем случае? Если на меня подействовал артефакт, то что тут уже можно сделать?

— Мисс Вильгельминария, не стойте столбом, присядьте, подождите, пока сделают амулеты для сохранения жизненной энергии. Если плохо себя чувствуете, то можете остаться здесь, — куда более мягко заговорил Керин. — Все решаемо, пожалуйста, не волнуйтесь.

— Даже воздействие артефакта?

— Именно, — улыбнулся лекарь. — Кстати, с ним все просто. Если артефакт подействовал однократно, то скоро его эффект уйдет. Если действует до сих пор, то маги найдут его, обезвредят и, как понимаете, вы вернетесь в нормальное состояние.

— А с чем сложно?

— Сложно с заклятиями на крови, — ответил Керин. — Это та тонкая магия, которую трудно распознать и сложновато снять. Но многие высшие демоны мастерски владеют этой магии, говорят, могут даже чужую кровь сымитировать.

Да-да, Леф тоже пытался во время снятия блокировки с моего магического резерва сымитировать кровь судьи. Стоп, что?!.. Неужели тот сюрприз, о котором говорил маг — это заклятие крови? Но почему оно тогда подействовало именно сейчас?

— Скажите, пожалуйста, а это заклятие крови можно активировать в какой-то конкретный момент времени? Чтобы оно сработало не в момент создания, а какое-то время спустя? — спросила я.

Это вполне резонный вопрос. Все заклинания в этом мире работали по единому принципу: создал — пришло в действие. Нет таких, которым бы сказал подождать, и они активировались через два-три годика. Заклинания на крови, разумеется, особый раздел, но все же общим правилам магии подчинялась.

— Нет, нельзя, но есть различные лазейки, — заметил Керин. — Например, создать заклятие, наложить на него сдерживающий барьер, а после — снять этот барьер. Обычно это не работает, но вот когда речь заходит о магии крови, то совсем другое дело.

Кажется, я догадываюсь, что произошло. Вот только что теперь?

— И как с этим бороться? — спросила я. — Убить мага?

— Интересный вариант, демонам бы понравился, но он не сработает. Все дело в крови, мисс Вильгельминария. Приближаясь к тому, чья кровь использовалась, вы снизите побочные эффекты. Убив носителя этой крови, вы усугубите свою ситуацию, ведь крови не будет рядом. Чем дальше вы от крови — тем хуже. Перенос в другой мир, боюсь, может вас убить.

— Но разве не опасно приближаться к магу, наложившему такое заклинание?

— Очень даже опасно, — ответил Керин. — Однако можно поставить щиты, использовать амулеты, высшие демоны способны частично блокировать такую магию. А вот от стабильно работающего заклинания крови, выкачивающего жизненную силу, спасения нет.

Сцена из прошлого, где маг обещал, что мы сами придем к нему, мелькнула перед глазами. А ведь так оно и есть! Если... если он и впрямь во время суда наложил на меня заклинание, используя свою кровь, то у нас с Лефом не будет выбора, кроме как преподнести себя готовыми на блюдечке!

— Не переживайте, еще не случалось такого на моей памяти, чтобы высший демон позволил страдать своему призывателю, особенно... кхм, — Керин неловко улыбнулся, поднялся с кресла и с деловым видом принялся перебирать бумаги.

Неужели смутился?

— Откуда вы знаете? — не удержалась я.

— Из собственного опыта, — честно ответил мужчина. — В молодости был у меня один удачный и судьбоносный призыв.

Удивилась ли я? Очень даже. Никогда не думала, что главный лекарь обладает еще и призывательскими способностями. Ведь призыватели предпочитают постоянно пользоваться помощью демонят и давать им множество поручений, а за Керином такого не наблюдалось. Спросить? А что я, собственно, теряю-то?

Мужчина в ответ рассмеялся:

— Зачем мне вызывать и гонять демонят, когда у меня несколько десятков студиозусов в подчинении? Они, конечно, не так эффективны, зато их много. И без дела не шатаются, сплошная польза.

Глядя на улыбающегося лекаря, я осмелилась спросить еще:

— А что вы имели ввиду под «особенно»? Почему замолчали?

Это было не слишком вежливо, но, к счастью, Керин ответил:

— Потому что личное. Впрочем, такое же личное, как и у вас. Высшие демоны заботятся о людях, к которым испытывают симпатию. Возможно, вам уже говорили, что демонская симпатия порой сильнее человеческой влюбленности? Так что можете не сомневаться, что ваш демон ради вас способен перевернуть этот мир, не говоря уже о каком-то маленьком заклинании крови или артефакте.

— Откуда вы знаете? — усмехнулась я, искренне удивленная уверенностью Керина.

— Из личного опыта. Высшие демонессы по характеру мало чем отличаются от высших демонов. А еще некоторые вещи — факты из истории. Или вы не читали про тот случай, где высший демон разрушил целое королевство, когда глупые маги посмели похитить его призывательницу и посадить в тюрьму? Так что, мисс Вильгельминария, рекомендую не относиться к чувствам высшего демона легкомысленно.

Ответить, что легкомысленное отношение будет уж точно не с моей стороны, я не успела, потому как в кабинет Керина ворвался Лефиус, мигом заключивший меня в свои объятия. Кажется, новости распространяются очень быстро...

Это все демонята. Как только один из них услышал, что со мной что-то случилось — мигом доложил Лефиусу. И теперь мой демон тут, причем вместе с Краусом.

— Долго, — недовольно поморщился Керин.

— Все вопросы к Руфиусу, который где-то застрял, — недовольно поморщился Леф. — Мы его прождали целых пять минут, прежде чем бросить там.

— Где там? — спросил один из демонят — Каерс. Именно он меня сегодня сопровождал с утра, а потом исчез из кабинета.

— Где-то, — улыбнулся Краус фон Аффет. — Где-то в Адовых Пустошах.

— А?! — не удержалась я от восклицания.

Адовые Пустоши — очень опасное место, туда пускают лишь исключительных по силе и умениям магов, причем только в том случае, если этих магов соберется не меньше десяти и среди них хотя бы двое лекарей и один профессиональный маг-портальщик! И они бросили там Руфиуса? Конечно, он высший демон, но это же Адовые Пустоши! Почему они туда отправились, спрашивать не было нужды — все они искали того самого мага, который наложил на меня блок, убил Четтера Грина и наверняка натворил еще много чего, о чем пока никто не знал.

— Что такое? — не понял Леф. — Почему я слышу столько негодования?

— Потому что это опасно — бросать там его одного, — пояснила я, про себя надеясь, что все-таки высший демон не слабее экспедиции из десяти магов.

Леф, все еще удерживающий меня в объятиях, уточнил:

— Ты это так Руфа оскорбляешь или же беспокоишься о нем? Если последнее, то не выражай это так явно — я чувствую, что обязан ревновать. А ревность высшего демона — это не то, что хочет испытать этот мир. И вообще, тебе бы о себе побеспокоиться.

— Да-да, мисс Вильгельминария абсолютно точно не умеет о себе волноваться, — сказал Керин, бессовестно «сдавая» меня: — Плохо чувствовала себя еще вчера, но терпела, явилась в лазарет лишь сегодня. И это хорошо, что у нее осмотр был запланирован, иначе, боюсь, и дальше продолжилась бы эта ода безответственного отношения к своему здоровью.

А-а-а, ну разве так можно?! Керин же знает характер высших демонов, должен представлять, что сейчас будет! Взгляд у Лефа был очень и очень говорящий.

— Я случайно, — тихо сказала я, обнимая Лефа за талию покрепче.

А вдруг?.. Я ведь, по сути, впервые проявляю инициативу такого рода, может Лефу будет достаточно приятно, чтобы он не зацикливался на словах главного лекаря?

— Если случайно... — протянул Лефиус. — То можно об этом и попозже поговорить.

Фух! Не то что я боялась выговора, я и сама четко это состояние объяснить не могла. Но точно не хотела, чтобы Леф обижался, ругался или возмущался.

— Случайно она, ну-ну, — фыркнул Керин. — Так, не знаю, что передали демонята, поэтому я сам сейчас все расскажу.

Леф кивнул, выпустил меня из объятий и взял за руку. Что он?.. А, хотел устроиться на диванчике, разумеется, вместе со мной. И снова обнять, правда, теперь только за плечи. Он действительно так пережил или по природе немного... прилипчивый? Впрочем, какая разница, если я совершенно не против и очень даже «за».

Нельзя сказать, что утренняя новость никак на меня не повлияла: осознавать, что на мне какая-то гадость, с которой я самостоятельно справиться не могу, никоим образом не помогает обрести душевное спокойствие. А вот присутствие Лефиуса — очень даже. И как тут не влюбиться, когда тебя так защищают и так заботятся? Невозможно. По крайней мере, я не знаю никого с таким каменным сердцем.

Пока я размышляла об отношениях с Лефом, Керин ввел всех в курс дела. Лекарь есть лекарь: передал всю информацию четко, разложив по полочкам, обратил внимание на важные детали, но при этом ни одного пространного рассуждения.

— Краус, ты почувствовал на том маге артефакты? — спросил Леф, когда Керин закончил.

— Да, конечно, три артефакта, — кивнул Краус.

— И почему ты не сказал? — Леф явно был недоволен.

— Потому что и подумать не мог, что ты не знаешь, — пожал плечами Краус фон Аффет, но удивления не скрывал. — То, что маг такого уровня носит при себе артефакт — это закономерность. Даже у меня сейчас есть четыре артефакта. Большей частью защитные, но все-таки это не выходит за рамки нормы. Да и как бы он умудрился скрываться от нас всех, не используя такие вещи? Сколько демонят отправлено на его поиски — и безрезультатно.

— Вы думаете, что на меня так подействовал артефакт? — вмешалась я в разговор.

— Вполне возможно, — кивнул Леф. — Это был бы самый лучший вариант, но что-то мне подсказывает...

Лефиус замолчал, и я не выдержала:

— Что подсказывает?

— Моя совершенная логика и превосходный ум, — невозмутимо заявил демон. — Прям кричит о том, что маг, способный так нагло предстать перед высшим демоном, продуманный человеческий гад, а не безумец без чувства самосохранения. И это значит, что он использовал какой-то артефакт, притупивший мои чувства, иначе я бы ни за что не пропустил ни одного его действия. Не переживай, моя прекрасная призывательница, тебе все еще ничего не грозит, кроме...

Ай, ну что за привычка так разговаривать, прерывая фразы на середине и заставляя меня изнывать от любопытства! И Леф, нахальный демонюка, прекрасно осознавал эффект, иначе бы не улыбался так ехидно.

— Кроме? — вздохнула я.

«Кроме порки за то, что совсем-совсем не следишь за своим здоровьем. Просто вторая часть твоего желания вызывает некоторые сомнения. Все хорошо, если тебе понравится, но очень плохо, если нет. А вот если подойти к этому с умом и провести все сейчас, когда ты так ужасно поступила, не позаботившись о себе, то даже если тебе не понравится, получится извлечь пользу».

Хорошо, что Леф не сказал это вслух. Плохо, что у Лефа вообще возникали такие мысли. Потому что Леф так давно ни на что подобное не намекал, что я уже и забыла об этой стороне отношений, и смутилась почти до слез.

«А как намекать? С этими хитровыдуманными человеческими гадами ни в чем нельзя быть уверенным, поэтому выполнение твоего совершенного уникального и прекрасного желания пришлось отложить в долгий ящик. И зачем дразнить тебя и испытывать свое терпение? Вот я и не упоминал».

— Вас оставить? — спросил Керин. — Второй круг на тридцать четыре градуса отвечает за шумоподавление, а третий — за закрытие кабинета. Если активируете, то тут и вражеская армия открыть не сможет.

— А у вас весьма неплохое понимание нашей сути, — усмехнулся Лефиус, а потом прищурился, оглядывая Керина: — И защитные чары от одной из высших демонесс древнейшего рода, надо же, какая редкость.

— Почему редкость? — усмехнулся Керин.

— Потому что наши демонессы предпочитают выбирать партнеров более сильных, чем они сами. Чтобы такая высшая демонесса и с человеком...

— Считаете, что жалкие люди — не подходящие партнеры для демонов?

— Ни в коем случае, — мотнул Леф. — Во-первых, кто говорит, что сильному магически существу нужен именно сильный магически партнер? И что потом делать? Устроить алтарь для этой силы и вдвоем поклоняться ей? Отношения — это совсем не про то, как кто-то соответствует друг другу по силе, богатству или роду. Во-вторых, я убежден, что многие высшие расы погрязли в своем высокомерии и недооценивают людей. Вот только даже в Нижнем мире есть очень консервативные рода, застрявшие в старых временах. И ваша демонесса — как раз из такого рода, поэтому я слегка удивился. Впрочем, зная ее характер и силу, вам не о чем переживать: она может позволить себе жить так, как хочет, ни в чем не завися от своей семьи.

— А вы не из древнего рода?

— Из древнего. Но мой род сохранил лучшие традиции старых времен и приобрел все важные и нужные вещи современности. Как ни крути, мы ближе всех к абсолютному идеалу, — гордо заявил Леф, заставив меня подавить легкий смешок.

Уверенность демона ничуть не раздражала, скорее, впечатляла, ведь все заявления Лефа рано или поздно подтверждались действиями.

— Это все интересно, — тихо сказал Краус фон Аффет. — Но давайте вернемся к актуальному вопросу. Керин, что ты посоветуешь?

— Подождать один день и посмотреть на жизненную силу мисс Вильгельминарии Эр Шаттэ. Всего сутки — и мы точно будем знать, в чем тут дело: в заклятии крови или же артефакте.

— А за это время... — начал Леф.

— Ничего существенно плохого с мисс Вильгельминарией не случится. Кроме того, с вами ведь демон с редкой исцеляющей способностью? Даже если все будет очень плохо, он сможет помочь, поддерживая жизненные силы своей призывательницы.

— Что ж, больше ничего важного? — спросил Краус фон Аффет. — Мы тогда пойдем, дел еще полно. Лефиус, ты...

О, когда они успели так хорошо поладить? Раньше Краус всегда был с Лефом на «вы».

— Останусь пока с Вилиной, — кивнул демон. — Пусть демонята прочесывают этот мир. Какой бы мощный артефакт сокрытия не был у этого вашего мага, блокируются лишь магические способы поиска, а не физические.

— Но... — на лице Крауса появилось сомнение, словно он не был уверен, можно ли это говорить.

— Что?

— Ты призвал несколько сотен демонят, разве это не приличная нагрузка даже для высшего демона? Все будет нормально?

— Пф-ф-ф, а это даже мило, — неожиданно рассмеялся Леф. — Когда о тебе так беспокоится человек. Я могу призвать еще столько, это не стоит твоего беспокойства.

Я искоса взглянула на Лефа и поняла, что впервые демон чуть лукавит. Каким бы всесильным он не был, но поддерживать длительный призыв в чужом мире трудно даже таким могущественным существам.

Леф убрал руку с моего плеча, встал с диванчика и сказал:

— Пошли отдохнем. Для моего морального спокойствия мне точно придется провести не меньше целого дня с моей призывательницей.

— Не думаю, что моральное неспокойствие как-то повлияет на вас, господин, — заметил Каерс, который, оказывается, все еще находился в кабинете лекаря, просто сидел тихонечко, поэтому я о нем уже забыла.

— На меня? Практически никак. Но вот на этот мир — вполне. Морально неспокойный демон — это расстроенный демон. А расстроенные демоны склонны расстраивать всех вокруг себя. Для некоторых — фатально расстраивать, так что мы с Вилиной сейчас пойдем и провернем очень важное дело по успокоению морально неспокойного меня, — усмехнулся Лефиус, протягивая мне руку и помогая подняться с диванчика.

Надеюсь, очень надеюсь, что это важное дело не подразумевает под собой порку, на которую Леф намекал недавно! Лучше уж мы попробуем обсудить особенности взаимоотношения высших демонов и людей.

Распрощавшись с Керином и Краусом, которые планировали обсудить кое-какие дела, мы с Лефом вернулись в мою комнату. И первым делом меня стали, к моему огромному счастью, и, что скрывать, к немалому удовольствию, целовать.

Пришла я в себя уже лежа на кровати рядом с моим высшим демоном.

— Лефиус, я хотела спросить кое-что... — я повернулась в сторону Лефиуса.

— Если хочешь — спрашивай, сдерживать свои желания вредно, очень вредно. Потом возникают навязчивые мысли, плохое моральное состояние, стрессы, а от них и до смертельного заболевания недалеко, — наставительно сказал Лефиус и пробормотал уже совсем тихо: — Слабенькие люди, сами себя даже самую малость не бережете.

— Бережем и заботимся, — рассмеялась я, под скептическим взглядом Лефиуса добавила: — Но у нас не получается делать это так качественно, как у демонов.

— Кажется, моя прекрасная призывательница, ты не оставила мне выбора. Такие чудесные люди, как ты, должны получать самую лучшую заботу. И потому...

— Ты меня научишь? — перебила я Лефиуса.

— И почему ты всегда выбираешь неправильный вариант? Я сам буду заботиться о тебе. Всегда.

— А я?

— Что ты?

— Как я могу позаботиться о тебе? — тихо спросила я непонятливого демона.

Наверное, он воспринимает меня как принцессу, которую нужно любить и лелеять, но я не из тех, кто может лишь принимать чужие чувства, я тоже хочу сделать что-то для Лефиуса.

— Можешь попытаться меня полюбить? — тихо спросил Леф. — Я знаю, как умеют любить такие женщины как ты — сильно, преданно, без оглядки на глупости и условности. Это будет лучшей формой заботы обо мне.

Удивилась ли я? Очень. Но в то же время почувствовала невероятное тепло в сердце.

— Хорошо, думаю, это будет не так уж и сложно, — тихо ответила я, утыкаясь Лефу в плечо.

***

Насколько спокоен был вчерашний день, настолько тревожным это утро. И дело даже не в результатах моего обследования, которые показали пусть ожидаемый, но неприятный результат — моя жизненная энергия продолжала снижаться.

Вернулся Руфиус с очень неожиданными и неприятными новостями. Задержался он на пять минут по весьма нехорошей причине: что-то в Адовых Пустошах повлияло на его демонические силы, урезав их едва ли не вдвое.

— Артефакт? — задумчиво спросил Лефиус, морщась и постукивая пальцами по столу.

Мы все снова собрались в кабинете Крауса фон Аффета практически тем же составом, только еще Керина пригласили. Разумеется, он тут оказался лишь по одной-единственной причине — связь с высшей демонессой автоматически давала сто из ста баллов доверия.

— Скорее всего. Я даже не сообразил в чем дело. Способность к телепортации словно выключило. Думаю, у большинства высших демонов возникли бы проблемы, даже у тебя. Мне повезло — на врожденные способности он не влияет, но радостного мало. Слушай, а демонята?..

— Я отзову всех, — кивнул Леф. — Они не первый день прочесывают местность, но ничего не нашли. Если артефакт так влияет даже на высшего демона, то демоненка может и развеять, полностью уничтожив его существование. Выберем другой способ поиска.

Я невольно бросила взгляд на пару демонят, которые сидели недалеко от меня: напуганы и расстроены.

— Но мы хотим помочь сестренке и господину, — совсем тихо сказал Шеррс.

— Вы поможете, если будете целы и невредимы, — так же тихо сказала я. — Иначе я буду плакать так сильно, что заболею и умру. Вы же этого не хотите?

Демонята тут же судорожно замотали головами. Увы, самый большой толк от меня на этом собрании — успокаивать расстроенных демонят, убеждая их не вмешиваться с столь опасное дело.

— Зато теперь ясно, откуда такая наглость и самоуверенность, — хмыкнул Лефиус. — С таким артефактом он реально сможет сражаться с высшим демоном.

— С обычным высшим демонов, братец. Но не с тобой. Я ведь не боевой демон, разница в нашей силе колоссальна, так что о чем тебе беспокоится?

— Молодежь, — с легким осуждением выдохнул Леф. — Не смей недооценивать врага. Ты не знаешь, насколько процентов от своей полной мощности работал артефакт. Ты не знаешь, какой у него третий артефакт. Уверенность в своих силах — это прекрасно, но без разумной осторожности она ничего не стоит.

— Тогда вообще непонятно, что делать, кроме того, что осторожничать и переживать. Как мы этого мага искать тогда будем? — буркнул Руфиус.

— Я подключил магов-следователей из столицы, сейчас они выясняют его происхождение, как он попал на должность судьи, поднимают все его дела. Мои люди работают уже три дня, скоро мне предоставят результаты.

— Неплохо, — начал Лефиус, а потом неожиданно напрягся, схватил меня в охапку, магией подцепил трех растерянных демонят, и отскочил от стола.

— Что?.. — только успела охнуть я, как над столом вспыхнула магия.

Телепорт? Прямо на стол, за которым мы только что сидели, опустилось письмо.

— Это от того мага, — сказал Лефиус, отпустил меня и подошел к столу, магией вскрывая письмо и читая его на некотором расстоянии. — Ну что ж, как минимум от поиска этого мага мы избавлены: он приглашает нас к себе в гости.