Глава 20

Если бы я только знала, что случится после обеда – заперлась бы в комнате, залезла под одеяло и никакие иномирные монстры не заставили бы меня покинуть убежище. И ведь даже предчувствия не закралось, что меня ожидают неприятности. Наоборот, я проснулась в отличном настроении. Соседка Кайра вновь ночевала у своего парня, и вся комната с прошлого вечера была в моем полном расположении – один только этот факт уже радовал.

Затем специально спустилась в холл академии, чтобы посмотреть обновившийся рейтинг: первое место! У кого? У меня. Превосходно. И без всяких подтасовок. Исключительно за счет интеллекта и магических способностей. Ну молодец же!

Размышляла как подобраться к Тессу, чтобы выяснить побольше про секретаршу, когда лучше устроить псевдо-свидание с ректором и как поступить с моими воздыхателями.

Блондинчика Чейза пока лучше держать в качестве друга. Вчера он поразил меня настолько, что я зачем-то сказала правду, что ничего к нему не испытываю. Абсолютно глупый поступок. Нет-нет-нет. Раз я ему так сильно понравилась, он должен верить, что между нами возможны отношения. Мало ли что случится? Мальчика надо держать поближе к себе.

И с Вейлом стоит пообщаться, а то с него и впрямь станется до самых выходных не подходить ко мне. Хотя, надо признать, рыжая зараза цепляет именно своей неопределенностью. Вроде уже мой, а вроде еще нет. И я ему точно нравлюсь, при этом сам он инициативы не проявляет. В общем, даже Дахо не разберет, что у этого лисика на уме.

И вот, значит, стою я в холле первого этажа, размышляю, как бы и Николь нос утереть моим псевдо-романом с ректором, и Вейла своим сделать и с Чейза не упустить? Взгляд скользит по табелям успеваемости, расписаниям лекций, объявлениям. Останавливается на черном плакате. По центру нарисована красивая пара в вечерних нарядах. «Ночь Сумеречья».

Значит, все-таки девчонкам удалось уговорить ректора вернуть осенний праздник? Отлично. Мне еще не доводилось бывать на настоящей Ночи сумеречья. В школе, понятное дело, проводили, но разве можно сравнивать мероприятие, организованный для детишек с настоящим торжеством? У нас это все проходило в светлое время дня и выглядело, как обычное чаепитие. Мы гадали на листьях, ели медовые свечи[1]и ночной сыр[2], пили черничный пунш. В общем, ничего особенного.

На настоящем празднике Ночи сумеречья все гораздо интереснее. Проводится он после того, как на землю опускаются сумерки. Это праздник баланса и дуальности. Он проходит в день, когда тьма становится равна свету. Считается, что в этот момент границы миров особенно зыбки и может произойти все, что угодно. Это лучшее время, чтобы загадывать желания, узнавать предсказания о будущем и менять свою жизнь.

На настоящий праздник принято являться с парой. За этим строго следят тени, пришедшие с изнанки. Они могут злостно подшутить над теми, кто не соблюдает правил: подвесить под потолком, заставить говорить окружающим гадости, танцевать пока не упадешь без сил, а то и вовсе утащить к себе на изнанку. Никто не знает, получится ли у тебя с нее вернуться. А если и вернешься, то, возможно, это будешь уже не совсем ты.

Но, на самом деле, главное – это бал. Девушки приходят в нарядных платьях, парни в элегантных фраках. Музыка звучит до самого утра. Пары кружат в танцах. А в финале выходят на балконы или спускаются в сад, чтобы встретить рассвет. Считается, что тот, с кем ты увидишь первые лучи зари, будет с тобой как минимум до следующей Ночи сумеречья.

У меня, конечно же, будет самый эффектный образ. Такой, что все умрут от зависти. Надо будет заказать пропуск к порталу, чтобы успеть попасть в столицу и купить лучший наряд. Чтобы все видели, кто в академии главная королева.

Представляю, как я войду в зал. Вся такая роскошная, неотразимая. В черном платье с пышным шлейфом. Под руку со мной Вейл. О его наряде тоже придется побеспокоиться самой. Иначе с него станется явиться в обычной студенческой форме. Так что купим ему строгий классический фрак.

Мы войдем и по залу пробежит шепоток. Все будут восхищенно рассматривать меня. Возможно, кто-нибудь даже скажет язвительный комментарий, не в силах сдержать досады.

Стою, мысленно погрузившись в дивные образы бала, как в мою идеальную сказку вмешивается неидеальный реальный мир. Грохотом и криками. Из коридора доносится топот ног. Как будто бы человек десять бежит. Мимо меня проносится несколько студентов. Вид встревоженный. С верхних этажей долетают неразборчивые выкрики.

Да что происходит? Пожар? Нападение иномирных тварей?

Выхожу на улицу к главным воротам и первое, что бросается в глаза: ветер. Сильный, порывистый. Завывает так гулко, что гнутся деревья. И небо заволокло пеленой. Буквально час назад светило осеннее солнце, а сейчас резко стемнело.

У главных ворот толпа второкурсников с боевого. Возле них профессор Грог. Подбегаю к нему с вопросом: «Что происходит?»

- Буря. Из бреши. Ваши на заднем дворе. Марш к ним.

Понятия не имею, что за буря, но то, что она из бреши, заставляет внутренне собраться.

Пока пробегаю через холл первого этажа, чтобы выйти к заднему двору, вижу, как проводят эвакуацию студентов с мирных факультетов. Всяких там лекарей и прочих хрупких фиалок. Возле входа в подвал столпилась очередь из перепуганных учащихся. Возле них Тесс, следящий за порядком.

К моменту, когда я выбегаю на улицу через дальний задний выход, небо совсем темное. Солнца уже не видно. Завывает ветер. Жутко настолько, как даже во время ночного тумана не бывает. В тумане накатывает паника, а сейчас страх липкий, тревожный, вызывающий в голове навязчивые мысли. Паршивые. Болезненные. О которых и думать-то не хочется. Но они лезут и лезут. Как зубная боль сводя с ума.

Нахожу наших. Стоят у дальних ворот. Понимаю, что не все. Нет Кайры с ее парнем, и моей напарницы.

Как же тяжело сосредоточиться. Голову буквально ломит от боли. Все гудит. Ветер норовит сбить с ног.

- Что происходит? – приходится перекрикивать гул, закрывая лицо от летящего песка и листьев.

- Буря надвигается. Какая-то особенная, - отвечает Майка.

Похоже, из всех только она более-менее держится, не поддаваясь страху.

- Сама вижу. Вас кто направил? Какую задачу поставили?

Что ж так больно-то? Кажется, что голова вот-вот лопнет. И мысли. Мысли. Мысли. Лезут, как черви. Мешают сосредоточиться. Я даже не уверена, что правильно формулирую предложения.

- Грог. Нужно охранять академию. Сказали тут стоять и не уходить, - кричит худощавый Ри.

- Велел, если полезут твари, ставить оборонительный щит и отбиваться, - поясняет его слова Майка.

Удушающий страх сковывает тело. Как пластинку крутит по кругу одну и ту же фразу: «Никчемная. Никчемная. Никчемная». Слова звучат голосом мамы.

Что ж так трудно сосредоточиться на происходящем? Сознание постоянно уплывает в жалость к самой себе. Неистовое желание сорваться с места и кинуться в бурю. Туда. В самую гущу. Навстречу порывам. Только там можно заглушить страдания. Успокоиться. Только в буре страхи исчезнут. Там будет легко. И хорошо.

- Ты куда? – Майка дергает меня за руку, и я только в этот момент понимаю, что стою у запертых ворот и трясу их.

- Грог сказал, что буря уносит, - Ри щелкает пальцами перед моим лицом. – Смотри на меня. Фокусируйся на настоящем. Не поддавайся.

Вдвоем они приводят меня в чувство.

Понимаю, что буря еще опаснее тумана. Полностью поглощает разум и тянет к себе.

Дышу. Стараюсь отключить мысли. Грог рассказывал, как сопротивляться ночному туману. Весь фокус внимания на ощущениях. На здесь и сейчас. Сконцентрироваться на дыхании. Что чувствуют ладони. Спина. Ноги. Как только паника отступает – посмотреть на себя не изнутри, а снаружи. Как сторонний наблюдатель.

Послушно выполняю упражнения, чувствуя, что становится легче. Навязчивые мысли затихают. Сейчас есть лишь мое дыхание. Мое тело. Я тут. На заднем дворе академии. Рядом мои одногруппники. По взглядам заметно, что они тоже сосредоточены на том, чтобы сопротивляться безумию.

Становится легче. Я перемещаю сознание из тела за его пределы. Смотрю на все так, будто нахожусь в зрительном зале, как режиссер. Я не внутри пьесы. Я могу управлять своим телом. И своими мыслями. Без эмоций. Трезво и здраво.

Мимо нас проходит третий курс, возглавляемый Тессом. Чейз подмигивает и радостно машет рукой.

- Мы в город. Сражаться, - он явно доволен тем, что их воспринимают, как взрослых боевых магов и отправляют в самый эпицентр бури.

Это выбивает из равновесия и вновь звучит мамин голос: «Никчемная, никчемная, никчемная. Ничего не добьешься. Разочарование. Какая ты жалкая. Пустышка. Зачем мы только тебя рожали? Вот Николь…»

- Ты как? – Вейл вклинивается в поток самоуничижения.

Он отошел от группы, несмотря на недовольное ворчание Тесса. Стоит возле меня, держит за плечи.

- Ага…

- Не поддавайся ей. Что бы ни было в твоей голове – это все не по-настоящему. Не верь этому. И береги себя. Мне пора, - он успевает погладить меня по руке и возвращается к своим.

А я чуть ли не рыдаю от его слов и заботы.

Хочется броситься к нему на шею и реветь. И идти с ними в город сражаться. И вообще какое-то состояние кошмарное. Штормит. Вот-вот сорвусь в истерику…

Дышу.

Вдох.

Выдох.

Оказывается, третий курс уже ушел. Похоже, меня снова уносило.

Пересчитываю наших. Одного нет. Кого?

Ри. Одногруппник куда-то пропал.

- Где Ри? – это кричит Майка. Она тоже заметила его отсутствие.

[1] Медовые свечи – десерт из меда, орехов, фруктов и пряностей, выполненный в виде свечей. Подается в небольших мисочках. Перед тем, как его есть, загадывается желание, после чего свеча поджигается магическим огнем и оплавляет мед, делая десерт жидким.

[2] Ночной сыр – деликатесный сыр, который вызревает к концу сентября. Его готовят с добавлением лесных ягод и пряных трав, отчего сам он становится темно-серого оттенка с фиолетовыми отливами. Сыр имеет сладкий приятный вкус и легкую ягодную кислинку.