Глава 19. Если ученье - свет, то как быть тёмным?..

Следующие три месяца я полностью посвятила себя учёбе. Мы закрыли замок для посещений, введя осадное положение. Светлому я тоже отказала в посещениях - по нескольким причинам: во-первых, я не была уверена насчет чистоты его намерений и того, что он не замешан в покушениях; во-вторых, то, что мне нужно знать касательно моей работы властелином, я от него уже узнала, а фехтованием со мной займётся один из прибывших учителей; ну и, в-третьих, мне не нравилось, что он тут чуть ли не поселился. Это мой замок, в конце концов! У него есть собственный, пусть там и околачивается. Разумеется, озвучила я только вторую причину. Ну и сказала, что хочу спокойно выучиться без риска повторных покушений, а потому никого не буду пускать всю зиму. А то для одного сделаешь исключение, а следом толпа пролезет. Не знаю, насколько он мне поверил, но спорить не стал. Наверное, понимал, что бессмысленно. В конце концов, я терпела его только потому, что он был мне полезен, ну и потому, что моих сил не хватило бы от него отбиться. Но Зар словно чувствовал пределы моего терпения и совсем уж не борзел.

С утра у меня была физическая подготовка и боевые искусства, потом – владение оружием. Дети в это время учились в специально подготовленном классе, который я оборудовала по примеру наших школ. Днём я занималась историей, языком, географией и прочими немагическими науками, а у детей, напротив, была физическая подготовка у девочек, и боёвка – у мальчиков.

Вечером у меня были занятия магией, которые иногда затягивались до ночи, потому как некоторые ритуалы требовалось проводить в полночь – об этом я еще в нашем мире узнала. А ночью, во сне, меня обучал Учитель.

Вот так и получается, что три месяца я круглосуточно училась – в буквальном смысле. У детей, понятное дело, график был попроще, ведь магически одарены среди них оказались лишь трое: у Рагара оказался сильный дар некроманта, у его сестры Лалы – светлый дар целителя, и еще у одной девочки – двенадцатилетней Нинии – были оба дара, тёмный и светлый. До этого момент я почему-то считала, что дар может быть либо таким, либо таким, а о том, что в одном человеке может сочетаться противоположная по сути магия, я и не подозревала. Однако маги, проводившие проверку магических сил у детей, ничуть не удивились, а значит, это было в порядке вещей – для тех, кто тут жил с рождения. Я же вечно находила какие-то моменты, которые мне казались уже вроде бы ясными на сто процентов, как вдруг выяснялось, что нифига подобного. Чувствую, в этом мире я еще долго буду удивляться самым элементарным вещам, которые неожиданно выяснились после того, как я долгое время пребывала в заблуждении относительно них. Но тут уж ничего не поделаешь, со временем освоюсь.

С детьми маги занимались в свободное от моих уроков время: всё-таки, мои занятия были в приоритете, а детям пока важнее общее образование подтянуть, а там я смогу их устроить в одну из магических академий. Может, сами профессора и порекомендуют их своим коллегам. С носителями светлой магии по моей просьбе занимался Славик – Славосвет, в смысле – за дополнительную плату, разумеется. Так же в его обязанности входило проверять все поставляемые извне продукты на наличие ядов, и следить за состоянием здоровья всех живых жителей Черного Замка. О зомби я, уж как-нибудь, сама позабочусь.

Поняла я, наконец, и то, чем отличается моя магия – от магии обычных тёмных магов. Начать с того, что маги обычно имели ярко выраженный профиль сил, а в остальной тёмной магии их эффективность была намного хуже. Например, некроманты прекрасно поднимали трупы, но не могли никого убить силой магии. А маги смерти могли лишь убивать, но поднять труп часто были не в силах. Бывало и так, что у человека развито два или три направления. Например, маги смерти часто были еще и огневиками, а некроманты обладали стихией земли. Проклятийники же часто неплохо перемещались посредством теней. У меня же все силы были развиты в равной мере. Такие среди магов тоже встречались – но они были очень слабы и посредственны во всех видах тёмной магии, тогда как я была сильнее любого мага по любому из направлений. Но главное отличие не в этом, а в том, что качество моей магии было выше. Я могла такое, чего не мог ни один маг. Например, профессор Сникс, спец по некромантии, мог поднять зомби – но это были типичные зомби из наших земных ужастиков: полуразложившиеся, медленно передвигающиеся и жутко воняющие. Восстановить их плоть и, тем более, сделать их разумными, как то могла я, он был не в состоянии. Зомби Николаса Стикса слушались прямых команд, не умели говорить и без управления просто замирали на одном месте. Вот и опять: я-то считала, что здесь все зомби такие, как мои Элрой с Мартой, ан нет – это только мне так повезло. Ну и зашибись. Теперь мне зато стало понятнее, почему в городе в них никто не заподозрил зомби: они ведь совсем не выглядели таковыми, даже близко не стояли.

Сложнее всего мне давалась стихийная магия. С тьмой особых проблем не возникало: будь то некромантия, перемещения, аннигиляция (магия смерти) или проклятия – я всегда легко взывала к тьме. Но как вызвать огонь или сдвинуть камень – я в упор не понимала. Возможно, будучи сильной в магии тьмы, стихиями я не владела?

Однако мой учитель, профессор Гроуленж, уверял меня, что все другие Властелины Тьмы свободно владели положенными им стихиями, так что и у меня получится - надо только набраться терпения. Да я и сама по хроникам, которые начала изучать, помню, что для Тёмных владык это не было проблемой. Ну, ладно, надо набраться терпения – значит, наберусь.

Тот момент, когда я смогла вызвать огонь на своей ладони, я запомню надолго.

Больше всего интереса я проявила к магии смерти. С перемещениями и некромантией я уже была знакома на практике, а магию смерти мне еще не доводилась применять. Зато, едва начав это делать на наших уроках с профессором Лексиором, я поняла, что мне теперь не нужны ни шпага, ни ножи, ни лук, ни даже базука – если бы таковая тут имелась. Тьма умела уничтожать быстро и моментально, либо медленно и мучительно – всё зависит от желания и намерений мага.

Разумеется, поначалу я практиковала магию смерти не на живых существах, а на всевозможных предметах. Начали мы с фруктов и овощей – в какой-то мере, в них присутствовала жизнь, а потому я могла наглядно наблюдать, что происходит с этой жизнью при соприкосновении с магией смерти. Плод чернел и скукоживался, рассыпаясь в прах, а, если и после этого продолжить воздействие, то и праха не остаётся. Потом были обычные неживые предметы, и я поняла, что магия смерти не просто убивает, она уничтожает любую материю, разлагает и в, конечном, итоге, просто утилизирует. Зная из курса физики, что ничего не возникает само по себе и ничего не исчезает в никуда, я предположила, что при аннигиляции какого-либо предмета, выделяется особая энергия. Но пока что проверить это я никак не могла, потому просто отложила в голове в качестве гипотезы.

И да – обычный маг смерти имел некоторый радиус, весьма небольшой, в пределах которого он мог уничтожить всё живое и неживое. Если работать точечно, то расстояние увеличивалось. То есть, уничтожить всё вокруг маг может, например, на расстоянии десяти шагов, а вот прицельно убить кого-то он может и за сто шагов, при этом больше никто вокруг не пострадает, только цель. Я же, при желании, могла уничтожить всю Загрию – настолько велик радиус моей силы.

Однако и светлые, и тёмные маги, могли защитить себя от магии смерти, да и простой человек при желании мог приобрести защитный амулет.

Маги же просто накладывали на себя щитовые чары – они относились к курсу общей магии, как и артефакторика и зельеварение. Только у светлых был свой курс, понятное дело, а у нас – свой. Ну и крепость щита зависела от сил самого мага. Например, меня, после наложения мною защитных чар, с помощью магии смерти убить не сможет никто в этом мире. Даже если всё тёмные маги объединятся. Правда, есть множество других способов, от которых щит меня не спасёт – то же отравление, хотя бы.

Что касается общей тёмной магии, то я с особым усердием изучала щитовые чары, а также уделяла внимание всевозможным артефактам и зельям, которые смогут обеспечить мне дополнительную защиту. Опыт всех злодеев, о которых я только слышала, учил меня, что перестраховаться невозможно, а вот обратное – вполне. Если все принятые тобою меры безопасности не пригодились – ничего страшного, а вот если ты мог что-то еще сделать для своей защиты, и не сделал – то это может иметь роковые последствия. А потому я не пренебрегала ничем.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Всё это время, пока я училась, я пыталась сблизиться с Учителем, который по-прежнему посещал меня во снах. За всё время нашего знакомства, бывший властелин даже не открыл мне свою лицо, так и оставаясь в тени. Он давал мне действительно очень много такого, чего не мог дать больше никто в мире: ни Светлый Властелин, которому наша специфика была просто неведома, ни маги, у которых возможности были сильно ограничены, ни учебники, в которых были только самые общие вещи. Именно Учитель раскрыл для меня весь спектр моих реальных возможностей. Именно он показал, насколько я на самом деле сильнее каждого в отдельности и всех вместе взятых в этом мире – за исключением, разве что, Светлого Властелина – с ним мы, примерно, на равных. Такой сильной я не ощущала себя никогда прежде. И с этим пьянящим голову ощущением силы научил меня справляться тоже Учитель. Я восхищалась им и уважала его, и тем сильнее мне хотелось проникнуть в его тайну. Кто он и откуда? Почему исчез и где сейчас находится? Может ли быть так, что он, как и я, с Земли? И сейчас просто вернулся домой? Но сколько я не задавала ему вопросов, Учитель ни на один не ответил. Только на те, что напрямую касаются темы занятия и не касаются его личности. Невольно я сравнивала их со Светлым Властелином и, кажется, начинала понимать, почему они не ладили между собой. Они были слишком разные, хотя в чём-то и неуловимо похожи – но не более, чем похожи между собою лидеры двух стран. Определенные качества были общими для всех людей, обладающих властью. Речь не о случайных людях, попавших во властные структуры, а именно о тех, кто туда попал и сумел удержаться, кто был там на своём месте. Но внутренне эти двое были противоположностями друг другу: мрачный и серьёзный Учитель и хитрый весёлый Зар. Один был монументален, как скала, другой – подвижный и юркий, как ветер. Первый вызывал почтение и уважение, второй был своим в доску. Объединяло же их одно – оба были мне интересны.

***

За всей этой учёбой я чуть не пропустила местный Новый Год – здесь он назывался День Темноты и праздновался в самую долгую ночь года. Но мне о празднике напомнил Элрой в своей невозмутимой манере. Он просто поинтересовался, надо ли украшать замок к празднику. Я же, разумеется, об этом празднике вообще впервые слышала, так что пришлось всё выпытывать у своего слуги. Кстати, угадайте, какой праздник праздновали светлые? Правильно: День Света! И, как нетрудно догадаться, был этот праздник летом, в день летнего солнцестояния. Так что у светлых и тёмных год начинался в разное время, поэтому, упоминая какое-либо событие в прошлом, нужно было добавлять, по светлому или тёмному календарю идет исчисление, а то у тёмных год начинался на полгода раньше.

Поначалу я хотела отмахнуться от этого праздника: некогда тратить на это время, надо учиться. А потом вспомнила, что в замке есть дети. Дети, которые в своей жизни мало видели праздников. И что они вспомнят, когда вырастут? То, что их с утра до вечера заставляли учиться? Нет, разумеется, они мне будут благодарны за то, что я обеспечила им хорошее будущее. Но не должна ли я постараться дать им также и счастливое детство? Ведь праздник для ребёнка – совсем не то, что для взрослых. Для детей праздник – целое событие. От праздника всегда ожидаешь волшебства и приятных сюрпризов. И вообще – разве я не заслужила небольшой отдых?

В общем, я отдала Элрою приказ украсить замок в традициях праздника. А сама решила совместить местные традиции с нашими, а именно: украшением ёлки, катанием с горки и, разумеется, подарками на утро. Чтобы всё устроить лучшим образом, я попросила Рагара собрать всех детей в гостиной. Когда малышня расселась по местам, я начала рассказывать им придуманную мною сказочку про некоего Лорда Тьмы – могущественного тёмного волшебника, который в самую длинную ночь в году одаривал наиболее верных Тьме жителей тёмных земель. И так он был силен и могущественен, что даже после смерти, став призраком, продолжил дарить подарки достойным людям в Ночь Темноты. Для тех, кто узнал – да, это адаптированная для местных версия истории о Святом Николасе (по-нашему, Николае-Чудотворце), которую рассказывают американским детишкам. Согласитесь, если бы я в тёмной империи рассказала оригинальную версию – меня бы не поняли. Про деда Мороза они вообще ничего не слышали, да и снег – та же вода, а это магия светлых. Так что никаких дедов морозов и снегурочек. А вот призрак Тёмного Лорда – самое то.

Закончив свой рассказ, я обвела взглядом притихшую малышню, пытаясь понять их реакцию. Дети сидели и растерянно переглядывались: для них эта легенда оказалась незнакомой, и, было видно, что у них есть вопросы, но задать их они боятся. Самой храброй – или самой любопытной – оказалась Лала. Она подняла руку вверх, как их учили на занятиях и, дождавшись моего кивка, спросила:

- Тётя Ника! А этот лорд был Тёмным Властелином, как ты?

Я аж поперхнулась. Тё… что? Как она меня назвала? Тётя Ника? О, тьма! Величайшая злодейка всех времён и народов – тётя Ника! Ну уж нет, не бывать этому!

- Детка, - постаралась я улыбнуться девочке, - давай ты меня будешь называть просто Ника, идёт?

Как ни странно, ребёнок от меня не шарахнулся, и даже радостно кивнул. Ну что ж, заслужила ответ – лови:

- Нет, Лала, он не был Властелином. Просто сильный тёмный маг – и тем круче то, что он даже после смерти продолжил своё дело – настолько сильна была его воля. Настоящая сила не в магии – вернее, не только в ней, но и в личности человека.

Вот теперь реакция пошла. Дети восторженно переглядывались – особенно, пацаны. И тут один из них воскликнул:

- Я тоже стану призраком после смерти!

- И я! И я! – послышалось со всех сторон.

Ох, тьма… Воспитательница из меня – так себе.

Кое-как постаралась объяснить, что для того, чтобы быть сильным человеком, не обязательно становиться призраком, и потом быстренько свернула тему, дав задание каждому написать письмо Лорду Тьмы и попросить у него исполнить его самое заветное желание. Только надо обязательно написать, какое это желание – и тогда оно, возможно, сбудется. А, помимо этого, надо сообщить, что каждый хочет в подарок на самую тёмную ночь. Дети разошлись, обсуждая между собой, что бы каждый из них хотел в подарок. А я облегченно выдохнула: как же с ними непросто!

20

Слышали когда-нибудь выражение «темнее всего перед рассветом»? Так вот, в Ночь Темноты было темно очень долго, почти сутки – без нескольких часов. Время перед рассветом затянулось.

Замок к этому времени был давно уже украшен в странном смешанном стиле, как если бы у нас на Земле решили объединить Новый Год и Хэллоуин. Скелетики и черепа на гирлянде праздничных флажков, протянутой через тронный зал, смотрелись особенно забавно. При этом по центру зала возвышалась лесная красавица – натуральная ель, правда, от наших елок она немного отличалась длинной и цветом иголок – здесь они были с легким фиолетовым оттенком и почти такие же длинные, как у сосны.  Рубить дерево мне не хотелось: во-первых, жаль губить такую красавицу, во-вторых, я помнила, сколько от неё опавших иголок, которые потом еще целый год обнаруживаются в самых неожиданных местах. Поэтому для добычи ёлки я привлекла мага-стихийника: Фокс Гроуленж сначала растопил снег вокруг и прогрел землю, а потом воспользовался магией земли, чтобы аккуратно, с корнем, извлечь ель. Так что стояла красавица в кадке с землёй, которую регулярно поливали мои зомби-слуги. Сама я добывать ёлку не рискнула, ведь я только начала осваивать стихии, которые давались мне труднее магии тьмы. Боюсь, если бы за дело взялась я, то у нас не было бы ёлки. Зато лесных зверушек порадовал бы праздничный фейерверк!

Наши учителя, что интересно, отнеслись к идее праздника с большим энтузиазмом: видимо, жизнь в замке казалась им довольно скучна. Это у нас, учеников, было много дел – мы узнавали новое. А учителя давали тот же материал, который давали другим ученикам на протяжении долгого время. Некоторая новизна впечатлений от пребывания в замке самого тёмного Властелина – давно прошла, а развлечений каких-то особых не было. Надо подумать над тем, как в будущем разнообразить досуг преподавателей: всё-таки они – живые люди, а не зомби, которым особо ничего и не надо. Хотя, судя по Марте и её маленькому питомцу, зомби тоже бывают разные.

Решено было начать праздник с бала. На этом балу будут все люди, включая детей – ведь бал открывал Ночь Темноты, а, значит, начинался довольно рано. Едва стемнело, к открытым дверям моего тронного зала, подготовлено и украшенного к балу, начали стекаться парочки и отдельные личности. Музыка звучала из специального артефакта – совместного творения магов тьмы и света. Принцип работы мне был пока не ясен – я еще в самом начале изучения артефакторики, но очень удачно, что у профессора Регидана Блоу оказался с собою такой артефакт. Собственно, он и предложил провести бал.

Выбрал профессор Блоу себе в спутницы учительницу арифметики – миловидную брюнетку лет тридцати на вид. Звали её Касарина, и она была абсолютным человеком, не владеющим какой-либо магией. Учительницу истории и географии пригласил Антион Канц, его маму вызвался сопровождать Лоуренц Ликсиор, а совсем молоденькую блондинку Антанию, преподающую словесность, собственническим жестом обнимал за талию Рокторн – преподаватель по боёвке. Остальным мужчинам дам не досталось, а потому они по очереди приглашали присутствующих. Даже ко мне пару раз с приглашением на танец подходили: правда, на это осмелились всего двое – профессоры Ликсиор и Сникс, маг смерти и некромант, соответственно. Ну да, трусость с их спецификой магии несовместима.

Дети, как ни странно, тоже разбились по парам: хотя и среди них дамы оказались в меньшинстве, что вызвало пару конфликтов, и носы некоторых мальчиков едва не пострадали в битве за партнёршу по танцам. С некоторым любопытством я заметила, что Рагар танцует только с Нинией – и вообще, не отходит от девочки ни на шаг. Возможно, они просто сдружились на почве владения магией, а возможно, тут и нечто большее.

У нас, конечно, был домашний бал, неофициальный – а потому все двигались под музыку так, как хотели. Но, глядя на эти неловкие топтания моих воспитанников, я поняла, что упустила важную деталь в их образовании. Да, науки важны – как и физическая подготовка. Но ведь в этом мире балы занимают не последнее место в жизни тех, кто желает найти себе место под солнцем. Да мне и самой не мешало бы узнать несколько местных танцев – может тогда не стояла бы, изображая собой вторую ёлочку, а веселилась вместе со всеми. Хотя вряд ли. Но, так или иначе, а учителя танцев мне нанять придётся.

По идее, ректор должен был прислать всех учителей, которые могли понадобиться юному воспитаннику – такой был уговор. Но, будучи человеком науки и обучая студентов, в последнюю очередь думаешь о балах. Он, видимо, подбирал мне учителей по тому же принципу, по которому подбирал себе сотрудников в Академию. Не удивлюсь, если даже – по тому же списку вакансий. А учитель танцев – это из разряда домашнего образования, а не академического.

После бала нас ждал роскошный праздничный ужин в большой столовой, тоже украшенной в силе праздника. Сюда мы с Гроуленжем поставили ёлочку поменьше. И если ёлку в тронном зале украшали под мои руководством зомбики, то эту ёлку я позвала наряжать детей. Они своими руками сделали каждую игрушку, которую сами же потом и повесили. А старшие подсаживали младших, чтобы те могли разместить свои игрушки повыше – так что я в очередной раз убедилась, что это не просто разрозненная группа детей, стечением обстоятельств оказавшихся рядом. Это – банда. На улицах они выучились принципу взаимовыручки, поскольку каждый из них в одиночку был уязвим, а вместе они уже представляли некую силу. Такие уроки жизни не забываются.

За ужином нам прислуживали мои зомби – в специально пошитой на такой случай праздничной униформе. Когда все уже насытились, и просто сидели за столом и общались друг с другом, мне пришла в голову идея, что разнообразить досуг можно уже сейчас. Почему бы не показать малышне и взрослым несколько наших, земных, игр? Покажу один раз – а займу их на всё свободное время. Пусть собираются вечерами и играют – глядишь, и скука пройдёт. Да и будет повод для общения, а то на балу мне показалось, что у нас среди учителей намечается парочка служебных романов. Я не против – лишь бы это учебному процессу не мешало.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Первая игра, которую я показала детям и преподавателям - это старый добрый "Крокодил". Только я назвала его "Зомбидил"- так больше соответствует духу праздника и этих земель, а правила оставила те же. Поначалу все показывали зомби, вдохновившись названием игры, но постепенно задания стали разнооборазние: прирак, фонарный столб, туча, замок и так далее. Следующая игра, которую я решила внедрить - это "Мафия". Назвала я её эквивалентным словом в местном языке, означающим организованную преступность. Так как людей было достаточно много, то и ролей получилось много и разных. Была мафия, шеф мафии, доктор, детектив, маньяк, адвокат, палач, отравитель и даже кот. Ну, и мирные жители тоже, куда без них. Игра понравилась и детям, и взрослым, так что не сомневаюсь, что в неё еще не раз сыграют.

Показала я и еще несколько игр, для которых не требовалось реквизита, про себя решив, что неплохо ввести и карточные игры. Только для этого надо сперва изготовить карты – попрошу после праздника Элроя придумать что-то.

Наконец все стали потихоньку расходиться, а для нас с моими зомби начиналось самое веселье: надо было упаковать, подписать и разложить под ёлкой купленные подарки. Профессора, кстати, тоже присоединились к нашей с детьми затее - и написали записочки со своими желаниями. Нематериальные желания – как взрослых, так и детей – я отложила в сторонку: потом подумаю, как их исполнить. А вот игрушки и разные другие полезные вещи, мы разложили на уже убранном столе и принялись запаковывать в коробки и цветные мешки. Те подарки, которые уже были в коробках, оборачивали яркой тканью и завязывали банты. Каждая упаковка тут же подписывалась – чтобы потом не перепутать.

Когда всё было готово, Элрой и еще несколько слуг перенесли все подарки под ёлку в тронный зал. После чего я со спокойной душой отправилась спать, предвкушая, как завтра малышня найдёт под ёлкой подарки, и радуясь, что в замке отличная звукоизоляция, а значит, есть шанс, что меня не разбудят поутру счастливые крики – ведь следующий день я тоже сделала выходным.

Однако устроенные мною выходные не распространялись на наши ночные занятия с Учителем. Бывший властелин по-прежнему не показывал своего лица и, хоть мы с ним теперь часто общались на отвлеченные темы, но тему своего прошлого и настоящего он не затрагивал.

Сегодня учитель показывал мне, как привязать свою силу к замку, если вдруг я решу покинуть пост Властелина Тьмы. Конечно, у меня и близко не было такого желания, но я всё равно внимательно слушала, поскольку никогда не знаешь наперед, какие именно сведения тебе пригодятся. У меня возник вопрос, смогу ли я уйти из этого мира, не оставляя сил Тёмного Властелина? Например, если захочу вернуться домой или покорить иные миры? Ответ учителя поверг меня в уныние: оказывается, пользоваться заемной силой я могу только здесь, зато своей родной – где угодно. Но ничего, я придумаю, как мне завоевать иные миры: есть же еще артефакты и разные зелья, которые везде будут действовать. Да и рано об этом ещё думать, ведь у меня и в этом мире пока что дел хватает.

Как обычно, в конце занятия, я слегка поклонилась учителю, ожидая, что он сейчас покинет мой сон - и дальше мне будут сниться обычные сны, или же я просплю остаток ночи без сновидений. Однако внезапно я почувствовала лёгкое прикосновение к своей щеке – такое лёгкое, что мне вполне могло показаться. Резко вскинув голову, я обнаружила, что учитель нависает надо мной, приблизившись настолько, насколько ни разу ещё не приближался за это время. При этом одна рука его едва касается моей щеки – и даже не смотря на такую близость, я всё равно не могу разглядеть его лицо: лишь мутное чернильное пятно перед глазами. Но я вижу его одежду: глухой чёрный плащ до самых лакированных ботинок и рука, что он протянул к моему лицу, затянутая в черную кожаную перчатку.

Внезапно мне хочется сорвать с него этот покров тайны, узнать, что же он скрывает, хоть немного больше понять, чем он мне позволяет. Поддавшись этому порыву, я ловлю его руку и, прежде чем он успел воспротивиться,  стягиваю перчатку. Кожа под перчаткой оказывается светлая, а сами руки – мужественные и красивые, с аккуратно подстриженными ногтями. По рукам сложно определить возраст, и единственное, что я могу точно сказать – так это то, что мужчина передо мной не старый. Да и как ему быть старым, если он бессмертен? Или, сдавая пост Властелина, человек лишается бессмертия? Да не, вряд ли. Тогда бы родители Зара давно умерли, а он ничего такого не говорил. И зачем я сейчас, спрашивается, вспомнила светлого? В такой, можно сказать, интимный момент?

Мне хочется прикоснуться к коже Учителя, почувствовать, какая она на ощупь. Я беру его за руку, и меня словно ударяет током. Судя по тому, как дёрнулся Учитель - с ним произошло примерно то же самое. Бывший властелин резко отдёргивает руку- и меня выкидывает в обычный сон, оставляя в душе непривычное чувство тоски и потери. Что это было? И придёт ли снова Учитель – или рассердится на мою выходку и прекратит наши занятия?

Весь следующий день я наблюдала радостные лица своих воспитанников и слышала их возбужденные голоса, восторгающиеся подаркам – и это немного отвлекло меня от тягостных мыслей. Учителя по одному в течение дня подошли и поблагодарили за подарки – уж они-то сразу поняли, в отличие от детей, кто сыграл роль Призрака Темного Лорда. Впрочем, возможно, дети тоже всё поняли, так как под ёлкой обнаружился подарок и для меня, и в нём было несколько корявых рисунков. Помимо рисунков я нашла там чёрную шляпку и черную же кружевную шаль – явно подарок от моих зомби-мастериц. Мне даже неловко стало, что про подарки для своих слуг я забыла: что с того, что они не живые, если они способны на чувства, пусть и не такие интенсивные, как у живых людей? Придётся исправляться и в срочном порядке узнавать, чего хотят мои зомби.

Кстати, преподаватели мне тоже сделали ответный подарок: ручка-обманка, которой пишешь один текст, а он впоследствии меняется на другой – на тот, который ты в тот момент проговаривал в мыслях, пока писал. И от обычной ручки её никак не отличить. Подарок дорогой, так что на него скидывались всем коллективом. Я была весьма довольна: вещь нужная и полезная.