23

Как только повозка остановилась у ворот поместья, Танред заметно оживился. Словно вернулся в любимый дом. Он размял плечи, вдохнул воздух и принялся выгружать покупки.

На крыльцо прямо в фартуке выбежала Марфа, следом вихрем вылетел Габи. Котокрыл пронесся мимо старушки.

— Мя-у-р! — радостно пискнул он, врезаясь в ногу дракона и начиная кружиться вокруг нее.

— Вот ведь маленький предатель, — пробормотала я, но улыбку все равно скрыть не могла.

Марфа оглядывала ворох покупок, который Танред сложил к ступеням, и глаза у нее довольно сияли.

— Ну что? — нетерпеливо спросила она, прижимая руки к груди. — Удалось что-нибудь продать?

— Все! — гордо ответила я, невольно выпрямившись.

— Все? — Марфа всплеснула руками. — Да это же чудо! Хотя… чего я удивляюсь? Такая красота! Конечно, люди захотели купить!

Уголком фартука она вытерла глаза, на которые навернулись слезы.

— Идемте! Идемте! — заторопила она нас. — Я такой ужин приготовила! Как чувствовала, что вы сегодня приедете!

— Сперва нужно разложить покупки! — рассмеялся Танред. Он опустился на одно колено, чтобы погладить Габи, который не отступал от него ни на шаг.

Началась веселая распаковка.

Котокрыл сразу получил огромный кусок свежей рыбки. Следом новую миску с внушительной порцией густой сметаны. Он, довольно мурча, сразу увяз в ней носом.

Марфа же…

— Это что? — шепотом спросила старушка, получив в руки несколько свертков.

— Откройте, — улыбнулся Танред.

Она открыла и ахнула. Новые ботинки. Добротные, кожаные. В другом свертке — теплая шаль. Мягкая, шерстяная, орехового цвета. В третьем — милое цветастое платье.

— Танред… — восторженно прошептала старушка. — Неужто все мне?

— Вам, Марфа. Кому ж еще? — Дракон улыбнулся. — Вы столько для нас делаете.

— Да я… Да мне… у меня… — Марфа захлюпала носом и снова потянулась к фартуку, что вытереть слезы.

Я улыбалась, глядя на трогательную картину, а Габи ободрительно мяукнул, ненадолго отвлекшись от сметаны.

Когда все подарки были вручены, а эмоции чуть поулеглись, мы наконец уселись за стол.

На ужин нас ждала запеканка с мясом и хрустящей золотистой корочкой. Теплый хлеб и хрустящие огурчики.

— Ешьте! Ешьте! — приговаривала Марфа. — А то остынет.

Наслаждаясь ужином, я почувствовала, как с плеч сползает тяжесть. Марфа смеялась над какой-то историей, рассказанной Танредом, Габи деловито вылизывался, убирая остатки сметаны с морды.

Дракон, сидя напротив, то и дело бросал на меня взгляды. Теплые, нежные. Его упаднические настроения растворились: стоило ему оказаться в поместье. Только вот пустой шар в его трости то и дело напоминал мне о случившемся.

Когда ужин подошел к концу, Марфа, зевая, поднялась к себе, Габи, лениво переваливаясь с лапы на лапу, поплелся следом.

Танред, залпом допив свой чай, поднялся.

— Наверное, и нам стоит…

Я перехватила его руку. Дракон замер.

— Постой…

Он удивленно посмотрел на наши сцепленные пальцы. Потом поднял взгляд на меня.

— Что случилось?

— Помнишь, я обещала тебе кое-что показать?

Он нахмурился, пытаясь вспомнить. Потом неуверенно кивнул.

— И что же это?

— Идем в сад.

Танред удивленно посмотрел в окно. Там уже давно сгустилась тьма, разгоняемая лишь полной луной.

— Сейчас? — мягко уточнил он.

— Сейчас.

«Пока я не передумала», — добавила мысленно, стараясь унять ритмичное биение сердца.

— Если это важно… Тогда идем.

Мы вышли в ночь. В саду было прохладно. Где-то вдали недовольно ухала сова, влажная трава касалась щиколоток.

Мы прошли мои розы. Старый сад и жаровня тоже остались позади. Подошли к самой дальней части участка, там, где высокое разнотравье росло стеной.

— Ты уверена, что это не подождет до завтра? — все еще недоумевал Танред.

— Уверена. Завтра я могу струсить, — призналась я, раздвигая заросли.

Перед нами открылся родник.

Серебристая вода мягко поблескивала в темноте. От нее исходило едва заметное сияние.

Я повернулась к Танреду и… не успела ничего сказать. Потому что все было написано на его лице.

Удивление, недоумение, неверие.

Он узнал его. Узнал мгновенно. Значит, я не ошиблась в своих догадках. Родник — источник Танреда.

— Что все это значит? — прохрипел дракон, не сводя взгляда от весело журчащей воды.

Его голос звучал глухо, словно натянутый до предела канат.

Дракон резко развернулся ко мне. Первое ошеломление отступило, уступив место чему-то более опасному.

— Откуда мой источник здесь, Юлания?

Я непроизвольно отступила, стараясь собраться с мыслями. Ветер хлестнул по щеке, но холод внутри меня был сильнее.

— Это какой-то план? — Танред сделал шаг вперед. Его глаза потемнели, стали почти бездонными.

— Я… — я покачала головой. — Я не знаю. Он просто оказался здесь. Просто… оказался.

Слово «просто» звучало жалко, нелепо. Даже для меня. Как может источник дракона просто оказаться у меня в саду?

— Просто? — Танред хмыкнул. — Это ты стоишь за этим? Стоишь за похищением моей магии?

— Нет! — вырвалось у меня. Резко, отчаянно. Это был почти крик.

В горле сжалось, дыхание дрогнуло, а на глаза сами собой подступили слезы. Обидные, горячие, совершенно непрошенные.

— Нет, — прошептала я. — Нет. Он появился здесь. Я не знала, что он твой. Я пила из него, и у меня появилась магия. Я правда не знаю… почему так.

Мой голос прерывался и дрожал. Слеза все же сорвалась и покатилась по щеке.

Танред, который еще секунду назад выглядел как воплощение ярости, вдруг будто споткнулся о собственный гнев. Его взгляд смягчился. Словно только сейчас он увидел не только источник, но и меня. Меня: дрожащую, напуганную, со слезами на глазах.

— Прости, — пробормотал он. — Я не должен был… — он сбился на полуслове, вздохнул. — Не должен был так вести себя.

Он шагнул ближе, уже осторожно. Его рука поднялась, но зависла в воздухе. Он хотел вытереть мою слезу, но не решился.

— Расскажи мне, — попросил Танред, вглядываясь мне в лицо. — Все, что знаешь. Я верю, что ты непричастна.

— Веришь? — я удивленно моргнула, и еще одна слезинка предательски скользнула по щеке.

На этот раз Танред не выдержал: он осторожно ее стер. С нежностью, которую я не ожидала увидеть после такой вспышки.

— Верю. Просто будь честна со мной.

Может, действительно стоит рассказать ему все ?

Что я не та Юлания. Что я вообще не отсюда. Что этот мир и его магия новы и чужды для меня. Что я попала в тело другой женщины, о которой знаю лишь по ее вещам и чужим воспоминаниям.

Не отправит ли он меня после таких признаний в больницу для душевнобольных, тюрьму или к магам для вскрытия головы?

Но если я промолчу… Если совру… Не станет ли от этого только хуже? Танред заслужил ответы.

Я колебалась так сильно, что пальцы на руках подрагивали.

Глубоко вздохнула, принимая решение, и медленно… очень медленно кивнула.

— Хорошо. Я расскажу тебе все.

Я начала говорить. Сначала неуверенно, запинаясь на каждом слове.

Но чем больше говорила, тем легче становилось. Как же это оказалось приятно — выговориться.

Слова потекли, как вода.

Я рассказала все. О том, как очнулась в этом мире. О том, что мой родной мир совсем другой. Без магии и драконов, зато с технологиями и шумными городами, где огни не гаснут даже ночью.

Танред слушал молча не перебивая. Его взгляд был внимательным, но в нем не было недоверия. И чем дальше я заходила, тем больше понимала: дракон не в ярости, не в шоке. Он… заинтересован.

Это придавало мне смелости.

Я рассказала и про Юланию. Настоящую Юланию. Про то, что подозреваю ее в проведении некого ритуала. И что, возможно, Танред был прав: настоящая Юлания имела отношение к пропаже его магии.

Едва вспомнила и про записку, что нашла в первый день. Пересказал ее. Про таинственную подпись «К».

Дракон нахмурился, несколько секунд молчал, перебирая в уме варианты. Потом покачал головой.

— Не знаю, кто это… Но теперь у нас появилась зацепка. Сможешь найти записку для меня?

— Думаю, смогу… — неуверенно потвердела я.

— Спасибо.

Танред посмотрел на меня так, что я поняла — это не просто «спасибо за записку». Он благодарил меня за искренность.

— Ты… веришь мне? — я нервно облизала губы. — Веришь во все, что я говорю?

Дракон медленно кивнул.

— Возможно, расскажи ты мне это в первый день, — начал он негромко, — я бы не поверил. Но теперь… Теперь я хорошо узнал тебя. И передо мной определенно не та девушка, на которой я женился.

Он улыбнулся. Мягко, без иронии.

— Я верю тебе… А еще я рад… Рад, что так произошло. Потому что ты — лучшее, что случилось со мной в моей жизни.

От этих слов у меня перехватило дыхание. Я опустила глаза, чувствуя, как щеки заливает румянец.

— Ты выпьешь из источника? — спросила я, чтобы скрыть смущение. После его слов сердце билось учащенно.

Танред посмотрел на меня с легким сомнением, потом — на родник.

— Не уверен, что это поможет, — тихо сказал он. — Он не откликается мне. Связь между нами потеряна. Обрезана ритуалом. Если бы было иначе, я бы уже давно знал, где он находится.

— Но ты должен попробовать, — горячо возразила я, делая шаг ближе. — Это же еще твой родник. А вдруг поможет?

Я невольно скосила взгляд на его трость. Пустой шар на навершии тускло отражал свет звезд. При виде его внутри все болезненно сжалось. Все из-за меня…

— Мне родник всегда помогал, — продолжила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Когда я чувствовала, что силы на исходе, мне стоило сделать один глоток, и я снова чувствовала себя полной.

Танред кивнул, задумчиво глядя на поверхность воды.

— Да. Именно так он и работал. Когда магия ослабевала, а время на ее естественное восстановление не было, то я приходил к нему… — Он чуть улыбнулся. — Всего несколько глотков, и силы возвращались.

— Так попробуй… Чудеса случаются, Танред. Иногда нужно просто позволить им случиться.

Он посмотрел на меня. Долго, внимательно. Потом медленно шагнул к роднику.

— Что ж, давай попробуем.

Я не отводила взгляда от его широкой спины. Танред опустился на одно колено, погрузил ладонь в воду. Родник зазвенел громче, словно откликаясь на прикосновение.

Он поднес воду к губам и сделал глоток. Тишина.

Я ждала, что воздух сейчас заискрится, ветер поднимет пряди волос… Случится что-то… волшебное. Должно случится! Но ничего не произошло.

Ни малейшего шевеления магии.

Только тихий журчащий звук да стрекот цикад. И все.

Танред разочарованно посмотрел на воду, потом на свои ладони, где прозрачные капли мерцали в свете луны. Они медленно сбежали между пальцев.

— Нет… — сказал он, наконец, — ничего.

Внутри меня все болезненно сжалось.

— Может, стоит подождать? — неуверенно произнесла я. — Может, источник подействует не сразу?

Танред покачал головой.

— Если бы источник узнал меня… Я бы почувствовал это. — Он попытался улыбнуться, но улыбка вышла усталой. — Похоже, он теперь принадлежит тебе, Юлания.

Я опустила глаза. В груди сдавило.

— Прости… — прошептала я. — Я не хотела…

— Тсс, — Танред поднялся и осторожно коснулся моего плеча. — Я знаю. Это не твоя вина.

Он говорил спокойно, но в голосе слышалась грусть.

— Мы должны консумировать брак, — выпалила я. Слова сорвались неожиданно даже для меня самой.

— Что? — бровь Танреда уползла на лоб. — Юлания, я не могу просить тебя об этом…

— Но ты же сам говорил… — я растерялась, — планировал сделать это уже давно. Возможно, ты был прав. Мы скрепим отношения таким образом, и источник станет… семейным.

— Да. Я изначально пришел к тебе с этой целью. — Он вздохнул. Чуть помолчал. — Я хотел использовать наш брак как способ вернуть магию. Но потом… все изменилось.

Он поднял глаза: в них было столько тепла, что у меня перехватило дыхание.

— Я увидел, какая ты на самом деле. И у меня… появились чувства к тебе. Настоящие. И если мы… Если это случится, я не хочу, чтобы ты делала это из-за одолжения.

— Это не будет одолжением, Танред. — Я старалась говорить спокойно. Но мой голос дрогнул. — У меня тоже… появились чувства к тебе.

Дракон замер, словно не поверив, что услышал это.

— Я хочу сделать это не потому, что должна… — продолжила я, осторожно подбирая слова, — а потому что хочу этого…

В глубине души я давно знала правду: я люблю Танреда. Но признаться в этом вслух все еще было страшно. Слово «любовь» будто застряло где-то в горле. Оно было слишком большое, слишком важное, чтобы произнести его.

Тишина вокруг стала какой-то густой, почти осязаемой. Странный взгляд Танреда заставлял внутри все трепетать.

— Хорошо, — наконец, прохрипел он. — Давай… сделаем это завтра.

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри все переворачивается от этих слов. По коже пробежала дрожь.

Танред все еще смотрел на меня взглядом, в котором смешались нежность, благодарность и… желание.

Я постаралась скрыть волнение, но в мыслях уже вспыхивали картинки, как его губы накрывают мои, а сильные руки прижимают к себе.

— Значит… завтра, — прошептала я.