Глава 2

Ректор действительно может меня отчислить?!

Представляю лицо мамы и то, с каким осуждением она посмотрит на меня. Это уже не просто «жалкое второе место». Это настоящий позор, который будет преследовать меня до конца жизни. Даже если я после этого поступлю в другую академию и закончу ее лучше всех учащихся вместе взятых, мама каждый раз будет напоминать о том, как я подвела ее, не оправдав ожиданий, и как она во мне разочарована. В ее глазах я так и останусь жалкой неудачницей, которую выгнали с факультета боевой магии.

Я не должна это допустить. Но как теперь выкрутиться? Я ведь не могу сказать: «Ой, простите, это всего лишь дурацкая шутка».

- Так значит, профессор Тесс действительно вымогал у вас деньги? – ректор смотрит на меня, как на добычу. Того и гляди проглотит. Еще глаза такие жуткие, что я буквально вижу, как в них пляшет магическое пламя. Такой если захочет – щелчком пальцев меня уничтожит.

Драконов Тесс. Кто ж знал, что у этой дотошной задницы такая безупречная репутация?

Кажется, что не выкрутиться. Медлю с ответом, не зная, что предпринять.

И тут меня осеняет!

Все мужчины боятся влюбленных в них дам. Ни один не станет нападать на ту, что без ума от него. Особенно, если это не взаимно.

Опускаю глаза в пол. Судорожно всхлипываю.

- Простите меня, - голос плаксивый, жалобный. – Вы правы. Я… я вас обманула.

Выдавливаю из себя слезинку и якобы украдкой, но, разумеется, так, чтобы ректор увидел этот жест, смахиваю ее с глаз. Отворачиваюсь, чуть подрагивая, будто безутешно рыдаю.

- И зачем же вы это сделали?

Я не вижу его лица, но по растерянным интонациям понимаю, что мой план работает. Ректор сбит с толку и все его намеки об отчислении отодвинуты на второй план.

- Я не могу вам сказать. Это так глупо. Простите, - прячу лицо в ладонях. Что может быть трогательнее, чем несчастная хрупкая девушка, отчаянно нуждающаяся в крепких мужских объятиях?

Продолжаю стоять к нему спиной, горько всхлипывая.

- Послушайте, или вы сейчас говорите прямо, к чему соврали про Тесса, или будьте добры покинуть мой кабинет.

Едва не задыхаюсь от возмущения.

Он нормальный? Я тут чуть ли не реву перед ним, а он мало того, что не пытается меня утешить, еще и угрозами сыплет? Да он, похоже, сухарь похлеще Тесса. В этой академии есть хоть один адекватный мужчина?

Кажется, с этим ректором нужно действовать решительно, раз он такой чурбан бесчувственный.

- Все дело в вас, - поворачиваюсь к нему, но продолжаю смотреть в пол и уже демонстративно вытираю слезы.

«Вот, посмотри до чего довел!»

Хорошо, что умею реветь по щелчку пальцев. Еще в детстве научилась, когда нужно было убедительно жаловаться родителям на то, как меня обижает старшая сестра.

- Во мне? – его брови удивленно ползут вверх.

«Да что ж ты глупый такой? А еще бессмертный».

Все-то ему разжевывать надо.

- Вы ведь и сами знаете, как нелегко попасть к вам.

Поднимаю на него заплаканные глаза. Быстрые взмахи ресницами. Трагичное выражение лица. И вновь смущенно отворачиваюсь.

«Давай же, напряги извилины, олух. Не видишь, стою тут пред тобой, вся такая смущенная. Любой бы уже догадался, что речь о влюбленности студентки в ректора».

- И зачем же вы так ко мне рвались?

Да он издевается!

Неужели непонятно, что я вся такая трепетная лань, которая не знает, как признаться в своих чувствах? Или этому дуболому надо прямо в лоб говорить?

- Я влюблена в вас, - выпаливаю быстро, и тут же стыдливо отворачиваюсь.

- О, это хорошо.

В каком это смысле «хорошо»? Я от такой неожиданности чуть не выпадаю из образа. Приоткрываю лицо в искреннем недоумении.

А где смятение? Где испуг? Он совершенно не похож на тех самодовольных дамских угодников, что рады любой смазливой мордашке. Наоборот, ректор выглядит как человек, к сердцу которого придется пробиваться через колючие заросли терновника. И хорошо, если только руки оцарапаешь, а то, чего доброго, и без глаза можно остаться.

- Я правильно понимаю, что вы специально выдумали про шантаж Тесса, чтобы оказаться со мной наедине? – холодный чурбан отмирает и подходит ко мне.

И что-то мне окончательно перестает нравиться его настрой. В виде непрошибаемой каменной глыбы он смотрелся куда как безопаснее.

- Ну… да… - тяну нерешительно, уже совершенно не уверенная, что мысль прикинуться влюбленной дурочкой была правильной.

Из академии меня, скорее всего, теперь не отчислят. Но какой ценой?

Не хотелось бы остаться на обучении через постель. Да еще и со взрослым магом, которому, скорее всего, не одна тысяча лет. Фу, жуть какая.

- Что ж, могу вас успокоить. Вы мне тоже нравитесь, - он подходит вплотную, и я чувствую, как его ладонь нагло ползет к моей талии.

Едва не дергаюсь, от его «успокоительных» слов. Вот это влипла. Если скажу, что и в этом соврала, то он точно с позором вышвырнет из академии. А продолжу изображать влюбленную – даже страшно представить, как далеко зайдут его приставания.

Бросаю взгляд на дверь. Где там эта цепная мымра с успокоительным чаем? Не пора ли ей появиться и сбить озабоченный настрой ректора?

- О, не бойся. Нас не побеспокоят, пока я не разблокирую дверь.

«Да что ты, я не боюсь. У меня сейчас паника начнется!»

Что значит он заблокировал дверь? Зачем?

Его руки еще более откровенно хозяйничают на моей талии. А губы так близко, что еще немного и он жадно набросится, покрывая все лицо слюнявыми поцелуями.

От одной только картинки меня мысленно передергивает.

- Что вы задумали? – пытаюсь выкрутиться, делая вид, что меня пугает его напор.

Хотя, почему «делаю»? Пугает! До печенок.

«Выпусти меня, старикашка озабоченный!»

- Я нравлюсь тебе, ты нравишься мне. Так чего тянуть?

Да что это за демон такой? Он вообще нормальный? Как его до руководства академией допустили? Это ж сколько студенток он успел совратить, пользуясь положением?

Этот маньяк подхватывает меня на руки и усаживает на стол. Встает между моих ног, уткнувшись носом в плечо. Одна рука продолжает держать меня за талию, тогда как вторая скользит по моей блузке, подбираясь к пуговицам.

- Скажи мое имя, - хрипит он, обдавая кожу горячим дыханием. – Хочу, чтобы ты выкрикивала его в момент наивысшего наслаждения.

- Что?

- Как меня зовут. Скажи это.

Да понятия не имею! Откуда я знаю, как зовут этого ненормального?

- Я так не могу! Это слишком быстро! – выпаливаю, пытаясь прикрыть грудь. – Я к вам с чувствами, а вы… Вы…

- Так как меня зовут, а, чувствительная моя? - ректор неожиданно отстраняется, глядя на меня с насмешкой.

Чего?

- Чего? – повторяю вслух.

- Если уж решила врать, то хотя бы для начала потрудись собрать обо мне минимальную информацию. А теперь говори правду: что тебе от меня надо? – он продолжает стоять между моих ног. И в дополнение опускает руки на стол по бокам от меня, тем самым показывая, что не выпустит, пока не признаюсь.

Демон. Как пить дать – демон.

- Я и правда пришла из-за Тесса. Он выгнал с уроков и отнял баллы.

- Я уверен в профессиональных качествах профессора, и если он счел ваши знания недостаточными…

- Да нет же! – перебиваю, - В том-то и дело! Все нормально с моими знаниями. Он отнял баллы из-за блузки. Теперь из-за его ханжеских взглядов я спущусь с первого места в рейтинге. Понимаете? Разве это честно?

В глазах ректора мелькает искренний интерес.

А затем взгляд опускается на мою блузку, и я вновь вспыхиваю от смущения. Потому как смотрит он так, словно на мне вообще никакой одежды.

- Что ж, могу понять логику профессора. Будь я вашим преподавателем, меня бы тоже отвлекало от лекции столь дивное зрелище. Да и не только меня. Вероятно, все юноши сворачивают шеи, разглядывая ваши соблазнительные формы. Боюсь, что подобная практика грозит им сколиозом. Так что вы бы и правда подобрали что-то менее провокационное, мисс Лавелл.

- Ингрин! – буркаю я.

Да что он себе возомнил?

Спрыгиваю со стола, понимая, что насиловать меня точно не будут. Равно как выгонять из академии. Мерзкий ректор просто решил поглумиться над наивной первокурсницей.

- Если я сменю блузку, вы скажете Тессу вернуть баллы? – смотрю прямо ему в лицо. Раз он у нас так любит прямолинейность и честность – пусть получает ее в полном объеме.

- Нет.

- Да почему?! – меня захлестывает негодование.

- Разбирайтесь с профессором сами. Я не собираюсь вмешиваться в его воспитательные методы.

Закусываю губу, понимая, что просто так распиналась перед этим язвительным хлыщом. Но я должна вернуть свое первое место. А раз так…

- Послушайте. Для меня эти баллы действительно очень важны, - произношу я искренне. – В конце недели приедет моя мама. И если узнает, что есть хоть кто-то, кто лучше меня – она… Вы просто ее не знаете. Это будет скандал.

Слова даются нелегко. Ненавижу показывать перед кем-то слабость и просить.

Оттого еще более злюсь, когда слышу в ответ:

- Скажите ей правду. Что вас лишили баллов из-за одежды, и что к вашим знаниями это никак не относится.

Он пожимает плечами так беспечно, как будто это и правда способно решить мою проблему.

Индюк напыщенный!

- Вы не понимаете. Ей все равно на причину. Я обязана быть первой. Пожалуйста. Поговорите с Тессом. Это правда для меня очень важно.

Я уже готова сорваться, но делаю последнюю попытку надавить на жалость.

«Давай же. Соглашайся. Чего тебе стоит?»

- Верю, - кивает он. – Но, как я уже сказал, с этим к Тессу. Я не стану вмешиваться.

- Да ну и иди ты тогда к Дахо! – меня взрывает от его упертости.

Я тут перед ним всю душу раскрыла, прошу по-хорошему, а ему сложно заступиться? Тоже мне, мужчина!

- Сморчок бесчувственный! Вот вы кто! Поиздевались, да? Понравилось? Приятно измываться над студентками, пользуясь властью?

- Не скрою, было забавно наблюдать за вашим представлением. Особенно, когда вы изображали влюбленную особу.

То есть, он сразу раскусил меня? И специально приставал, чтобы запугать?

- Вот именно! Представлением! Потому что в такого престарелого гамадрила ни одна нормальная девушка не влюбится! Вы самый заносчивый, вредный, злобный и бесчувственный мужлан!

Хочется разнести тут все к драконовой матери.

А я еще перед ним унижалась, думала если скажу правду – он заступится.

- Вонючка кабинетная! Вша блохастая! Цапля общипанная!

- Будьте добры, покиньте мой кабинет, - голос обжигает льдом.

Да и пожалуйста! Я и сама не собиралась тут оставаться!

Подлетаю к двери и ровно в этот момент она распахивается, едва не приложив меня по лбу. В проеме цепная мымра с подносом в руках.

- А что, чай уже без надобности? – с ехидством спрашивает она.

Отпихиваю ее, выбегая из кабинета и слышу, как в спину доносится:

- Несите сюда. Мне сейчас точно не помешает успокоиться.

Мчусь по коридору злая на весь мир. Особенно на этого идиота самонадеянного.

Еще не знаю, что буду делать, но у меня есть всего несколько дней, чтобы вернуть себе первое место в рейтинге. И я пойду на что угодно, но сделаю это!