ГЛАВА 9

Я была на балу в честь Нового круга Зимолетия. И герцог Грейм умолял меня потанцевать с ним. – Вы так прекрасны, Эвелина! – говорил он с придыханием, целуя краешек моего платья. Это уже было как-то слишком, я смутилась. – Что вы, Эрик, не нужно! – попыталась вырвать у него подол. Но он настаивал. Шаркал ножкой и говорил что-то приятное, когда прямо над моим ухом раздался голос кузины Арабеллы: – Сейчас моя очередь с герцогом танцевать. А потом в невесты! – В невесты? – возмутилась я. – Конечно, – невозмутимо кивнула новоявленная маркиза Риллер, – кто герцога танцует, тот и замуж за него идет. Хотя ты, конечно же, выглядишь оригинально со своими волдырями на щеках. Волдыри! У меня же ожоги! Я вскрикнула, схватилась за лицо и… проснулась, разумеется. Под пальцами была гладкая кожа. А вокруг меня – королевские палаты. Проснулась я в кровати под балдахином, на шелковых простынях. Окна закрыты бархатными шторами, но можно понять, что уже рассвет занимается, как минимум, благодаря щели между портьерами. Где я? Испуганно оглядев себя, я поняла, что еще и уснула в том же платье, в котором пришла в замок Грейм. Замок Грейм. Так вот я где заночевала! Поднявшись с постели, отдернула шторы. За окном было совсем почти светло. С учетом того, что зима на дворе, времени много уже. Оглядев покои, я заметила в углу отсвет, какой могло давать лишь зеркало. Побежала к нему и в ужасе, и в надежде сразу. Что меня там ждет? Не выдержав, зажмурилась, прежде чем решиться посмотреть. А потом вдохнула глубоко, открыла глаза и увидела свою испуганную и растерянную физиономию. Без следов от ожогов! От радости я даже подпрыгнула несколько раз перед этим же зеркалом. В дверь громко постучали. – Эвелина! – позвал Эрик. – Вы уже проснулись? – Да! – весело ответила я. Мне было не страшно теперь перед ним предстать. – Я вхожу! – предупредил герцог. Зашел и с интересом на меня уставился. А потом сказал с облегчением: – Отлично выглядите, Эва! Наши слаженные действия возымели удивительный результат. – Да, совет вашей матушки очень действенный, – скромно потупила я глаза, чтобы не рассмеяться. – Эва, я понял, что вы и так этот рецепт знали, – заметил Эрик, – но наш успех закрепил еще и доктор Апи. – Ох! – я вспомнила, что мама Эрика собиралась нам своего целителя отправить. – Он все же прибыл? Я уснула, и… – И ему пришлось вас осматривать спящей. Я волновался, но лекарь сказал, что мы все верно сделали, и вы хорошо, что уснули, так и должно быть. Он нанес на следы ран целебный состав. А потом я… доставил вас сюда, в одну из гостевых спален. Значит, то, что он меня сюда нес, мне не приснилось. – Рад, что вы поправляетесь, – продолжал герцог, – вам есть во что переодеться? Нам предстоит неприятная, но неизбежная задача. Я расторгаю помолвку, а вам придется при этом присутствовать. – Вы еще не передумали? – испуганно спросила я, почему-то вспомнив свой сон. – А почему я должен был передумать? – Эрик криво усмехнулся, склонив влево свою идеально причесанную голову. Я молчала, не зная, что сказать. Про любовь, которая всё побеждает? Но я ее не видела. – Нас с Алианной связывали в основном, договоренности, – задумчиво сказал герцог Грейм, – мы идеально подходим друг к другу. С ней приятно появиться в обществе и заслужить баллы одобрения от света. – Вы говорите о невесте, как о… ездовом драконе! – возмутилась я. – Да, не с девицами такое обсуждать, – согласился несносный герцог, – итак, у вас будет примерно час на сборы. Позавтракайте, оденьтесь. И мы поедем в службу регистрации. Пока она не закрылась. Сегодня день укороченный. Кивнув, Эрик вышел. А я подумала, что какой бы ни была Алианна, очень грустно, когда помолвку с тобой разрывают в праздничный день. Мне захотелось стукнуть Эрика по голове. Бесчувственный чурбан, который только и думает о том, как его в свете видят. Чемпион! И этим все сказано. Очень надеюсь, герцог Грейм, что вам встретится девица, что заставит иначе посмотреть на природу отношений между людьми. Ворча себе под нос, я нашла свою шубку на вешалке и отправилась во флигель, где лежали все мои остальные вещи. Собралась я быстро, перекусила тоже. Правда, пришлось довольствоваться парой вареных яиц и овсяной кашей. Но для студентки такой завтрак вполне даже ничего. Эрик одобрительно кивнул, когда я села напротив него в экипаж. Сам он выглядел торжественно. Двубортный китель с эполетами и серебряными пуговицами, будто он на парад собрался или очередную гонку на драконах. Заметив, что я с интересом оглядываю его наряд, герцог сказал: – По рангу мне положено воинское звание. И как чемпиону, и как носителю герцогского титула. Если вдруг потребуется защищать королевство, я примкну к воздушным войскам. – И кто вы по статусу? – Генерал, – Эрик ответил горделиво, я видела, что он собой любуется при этом. А я вдруг поняла, что раз у Эрика звание герцога, значит, его отец, скорее всего, передал ему этот титул уже после смерти. И правда, в настоящем времени он говорил только о своей маме. Жаль, девочки уже уехали домой, стоило их расспросить о доме Греймов. – Как себя Шорли чувствует? – спросила я о важном. – Сегодня проснулся уже с вполне нормальной температурой, покашливает вот только. Заплевал огнем все свои кубки. Придется почистить. Я кивнула. Сделаем, чего уж теперь. – Увы, улететь с ним все же не получится. Но, возможно, мама приедет в гости во время каникул. Ей сейчас тяжеловато одной. Итак, моя догадка подтвердилась. – Папа покинул нас относительно недавно, – продолжил Эрик, – мы до сих пор не привыкли, что его нет. И частенько говорим о нем, как будто он рядом. Карета остановилась, мы вышли. Герцог первым из экипажа выскочил, а потом словно вспомнил, что я дама. И руку мне подал. Мы прибыли в небольшое двухэтажное, но очень красивое здание. “Чертог распоряжений по гражданским делам” – гласила табличка над входом. Я заметила, что площадь перед Чертогом начинает заполняться зеваками и журналистами. Эрик меня решительно за руку схватил и потащил вперед. Зря он так сделал. Вопросы посыпались как снежки. – Герцог Грейм, слухи о вашем разрыве с мирс Делми – правда? – А это кто, ваша новая девушка? И шлепки магических вспышек. Завтра мое перекошенное лицо украсит собой первые полосы столичных газет. Наконец, за нашими спинами захлопнулась массивная дверь, дальше писак не пустили. Мы прошли в кабинет на первом этаже. Нас встретил строгий распорядитель, сидевший за большим письменным столом. Седой, похожий на умную сову господин. Он что-то писал огромным гусиным пером в толстом журнале. Перо скрипело, как несмазанная ось в колесе экипажа. Услышав наши шаги, мужчина поднял голову, посмотрел на Эрика сквозь толстые стекла очков без оправы. – Герцог Грейм? – спросил безо всякого удивления. – С наступающим Зимолетием, распорядитель, – вежливо поздоровался мой работодатель. – Фимс. Дейл Фимс. – представился чиновник. – О чем вы хотите заявить? – О расторжении официальной помолвки с Алианной Делми, – твердо ответил Эрик. – А вы с этим согласны? – Фимс строго глянул на меня. – Я? А что, мое мнение имеет какое-то значение? – не поняла я. – Конечно, если помолвку расторгают с вами, – недоуменно сообщил распорядитель. – Ваша светлость, – сдерживая смех, учтиво произнес герцог, – эта девушка всего лишь стала свидетелем нашего с мирс Делми разрыва. Она не графская дочка и не претендентка на место Алианны. – Ах, вот в чем дело, – закивал Фимс, – что ж, мирс… как вас величать? – Риллер, – подсказала я. – Арабелла Риллер? – изумился Дейл. Вот у них Белл теперь свет в окошке. – Эвелина, ваша светлость, – потупилась я, словно извиняясь, что не оправдала его ожиданий. – Что ж, тоже хорошо, – миролюбиво ответил Фимс, а после, пожевав губами, продолжил, – вы подтверждаете, мирс Риллер, что в вашем присутствии прозвучали слова: “Я разрываю помолвку”, и вторая сторона их слышала? Я постаралась припомнить, что именно говорил Эрик, затем кивнула. – Да, так и было. – И в вас нет заинтересованности, чтобы эта пара не поженилась? Вы не делите ложе с герцогом Греймом. – Нет! – поспешно и очень испуганно ответила я. Не хватало мне еще слухов таких. Особенно если они беспочвенные. Дейл Фимс достал красивый бланк с гербовой печатью и принялся выводить на нем что-то своим громадным пером. Скрип стал совсем невыносимым, уж больно бумага плотная. Закончив писать, распорядитель сказал: – Сейчас вы засвидетельствуете этот документ. Но все равно, без присутствия Алианны Делми не обойтись. Ее нужно оповестить о состоявшемся решении. Мы с Эриком все так же стояли перед Фимсом. В кабинете стульев для посетителей предусмотрено не было. Что делать дальше? Я вопросительно поглядела на Эрика. Он пожал плечами. Но тут дверь без стука открылась, и зашла заинтересованная сторона конфликта. Алианна Делми. Бывшая невеста герцога смерила меня уничижительным взглядом и дернула плечиком. – Вот, полюбуйтесь, на кого он меня поменял! Я думала, Алианна обращается к Фимсу, но все оказалось куда как хуже. За спиной красавицы стояли два худеньких паренька с блокнотами и перьями. Сбоку на этих пишущих инструментах примотаны пузырьки с морозоустойчивыми чернилами. Журналисты! – Улыбочку! – гаркнул рослый мужичина, выскакивая будто из ниоткуда. Магическая вспышка ослепила меня до звона в ушах. – Что вы себе позволяете? – взревел распорядитель Фимс. – Потрудитесь покинуть мой кабинет, стервятники! Крючкотворы молниеносно исчезли Алианна с деланным испугом обратилась к Фимсу: – Ваша светлость, я допустила ошибку, позволив этим господам пойти со мной? Мне показалось, они тут служат. – Сказал бы я, кому они служат, кирсовы дети, – буркнул Дейл, – вы, надо полагать, мирс Делми? Алианна кивнула, стыдливо теребя край чудесной ажурной шали, такой белой, что глаза режет. На ее фоне свежевыпавший снег серым покажется. – Вы подтверждаете расторжение вашей с господином герцогом Греймом помолвки? – продолжал распорядитель. – Да, ваша светлость, – Алианна вдруг улыбнулась, – давно пора это было сделать. Из Эрика не жених, а так, одно название. Так что, дорогуша, счастливого пользования. Она вновь на меня посмотрела так, будто холодом обдала. – Да хватит уже! – не вытерпела я. – Я просто свидетельница этого… позора. Алианна хмыкнула. – Где я должна расписаться? Пять минут, и вся неприятная процедура закончилась. Из “чертога” нам пришлось выйти втроем. Алианна держалась принцессой, посылала воздушные поцелуи и ослепительно улыбалась. Под вспышками она себя чувствовала свободно и естественно. – Что вы сейчас чувствуете, Алианна? – один из щуплых мальчиков-писак чуть под ноги нам не завалился, заглядывая в лицо бывшей невесте герцога. Графская дочка остановилась. Улыбнулась еще обворожительнее и сказала: – Я рада возможности сказать всем, кого бросили в канун Зимолетия: не отчаивайтесь! Жизнь продолжается! Вы просто избавились от ненужного. И знаете, что? Я сегодня устраиваю вечеринку в своей резиденции! Так что если вы разорвали помолвку, приходите в имение Делми сегодня в семь вечера. Пароль: выкинула мусор на помойку! Журналисты захлопали. А потом их недружная стайка ручейком переметнулась за Эриком. – Герцог Грейм, а что вы можете сказать? Эрик задумчивым взглядом обвел толпу и выдал: – С наступающим Зимолетием! Потом скомандовал: – Пойдемте, Эвелина, у нас много работы. После представления, устроенного Алианной, осталось неприятное ощущение. Не видно, чтобы она переживала, скорее, забавляется, мстя Эрику. Прибыв в замок Грейм, мы первым делом отправились к Шорли. Больной выглядел гораздо лучше, но все равно нужно было дать ему лекарство. На этот раз все прошло куда спокойнее. Эрик сразу использовал самый большой кубок, а от дракоши не пыхало таким жаром. Когда я обтирала лоб Шорли полотенцем, смоченным в охлаждающем отваре, явился магистр Айо, сильный маг и преподаватель практикума “Поражающие заклинания и защита от них”. На моем курсе он ничего не вел, но я много о нем слышала. Высокий, худой, похожий на фехтовальщика, в черной одежде и развевающемся плаще, он производил неизгладимое впечатление при встрече. Самой же жуткой деталью был шрам, пересекавший его лицо справа налево и чудом огибающий правый глаз. Кроме того, у Айо не хватало двух пальцев на левой руке. В какую переделку он попал, толком никто не знает, но слухов ходит много. – Доброго дня, герцог, – поздоровался магистр неожиданно сочным грудным голосом, приятным и располагающим, – надеюсь, все здесь, включая вашего дракона, в добром здравии. – Благодарю, так и есть, – ответил Эрик. Когда с церемониями было покончено, Айо подошел к Шорли. Дракон фыркнул, выпуская облачка то ли дыма, то ли пара. Так он выражал свое отношение к незваному гостю. – Прошу прощения, приятель, мне нужно тут все осмотреть, – вежливо обратился магистр к дракону. И готова поклясться, Шорли выглядел озадаченным. – Не бойся, – ласково произнес этот необычный человек. Насколько не вяжется его внешний вид с голосом и манерой общаться! Айо достал из-за пояса толстый жезл, который оказался складным, и вытянулся в длинный, тонкий прут. Магистр еще больше стал похож на фехтовальщика. – Приступим. Попрошу вас отойти в сторону. Мы повиновались. Шорли выглядел так, будто тоже не прочь был бы вместе с нами отойти, но Эрик взмахом руки велел тому оставаться на своем ложе. Магистр обошел громадного питомца медленным шагом, вытягивая перед собой диковинный инструмент. Пошарив в памяти, я извлекла забавное название “щуп”. Да, вот это что. Магический щуп, который должен отреагировать на чары. Какие, зависит от настроек инструмента. Айо сделал один круг. Остановился, затем пошел в обратном направлении. И когда он уже заканчивал повторный обход, этот гибкий, в струнку толщиной щуп вдруг зазвенел и стал ярко-красным, а затем побелел, словно раскалился. Магистр быстро бросил его на пол. Ковер, которому придали вид травки, зашипел, запахло паленым. – Что это значит? – встревожился Эрик. – То, что болезнь Шорли возникла не от простуды. Это темное колдовство. – Темное колдовство? – опешил герцог. – И кто мог такое сотворить. А главное – зачем? – Искать нужно среди тех, кого ваш дракон легко к себе допустит, – прищурился Айо, – есть варианты? – Очень немного, – сказал Эрик. И на меня посмотрел. Мне очень не понравилось, как. – Вы что, думаете, это я? – не люблю в гляделки играть. И вокруг да около долго расхаживать. – Мне не хотелось бы так думать, – заметил герцог. – Но отчего-то такая мысль все же промелькнула? – прозорливо поинтересовался магистр. – Только лишь потому, что Шорли не подпускает достаточно близко к себе даже моего ближайшего помощника Йона, – пояснил Эрик, – я поэтому прекратил собеседование, когда он вдруг признал Эву. Это была огромная удача. – И ваша бывшая невеста не могла к нему подойти близко? – магистр продемонстрировал свою чрезвычайную осведомленность. – Нет. Да у нее и мотива не было это сделать. Как бы ни была Алианна недальновидна, сообразила бы, что мы с ней в таком случае никуда не поедем. А мы тогда собирались. К ее родителям. – И вы уверены, что она действительно этого хотела? – слегка улыбнулся Айо. – О чем вы? – нахмурился герцог. – Да так. Просто мысли вслух. Советую вам вызвать дознавателя. И проследить, чтобы дали лучшего. Например, Летицию Охри. – Летицию? – Эрик чуть поморщился. – Но это же… Он сделал паузу и посмотрел на меня. – Женщина? – с пониманием кивнул Айо. – Да, как и ваша матушка, например. Я его уже почти любила. – Летиция – моя бывшая коллега. Мы закончили с ней одно отделение магической академии в свое время. У нее удивительная хватка. Так что очень рекомендую. Вряд ли для поиска злоумышленника так уж важно, бреет ли дознаватель щеки. Нет, он определенно мой герой. Такой не может навесить на меня беспочвенные подозрения, очень прозорливый. И не узколобый, как некоторые. Чемпионы. – Я подготовлю отчет об уликах до завтра, – пообещал Айо, – медлить нельзя, даже несмотря на праздники. А вам желаю хорошо провести Зимолетнее вечерие. Эрик велел мне оставаться подле Шорли, а сам пошел провожать магистра Айо. – Кто ж тебя так, лапочка? – спросила я, сочувственно глядя на дракона. Поймав мой взгляд, чешуйчатый приятель поднялся со своего ложа и грузно потопал в свою “гостиную”. И принялся тыкать носом в раздвижную стену. Я-то вообразила, что он меня сейчас к злоумышленнику приведет. Но он еще и хвостом колотить взялся по шву, делившему стенку на половинки. – Гулять просишься? – разочарованно протянула я. – Да тебе нельзя пока, наверное. Сейчас хозяин придет и скажет, выгуливаем мы тебя сегодня или нет. Дракон вздохнул. Он себя чувствовал в данный момент отлично, а остальное его не волновало. – Может, почитаем? – с надеждой предложила я, стараясь отвлечь Шорли от идеи погулять. Дракон демонстративно зевнул, так что я чуть не улетела. – И что у нас тут такое? – Эрик вернулся и с любопытством изучал нашу парочку. – Кто-то совсем здоров и желает полетать, – бодро сказала я. Преувеличенно бодро, наверное. Мысль о том, что Эрик сразу же готов был поверить, будто я причинила вред этому милому, хоть и грозному, дракону, меня очень огорчила. Царапала и царапала, причиняя почти настоящую, ощутимую телесную боль. Он мне не доверяет? Мне почему-то было так важно, чтобы Эрик… герцог Грейм, не сомневался во мне, в моей благонадежности. Это так смешно, так глупо. Ведь ему совершенно наплевать на меня. Для него имеет значение лишь дракон, с которым он вырос. А единственная женщина, к которой он согласен прислушиваться – его матушка. Причем ведь маменькиным сыночком его не назовешь. Просто… ему так удобно. Вот в чем дело. Эрик Грейм отсекает от себя эмоции, которые могут помешать ему заниматься своей чемпионской карьерой. А матушка хоть и важный человек, но находится далеко. Стоило мне так подумать, в пещере появился Йон. – Господин герцог, – сказал он смущенно, – а там экипаж приехал с вашими… родственниками. Госпожа Грейм говорит… Он вдруг замялся. – Докладывай уж как есть, – велел Эрик. – В общем, раз у вас хватило глупости расстаться с дочерью графа Делми, а дракон приболел, значит, и Зимолетие вы встречаете дома. А поскольку ей одиноко, а вам ума не хватит ее самому пригласить… – Я тебя понял, – оборвал своего помощника герцог, – что ж, Шорли. И вы, Эва… пойдемте на улицу, гостей встречать.