Глава 32. Доброе утро

Мы еще несколько минут провели около логова, пока Бестиан переговаривался с инквизиторами по поводу дальнейших действий, зачем-то инструктируя один из отрядов инквизиции о том, как им лучше окружить академию Марильды ли Донгер. Я пока не задавала никаких вопросов, только слушала и наблюдала.

В том числе смотрела на Чейна, которому обработали раны, и теперь его вели в сторону открытого портала, чтобы двинуть в штаб инквизиции. Чейн выглядел откровенно жалко, окровавленную руку ему подлечили и перебинтовали, но перекошенная пропитая рожа никуда не делась. Он с ненавистью глядел на нас и разве что не плевался ядом, пытаясь вырваться из хватки инквизиторов, бесполезно дёргаясь в сковывающих энергетических путах.

– Вы не имеете права брать меня под стражу! – орал он как резаный. – Я буду жаловаться в исполнительный комитет! Я буду подавать апелляцию!

– Ваши жалобы будут рассмотрены в соответствии с законом, – спокойно кивнул ведущий его инквизитор.

– Но прошу обратить внимание, что закон не на вашей стороне, мистер Чейн, – заметил Бестиан, когда Алекса вели как раз мимо нас, а сам Бестиан подписывал распорядительные бумаги по Алексу.

– Я важный человек в Искандере, вы не имеете права меня вязать и тащить куда-то! – брызгал слюной Чейн. – Вы вообще понимаете, кто я и с какими людьми общаюсь? Понимаете, что будет, когда общественность об этом узнает? Между прочим, на сегодня у меня назначен созвон с профессором Дарбетом! Вы вообще осознаете масштаб его личности? Вы хоть в курсе, как сложно добиться с ним хоть какого-то контакта, не говоря уже о прямом созвоне? А я добился! Я, я сам добился, чтобы он сам захотел со мной связаться! – продолжал радоваться Чейн совершенно истеричным голосом. – И этим арестом вы срываете мне сделку, которая влияет на безопасность всего Искандера! И подрываете к вам доверие Дарбета! Да он вообще после этого не захочет с тобой работать, Брандт, слышишь, а?

У-у-у, как загнул…

Бестиан как-то странно глянул на Чейна, хмыкнул, расписался в ведомости касательно ареста Чейна, закрепил магически печать, передал ведомость инквизитору и сказал:

– А знаете, пожалуй, мистеру Чейну надо в самом деле дать возможность связаться с профессором Дарбетом. Право слово, как-то нехорошо получается, что мы лишаем его такого шанса. Передайте мистеру Чейну его связной артефакт, всего на несколько минут, для важного звонка.

– Прямо сейчас? – удивился инквизитор, прижимая к груди папку с подписанной ведомостью.

Я тоже удивленно уставилась на Бестиана. Чего это он?

Да и не только я, многие смотрели на него с видом «ага, этот псих решил психануться еще больше».

– Ну а когда еще? Больше некогда будет. Будем считать это последним пожеланием приговоренного к смертной казни, почему бы и нет, – белозубо улыбнулся Бестиан. – Давайте дадим ему сделать звонок, думаю, мы с удовольствием все послушаем, как он общается с профессором Дарбетом.

Инквизиторы недоуменно переглянулись, но связной артефакт Чейна всё-таки ему передали и набрали номер профессора Дарбета из записной книжки. Один инквизитор при этом внимательно посмотрел на набираемый номер и кивнул:

– Да, это телефон профессора Дарбета, всё верно. Ошибки быть не может. Я регулярно веду рабочую переписку с Дарбетом, в том числе по этому номеру. Ну, вы сами знаете, мистер Брандт…

Он на всякий случай также показал набираемый номер Бестиану, и тот понимающе покивал со странной застывшей улыбкой.

Развязывать Алекса никто не стал, просто набрали номер и держали рядом артефакт, поставив его на громкую связь. На полянке все притихли, было слышно только длинные гудки.

Чейн даже воспрянул духом. Удивительно, как человек, находясь в полном дерьме, умудрялся задирать подбородок и в целом выглядеть так, будто он еще чего-то сто́ит.

– Сейчас ты увидишь, как со мной разговаривают настоящие аристократы, мразь, – полным высокомерия голосом произнес он.

– Жду с нетерпением, – сдержанно произнес Бестиан.

Сам он при этом полез в свой карман за связным артефактом, потому что ему самому кто-то позвонил.

– Доброе утро, профессор Дарбет! – тем временем взволнованным голосом произнес Чейн, когда его абонент поднял трубку. – Прошу прощения за столь ранний звонок, но мы сегодня договаривались о созвоне, а у меня, боюсь, больше не будет времени с вами поговорить, потому что…

– Да ничего страшного, вы меня не потревожили, я всё равно не сплю, – донеслось из связного артефакта.

И эту же самую фразу только что произнес Бестиан, отвечая на звонок по своему связному артефакту.

Я охнула и прижала ладошку ко рту, вытаращивщись на Бестиана и переводя взгляд с него на Чейна.

Алекс умолк, застыл каменным изваянием, приоткрыл рот и, кажется, даже перестал дышать. Он тоже дикими глазами таращился на Бестиана, который мило улыбался и певучим голосом говорил:

– Ну что же с вами, мистер Чейн? Неужели дар речи пропал?

И все те же самые слова доносились из связного артефакта Чейна.

О боги!..

– П… профессор Д-дарбет? – Алекс от шока аж заикаться начал.

– Он самый. Приятно познакомиться , – расплылся в широкой радушной улыбке Бестиан.

На лесной поляне воцарилась прямо-таки гробовая тишина. Я огляделась и поняла, что все инквизиторы, как и я, потеряли дар речи. С одобрительной ухмылкой стоял только Калипсо, поглядывающий на сына в ожидании продолжения разворачивающегося представления.

Чейн стоял ни жив ни мертв, у него натурально отвисла челюсть, он жадно хватал ртом воздух и никак не мог подобрать нужных слов. Инквизитор, который держал связной артефакт у его уха, перестал обращать внимание на сам артефакт и потрясённо уставился на Бестиана, тоже приоткрыв рот.

– Это шутка такая, да? – хриплым голосом произнёс Чейн. – Ты… Ты просто сговорился с Дарбетом, да! Сговорился, чтобы ты написал мне и прикинулся им, чтобы выставить меня идиотом! Хотелось посмеяться надо мной, скотина?

Лицо Чейна было перекошено дикой смесью гнева, шока и страха, но Бестиан никак не отреагировал на его вопли и обратился к тому инквизитору, которому ранее передал ведомость:

– Марк, покажи всем мою подпись. Кому она принадлежит?

– П… Профессору Дарбету, – взволнованно произнёс инквизитор, который как раз таращился на ведомость в своих руках. – Подпись настоящая!

Он повернул ведомость так, чтобы всем окружающим было видно яркую золотистую подпись в документе с каллиграфично выведенной буквой «Д».

– Печать магически закрепленная, сомнений в ней нет. Это подпись профессора Дарбета, я такие много раз по работе в руках держал! – громко заявил он и восхищенно уставился на Бестиана.

Инквизиторы зашумели, переговариваясь друг с другом и со смесью недоверия и восхищения глядя на Бестиана. Тот лишь стоял с загадочной улыбкой, давая всем переварить информацию. И с удовольствием наблюдая за тем, как трясет Чейна, который хватал ртом воздух и смотрел то на Бестиана, то на мерцающую золотую магическую подпись так, будто надеялся, что она сейчас исчезнет, и все это окажется какой-то шуткой. Бестиан откровенно наслаждался паникой Чейна и нисколько этого не скрывал.

– Как поживает твое чувство собственного отстоинства, Алекс? – певучим голосочком спросил он, не удержавшись от колкости.

Он нажал на кнопку отключения вызова на связном артефакте, и со стороны артефакта Чейна послышались короткие гудки сброшенного звонка.

Алекс, однако, пропустил слова мимо ушей. Ему явно было очень плохо, и я могла его понять: я и сама сейчас была потрясена до глубины души. Потрясена и в то же время говорила самой себе: могла бы и раньше догадаться!!! Ведь предпосылок к тому было достаточно… Все эти увертывания от разговоров о личности Дарбета, подозрительно хитрые взгляды Лунтьера и двусмысленные диалоги, и вот это вот очень трепетное отношение Бестиана ко всем артефактам Дарбета и злость на варгов, как на личных врагов… А еще вспомнила, каким счастливым выглядел Бестиан, когда госпожа Эльза хвалила опробованный артефакт Дарбета, и Бестиан при этом светился, как лампочка. Тогда я не особо обратила на то внимание, потому что была сосредоточена на своих ощущениях, но теперь понимала, что Бестиан как просто помощник вряд ли радовался бы столь эмоционально. С чего бы, если артефакты не его? Даже если он руку к ним приложил – такая радость может быть только у самого́ создателя этого артефакта.

Малейшие детали быстро складывались в голове единым пазлом, и сердце мое забилось чаще, когда последний такой пазл встал на место.

Да ну как же я раньше не догадалась, ну серьезно?!

Хотя… Думая об этом, поняла, что даже не рассматривала личность Бестиана в качестве профессора Дарбета из-за его юного возраста. Просто в мою картину мира не укладывалось, что столь молодой человек может добиться таких высот и заниматься такими серьезными вещами.

Поправка – не совсем человек, ага. Скорее уж – представитель человекоподобной расы, расы сверхлюдей, наделённых особенными способностями, включая нечеловеческую выносливость и ранее взросление. Ведь, кажется, именно таких магически одаренных бойцов и готовят в тех самых академиях Армариллис и Илунарисс, где обучался Бестиан, верно? Я могла сложить эти пазлы и ранее, теперь всё это казалось таким логичным… Но когда что-то выпадает из твоей картины мира, то это «что-то» очень легко игнорировать. Так со мной и произошло. Да и не только со мной, судя по всеобщей реакции.

Чейн тем временем пытался совладать с голосом, но от шока не мог связать и двух слов:

– Но… Но как же… Как же… Вы?.. Ты… Ты же?.. Не понимаю…

– Несколько лет назад я был вынужден взять псевдоним и скрываться под ним, чтобы спокойно работать и избегать пересудов, – хмыкнул Бестиан. – Меня, как подростка, не воспринимали всерьез, так что пришлось разыграть целый спектакль с появлением в Искандере профессора Дарбета, который охотно сотрудничает со мной и выбирает своей правой рукой.

– А как же те люди, которые якобы видели профессора Дарбета, в том числе видели его взрослым мужчиной? – хмуро спросил инквизитор Марк. – Причем кто-то говорил, что вас видели вместе, вдвоем!

– Всего лишь подкупленные актеры, – пожал плечами Бестиан. – Я специально так делал, чтобы снять с себя все подозрения. Но, кажется, больше в псевдониме надобности нет, и я вполне могу выйти из тени. Да, я профессор Дарбет, и это я полностью занимаюсь разработкой артефактов нового поколения. Искрой клянусь, что говорю правду.

При этих словах он прищелкнул пальцами, на кончиках которых тут же вспыхнул и погас голубой огонек, сверкнувший короткой молнией, – подтверждение магической клятвы, данной на собственной Искре.

– А созвониться я с тобой решил, чтобы таки договориться о личной встрече в каком-нибудь людном месте, созвать репортеров и прилюдно и громко тебе отказать в сотрудничестве и заодно выйти из тени, – с очаровательной улыбочкой произнес Бестиан, глядя на Чейна. – То есть я так или иначе планировал сегодня пообщаться с тобой с глазу на глаз и указать на твоё место, но всё вышло даже еще интереснее, не правда ли? Я понимал, что ты мудак, но не думал, что до такой степени… Поздравляю, ты вырыл себе феерично прекрасную могилу, из которой тебе уже никто не даст выбраться.

Потрясение Чейна было так велико, что он даже не нашелся, что бы такого едкого и мерзкого сказать в ответ. И вообще выглядел морально убитым.

– Дарбет… Дар бет, – медленно прошептала я, но мой голос в повисшей тишине услышали все. – Ты альфа для нечисти, которые для тебя, альфы, как бы являются бетами… И ты используешь дары своих бет для работы… Дары бет – Дарбет…

– Совершенно верно, – одобрительно усмехнулся Бестиан, глянув на меня с видом «Надо же, ты сама догадалась!» и вновь повернулся к Чейну. – Кстати, отцу своему ты тоже удружил: информирую о том, что я обрываю все контакты с его охранным ведомством. Другие охранные компании тоже могут благодарить тебя: я решил, что не хочу нарваться на мудака вроде тебя, поэтому не буду больше сотрудничать с какими-то компаниями, а открою свое охранное ведомство. Которое возглавит Ангелина Брандт.

До меня не сразу дошел смысл его слов.

А когда дошел, мне жутко захотелось заорать что-нибудь в духе: «Я?! Да в смысле я, ты о чем, что ты на меня вешать собрался, не обсудив со мной?!!»

И еще что-то в стиле: «Возглавить охранное ведомство?! Ты как представляешь меня в этом статусе?!!»

Но больше всего хотелось завопить: «Ангелина Брандт?! А чего это ты за меня решаешь, может, я двойную фамилию захочу себе оставить??»

Хотя на деле мозг уже конкретно так поплыл от понимания того, что Бестиан только что публично фактически назвал меня своей супругой и четко обозначил мой статус. Было в этом что-то… Такое волнительное, головокружительное, что я аж дыхание затаила. Потому что, ну… То, как он уверенно говорил об этом, как обнимал меня, нисколько не стесняясь целой толпы инквизиторов и своего отца, волновало меня чрезвычайно и заставляло трепетать от избытка противоречивых чувств.

– Уведите его, – коротко скомандовал Бестиан, кивнув на Чейна.

Но потом будто вспомнил о чем-то и добавил:

– А, кстати! Совсем забыл, но хочу, чтобы ты знал: я еще несколько дней назад добрался до твоего записывающего артефакта, которым ты запугивал мою Лину, и перепрограммировал его так, чтобы при попытке отослать что-то с него информация пересылалась совсем не та, которую записывал ты. А ту, что подкинул я, – Бестиан расплылся в мрачной улыбке, глядя на расширившиеся от ужаса глаза Чейна. – Так что министру магии ты отослал не запись Лины в душевой при академии магии, а запись своих истеричных воплей и угроз в сторону меня, министра, Лины, твои ненавистные вопли в сторону твоего отца там тоже имеются. Мои агенты подглядели за тобой и подготовили для меня эти записи, а я позаботился о том, чтобы при попытке распространить компроматную информацию на Лину по разным контактам разлетелась информация не про Лину – а про тебя. Если бы ты был внимательным и не таким самоуверенным, то обязательно заметил бы подмену в настройках рассылки, но ты такой восхитительный болван, что даже это не понял. Так что Руфус ди Селинджер получил не видео про Лину, а видео про твои истеричные вопли. И отец твой получил. И еще ряд твоих родственников – на тот случай, если ты будешь пытаться склонить их на свою сторону, чтобы у них точно не возникало иллюзий на твой счет. Теперь всё. Уводите, – кивнул он еще раз инквизиторам.

Чейн даже не пытался сопротивляться, когда инквизиторы вновь взяли его под руки и потащили к телепортационной воронке. Алекс Чейн был позорно разгромлен и морально раздавлен, судя по тому, как поникли его плечи. Что ж, поделом. Мне не было его жаль. Эта мразь доставила столько проблем, что я считала это публичное фиаско семейки Чейнов отличным возмездием.

– Нет… Не может быть… Этого не может быть! – услышала я визгливый девичий вопль.

Обернулась на голос и увидела Карлу, которую еще не успели увести телепортом. Они с инквизиторами застыли как раз буквально в шаге от телепортационной воронки, но инквизиторы замешкались, чтобы послушать разговор Чейна с Дарбетом. Теперь же, удовлетворив любопытство, инквизиторы потащили Карлу к порталу, а та полными ужаса и отчаяния глазами смотрела на Бестиана. Тот в ответ не удостоил ее даже взглядом и повернулся ко мне:

– Идем, Лина, – он увлек меня в другую телепортационную воронку, и мы одним шагом перешли в какой-то сквер. – Ты как? Жива?

– Не очень, – призналась я. – Пытаюсь переварить информацию. Я в полном шоке.

Бестиан хмыкнул.

– И как? Получается? Переварить.

Я честно помотала головой.

– Не-а. А еще, знаешь что?..

– М-м-м?

– Я сейчас кручу в голове тот эпизод из первого дня нашего знакомства, когда ты был в ярости после моего спрыгивания с многоэтажки, рычал в бешенстве, не понимая, что мне от тебя нужно, а я попросила тебя свести меня с Хозяином нечисти и с профессором Дарбетом… Я тогда понятия не имела, что ты и есть Хозяин нечисти. И уж тем более не представляла, что ты одновременно с этим являешься еще и профессором Дарбетом. Я сейчас вспомнила твой недоуменный взгляд, ехидную улыбку и нервный смех при этих моих словах… Боже… Какая же я была дура в тот момент… Представляю, как ты ржал от осознания того, что я умоляю тебя познакомить с тобой же – причем дважды!

– Да-а-а, это было очень смешно, – хохотнул Бестиан, расплываясь в широкой улыбке. – Ты выглядела так очаровательно в своем наивном непонимании того, кто перед тобой стоит… Я предвкушал, как ты позже узнаешь правду, не скрою.

Я тяжело вздохнула.

– Почему ты мне об этом ранее ничего не сказал? Ну, про профессора Дарбета.

Но тут же сама себе ответила:

– Хотя да, логично: не доверял же, ты же меня толком и не знал, тебе следовало меня проверить подольше… Вдруг я просто втираюсь в доверие, а сама хочу кому информацию слить…

– Не успел рассказать просто, – виновато улыбнулся Бестиан. – Я собирался поведать тебе об этом в выходные, после запланированных наших с тобой романтичных гулянок по Искандеру, но-о-о – вышло как вышло…

– Ну а что, мы очень даже романтично погуляли, по всему Искандеру причем, – усмехнулась я. – Даже со священными духами в лесу пообнимались!

– Кстати, отец сказал, что это именно искандерские священные ветра притормозили его, не дав войти раньше на территорию логова варгов и нейтрализовать тебя, – тихо сказал Бестиан.

Мои брови взлетели вверх.

– Да-а-а? Ты серьезно?

Бестиан кивнул.

– У отца не получилось сразу напрямую попасть на территорию, поэтому он телепортировался рядом, но при попытке пройти внутрь был жестко остановлен внезапно прилетевшими священными ветрами, теми самыми, что нас в лесу обвенчали. Они ему аж в легкие залетели, болезненно раздувая изнутри и в ультимативной форме заявив, что если отец войдет на территорию логова варгов раньше времени, без разрешения духов, то отца разорвут изнутри на части, и никакая теневая магия не поможет ему собраться. Так и сказали, ага.

– Ого… А они и такое могут?

– Они и не такое могут, – хмыкнул Бестиан. – С искандерскими священными ветрами шутки плохи. Они забрали у нас немного энергии в лесу, и подразумевается, что в качестве благодарности они могут оказывать некую защиту. Но с проявлением способов защиты я не сталкивался, это редкое явление, еще более редкое, чем венчание новой пары рейнаров. Так что я удивлен и восхищен не меньше твоего.

– Ну и отец твой, хм… Тоже весьма впечатлился, как я понимаю.

– Ага, сияет яростным восторгом от того, как ему ветра щелкнули по носу!

– Надо же… Я и не представляла, что когда-нибудь буду втянута в такой водоворот событий… А еще у меня было самое необычное венчание, которое я себе даже вообразить не могла: в лесу, ночью, окруженная светящимися ветрами, после нескольких часов, проведенных в багажнике. А я-то, дурочка, когда в детстве мечтала о замужестве, то представляла себя в белом платье, с фатой на голове, в каком-нибудь пафосном месте, – хихикнула я в кулак. – Зато у меня венчание было такое, что любая коренная искандерка позавидует!

Бестиан покачал головой.

– Надо нам с тобой нормальное венчание организовать, со всеми красивостями, какие ты только захочешь… Но чуть позже, когда мы придем в себя после всех этих перипетий, и когда отец окончательно тебя стабилизирует.

Я как-то смущенно улыбнулась и пожала плечами.

– Мне главное, чтобы я с тобой была, а детские мечты о классической свадьбе – это всего лишь детские мечты, которые вовсе не обязательно воплощать в жизнь.

– Обязательно, – возразил Бестиан. – Потому что я сам хочу видеть тебя своей великолепной принцессой в прекрасном платье.

– А почему не королевой? – картинно возмутилась я.

Бестиан рассмеялся и чмокнул меня в висок.

– Потому что я пока до короля не дорос. Ну, разве что короля нечисти… Тогда да – будешь моей королевой!

– Вот и славненько, – с самодовольной улыбочкой произнесла я и хмуро посмотрела вперед, наконец, сообразив, куда именно мы телепортировались. – Э-э-э… Бес, а что мы здесь делаем?

Потому что мы подходили к академии магии Марильды ди Донгер, я просто не сразу разобралась, с какой стороны парковой зоны мы приближаемся.

– Отловим твоего отца и отправимся, наконец, на заслуженный отдых.

– А он что здесь делает? – нахмурилась и мигом напряглась я.

– Увидишь, – загадочно произнес Бестиан.

Он подал кому-то предупредительный знак, и я заметила в кустах шевеление инквизиторов.

– Он только что вошел внутрь, мистер Брандт, – скороговоркой отчитался молодой инквизитор, вынырнувший из маскировочного облака. – Мы готовы арестовать министра, но вы не велели входить без вас…

– Ни в коем случае, – оборвал Бестиан. – Вас убьют быстрее, чем вы глазом моргнуть успеете. Мы сами разберемся.

– А как же вы? – инквизитор с тревогой глянул на нас с Бестианом.

Но мы уже не слушали и бегом кинулись к академии магии. Бес явно знал, что делал, а я… а я просто безоговорочно ему доверяла и была готова помогать по мере всех своих возможностей.