Глава 21

Возвращаясь к команде, напряженно думала, как лучше поступить. Эла не остановят опасности. Он обязательно проберется в город, где запросто можно погибнуть или того хуже, переродиться в нежить Пустоши. Но, даже добравшись до башни, штурмовать ее с земли — верная смерть. Летать никто из парней не умел, лишь у меня имелись крылья.

Сначала возникла идея перенести мужчин по одному, но тут же ее отмела. Буря набирала обороты с каждой минутой. Неистовыми порывами ветра меня швыряло из стороны в сторону. Я не успею перетащить всех охотников до того момента, как Пустоши накроет ураганом.

Нужно найти другой выход!

Разумно было бы вернуться под защиту убежища и переждать бурю там. Мы бы встретились с Элом в Астрале и обсудили план штурма. Но он не зря спешит. Беролак не задерживается подолгу на одном месте. Не исключено, что тварь покинет башню, пока мы будем отсиживаться в укрытии. И тогда снова придется добывать камни для поиска и искать следы. Так можно годами по Пустоши скакать! Собственно, потому Элаим столько времени и не может вылечить дочь.

— «Нет, это не выход!» — ускорилась, резче махая крыльями.

Не почуяв опасности, угодила в холодный воздушный поток, который подхватил мое тело, как пушинку и закружил в водовороте. Еле вырвалась, махая крыльями с такой силой, что они едва не порвались под напором воздуха. Поднялась выше, оставляя коварный участок неба с формирующейся воронкой торнадо. Еще бы чуть-чуть и…

И тут меня осенило! Вспомнила недавнюю вылазку, схватку с богомолом и место, куда провалилась, трусливо убегая. Тот искусственный тоннель и заброшенная лаборатория, а главное — портал, который перенес в башню.

— «Портал!» — испустила радостный рык.

С его помощью мы окажемся в башне, минуя бурю и опасный город!

Я осторожно снизилась, высматривая команду, и устремилась к ним, как только поняла, что отряд в двух часах пути от нужного места. Я спикировала на землю, преграждая путь людям, и зарычала, взрывая лапами пласты сухой почвы и высекая когтями искры из попадающихся камней. Я тянулась мордой в нужном направлении, хлестала хвостом по бокам и всем своим видом показывала, что нужно свернуть с дороги.

— Нельзя идти дальше, Бри? — догадался Эл о причине странного поведения, — опасно? Не пройдем? — я кивала и фыркала в сторону горстки камней, которые издалека не привлекали внимания.

— Туда? Предлагаешь идти за тобой? Там безопасный путь? — подключился Барсик.

Я забежала со спины и для наглядности боднула рожками Гора, который кривился при виде бурелома и изрытой ямами местности, с надеждой посматривая на ровную безопасную дорогу. Его можно понять, в ямах могла прятаться нежить, да и самих растений, сухими стеблями пробивших путь через трещины в земле, стоило опасаться.

— Идемте, проверим, куда зовет Брия, — согласился Эл и сошел с дороги.

Следом двинулся Барсик, и только потом за нами поплелись братья. Я забежала чуть вперед, отслеживая малейшие признаки ловушек. Однако парни не первый раз в Пустошах, прекрасно знали, на что обращать внимание. К нагромождению камней, образовавшемуся после моего падения, добрались через два часа. По крайней мере, команда оценила торнадо, что пронесся вдоль дороги, сметая на пути все живое и неживое. В любом случае оставаться там было опасно. К провалу в земле я приблизилась первой, с опаской вглядываясь в пугающую темноту.

— А это что? — приблизился Гор.

— Какой-то лаз или подземный ход, — верно расценил оборотень, принюхавшись, — сыростью тянет.

— Ты знаешь, куда он ведет? — Элаим посмотрел мне в глаза, на что я склонилась перед ним, а потом задрала голову к небу, намекая, что нельзя терять ни минуты, — предлагаешь воспользоваться им, чтобы переждать бурю? Нам нельзя медлить, ты же знаешь.

Я заметалась, показывая, что попадем в башню. Безумно сложно объяснить что-то, не умея разговаривать, да еще обладая телом животного.

— Может, ты ее неправильно понял? — Тур с опаской заглянул в провал, — не внушает эта затея доверия. Я как-то сталкивался с подземными тварями Пустоши, два пальца на ноге оттяпали. И это еще легко отделался!

— «Начинается! Давайте еще устроим голосование и расскажем друг другу страшилки о том, что ждет внизу. Да в этих Пустошах везде опасно! А я предлагаю самый верный способ спасти ваши шкуры!»

Психанув, стукнула налитым жалом хвоста по земле и куснула Тура за штанину. А потом прыгнула в тоннель и кубарем полетела вниз, надеясь, что мой пример заставит этого труса спуститься следом.

Как и в прошлый раз, приземление вышло жестким, зато песка не наглоталась. Богомол выжег верхнюю часть хода, отчего стенки провала превратились в подобие стекла, ускоряющего падение.

Встряхнувшись, поднялась на четыре лапы, попятилась, расслышав мужской вопль. Это мой зеленокожий друг скатился следом. С хеком плюхнулся на пятую точку, помянул всех тварей Пустошей и пополз ко мне.

— В таких местах я еще не бывал. Как ты его нашла?

— «Если бы поменьше стрелял глазками и распускал шаловливые ручонки, давно бы узнал об этом месте. А теперь догадывайся сам».

Следом за Элом спустился Барсик, а потом и Гор с Туром попадали, будто мешки с картошкой. Я подождала, пока иссякнут вопросы и предположения, как теперь выбираться, а после поднялась и потрусила по единственному свободному коридору. Вторую его часть завалило при моем прошлом падении. Сообразив, что, если я здесь уже была, то точно знаю, как выбраться, команда поспешила следом.

Как только мы оказались в заброшенной лаборатории, вопросы, возникающие на каждом шагу, отпали сами собой. Я предупредила насчет агрессивной зеленой слизи и собственным примером показала, куда прыгать, чтобы не попасть им на обед. В какое же дикое возбуждение пришли члены команды, когда поняли, что это за место. Как оголтелые бегали от одного артефакта к другому и бурно обсуждали настенные записи. Мне же оставалось только ждать и слушать. Я уселась рядом с портальной точкой, что перенесла меня тогда в башню.

— Это настоящая находка! Не думал, что с темных времен, когда здесь царила черная магия, осталось нечто подобное! — Барсик восхищался больше всех. — Так вот где рождаются твари Пустоши!

— И это происходит до сих пор, — Эл придирчиво рассматривал выбитые таблички, — здесь лишь одна из многочисленных магических лабораторий, — открыл подобие карты и провел пальцами по начертанным линиям.

— «Ребята, я все понимаю, интересно до жути. Сама в прошлый раз бродила здесь с открытой пастью, но, черт побери, нам реально пора на охоту!» — зарычала.

Ноль внимания!

Гор и Тур увидели инкубаторские яйца, а я в отместку не предупредила, что трогать их себе дороже.

— Ох ё!

— Кусаются!

— «Вот-вот! Поделом!» — стукнула кончиком хвоста по каменному кругу портала, и он засветился.

Наконец-то обратили внимание!

Элаим уложил в сумку карту и чертежи, ринулся ко мне, но Барсик опередил.

— Портал! — выкрикнул оборотень под вопли выплясывающих чечетку братьев.

Голодная живность норовила откусить от этих идиотов кусочек сочного мяска, но они не сдавались. Кое-как отделались от слизней и прибежали на крик командира. Я зарычала, когда Басти сунулся за светящуюся линию. Надо войти в круг по очереди.

— Бри нашла действующий магический портал, — Элаим обошел камень со всех сторон, сравнил рисунки на нем с одним из свитков и прищурился. — Значит, его что-то или кто-то питает. Он ведет к месту, где расположена другая лаборатория. Возможно, функционирующая. При этом портал односторонний. Обратно сюда через него не вернешься. Но если верить карте, в Пустоши целая сеть лабораторий и все они подземные, кроме одной. Этот портал ведет в надземную главную лабораторию.

На миг в затхлом помещении сгустилась тишина. Каждый переваривал услышанное.

— Кхм, — скривился Гор, — если так, то на кой нам идти порталом в главную лабораторию? Мы вроде как на охоту за Беролаком вышли.

— «А-а-а! — захотелось убиться об стену головой, — пораскинь мозгами! Подумай, зачем я вас сюда привела! Вспомни цель миссии и сопоставь события! Все! Никаких нервов на этих бестолочей не хватит! — зарычала так, что стены задрожали, — Элаим, дорогой, ну хоть ты не подведи, а то задумался и сразу ничего не ответил».

— Ты сказал, Беролак в башне, — вмешался Бастиан и указал на поисковый амулет на шее полуорка, — Бри летала на разведку, и не позволила идти через город, а вместо этого привела сюда. Значит, портал ведет в лабораторию, которая находится в башне, где обитает Беролак, — заулыбался Барсик.

— «Господи! Я тебя сейчас расцелую!» — благодарно лизнула руку оборотня.

— Хм, — Тур пожал плечами, — тогда идем. Чего ждать?

Элаим тяжело вздохнул, покачал головой и первым ступил в круг. Как только он исчез, я прыгнула за ним в портал.

Площадка на вершине башни продувалась ветрами со всех сторон, и удивительно, насколько прочное когда-то создали строение, что даже в такую бурю не пошатнулось. Возможно, прежде от непогоды защищали магические барьеры, а, может, бывшему хозяину нравилась такая близость с природой?

Вслед за мной из портала появился Барсик и последними, как уже повелось, пришли братья.

— Это она, — Бастиан огляделся, оценивая масштабы здания, — та самая башня? А Беролак?

Элаим молча показал кулон, камень в котором сиял мертвенно-зеленым светом, оповещая, что тварь где-то поблизости.

Я клацала пастью, задыхаясь от хлещущих по морде порывов ветра. Хотелось скорее уйти с открытой площадки в виде большого балкона. Всей командой мы ринулись в провал каменной арки и спаслись от бури под крышей.

— Отлично, — одним ловким движением руки оборотень пригладил растрепавшиеся белокурые волосы. Голубые глаза загорелись охотничьим азартом, — парни, работаем! Проверьте, что там внизу, — из небольшого заброшенного помещения с потрескавшимися стенами вниз вела винтовая лестница, но я бы поостереглась туда спускаться. Явно ощущался странный запах, похожий на серу. Все мое нутро всполошилось, предчувствуя смертельную опасность.

Но и мявкнуть не успела, как эти два олуха устремились к лестнице и загрохотали сапогами по металлическим ступеням, отчего запах лишь усилился. Я металась на месте, стараясь найти источник смрада. На всякий случай заслонила собой Эла, заставляя его не двигаться с места.

Все гадала, что из себя представляет Беролак? Кроме того, что это жутко опасная тварь, я о нем ничего не знала. Элаим рассказывал, что она опасна, умеет подстраиваться под окружающую среду как хамелеон, из-за чего обнаружить нежить крайне трудно. Скорее всего, тварь уже знает о нашем присутствии и готовится атаковать. Может, запах исходил как раз от нее?

Задействовала обоняние на всю мощь, чтобы вычленить незнакомые запахи, стараясь найти нити, ведущие к их источнику. Барсик, следуя моему примеру, перекинулся и также принялся вынюхивать опасность.

— «Стой!» — рыкнула, когда увидела клочок пыли на полу, куда собирался наступить оборотень.

Я и подумать не могла, что смертоносная пыль обитает не только в городе, но и в самой башне. Откуда она здесь взялась?

Барс развернул ко мне полосатую морду и осторожно убрал лапу, невольно вдохнул взъерошенную серую гадость.

— Грррр! — снова вырвалось из глотки.

Чихнув, Басти отступил, вот только пыль взметнулась в воздух и развеялась тонким слоем, оседая на белой шерстке зверя. Я заскулила, понимая, что зараза уже попала в тело охотника.

— В чем дело, Брия? — нахмурился Элаим, — это всего лишь пыль.

— Грррр! — зарычала еще громче, а Барсик вдруг припал на передние лапы и опять чихнул.

Обратившись в человека, Бастиан принялся раздирать руками покрасневшую кожу на лице. Глаза налились кровью. Мужчина, казалось, не замечал, что оставляет кровавые борозды ногтями.

Жуткое зрелище, от которого я опешила, не зная, чем ему помочь. Устремила панический взгляд на полуорка.

— Трупный яд? — Элаим полез в сумку на поясе, выискивая противоядие, — Басти, выпей скорее!

— Давай! — рявкнул охотник, выхватывая из рук охотника пузырек и опрокидывая его содержимое в рот.

С замиранием сердца я наблюдала за Барсиком. Скривившись от горечи, он шумно задышал, обливаясь потом, а Эл в это время поспешно достал мазь от порезов, порошки и начал обрабатывать раны на лице оборотня.

— Ну и дрянь… — Басти цветасто выругался и зашипел, когда ранки запузырились под воздействием обеззараживающего порошка, — сроду бы не подумал, что обычная пыль может быть так опасна, — да потому что она не обычная. Черт! Я так старалась уберечь команду от всей этой гадости! Ну почему не подумала, что едкая пыль может присутствовать в самой башне? По-хорошему, нам безопаснее вернуться на открытый балкон. Пусть лучше бурей сносит с ног, чем дышать ядом.

Вдруг снизу раздался душераздирающий крик, отчего мы замерли, с ужасом осознавая, что он может означать. У меня кровь застыла в жилах. Интуиция подсказывала, что для кого-то из команды этот крик мог стать последним. Я старалась отмести от себя эти страшные мысли, но нам навстречу выскочил запыхавшийся Тур.

— Не понимаю… Мы… Мы, — сбивчиво заговорил здоровяк, — мы с Гором разошлись, чтобы проверить коридоры, а потом… Брат как выскочит! Все в крови! Глаза, лицо… я… я… изо рта пена. Ничего сказать не может! А я же… Я же сказал: не подходи! А он… клянусь, я этого не хотел. Всего лишь оттолкнул, а он упал прямо на штырь, — готова признаться, что никогда не видела таких безумный глаз. Тур смотрел сквозь нас и трясся осиновым листом, будто только что из проруби вынырнул.

— Он что же… мертв? — Басти поморщился и заскрипел зубами, — ты проверил? Может, жив еще? — его голос прозвучал еле слышно и неуверенно.

— П-п-проверил, — задыхаясь, ответил Тур. На его лице отразилась невыносимая душевная мука, — Он не дышал, — замотал головой, как безумный. — Из головы торчал штырь… Но… когда я приблизился, брат… он…

Не в силах говорить, охотник закатал рукав, показывая след укуса на предплечье. В глаза сразу бросились отпечатки человеческих зубов и выдранный кусок плоти. Что удивительно, кровь из раны не текла, свернувшись уродливыми струпьями, хотя из нормального человека уже бы ручьями хлестала. Более того, в нос ударил гнилостный запах мертвечины.

— Тур, вам внизу попадалась пыль? — осторожно поинтересовался Элаим, медленно вытаскивая кинжал из ножен.

— Ее там полно, шагу не ступишь, чтобы не утопнуть по колено, — пробормотал Тур, — а… что?

— А ты прикасался к ней? Может, вдыхал? — уточнил Бастиан, повторяя маневр полуорка и перемещаясь к нам поближе.

— У меня часто от пыли глаза слезятся, сыпь по телу, поэтому Гор впереди шел, а я позади, по его следам, ожидая, пока поганая мерзость осядет. На обратном пути уже не до того было, может, попало немного. Но пятен я не… — приподняв штанину, уставился на почерневшую голень, — наблюдаю.

Дальше случилось то, чего никто не ожидал. Из-под куполообразной крыши на Тура спикировала громадная туша монстра, впилась в него зубами и принялась рвать на части. Ошметки плоти отлетали в разные стороны, врезались в стены и стекали по ним жуткими кровавыми дорожками.

— Бей! Это Беролак! — вскрикнул Элаим и бросился на монстра с кинжалом.

Вслед за ним и Басти в прыжке обернулся зверем, чтобы вцепиться в серую, как вездесущая пыль, кожу монстра.

Наверное, впервые за мою короткую жизнь в теле наалы, поймала настоящий ступор. Первобытный животный страх сковал нутро резиновым жгутом. Не моргая, смотрела на Беролака и не понимала, как нечто подобное вообще способно существовать. От Лича у него была лишь общая форма тела, совсем отдаленно напоминающая человеческую. Слишком длинные когтистые руки-плети и мощные с вывернутыми назад коленями ноги. Ни единой шерстинки. Гладкий и обтекаемый череп с провалами вместо носа, широкой зубастой пастью и дикими овальными черными, словно сама ночь глазами. А по позвоночнику уродливыми наростами выпирал костяк кожистых крыльев с роговыми щупальцами по сочленениям и суставам серых полотнищ. Я сразу поняла, именно в них заключена особенность монстра менять форму и цвет, хамелеоном подстраиваясь под окружающую среду. А еще осознала, что Беролак и есть создатель смертоносной пыли. Она распылялась всякий раз, когда тварь двигала крыльями, а роговые наросты соприкасались между собой.

Пока изголодавшийся монстр с противным чавканьем пожирал несчастного Гора, охотники тщетно пытались достать Беролака. Но ни клинок Эла, ни клыки Басти не пробили бронированную кожу, источающую яд.

Полуорк и оборотень наглотались пыли и, если сейчас же не уничтожить эту гадость, нам конец!

Я медлила, но уже не от страха. Он прошел с первым криком Элаима:

— Анна! Улетай! — в схватке он превратился в большого зеленого орка и отчаянно бил клинком по непробиваемому брюху монстра.

Я не собиралась бросать Эла, расправила черные полотна крыльев мрака и спряталась до того, как Беролак меня обнаружил. Я чувствовала, как надо действовать, память прежней наалы подсказывала, как расправиться с монстром. Подкралась поближе, высматривая уязвимые места. Будто споры, роговые наросты источали проклятую пыль, которая медленно оседала в воздухе, разлеталась по округе и тихо поджидала жертв. Всех, кто попался в ловушку, Беролак пожирал. Но не сегодня! Пыль, как часть создателя, утратит смертоносное свойство, когда умрет хозяин.

Наполняя жало на кончике хвоста ядом, выбрала момент, когда Барсик отвлек Беролака, резко взлетела под купол и обрушилась на спину твари. Вогнала когти в крылья, разрывая их в клочья. Мерзкая плоть осыпалась серой пылью, однако на месте уничтоженных щупалец тут же выросли новые.

Зато я выдрала кусок плоти из спины Беролака, отчего тварь взвыла ультразвуком и заклекотала голосом, схожим со скрипом стекла. Жуткий звук ударил по ушам и вздыбил шерсть на загривке. Рана смердила такой резкой вонью, что я при каждом вздохе содрогалась от омерзения и боролась с тошнотой.

Тварь билась, как припадочная, пытаясь меня скинуть. А я закогтилась всеми лапами и молотила хвостом по хребту Беролака, впрыскивая яд. Беспощадно рвала крылья, сбившись со счета от их непрекращающейся регенерации. Весь мир посерел перед глазами. Я уже не видела, что делают охотники. Ярость к существу, уничтожившему двух наших парней, застила разум. Не успокоюсь, пока нежить не сдохнет!

Уши прострелило острой болью лопнувших перепонок, когда Беролак завизжал на высокой ноте и вдруг осыпался серой пылью. Я обессиленно рухнула в кучу осклизлых останков, которые вспыхнули зеленоватыми всполохами, обращаясь в пепел.

— Брия! Камень! Где он? — засуетился Элаим.

Его голос звучал так глухо, будто нас разделяла толща воды. Но я и так догадалась о причине беспокойства. Пришли мы именно за камнем, который излечит Эйду. Вот только… И правда! Где он?

Измученный схваткой Барсик вернулся в человеческий вид и прислонился спиной к стене. Тяжело дыша, дрожащим пальцем указал на обглоданный череп Гора. Как раз под ним мерцал крохотный бледно-зеленый камешек.

Я с облегчением вздохнула и поднялась на лапы, чтобы пододвинуть находку ближе к Элу. Но камень вдруг зашевелился и покатился прочь, отрываясь от пола. На мгновение завис в воздухе и полетел вниз по лестнице.

Первым за шустрой добычей бросился Элаим, на ходу принимая человеческий облик. Я ринулась за ним, проклиная рубленные металлические ступеньки, по которым тяжело спускаться, когда ты кошка.

Барсик обогнал меня в два счета, лихо перепрыгнув через мою неповоротливую тушку.

— Отдай! Или я за себя не отвечаю! — раздался отчаянный крик Эла.

Я оступилась и, пересчитывая ребрами ступени, кулем свались на пол. Тут же подскочила на лапы и встряхнулась.

Некромантка стояла у выхода из башни, держа на раскрытой ладони добытый страшной ценой камень. Все такая же красивая с аккуратно собранным на макушке хвостом черных волос. Смотрела широко распахнутыми глазами и криво улыбалась.

— Бросил меня, связался с наалой и не прогадал, правда, Эл? Тварь добыла для тебя желанный трофей! — камешек в ее руке зашевелился. — Так оставь ее здесь! В родной среде. Идем со мной. Я знаю, как быстро выбраться из Пустоши. Уже сегодня вылечишь Эйду, и мы больше никогда сюда не вернемся.

Бастиан прыснул со смеху и покрутил пальцем у виска. Сделал шаг вперед, но резко остановился, когда камешек по велению некромантки исчез.

— А ты, поганый перевертыш, проваливай! Твоя миссия на этом окончена! Советую, не вмешиваться в семейный конфликт!

— «Семейный?» — изумилась одновременно с вопросом Эла:

— Семейный? Кем ты себя возомнила, Джес? — полуорк напрягся каждой мышцей, но с места не сошел. Я тоже не дергалась. Стояла за его спиной, внимательно наблюдая за девицей. Если эту гадину спугнуть, снова уйдет порталом и плакал тогда наш камушек! Вот же мразь какая! Ничего святого! Знает ведь, что без камня не вылечить Эйду. Ненавижу шантажистов! Лучше бы ее Беролак слопал! Быстрее бы сдох, помучившись перед смертью от яда этой гадюки! Серая тварь в подметки некромантке не годится.

— Кем?! — злобно прищурилась гадина. — Мы выросли вместе. Или забыл, что мы сводные брат и сестра?

У меня челюсть отвисла. Барсик также удивленно взметнул брови и застыл гипсовой статуей.

— Мать приютила тебя в поселении, потому что нашла в лесу на грани жизни и смерти. Пожалела и впустила в нашу семью! Я всегда заботился о тебе, как о родной сестре…

— Ну, да! Благородный Элаим так хорошо заботился о сестренке, что однажды немного перестарался, — ее голос дрогнул и ресницы затрепетали, — в ту ночь ты говорил, что любишь! А потом женился на Соле!

— «Да ладно? Зеленокожий спал со сводной сестренкой Джессиль?! Я не ослышалась?! Вот, кобель! Это многое объясняет».

— Наша связь была ошибкой. Мы решили, что лучше расстаться.

— Ты решил! — закричала на надрыве. — А мне, что прикажешь делать? Я думала, после смерти Солы ты поймешь, нам судьбой уготовано быть вместе! Нет же! Какие-то принципы выдумал! А сам эту тварь любишь больше меня! — некромантка ткнула пальцем в мою ошарашенную морду. — Хватит! Больше не буду за тобой бегать! Побегай теперь ты, если хочешь спасти дочь! — стрелой Джес вылетела из башни, а мы всей гурьбой за ней.

Не было времени переварить услышанное. Снаружи творился самый настоящий апокалипсис! Торнадо вихрем кружил на площади, поднимая в воздух груды развалин. Но это не самое страшное! На улице поджидал тот, с кем я боялась встретиться вновь. Богомол зашевелился у одной из колонн, когда мимо пробежала некромантка, и выпустил струю огня. Гадина проскочила, а Элаим резко отклонился назад всем корпусом, падая на колени. Пламя опалило ресницы и брови на вмиг покрасневшем лице. Однако Эл даже не заметил этого, покатился по мостовой, взбивая пыль, затем снова подскочил на ноги и приударил за беглянкой. Мы с Барсиком прыснули в разные стороны. Предупредить парней, насколько опасна новая тварь, я не успела. Бастиан, отскочив на безопасное расстояние, ринулся в атаку. Подпрыгнул, выпуская длинные когти-лезвия, чтобы обрушиться на врага и… жалобно взвизгнул, насадившись брюхом на выскочившую в последний момент клешню.

Богомол стряхнул тело барса и развернулся ко мне. Сердце зашлось от боли, когда бедный оборотень рухнул, беспомощно царапая лапами камни. Заскулив, Басти бросил на меня прощальный взгляд и безвольно обмяк, перетекая из звериного в человеческий облик.

— Мря-я-ааа! — взвыла, близко воспринимая потерю.

Богомол медленно приближался, точно зная, что не успею убежать. Да и отступить некуда, позади башня, а где-то там Элаим. Взметнула пыль крыльями в надежде скрыться в ее облаке и ринулась вперед, целясь когтями в подбрюшье.

Достать противника не получилось, тот увернулся, а я врезалась в хитиновый панцирь, будто в бетонную стену, сползла вниз, оказавшись под туловищем богомола. Тот приподнялся на задние лапы и плюнул огнем. Машинально прикрылась крыльями и глухо застонала, когда их опалило адским жаром. Больно! Но я без боя не сдамся. Вонзила кончик хвоста в сочленение коленного сустава. Кажется, удалось пробить толстую кожу. Чтобы закрепить успех, вонзила в тварь острые зубы и вырвала толстый кусок мерзкой плоти. Тварь заверещала, припав на раненую ногу. Рядом защелкали острые клешни, высекая искры из мостовой.

Я заметалась в поисках выхода, натыкаясь то на неподъемную тушу твари, то на щелкающие клешни, то на стены огня, испускаемые гадом из пасти. Такое чувство, будто монстр игрался, заставляя бросаться в разные стороны и нарочно оставляя лазейку, чтобы ушла от смертельного удара. В одну из таких все же удалось выскользнуть, с трудом протиснувшись в узкую щель между перепончатым крылом и упирающейся в мостовую лапу с громадными когтями.

Неужели вырвалась? — отбежав на десяток метров, обернулась.

Богомол все еще плевался огнем, явно с кем-то сражаясь. За громадной тушей я ничего не видела. Однако со смертью Барсика и братьев, остались только мы с Элом. И, если я здесь, значит, он сейчас там! Нет, только не он! Бросилась обратно, взмывая в воздух. Вернее, попыталась взлететь, потому что обгоревшие полотнища крыльев не сумели поднять в воздух. Тогда разбежалась посильнее и с ревом кинулась в атаку, ловко взбираясь по туше монстра на спину. Снизу тварь не пробить, слишком крепкая броня. А вот сверху есть шанс добраться, если ударить в сочленение между туловищем и массивной головой.

Тварь почуяла опасность и закрутилась, пытаясь сбросить «надоедливую букашку». Ураганные порывы ветра, будто сговорившись с чудовищем, хлестали по бокам и норовили стащить вниз. Это едва не случилось, когда, пробороздив когтями полосы, сверзилась с туши и зависла вниз головой, зацепившись хвостом. Ну, точно летучая мышь-переросток!

— Бри, нет! — испугался за меня Эл и швырнул в богомола боевой артефакт.

Тот ударился о броню и отскочил, не успев сработать. А монстр ударил меня передней клешней наотмашь, отчего я кувырком перевернулась в воздухе и полетела вниз. Тварь раззявила пасть, чтобы отхватить от меня кусок, а я только и сумела дернуть обгорелыми крыльями и упасть рядом с артефактом. Подсунула под него уцелевшее крыло, чуть приподняла и ударила наконечником жала, направляя заряд прямо в раззявленную пасть. Зубы клацнули в жалких сантиметрах от морды, заглатывая артефакт и срезая левое крыло вместе с хвостом. Я взвизгнула от прострелившей боли, а потом раздался оглушительный взрыв, вмиг поджаривший шерсть. Грудину проткнул здоровенный осколок, а сверху обрушилась туша богомола, заживо погребая под собой. Кажется, тварь все-таки попробовала меня на зуб.

— Брианна! — от леденящего душу крика полуорка остановилось сердце.

Я дернулась, силясь выбраться, но резко провалилась в темноту от дикой боли, разрывающей на кусочки.