Глава 7

Привычка готовиться к важным событиям и встречам сильно заранее сыграла мне на руку. Единственный свободный день я провела на ногах и в заботах. Изучила как следует кладовые, расставляя нужные мне предметы на видные места, прогулялась по маленькому внутреннему дворику, где кроме колодца оказались пара яблоневых деревьев, и я вновь сварила себе компот, продолжая лелеять мечту о чае с лимоном. Затем выстирала постельное белье, проклиная все на свете еще на этапе набора в бочку воды.

И так вымоталась, что завалилась спать в лучах солнца, а проснулась в свете большого круга луны. Потянувшись, я подошла к окну, кутаясь в шерстяной плед, что оставила мне Хелен. Чистое небо сверкало тысячами звезд, и даже после случившегося я не могла отвести от их красоты глаз. Но просить о чем-то уже не решилась.

Без привычного ритма жизни и развлечений нужно было постоянно чем-то занимать себя, чтобы попросту не сойти с ума раздумывая над собственной ситуацией. Да и под рукой не было часов, а потому стала готовиться к встрече, что скорее всего ни для кого не станет приятной. И не прогадала — дверь громыхнула, когда на небе еще не начинал розоветь рассвет.

— Хальдит Вульф! Страж покоя Его Светлости Карлайла Александра Такар выражает его волю…

Пока волчище голосил на всю пристройку, я подобрала струящиеся юбки, в которых едва не запуталась, и поспешила спуститься на первый этаж. И с моим появлением Халь запнулся на полуслове, а сопровождающие его рыцари, что растаскивали от меня детей при первой встрече, несдержанно выпучили глаза.

Да, платье и правда мне шло. Чувствовала себя принцессой, разглядывая себя в зеркале после возьни с корсетом. И дополнила образ тонкой заколкой у основания высокого хвоста. Глаза подвела совсем немного, воспользовавшись маслянистой краской из черного коробка, а губы лишь оттенила красным, решив не перекрывать их плотным цветом. Оставила образ нежным, и явно произвела впечатление на молодых волков, что бессознательно учтиво склонились:

— Леди… — начали было они, но Хальдит махнул рукой, останавливая.

— Какая леди? — прочистив горло сурово спросил он. — Она воровка.

— Леди воровка, — ляпнул, по-видимому, самый несмышленый.

И пусть он был выше Хальдида на полголовы, а размером с медведя, все равно потупил взгляд стоило только Вульфу к нему обернуться.

— Я — Дара, Дарина. — напомнила, поджимая губы, но едва ли волка это проняло.

Он приказал следовать за ним, когда как двое других оказались у меня за спиной. Они и правда словно вели на казнь преступницу, и оттого сердце все быстрей билось о ребра. Мне было страшно от неизвестности, от ожидания очередных обвинений и встречи с ним. Герцогом, от воспоминаний о котором у меня леденело в груди.

Я так волновалась, что мало обращала внимание на происходящее вокруг и на убранство замка тоже. Но даже от меня не укрылось ощущение, будто этот огромный каменный дом пуст и заброшен. Его наполняли лишь мрак и тоска, серость, что давила на плечи тревогой. Я и представить себе не могла, каково было расти в таком месте трем замечательным солнечным детям.

Нет, по каменной лестнице и темным дорожкам ковров вовсе не находилось мусора, а перила оказались без единой пылинки. Свечи беспрерывно горели по всем коридорам и наполняли огромные кованые люстры, что тихо поскрипывали под самым сводом крыши. Кто-то поддерживал в таком огромном доме пусть не уют, но чистоту, хоть ни одной живой души нам не встретилось по дороге. И я даже не знала, хорошо это или плохо. Не стоило сомневаться — любая попытка попросить помощи все равно бы не возымела успеха. И все же молча сносить все удары судьбы, я не хотела.

Когда мой конвой остановился в конце одного из коридоров, я готова была сбежать. Даже обернулась, натыкаясь на заинтересованный взгляд одного из рыцарей. Но тяжелые двери уже распахнулись, а волчары шагнули так близко, что просто вынудили меня переступить порог.

— Я привел ее, Ваша Светлость.

Халь шагнул в сторону, позволяя мне разглядеть происходящее в комнате, и я тут же пожалела об этом. Когда его широкая спина исчезла, в меня впились все те же глаза полные гнева и жидкого пламени, что разрезал тонкий вертикальный зрачок.

Герцог сидел за столом из темного дерева. Смотрел неотрывно прижимая к губам спрятанным в густой неухоженной бороде замок рук. Он словно не позволял себе сорваться при одном лишь моем появлении, и от этой мысли я начала дышать через раз. И будто назло в больших окнах за его спиной небо вновь заволокло тучами, погружая комнату в неприятный полумрак.

— Оставьте нас.

От глубины его голоса я дрогнула и сглотнула вставший в горле ком. А затем скользнула взглядом вбок, падая в омут чистых голубых глаз. Невольно вспыхнула, ярко чувствуя как щеки опаляет румянец. Молодой мужчина, что сидел на подлокотнике дивана скрестив на груди руки, был невозможно красив. Нет, не мужчина. Эльф.

Острые длинные уши не давали ошибиться, как и он весь целиком. Высокий, статный, с тонкими линиями лица, что вовсе не лишали его мужественности. С длинной копной чуть вьющихся волос, что напоминали жидкую медь и блестели даже без единого лучика солнца. С белой фарфоровой кожей, по которой скользили несколько тонких кулонов в нескромном разрезе легкой рубашки. С мягкой улыбкой на губах и интересом во взгляде он казался мне невольно ожившей статуей, что была сотворена руками лучшего из мастеров, что когда-либо ходили по этой земле.

— Карлайл, дружище, — оживленно начал он, улыбаясь все шире. — Ты не говорил мне, что она такая красотка! Когда сниму медальон, можно я ее заберу? Оставлять тебе такую прелестницу большая растрата!

— Мне плевать. — отрезал дракон. — Сними с ее шеи медальон. Немедля!

— Да где ты такую нашел?

Эльф медленно приближался, разглядывая меня словно товар, и потребовалось все мужество, чтобы сдержаться. Как бы мне все не претило, я понимала, что оказалась совершенно одна, и помощи ждать было неоткуда. Эти мужчины превосходили меня не только физически, социальным и материальным положением, знаниями о мире в конце-то концов, но и магически. И больше всего я боялась, что медальон меня не спасет. Не выдержит натиска жажды сорвать его шеи. И тогда все, я пропала.

— Издеваешься, Эмиль? Ты не слушал, что я тебе говорил?

Дракон закипал, а вместе с тем поленья в камине начали опасно трещать, будто кто-то бросил туда фейерверк. А эльф упорно не замечал его настроения, продолжая выхаживать вокруг меня.

— Честно говоря, не особо. — он бросил короткий взгляд на герцога и пожал плечами. — Прости дружище, ночь была… выматывающей.

Дракон медленно встал, и я невольно отступила на шаг. Но сделать еще один не смогла — почувствовала лопатками жар чужой ладони. И чтобы не соприкасаться с ней, пришлось вернуться наместо. Все же если дракон решит спалить весь кабинет, лишние полметра меня никак не спасут.

— Ладно, ладно, не кипятись так. — поднял раскрытые ладони эльф. — Я все же гнал Ракшасса к тебе два дня по первому зову.

— Телепортироваться не мог?

— Моя магия была не в лучшей форме, и это уже другая выматывающая история.

Приторная ухмылка сказала все за себя, и в этот раз мы с герцогом определенно попали в точку размышлениями о любовных похождениях этого рыжего лиса. Эмиль прекрасно чувствовал, что дракон на исходе терпения, а потому поспешил заверить:

— Но сейчас все в порядке! В полном. И мне нужно знать каждую мелочь, Карлайл. Как в одной человеческой дикарке может совмещаться горделивая осанка эльфиек Оурилина и смелость прямого взгляда дракониц в твоем-то присутствии? Она под чьей-то протекцией? Если нет, можно пристроить ее за увесистый мешок золота. Мои служанки, конечно, живут лучше многих, но если…

Тут уже я не удержалась и повернула голову, награждая эльфа прямым обжигающим взглядом. Он сощурился, пару мгновений вглядываясь в мое лицо, а затем озадаченно посмотрел на дракона.

— Она так смотрит, будто понимает меня.

— Понимает. — выдохнул тот, и Эмиль резко повернулся обратно.

— Что?! — выпалил он, теряя всю свою напускную леность в движениях. — Знаешь Оурлинский? Это правда?

— А что, одного мешка золота тебе мало и хочешь набить цену?

У меня все откровенно вскипало внутри, а эльф удивленно хлопал голубыми глазами. Страх не мог побороть прожигающего грудь протеста, и я знала — продолжу молчать и точно окажусь в кандалах и на рынке.

— Разочарую — ты не получишь за меня ни монетки. Я не корова, чтобы идти за тобой на привязи на скотный базар.

Страшно ли было? Очень. Но страшнее двух разъяренных мужчин были их разговоры. Циничные, жестокие, обличающе бесчеловечные.

— Взбалмошная. Таких не очень любят. — Эмиль все продолжал разговаривать с герцогом Карлайлом так, будто меня тут и не было или же я не могла понять их языка. Но затем он обернулся и внимательно посмотрел мне в глаза. — Послушай, ты зря ощетинилась, десятки сотен человеческих женщин готовы убить за возможность, что я тебе предлагаю. И маленький совет — смелость это хорошо, редкая для человека черта. А вот безрассудство может и погубить. Это я не поднимаю руку на женщин, даже чужую, а Карлайлу плевать на все, кроме медальона на твоей шее, но любой другой на нашем месте уже бы разгневался не на шутку. И что тогда? Что будешь делать, когда я сниму медальон?

— А ты сначала сними. — процедила сквозь зубы.

Шанс был не велик, но все, что мне сейчас оставалось делать, так это молиться. Молиться звезде, что забросила меня в этот ад. И надеяться, что ее силы будет достаточно для защиты. Ведь она обещала. Ведь у нас был уговор. И если он ни гроша не стоил — противиться было просто бессмысленно, и меня ждал незавидный конец.

— Непокорная. Цена снова падает. — разочарованно покачал головой Эмиль. — Что ж давай начнем. Но как насчет маленького пари?

Мне не нравился хитрый прищур его глаз, хотя я и не чувствовала к себе враждебности или злости. Эльфу было откровенно интересно все обо мне узнать, пусть говорил он совершенно отвратительные вещи.

— Не интересует. — не раздумывая отбрила я.

Все же я ничего не знала об этом мире, и случайно оказаться в цепях на каком-нибудь невольничьем рынке совсем не хотелось. Да, воображение уже вовсю разыгралось после таких диалогов, и все, чего мне хотелось — просто сбежать. Сбежать в свой привычный мир, в те проблемы, которые теперь казались просто смешными.

— Брось. — махнул рукой Эмиль, обворожительно улыбаясь. — Давай так, если сниму медальон за следующие полчаса, ты пойдешь со мной без вопросов. И будешь делать то, что я прикажу. Поверь, я хочу тебе помочь. Жаль испортить столь редкую красоту с острой приправой из безрассудной гордости. Тебе нужна помощь, я знаю, о чем говорю.

— А если… — сглотнула, сжимая кулаки для уверенности, — не сможешь снять до заката, то будешь обращаться ко мне, как к равной.

— Хах! — еще шире разулыбался он, приходя в восторг от ставок. — Идет!

Он так воодушевился и был настолько уверен в себе, что внутри у меня все неприятно сжалось. К тому же совсем рядом нервничал опасный своей непредсказуемостью дракон, у которого уже рога венчали макушку.

— Закончили? — рыкнул он, мигая пламенем глаз.

— Прости-прости. — Эмиль картинно ему поклонился, а затем обернулся ко мне и галантно протянул руку. — Идем?

Он проводил меня до дивана, на котором я с комфортом утонула в маленьких подушках искусной вышивки. Попросил вытащить медальон из-под ткани платья, что пришлось сделать с большой осторожностью под сверлящим взглядом дракона. И окутал его мягким зеленым свечением своей магии, а затем взял в кокон и всю меня целиком.

Страха не было, наоборот я расслабилась разглядывая сверкающий мыльный пузырь в котором оказалась. Очень скоро изумрудная магия эльфа заиграла всеми красками, но подступится к плотной золой энергии медальона ей никак не удавалось. И тогда я поняла, что как минимум послушно и молча за этим мужчиной никуда не пойду.

Улыбка и расслабленность позы Эмиля очень быстро исчезли. И таким, сосредоточенным и погруженным в сложные размышления, мне нравилось видеть его гораздо больше. Он очень старался, не размениваясь на слова. А после истекших первых тридцати минут и вовсе выгнал нетерпеливого герцога за порог его же кабинета. И я уже совсем не удивлялась тому, что небо заискрилось молниями. Да так, что выспыхнули несколько деревьев в саду под окном.

Пусть я не понимала символов, что вспыхивали и гасли в воздухе или складывались в сложные фигуры, наблюдать за процессом было интересно. А когда после первых пары часов Эмиль приказал принести чай с закусками — жизнь и вовсе наладилась. На подносе обнаружился засахаренный лимон, и я смогла утолить свое маленькое желание.

Когда же настало время обеда эльф оставил меня одну с роскошным столом из нескольких блюд, а сам отправился препираться с герцогом. По разговорам на повышенных тонах было понятно — дракон все это время подпирал стену снаружи и отойти еще хоть на метр отказывался. И несостоятельность Эмиля его порядком раздражала, вот только никто больше помочь не мог.

— Я вынужден принять поражение, моя леди, — эльф вновь умостил зад на подлокотник кресла, что стояло напротив меня.

Он не стал дожидаться заката для завершения нашего пари. За ним в кабинет вошел мрачный дракон, который всеми силами старался даже мельком на меня не смотреть. У меня же съеденное встало поперек горла.

Герцог Карлайл пугал не только своей откровенной враждебностью, но и видом, который никак не подходил его статусу. По лицу невозможно было ничего прочесть, ведь оно не только густо заросло от уха до уха. На глаза, что постоянно вспыхивали совершенно нечеловеческим светом, спадали крупные длинные пряди и откровенно дракону мешали. Он часто тряс головой, отгоняя их. И делал это так резко, что на каждый взмах я мелко дергалась, как пугливая мышь.

— Не обязательно переигрывать. — тихо сказала я эльфу, осторожно следуя взглядом за мощной спиной, что остановилась у камина.

Герцог Карлайл сжимал кулаки, но к моему удивлению, погода за окном успокоилась. Вдруг настал абсолютный штиль, и будто даже птицы замолчали, не решаясь взмыть в серое промозглое небо.

— Я искренен! — тем временем протестовал Эмиль, будто наше пари было самой большой проблемой.

— Эмильен! Какого черта? — прогудел герцог, даже на сантиметр не обернувшись.

— Карлайл, дружище, все не просто. Это ведь любимая вещь Елены, твой первый подарок. — эльф оправдывался, как мог. — И магия здесь сотворена ее руками, а она… была особенной, тебе лучше всех это известно.

Он все же смерил Эмиля взглядом, и мне казалось воздух просто заледенел. Клянусь, я даже видела облачко пара, что сорвалось с моих губ.

— Драконы предрасположены к элементарной магии, а эльфы мастера в высшей. Я был лучшим на своем потоке в академии, и что? Рядом с Еленой каждый раз чувствовал себя ребенком! Ее работы… думаю понадобятся еще сотни лет, чтобы расшифровать каждую…

А вот теперь, после услышанного, я уже была и не рада выигранному пари. Подобное означало, что мне придется остаться здесь навсегда, ведь герцог никогда не допустит, чтобы дорогая сердцу вещь вдруг исчезла вместе со мной.

— У меня нет столько времени. — устало выдохнул дракон.

— У меня тоже. — проблеяла я, чувствуя, как леденеют пальцы.

— Я понял основной принцип, там три мощные печати. Остается распознать условия дезактивации и тогда с этим можно будет работать. — Эмиль встал, хватая с кресла пиджак, что раньше небрежно был накинут на плечи и протянул его мне. — Все же придется забрать ее у тебя.

— Нет. — в один голос отрезали мы с драконом, и я поймала на себе короткий взгляд огненных глаз.

— Да бросьте!.. Не заставляйте прозябать мою молодость в подобном месте. — натурально оскорбился нашей несговорчивости эльф. — Леди! Как ваше имя?

— Дарина. — осторожно ответила, держа в поле зрения дракона, что теперь слишком внимательно меня изучал.

— Дарина. — Эмиль одарил меня самой обворожительной улыбкой из возможных. — Поверьте, вы не пожалеете. У меня вам будет намного комфортнее, и…

— Исключено. — предупреждающе рыкнул герцог Карлай. — Расшифруй печати здесь, а потом можешь заняться их изучением где угодно.

Напряжение в комнате все тяжелело, и я через силу заставила себе подать голос. Понимала, если промолчу, они все решат без меня, и сейчас была последняя возможность повлиять хоть на что-то.

— Могу я сказать?

— Передумала? — оживился Эмиль, а герцог пришел в движение, подступая к нам.

— Нет. — вжала голову в плечи. — Но думаю, я знаю три условия для снятия печатей.

Как только слова слетели с губ, воцарилось молчание. Они оба внимательно вглядывались в мое лицо и будто ждали чего-то.

— Говори. — первым заговорил дракон, шумно втягивая носом воздух. — И лучше бы тебе не лгать.

Сразу вспомнилось предостережение Хелен, а за ним и принудительная просьба звезды — герцог не должен знать о влиянии ее руки. А потому мне предстояло подбирать слова осторожно, чтобы не вызвать подозрений, но и не выдать главную виновницу всей этой истории. Ведь это разобьет дракону сердце, а оно у него судя по всему и без того держалось на паре кусов уже использованного ранее скотча.

— Перед тем, как попасть… к вам, я слышала три просьбы. Полагаю, это они и есть. Условия снятия печатей.

— Не тяни. — дракон подошел еще ближе, ровняясь с Эмилем плечо к плечу.

И тут собрав в кулак все остатки мужества я зажмурилась и выпалила скороговоркой:

— Я хочу сделку!

Герцог молчал пару мгновений, явно борясь с собой. А затем слишком уж вкрадчиво поинтересовался:

— Ты сейчас… меня шантажируешь?

— Вовсе нет. Я просто хочу вернуться домой. — ответила тихо, но уверенно и даже не подумала отвести взгляд. — Обещайте, что отправите меня обратно, когда все закончится. И я с радостью помогу.

Выдержать острый прищур его глаз было не так-то просто. Но когда дракон чуть склонил голову в бок и скрестил на груди руки, я услышала желаемый мной ответ:

— Хорошо. Теперь говори.

Таким покладистым его видеть было поистине удивительно, вот только магия момента растаяла в один миг.

— Это невозможно. — вмешался Эмиль, бросив на герцога укоризненный взгляд. — Портал, построенный самой Еленой был разрушен. Пути назад нет, Дарина. Этот подлец тебе соврал. Вот почему стоит выбрать меня…

Моргнуть не успела, как молния пробила окно, рассекая его на сотни осколков. И если бы Эмиль не успел среагировать, окутывая себя и меня своей изумрудной магией, то точно бы поджарился до золотистой корочки.

— Сумасшедший… псих! — возмутился эльф вполголоса. По-видимому, опасность еще не миновала, чтобы разразиться настоящей гневной тирадой.

Вот только вспыхнувшие кулаки дракона намекали на продолжение этого безобразия, а мою грудь обожгло едва терпимым теплом. Магия медальона просилась на свободу, и я сама не поняла, как оказалась между двумя мужчинами в шаге от броска. Раскинула в стороны руки и зажмурилась, ведь не знала наверняка, сработает ли барьер в этот раз.

— Лучше тебе ответить, — раздалось совсем близко, и я приоткрыла один глаз. — Защита не абсолютна. Я просто прикажу Эмильену свернуть тебе шею, если не заговоришь прямо сейчас.

Тонкая золотая стена отделяла нас друг от друга, но я все равно чувствовала жар, что исходил от сильного тела. Дракон смотрел на меня сверху вниз, заставляя чувствовать себя совсем крошечной, а главное совершенно бессильной.

— Леди созданы для любви, а не для рукоприкладства, жаль, что ты забыл об этом, Карлайл. — вздохнул за моей спиной Эмиль. — Я думал, что мой друг только выглядит как животное, но неужели ты им все таки стал изнутри?

Герцог глянул на него поверх моей макушки, а затем снова прижег меня взглядом.

— Разве вы можете быть уверены, что медальон удастся снять с моего остывшего тела? — отчаянно блефовала я. Ответ на этот вопрос никто из нас не знал, и никак нельзя было дойти до проверки. — Не проще ли договориться мирно? Я не крала вашу драгоценность, даже малейшего намерения не было. Да и как бы я смогла намеренно попасть к вам из мира, где нет ни капли магии? Это случайность. Прошу, поверьте мне.

Он долго молчал, всматриваясь в мое лицо. И постепенно завеса между нами истончалась, пока совсем не исчезла. Сердце разогналось в один миг, и я почти отшатнулась, но герцог вдруг смиренно спросил:

— Чего ты хочешь?

— Домой. — поспешила ответить.

— Эмиль сказал тебе, это невозможно. Даже если лучше маги Оурлина будут собирать портал по кускам, они не смогут заставить его работать. Странствие между мирами… невозможно.

Он был полностью в этом убежден, пусть и стоял напротив той, что появилась из неоткуда. И я была склонна поверить в эти слова, ведь знала, все не так просто. Разве могли даже самые лучшие маги сравниться с той, что стала звездой? Небесным светилом, что дарит жизнь многим планетам.

— Мы убеждали себя, а Елена продолжала мечтать. — Эмиль осторожно обошел меня. Наверняка ему претило скрываться за спиной человеческой девчонки. — В любом случае, тебе лучше оставить мысли вернуться. Мы просто не в силах исполнить эту твою просьбу. Но можем другие! Протекция для человеческой девушки…

В этот раз я посмотрела на него с усталостью во взгляде. Эти его попытки меня куда-то пристроить уже даже не раздражали. Я видела, что для него решения лучше просто не существовало, и эльф искренне не понимал моего упрямства.

— Да ты послушай! — Эмиль хотел было подойти ближе, но был остановлен рукой дракона.

— Нет, я… если мне придется жить в этом мире… — судорожно начала думать я. — Золото.

Как бы цинично не звучало, но куда бы ты не пошел деньги решали многое. Пусть не все, но чтобы обустроить жизнь одной милой улыбки и доброго сердца не хватит.

Две пары глаз смотрели на меня с недовольством и будто бы легким пренебрежением. Будто я все же специально заколдовала на себе медальон, чтобы стрясти с герцога крупную сумму денег.

— Выплатите мне компенсацию за разрушенную жизнь! Так, чтобы я смогла восстановить ее заново. — упрямо вздёрнула подбородок. Это я тут жертва. Я. И пора было об этом вспомнить. — Компенсации должно хватить на небольшой дом, в котором я смогу жить и открыть кафе…

— Что? — Эмиль переспросил так, будто я резко заговорила на неведомом языке.

— Таверну. Заведение, в котором я смогу зарабатывать себе на дальнейшую жизнь.

— Собираешься вести бизнес одна?.. — хмыкнул дракон. — Лучше скинь мешок монет со скалы.

Медленно втянула носом воздух. Я уже поняла в общих чертах отношение здешних к людям и женщинам в частности. Но это ведь не значило, что теперь я должна была всю жизнь цепляться за чью-то руку как несмышленый ребенок.

— Дарина, ты человек, еще и девушка. — подтвердил мои мысли Эмиль.

— Я уж поняла, что это тут у вас смертный грех. — не удержалась я от оскала. — Но у меня есть опыт ведения бизнеса. Я владела несколькими ресторанами домашней кухни в своем… мире.

— Какие у вас свободные порядки… — фыркнул герцог Карлайл, придирчиво осматривая меня с ног до головы.

— Это ведь так интересно! — оживился Эмиль. — И неужели никто из высших не был против?

— Высших? Речь о таких, как вы? — догадаться было не сложно. — Нет. У нас никого, кроме людей.

— Какой ужасный мир, — эльф поежился и мотнул головой. — Как же вы там одни выживаете?

— Получше вас в некоторых вещах. — смотрела прямо в голубые глаза, чтобы он даже не подумал списать мои слова на красивую ложь. — Пусть не везде, но большинстве своем женщины могут учиться, открыть бизнес и… думаю все, что у вас тут для них запрещено.

— Драконицы и эльфийки тоже могут… им попробуй хоть что запрети, — скрестил на груди руки Эмиль, не собираясь уступать в таком важном споре.

— В моем мире… — хотела было продолжить я, но дракон грубо прервал:

— Есть разговор поважнее.

Эмиль смерил его недовольным взглядом, но герцога было ничем не пронять. И тяжко вздохнув эльф подытожил:

— Так или иначе у нас одинокой человеческой женщине не принято вести бизнес. К тебе нагрянут в первый же день и оставят без гроша. Да и самой не поздоровится, сама понимаешь.

— Да уж. — обреченно выдохнула, обнимая себя руками. Уже готова была выдать с потрохами чертову звезду. Вот только вряд ли бы это хоть чем-то мне помогло.

— Прости, я был груб этим утром. Но я бы тебя не обидел — чистая правда. — настаивал Эмиль. — Как и то, что женщина может иметь собственность только если она жена, вдова или с протекцией влиятельной семьи. К черту других, стань частью моей семьи. Это позволит сделать тебе документы, и с отличительным знаком графства Эрмаль никто не посмеет тебя и пальцем тронуть. Все вопросы, претензии, жалобы будут решаться через меня. Ну разве не прекрасно звучит?

— Не очень… не знаю. — растерянно пожала плечами.

— Хорошо, давай так. — обессиленно выдохнул эльф. — Мы с Карлайлом обязуемся устроить твою жизнь в достатке и сытости. Обязуемся прислушиваться к твоим желаниям и уберегать от беды. Клянусь честью своей и рода Эрмаль, мы найдем с тобой компромисс в этом непростом вопросе.

Слабая улыбка сама тронула губы. Эмиль давал мне время на раздумья и обещание, которое, уверена, мало кто мог получить. А за ним, не скрывая своего недовольства, пробасил и герцог:

— Клянусь честью своей и рода Такар.

— А теперь помоги нам. — Эмиль уперся ожидающим взглядом. — Нижайше прошу, Дарина.

Отступать было некуда, и я постаралась сделать свой голос твердым и уверенным. Все же условия дракону вряд ли придутся по душе, и кто знает, не прилетит ли следующая молния мне под ноги.

— Во-первых, дети герцога, не должны разлучаться до дня дебюта. Во-вторых, сам герцог не должен жениться без любви. И, в-третьих, герцог должен… улыбнуться.

В воцарившимся молчании мы втроем переводили взгляд друг на друга. Дракон очевидно ждал, когда же я скажу, что это была шутка и назову реальные условия, а эльф преисполнился смирением.

— Мы обречены, — резюмировал Эмиль.