Глава 10

Да какого Дахо опять ректор? Почему именно он? Что, во всей академии не нашлось другого желающего посетить библиотеку?

Он следит за мной? Или у него особый талант появляться в самые неудобные моменты и делать их еще хуже?

- Мисс Лавелл? Почему я не удивлен? – глава академии оглядывает меня, скептически изогнув брови.

- Я почему-то тоже, - скрещиваю руки на груди.

Не удивлен он. Конечно, не удивлен, барсук ободранный! Может он задался целью довести меня до инфаркта своими внезапными появлениями?

- Я так понимаю, вы решили, что выговора за подмену табеля об успеваемости вам мало? – отчитывает хмырь. – Захотелось дополнить нарушением устава академии?

- Конечно. Подумала: чего вас по пустякам отвлекать? Уж если являться на расстрел, так с более тяжелыми преступлениями.

- И что же вы тут забыли, мисс? – глаза его недобро прищуриваются, из желтых становясь почти карими.

Я тоже в бешенстве. Да как он смеет меня обвинять, даже не разобравшись?

- На самом деле это… - начинает Вейл, но меня такая злоба на ректора разбирает, что я не даю договорить.

- Ищем заклинание усиления тяги к работе. Говорят, отлично помогает всяким там главам академии сконцентрироваться на делах вместо того, чтобы постоянно разгуливать по окрестностям.

Произношу, глядя ему прямо в лицо.

Ну а что, я не права? То он вечером по саду шастает, то в холле отирается, теперь вот в библиотеку приперся. Чего ему в кабинете не сидится?

- Книга с ним лежит возле свода правил академии. К слову, рекомендую полистать и его на досуге. Говорят, помогает не вылететь на первом курсе. – произносит ректор. – В мой кабинет. Живо.

- Вы зря на Ингрин набросились, - рыжик пытается заступиться.

Ректор спрашивает с деланым вниманием:

- Правда? Расскажите подробнее, что еще я делаю зря? Возможно, хотите выступить с докладом? Собрать профессоров?

- Да я не это имел в виду…

- Нет? Тогда впредь потрудитесь подбирать точные формулировки, прежде чем защищать даму сердца. А теперь марш на занятие, пока вы не наговорили себе на наказание. Что же до вас, мисс Лавелл, то соизвольте пройти в кабинет.

Впервые вижу ректора настолько грозным. Желание ерничать и спорить замерзает где-то в области пищевода. Да и вообще говорить с ним не хочется. Вон как на Вейла накинулся.

Машинально отступаю назад, пятясь к книжным шкафам.

- Да я хотел… - успевает промямлить Вейл, но ректор обрывает:

- В ваших же интересах, мистер Грейв, завершить нашу беседу, - щелкает пальцами и рыжика сносит воздушным потоком за дверь. Та захлопывается за ним, оставляя нас с ректором и профессором Грогом в запертом пространстве.

Вновь отступаю. Какой он, оказывается, злобный бывает. Ужас.

- Замри! – выкрикивает он так резко, что я невольно отшатываюсь еще сильнее, прижимаясь спиной к стеллажу.

Вспышка тьмы.

Успеваю увидеть, как ректор бросается на меня. Хватает. Зажмуриваюсь. Ветер свистит в ушах. Холодно. Внутри все сжимается. Всплеск воды. И я уже лежу по среди огромной лужи. В объятиях ректора.

Одежда моментально пропитывается холодной водой.

- А… - начинаю я, и понимаю, что даже не знаю, что сказать.

Потому что вместо книжных шкафов над нами возвышаются деревья. Корявые. С черными обугленными стволами. Будто живые протягивают ветви, похожие на старушечьи пальцы. Вокруг ни души. Лишь мрачный жуткий лес, растущий прямо на болотистой местности.

- Ушиблась? Что-то болит? – ректор продолжает обнимать меня за талию.

Чувствую, как студеная вода добирается до нижнего белья. Надеюсь, в ней никто не водится? А то, как бы что-нибудь не заползло вместе с водой.

- Не болит. Но если мы еще полежим в этом болоте – начнет, - ворчу я. - Мы долго водоплавающих будем изображать?

Я и в жизни-то не из робкого десятка, а когда на меня ругаются, а потом еще и заставляют мокнуть, и вовсе нет желания бояться.

- А вы весьма сварливы, мисс Лавелл, - произносит ректор, поднимаясь на ноги и помогая мне встать.

- Кто бы говорил, - выдаю ответную любезностью, зная, что он мне точно ничего за это не сделает. Мы вообще где?

Вместо ответа ректор сплетает знакомое мне заклинание, от которого одежда моментально высыхает и начинает греть. Спасибо, конечно, но ноги-то у меня все равно остаются мокрыми. Мы до сих пор стоим в воде и пока я даже не вижу нигде намека на сухую поверхность.

- В северной части острова, за Старым городом. Идемте, мисс Лавелл, нам в ту сторону, - ректор кивком указывает направление.

Сам по колено в воде, а вид такой невозмутимый, будто к себе в кабинет приглашает.

- Мда. Понятнее не ста..аа! – едва не падаю, зацепившись ногой за корень дерева.

Ректор вовремя подхватывает.

- Как мы тут оказались?

Ил под ногами такой скользкий, что приходится крепко держаться за этого злыдню, чтобы не упасть. Туфли хлюпают, застревая каблуками в рыхлой почве. Ветви деревьев склоняются так низко, что приходится пригибаться.

- Я же велел замереть, - отчитывает, а сам идет, обхватив меня за талию и прижимая к себе.

- Портал что ли какой-то? – догадываюсь я.

- Вроде того.

- И зачем он в библиотеке?

- Для излишне любопытных студентов, вроде тебя. Осторожнее, - прикрывает мою голову широким рукавом мантии, спасая от встречи с веткой.

- А если кто-то из преподавателей… - начинаю я, но тут до меня полностью доходит смысл произошедшего. – То есть это какой-то обманный шкаф, о котором знают работники академии, но не знают студенты? И если его коснуться, то перекидывает в этот лес?

- Все так, - ректор кивает, и как будто даже гордится этим.

- Ну и зачем?

- Дисциплинарные взыскания и взывания к совести – не самые эффективные методы работы с подростками. Зато, как показывает практика, прогулка по здешнему лесу надежно отбивает любое желание лазить по запрещенным местам, - ухмыляется этот гад. – К тому же, честно говоря, мне лень проводить воспитательные беседы.

- А если бы я потерялась? – прихожу в ужас, осознавая, что, если бы ректор не успел прыгнуть за мной в портал, мне сейчас пришлось бы продираться по этому лесу в полном одиночестве. – Вот попади я сюда одна и куда мне идти? Или смерть студентки – это тоже один из воспитательных методов?

- Посмотри воооон туда, - он кивает на огромное дерево, рядом с которым мы приземлились. – Ничего необычного не наблюдаешь? Нет?

Кхм. Мда. И правда. К столбу дерева приколочен здоровенный указатель со стрелочкой и надписью: «Академия».

- А если бы я ночью проникла в библиотеку? – продолжаю допытываться. У меня мороз по коже: и от способов запугивания студентов, и от воды, по которой до сих пор приходится идти.

- Надпись светится в темноте. Тут по всему лесу указатели, чтобы даже самые одаренные добрались до города. Так ты объяснишь, что забыла в закрытой секции?

- Ничего я не забыла. Нужна она мне. Вейл попросил сходить с ним, покараулить дверь.

- Чего ж так плохо караулила? – усмехается ректор.

- Долго нам еще идти? Вообще-то тут ужасно холодно, - мне окончательно надоедает брести по этим лужам. Не лес, а болото какое-то.

- Нет.

Короткое «нет» и все? И никаких пояснений?

Как же он меня бесит!

И чего на нем все помешались? Как такой упырь может хоть кому-то нравиться? Вредный, злобный, противный тысячелетний старикашка. И морда у него ничего не смазливая. Лицо тощее. Кожа бледная. Фу. Ну демон же! Натуральный демон. Может, вранье это, что вся академия по нему с ума сходит? Сам, поди, пустил слух и радуется.

- У меня сейчас ноги судорога сведет, – я уже не в силах сдерживать дрожь. Наверняка губы уже посинели. И зубы того и гляди начнут марш выстукивать. – Между прочим, тут ни разу не курорт. Вот заболею, умру… и… А вы чего?

Мой поток недовольства резко прерывается из-за ректорского оголения. В том плане, что он неожиданно снимает с себя мантию, оставаясь в тонкой черной рубашке. Накидывает на меня.

- Сейчас согреешься. Могу взять на руки, но почва слишком скользкая. Скорее всего, оба упадем, - обхватывает меня за плечи.

Ну конечно, теперь он из себя заботушку строит. Хочется из вредности сказать ему какую-нибудь гадость, чтобы не думал, что он на меня накидочку надел, и я тут же растаяла от его внимания. Не дождется. Я не из этих дурочек, которые от одного его вида теряют голову.

Но приходится вспомнить, что мне этого злыдню нужно будет каким-то образом уговорить представиться моим возлюбленным перед мамой. О том, чтобы по-настоящему влюблять его в себя – речи точно быть не может. Не приведи Господь, если получится. Ужас. Что мне потом с этим втрескавшимся бессмертным делать?

В голову приходит мысль, что если бы каким-то образом я смогла помочь ему с чем-то важным, то потом можно было бы надавить на совесть и заставить помочь уже мне. А что? По-моему, отличный план. Осталось придумать, что такого я могу сделать для ректора.

- Сложно, наверное, управлять академией? – гениальная задумка придает воодушевления. Уже и хлюпающие туфли не так бесят, и то, что я оказалась из-за садистских ректорских методик посреди сырого леса не злит. Наоборот, я эту ситуацию еще и себе на пользу оберну. Как раз пока дойдем до академии, успею разговорить ректора, сблизиться, в доверие втереться. А потом окажу услугу, он мне ответную, и все счастливы. О-о, я уже представляю лицо Николь, когда она лично от ректора услышит, что мы с ним встречаемся. Лопнет от зависти!

Вопрос мой зараза игнорирует.

- Мы уже почти выбрались из низины, - он протягивает мне руку, помогая вылезти из воды и подняться на возвышенность.

Местность тут и правда гораздо суше. Как только доходим до твердой почвы, ректор находит поваленное дерево, усаживает меня на него.

- Давай помогу, – он указывает на мою обувь, намекая, чтобы я ее сняла. Сплетает заклинание. Пара секунд, и туфли как новенькие.

Затем с критическим видом осматривает меня. Представляю, как я выгляжу. Промерзшая, синюшная от холода.

Вздыхает, опускаясь возле меня на корточки, и ни слова не говоря накрывает мои заледеневшие ступни ладонями. Чувствую, как тепло расползается по телу, согревая каждый замерзший пальчик, пяточки, голени, бедра.

- Лучше? – голос его мягкий, обволакивающий. Смотрю в его лицо и застываю, неожиданно обнаружив что у хмыря очень красивые глаза. Золотистые, обрамленные черными ресницами. Выглядят завораживающе.

- Угу…

- Ты, главное, не пугайся. Сейчас мы до дома дойдем, и я ее уберу.

- Ее? – переспрашиваю, все еще не в силах оторвать взгляда от этих медовых глаз. Удивительный цвет. Такой только у бессмертных.

- Пиявку.

- Пи… чего?! – до меня доходит смысл сказанного. – Где?

Замечаю, что на правой ноге прямо сзади на голени висит здоровенная черная пиявка.

- Убери ее!

С детства ненавижу всяких червей, слизней, пиявок. Противные до ужаса.

- Не дергайся, иначе хуже будет. Этих нельзя трогать. Начнешь снимать – вгрызаются до мяса. У меня есть раствор. Протрем – сама отвалится. Правда, он в резиденции.

- Резиденции? – я была уверена, что ректор живет в академии.

- Да. До нее даже ближе идти. Она сразу за Старым городом. Не переживай. Просто не делай резких движений и все будет хорошо. Идем.

Он помогает встать, и до меня полностью доходит смысл сказанного. Он сказал, что мы идем к нему домой! К нему! Домой!