Глава 11. К оборотням

Лапка

Мы уезжали ранним утром. Оборотень спешил - ему не терпелось допросить Соболева, пусть уже и мёртвого. Со вчерашнего дня Руд ходил злым, как сотня навей! У меня на сердце тоже было неспокойно. Зато Иоанна и Ростислав, вышедшие нас проводить, прямо-таки лучились довольством. Держались за руки, улыбались... у свахи аж ёкнуло от зависти!

- Ну кулаки на тебя, счастливого, чешутся, друже! - невольно поддержал Руд. Парочка дружно рассмеялась, да и меня отпустило.

- Ты своё счастье активнее куй! - подмигнул Ростислав, уворачиваясь от подзатыльника невесты. Куда она из невест денется, с таким-то цветущим видом?..

- Куёшь, куёшь это счастье, а получаешь... - на сей раз замахнулась я. Правда, уже на Руда. Охальник! Сквернослов!

- В рифму! - ловко выкрутился оборотень, весело сверкая глазами. Мы сердечно попрощались с ребятами, и я напомнила Иоанне про встречу с царицей. Руд вздрогнул, отвёл Ростислава в сторону и минут пять что-то нервно ему втолковывал. Ой, наивный! От Женского приказа нет спасения!

Почти всю дорогу мы отсыпались. И как выяснилось во дворце - не зря.

* * *

- А кого ещё к оборотням посылать, кроме Руда?.. - пожала плечами Таша, наливая мне кофе. - История с их письмом, конечно, не вызывает доверия, но Белостана подтвердила - писал действительно жрец. К слову, его дочка была в списке невест Руда!

- Давай поподробнее, - взмолилась я. После деревни царский дворец напоминал потревоженный улей, и обрывистая речь Таши никак не укладывалась в голове.

В честь погожего дня мы устроились на широком балкончике Женского приказа. Несмотря на середину весны, в столице уже вовсю цвели яблони. Зелёные ветви в обрамлении белоснежных лепестков шелестели прямо над нами. Эх, если бы не напряжение, витавшее в воздухе, я бы наслаждалась моментом. После мыльни во дворце я сменила рубашку на дорогую, шелковую, вышитую на восточный манер - подарок Таши. Был у меня и сарафан в тон рубашке: лёгкий, струящийся, приятный, с розовыми цветами по подолу. Косу заплела объёмную, пышную, нацепила вышитую бусинами коруну, подрумянила щёки и губы. Настроение - праздно гулять по площадям столицы, покупать себе милые диковинки и строить глазки добрым молодцам!

И к упырям всяких мутных типов, которые не хотят жениться!..

Но перед самым завтраком примчалась взмыленная девка от царицы, со срочным посланием - явиться в Женский приказ. Если Таша покинула мужнину постель ранним утром да ради приказа, значит, дело плохо.

На балкончике уже накрыли стол с пузатым кофейником, из носика которого шёл пар, а на резных стульях лежали шерстяные накидки. Я благодарно улыбнулась подруге - на улице ярко светило солнышко, путаясь в зелёной кроне, разливались птицы, но было ещё достаточно свежо. С наброшенной на плечи накидкой стало намного уютнее, а чашка кофе примирила меня с будущими новостями.

- Даже не знаю, с чего начать, - Таша глотнула кофе и задумчиво посмотрела на яблоню, - как рассказал мне Мик, княжество Велеса - княжество оборотней - занимает довольно приличную территорию, и это серьёзный противник для империи. Однако у оборотней имеется некая... разобщённость, связанная с их оборотом. Они предпочитают жить городами-полисами - огромный центр и прилегающие к нему деревни. У хищных зверей, у птиц, у рептилий, у мелких грызунов - свой отдельный полис. Пару дней назад Белостане прилетел вестник от жреца-полоза из Колхиды. Мы граничим с Колхидой на юге, это территория у Понтийского моря, - подружка горестно вздохнула и взяла паузу на фракийский эклер. Ради любимой царицы Микаил заманил в империю одного из известных поваров Фракии.

Про княжество же Велеса я ничего не слышала, и объяснения Таши пришлись весьма кстати.

- В письме, - продолжила подруга, - жрец завуалировано намекает, что ему и правителю Колхиды угрожает опасность. Мол, ходят некие слухи, но естественно, без имён. Колхида - это лакомый кусочек, с обширной морской торговлей, добычей руд и золота. По отношению к империи Колхида нейтральна, купцы торгуют и с нами, и с оборотнями. Номинально они входят в княжество Велеса, но из собственного богатства и миролюбия держатся особняком. И вдруг жрец пишет, что Колхида могла бы стать частью империи! Предложение настолько заманчивое, что у Микуши глаза загорелись, но...

- С какой это радости, - подытожила я, - а что говорит Белостана? Языческая бабушка должна же понимать, куда ветер дует!

- Она обещала обсудить письмо с Рудом, когда тот вернётся. Собственно, идея послать Руда к жрецу принадлежит именно Белостане. Про мотивы колхидцев она выразилась ёмко: либо не сошлись в чём-то с главным князем, либо боятся. Так или иначе, смотрины Руда к дочери жреца - неплохое прикрытие для поездки.

На этом месте я забеспокоилась.

- То есть, полноценного посольства не будет?

- В случае присоединения Колхиды - будет, - Таша закивала, подтверждая мои худшие подозрения, - а пока вы с Рудом, моим братцем и небольшой охраной разведаете обстановку под предлогом смотрин. Ну-ну, Лапка! Это же море!

Какая же она... царица!

- Чужбина, незнакомая и пугающая, с интригами-заговорами и месяцем пути! У-у-у, а я тебя подругой считала!!!

- Эй, а как же смотрины?! - тоже возмутилась Таша, впрочем, с явной смешинкой во взоре. Предательница!

- Я же не ведала, откуда родом невеста-змейка! Она могла стать последней девицей в списке, на случай моего отчаяния!

- Интересно, в том самом отчаянии ты бы вышла за Руда? Ну, чтобы не ехать за тридевять земель? - внезапно спросила подружка, загоняя меня в тупик. Я? За Руда?! Господи, прости! Поездка рано или поздно закончится, а замуж - это навсегда! Как болтала матушка на пьяную голову: «лучше потянуть с венчанием, чем всю жизнь с грустью поглядывать на ядовитые травы по соседству».

Батюшку после её откровений ещё неделю тошнило, как беременного. Зато на пряники и сарафаны для любимой жены он никогда не скупился!

А Руд?.. Каким он будет мужем?.. Я резко осознала, что слишком мало знаю своего «подопытного». Может, проблема не в Руде, а во мне?.. Я не расписываю его невестам как обычного человека, тьфу, оборотня. Строго говоря, даже при Иоанне я больше хвалила Ростислава. Мне понравился молодой воин: крепкий и телом, и душой, при деньгах да не жадный, не глумливый и не брюзга. Хорошая пара для боярышни, но... Руд по идее не хуже!

Почему я не рассматриваю его как жениха на выданье?..

Но замуж самой - конечно, смешно. Рылом я для царского побратима не вышла, да и он охальник известный. Пусть и читающий на талицком.

- Мы опять потеряли Лапку? - ехидной песенкой просочился голос царицы. - Ну надо же, одну поездку назад ты бы замахнулась на меня полотенцем, а сейчас задумалась!

Я одарила подругу тяжёлым взглядом. Шутница, расстудыть её!

- Руд - моё будущее золотко, - я важно подняла палец вверх, - как женится строптивый медведь, столичный народ ко мне потянется!

Таша заливисто расхохоталась.

- Ой, Лапушка! Медведь ведь богатый, статный, чего бы к рукам не прибрать, а?..

Нет, это не подруженька, а ехидна какая-то!

- Ну кто пойдёт к свахе, уводящей женихов?! Некрасиво же! Выходит, я своим положением пользуюсь!

- Так воспользуйся один раз и живи спокойно!

- Таша!!! - зарычала я на манер Руда, но сразу же устыдилась. Лапка, ты не сваха, а рыночная старуха-скандалистка! Чего на тебя нашло?..

Царица не обиделась, одарив меня прозорливым взором. Всё, хватит о Руде!

- Давай вернёмся к оборотням, - вздохнула я, - а это не может быть ловушкой? Мол, перед империей решили покачать морковкой из злата да серебра? Зачем Колхиде отделяться от княжества Велеса?

- В теории - возможно, - Таша пожала плечами, - но на деле - с какой целью?.. Жрец писал Белостане, он никогда не сталкивался с нашим царём. Слухами земля полнится, но едва ли Микаил отправится в Колхиду лично. Как ловушка на Руда - тоже не вариант, Мик чаще держит его при себе. Да и Белостана не станет кидать внука в пекло. Лично мне кажется, что Колхиде нужна военная помощь - её войско состоит сплошь из наёмников, сильное, но малочисленное. Хотя князь колхидский мог бы обратиться за помощью к главному князю, правителю крупных хищников. В общем, ситуация мутная. Мику нужен тот, кто разберётся тихо и быстро. Кстати! - она улыбнулась. - Никакого тебе месяца пути! Микуша договорился с парнями Авдея - у вас будут воздушные лошади! Вы полетите!

Я обескураженно сглотнула.

- Как говорится, зачем царице эта лишняя подруга, у неё другие останутся... - пробормотала, заливая в себя кофе. Таша, несмотря на животик, вспорхнула со стула и принялась обниматься!

- Лапушка, я тебе завидую! Полёт над землёй, море, тепло, ух!.. Ещё мужчины подтянутые, плечистые под боком, выбирай любого! Твоя задача на этих смотринах - держать ушки открытыми и сообщать всё Руду! Пусть он разбирается! А ты фруктов заморских поешь, позагорай, на парней полюбуйся! Совсем уже бледная да тоненькая!

- Интриги, заговоры, под боком оборотень да твой братец, от солнца у меня веснушки, а заморской едой отравиться - легче лёгко, если никто не отравит нас раньше! - проворчала я и пригорюнилась. Вместо гуляний по цветущей столице мне досталась красноречивая фига. Пусть и с бантиком. - Подожди, а как же дух Соболева?! Разве царь-батюшка не просил тебя о помощи?..

- Какой дух Соболева? - так вкрадчиво произнесла царица, что я догадалась - сейчас начнутся пытки...

* * *

От Таши я сбежала только чудом. Чудо явилось в виде шмыгающей барыни, записанной на царский приём. Меня отпустили, но со двора настоятельно попросили не уходить. Да куда уж деваться!..

Судя по всему, Микаил ничего не рассказал жене о деле Соболева. В целом, логично - царица беременна. Глупо подвергать её лишнему риску. Но сама Таша была иного мнения. Я не собиралась ничего скрывать от девочек, просто хотела дождаться всех. Востра и Ясмина уехали в Ладань - Ясмина к мужу, а Востра к той самой иконе Богини-Матери. На днях они должны были вернуться. Царица пропадала то в приказе, то в городе, то у мужа, и вопрос срочности вроде как не стоял.

Кто ж знал, что на меня свалятся оборотни?!.. Будто одного медведя мало!

Внезапно ближайшая яблоня накренилась, осыпая белоснежными лепестками - и рядом спрыгнул... Бержен! Я попятилась, не ожидая встретить полонского посла настолько близко. Все мысли разом выдуло из головы. Я лишь как дурочка хлопала глазами.

- Привет, Лап! - улыбнулся Бержен, убирая с лица длинную русую чёлку. Видимо, по последней полонской моде. Плечи у него стали шире, но вид обаятельного хулигана-плохиша остался. В груди невольно заныло - сколько всего всколыхнула эта улыбка. Пока до меня не дошло:

- Ты что, подслушивал нас с царицей?! Последнего ума лишился?!

Он наигранно стушевался:

- Если скажу, что тебя искал - поверишь?

- Нет, - отрезала я, поднимая глаза. Яблоня, с которой спрыгнул Бержен, была в стороне от приказа, иначе мы бы заметили его. Но мог ли он слышать нас?..

- Я не вру, Лапка, - посерьёзнев, он сделал шаг навстречу, - я хотел увидеть, с кем у тебя встреча на женском дворе. Думал, что с тем противным царским псом, - в гладкой речи Бержена прорезался явный полонский акцент, - но эта девица в синем - она ведь молодая царица, жена Лесовского? Ты же говорила, что никогда не окажешься во дворце!

В его речи звучал укор, и я вспыхнула.

- Не тебе меня упрекать! Оказалась и оказалась! Тебя не должно это волновать!

- Но меня волнует, - он вновь шагнул - и мне стоило огромных трудов устоять на месте. Бежать нельзя. Побег - это выраженная слабость.

Я больше не бегу.

- Я надеюсь тебя вернуть, - он неожиданно коснулся моей щеки, - ты словно заколдованная принцесса. Холодная и прекрасная, от которой невозможно отвести взгляд. Поверь, попасть в империю было непросто, но я справился. Ради тебя...

Он наклонился и... чья-то ловкая длань резко крутанула меня в сторону. Я упала в крепкие мужские объятия.

Те объятия, которые я выучила наизусть.

От рубахи ощутимо тянуло потом, как будто Руд долго и упорно тренировался. Вопреки ожиданиям, я провалилась в этот запах. Он щекотал нос терпким смолистым мускусом, сандалом, и отзывался внутри чем-то очень мужским. На миг я позволила себе выдохнуть. Но горло уже сдавливала невидимая удавка - и Руд не мог меня спасти.

- Ты острожнее, сваха! - весело произнёс оборотень, и я удивлённо вскинула голову. Сегодня Руд звучал непривычно, и его голос таил... опасность?.. - Крутятся на царском дворе всякие типы, к девкам имперским лезут!

- Лапка - больше полонка, чем имперка, - скривился Бержен, - отпусти её.

Руд наиграно отодвинул меня, покрутил, как куколку и выдал:

- Да нет, чистая имперка. Худовата, конечно, но ничего - откормим!

Холёное лицо Бержена исказила усмешка, на секунду явив его истинную натуру. Если б умел, показал бы клыки.

- Не откормишь. Вот увидишь, воин, не приживётся она в империи, в полонские земли вернётся! Кровь у неё другая, чужая...

- Заткнись!!! - взвизгнула я, не выдерживая. Оттолкнула Руда, что были силы, и помчалась прочь. Куда глаза глядят. Не хочу, не хочу!!! Принесло же этого Бержена!.. Я ведь знала, что он не отступится, не простит мне отказа!

Не иначе, как от отчаяния, меня потянуло каяться. Потому что первый терем, который попался на пути, оказался приказом Тайных дел! Да что ж такое?! Впрочем, стрельцы на крыльце и слова не сказали, когда я вихрем ворвалась в приказ. К нам с девочкам они уже привыкли. Найти тёмный угол в светлом тереме было непросто, но я решила проблему - спряталась в кабинете у Руда.

В конце концов, сваха за работой - это почти родственница!

Под столом у Руда было чисто и удобно. Я обняла колени и... всхлипнула. Без истерики, без завываний - горячие слёзы покатились по щекам. Даже спустя время я воспринимала Бержена как тупую неизбежную боль. Впрочем, шансов забыть было немного. Я надеялась, что до мира с Полонией ещё далеко, но...

- Значит, он просто приехал, а ты просто отказала, - отодвинув стул, Руд сел прямо на пол, скрестив ноги. Я торопливо размазала слёзы по щекам. Вот до всего оборотню нужно дознаться!

- Да! - звонко икнула я, и Руд улыбнулся:

- Ты рыдаешь под столом царского советника из-за неудачной любви, Лапка?.. Уж прости, не верю. Не зря ты в подружки новой царицы выбилась - умеешь держать себя в руках. Чего натворил этот полонский петух?

- Его не устроил отказ, - я выдавила слабую улыбку - и глаза у Руда полыхнули жёлтым. Чего он... звереет? - Мне нравился Бержен, но Полония... другая страна с другими традициями, обычаями. Словом, я разозлила его своей неуступчивостью. А потом Бержену рассказали про языческое "подлое" зелье и... - я очнулась и прикусила язык. Дальше Руду знать не надо. Вполне достаточно для выводов.

Мужчина наклонил голову, разглядывая меня.

- То есть, вы с ним... он тебя бросил?

Я опёрлась на гладкое дерево стола.

- Он хотел на мне жениться. Я не смогла.

Простить. Забыть. Принять. Слишком много дров было наломано. Слишком.

Руд потянул руку, притягивая меня к себе, и крепко-крепко обнял. Я не противилась. Уж лучше Руд, чем задыхаться от прошлого.

- У тебя косточки пересчитать можно, сваха, - пробурчал оборотень, - стала тоненькая, как веточка! Даже в этом сарафане... красивая, но маленькая, - аккуратно держа меня за талию, Руд поднялся.

- Нормальные у меня косточки! - возмутилась, "поднимаясь" вместе с ним. - Не такая уж я и худая. Таша ещё меньше!

- Нашла, кого вспомнить! Истинная язычница-бесовка, колдует как безумная! Но если Микаила устраивает, то мы люди подневольные...

- Она тебе нравится, - догадалась я и хихикнула, - ты придумываешь всякие гадости, потому что она тебе нравится!

- Вы все мне нравитесь, - вдруг отозвался Руд, вызывая у меня ступор, - и новая царица, и её подруженьки. Ты не представляешь, как оживился двор с вашим приездом. Жизнь, замеревшая со Смутой, тяжёлая, сожённая, полная потерь, возвращается в эти стены. Будут и женские, а скоро и детские голоса. Да что там, мы спорим о фракийских мастерах и талицком театре, а не о том, кто в очередной раз не вернулся с границы. Это совсем другая весна, Лапка, нежели год или два назад. Ради долгожданного мира Мик согласен терпеть и полонцев. Лишь бы получилось. Лишь бы в мятежную землю вернулись покой и процветание.

У меня невольно побежали мурашки от его слов. Все знали, что Смута дорого обошлась столице. И если Микаил жил, как и я, в Ладани, то Руд... Кажется, Руд провёл детство именно в Руссе. В заполненной упырями и чумой, в пахнущей пеплом от Теремного дворца, с войсками язычников и полонцев у самых границ. В горле встал ком. Когда Смута закончилась, оборотню было лет тринадцать. Как он справился?..

- Лап, - Руд мягко убрал влагу с моих щёк, - к упырям этого полонца. Хочешь, я отправлю тебя в Северь, в свои владения, пока они не уедут?.. В Севери такой гарнизон, что ни один полонец не подберётся! А, Лап?..

Он аки кот потёрся о моё плечо - и я очнулась:

- Нас же отправляют в Колхиду!

Руд издал какой-то звук, похожий на знакомый "ять" и припомнил матушку-царицу.

- Меня отправляют, - мягко поправил он, и я сразу же подобралась.

- Нас! Будем сватать тебя язычнице, дочери жреца! Раз с Иоанной не получилось, быть невестушке - змейке!

Ред косо посмотрел на меня, явно намекая, что не ту девицу назвали змеёй. Ну и пусть! Как Таша говорила: море, фрукты и горячие колхидские молодцы?.. Давайте два!

- Надеюсь, ты про фрукты, а не про молодцев, - недовольно проворчал оборотень. Я многообещающе улыбнулась.

Руд

Я медленно вдыхал и выдыхал. Лапка ушла, оставив после себя лёгкий цветочный запах - и это немного успокаивало. Ключевое слово: немного. Когти глубоко вошли в столешницу, и я поморщился. Уже не зелёный парень, чтобы терять контроль над зверем!

"Я не смогла..." Чего же, мать его, натворил этот полонский полудурок?! Крестьянские девки не носились со своей честью, да и в деревне бы не поняли. Назвали бы переборчивой или ещё хлеще, ведьмой. Но дочка свахи из Ладани - другой случай. Она, пусть и не ровня купчихам и барыням, но ей надобно держать лицо, быть "своей" в высоком обществе. В связи с этим, у меня крутились два вопроса. Во-первых, как Лапку не смешали с дерьмом после чужеземца, а во-вторых - почему она не вышла замуж, чтобы скрыть позор?..

Вернее, не так.

Что произошло между ними, что девица - в перспективе сваха с достатком - предпочла позор замужеству?!

Я скрипнул зубами. Зато стало ясно, почему Лапка сторонится мужчин, особенно имперцев. С иностранцами у неё был шанс - порой они соглашались на свадьбу, дабы иметь жену на чужбине. Но такие типы на девиц не зарились, гуляли с теми, кто постарше. Скорее всего, по этой причине Лапка и улыбалась нордийцу Эрну. Но как истинная сваха, уступила его Востре.

От мысли, что полонский петух обманом присвоил Лапку, у меня вновь полезли когти.

- Руд! - удивлённо раздалось в тишине. - Ты разве не у бабушки?!

Хм, и откуда столько возмущения в голосе?.. Я бросил взгляд в окно, на башенные часы. Чего Злат забыл в приказе, если ему положено быть на занятиях?..

- Пока не до бабушки, - сознался я, прикрывая книгой следы от когтей. Не нужно брату это видеть. - Привет, Злат.

- Ага, - рассеяно поддакнул он, пристально рассматривая кабинет. Я насторожился - чего ещё стряслось?..

В свои пятнадцать Злат больше напоминал Микаила, чем меня. Златокудрый, широкоплечий, низкоголосый... дурной, как и все молодцы в его годы. Не хочу учиться, а хочу славы ратной и подвигов, и чтоб девки бегали, как за страшим братом - то есть, за мной. Объяснять ему про годы обучения и войну было бесполезно. Девицы тоже задирали юбки не от большой любви. То загулявших отцов и братьев от тюрьмы спасали, то по всяким мутным делам приходили. Злат не понимал, что меня просто пытаются использовать, а поговорить с ним не хватало времени. Белостана же больше занималась своими делами, чем внуками. Вот Злат и рос как сорная трава.

Зато у него был другой отец. За три-четыре года до смерти мать нашла себе нового мужика. Откупилась мной, оставив безумцу вместо себя. Впрочем, это не помогло. За неделю до пожара отец приказал вернуть языческую княжну обратно. С новым приплодом, которого он почему-то считал своим.

Из пожара нас со Златом вытащила бабушка. Мать с отцом сгорели, оборвав, наконец, эту длинную летопись побегов, скитаний и боли.

А потом была виселица.

Шею сдавило - и я опёрся на стол, отмахиваясь от прошлого. Злату было всего три года, и нашу казнь он проспал. Мне же только исполнилось тринадцать.

Перед глазами закачалась верёвка... вспрыгнувшая на помост ворона... разъярённая толпа, которой нужен был козёл отпущения. Камни, жалящие до синяков... Близкие люди, прячущие глаза. Они соврали бабушке, что спрятали нас в безопасном месте, что мы больше не встретимся, но будем жить.

Она поверила. Все знали, как нам с матерью жилось во дворце. Мы не ждали предательства, но в угоду новому царю нас решили казнить.

Иронично, что именно Микаил вытаскивал нас из петли. Нашёптывал на ухо, скрываясь в одежде помощника палача. У меня не было иного выбора - я доверился незнакомому голосу.

- Руд! - расфыркался Злат. - Ты чего молчишь?!

Хотелось ответить, что сил моих медвежьих нет, но куда деваться?..

- Вечером я отправляюсь в Колхиду, - широко зевнув, сообщил брату, - по царскому указу. А ты чего хотел-то?

Злат разом подобрался, напомнив мне бунтующую Востру. Но в отличие от царской сестры, Злата я вполне мог отходить ремнём за хулиганство.

- Я видел, как Ворон шарился в твоём кабинете! - выпалил братец. - Попытался застать его врасплох, да та девица блаженная всё испортила!

...И почему я обороте медведь, а не волк?.. Сейчас бы повыть где-нибудь в поле.

Ворон возглавлял приказ Тайных дел много лет. Собственно, у него я и учился, когда поступил на службу к царю. Бывший воин и воевода спокойно воспринял оборотня в сердце империи. Я был многим ему обязан.

В мой кабинет Ворон заходил спокойно - какие тайны могут быть от главы приказа?.. Я прятал только те записи, которые касались царя и его семьи - по просьбе самого Микаила, конечно. Но в качестве хранилища мы использовали не кабинет, а тайный архив Лесовских.

Так что Ворону не было смысла шариться в моём кабинете. Скорее всего, Злат спутал его с кем-то другим.

Но с кем?..

- Точно тебе говорю, это Ворон! - с жаром зашептал брат. - Ручку уже повернул, но девица его спугнула! Я с лестницы смотрел! Он так уморительно зенками своими хлопал! Слушай, Руд, а что эта девка была?!

- Подружка царицы, по моей просьбе забежала, - парировал я, не желая ничего объяснять, - ты путаешь в показаниях, Злат. Ворон шарил в кабинете или за ручку взялся?..

Судя по гневному сопению, я попал в точку.

- Зря ты мне не веришь! Зуб у Ворона на тебя, отвечаю! - проорал он и вылетел из кабинета.