Глава 26

Розалин

Хлопок двери вырвал меня из сна.

Я томно замычала, нехотя открыла глаза. Взгляд уперся в розовый бутон самана на соседней подушке.

— Дрейк, ненавижу тебя, — пробурчала я и бросила цветок на пол, а губы тут же растянулись в глупой улыбке.

В теле по-прежнему ощущалась слабость. Купание на озере и долгая прогулка под луной оставили свой след, высосали из меня энергию до дна. Вставать не хотелось.

Зато хотелось без конца мычать от удовольствия. Потому что вчера был невероятный день, восхитительный, волшебный, сногсшибательный, самый светлый и приятный из всех, которые довелось пережить за все мои двадцать два года. Просто…

Дрейк такой милый. Разговаривать с ним оказалась необычайно легко. Не приходилось строить из себя другого человека, пытаться понравиться, можно было даже пошутить и увидеть его улыбку. Еще в день моего возвращения, после блуждания по лесу, на этой самой кровати он сам разрушил выстраиваемую годами защиту. Фэлпс всего лишь выслушал. Он слушал мои рассказы, восхищался магическими экспериментами и не опровергал, что дерево способно вырасти выше гор. Сосед словно верил в меня. И это подкупало.

— Не следовало соглашаться, ой, не следовало, — пробубнила я в подушку и поднялась, потирая глаза.

Зато в памяти отложился вечер, который невозможно забыть. Его мелкие дорожки из поцелуев, ласковые слова шепотом, аккуратность в каждом движении и прикосновении. Я видела, как Дрейк сдерживался, отчего становилось еще приятнее. А от его «моя» каждый раз бежали мурашки по коже.

Правда, изредка в сознание вторгались не самые хорошие мысли. Не может человек так резко перестать ненавидеть. К тому же не пройдет и недели, как Фэлпс устремит свой взор на другую. Нет, он не склонен менять девушек как перчатки, однако возле меня долго не задержится точно. Скоро, очень скоро эту самую подушку, где совсем недавно лежал цветок, оросят слезы одной дурочки.

Я грустно усмехнулась и отправилась в ванную комнату. Снова учебные будни. Теперь они станут другими. Сперва нужно отправиться к куратору и объяснить причину моей неявки в пятницу. Затем следовало сходить в библиотеку. Портал у меня получился, да только еще предстояло разобраться с векторами открытия выхода. А потом снова наступит вечер, где будет Фэлпс.

— Кстати, да. Дрейк, — негромко позвала я и постучала в дверь его комнаты.

Внутри никого не оказалось. Стало как-то грустно, ведь хотелось снова увидеть его, оказаться в нежных объятьях, ощутить губы на своих. Хватило бы пяти минут, чтобы развеять сомнения по поводу нас. До сих пор не верилось в реальность произошедшего. Просто уж очень долго я мечтала о подобном. И хоть соседа не было в спальне, я точно знала, где его можно встретить.

Спустя сорок минут я вошла в здание академии и тут же наткнулась на Фелису. Подруга оторвалась от разговора со своей одногруппницей и поспешила ко мне.

— Розочка. Как дела? Мне показалось, или ты вчера меня избегала?

Наверное, лучше соврать. Вот только вопросы, крутившиеся в голове почти всю свадьбу, не давали покоя.

— Да, избегала. Знаешь почему?

— Давай отойдем в сторону, — проговорила она и повела меня к окну. — Розалин, не вижу ни одной причины. Мы с тобой уже давно знакомы, и я не сделала ничего плохого. Это из-за моего дяди?

Я недовольно вздохнула и достала из рюкзака записку, некогда переданную Маунсу светловолосым мальчиком. Если бы не она, то и подозрений никаких не было бы.

— Прочти.

— Ничего себе, — удивилась она и протянула небольшой лист бумаги обратно.

— Не отдавай. Это ведь твое, я права?

Фелиса фыркнула, отрицательно покачала головой. Вот только актриса из нее никудышная.

— Я никому не рассказывала о фотографиях. Кроме тебя.

— А Дрейку?

— Он не задавал вопросов, просто дал.

Подруга невесело улыбнулась, глянула на проходивших мимо девушек.

— Скажи честно, тот случай с велосипедом был подстроен?

— Розочка, — умоляюще посмотрела она на меня.

— Обидно, Фелиса, понимаешь? И… и о проблемах в учебе я не рассказывала маме, зато Ларстен о них откуда-то прознал. С тобой единственной делилась сокровенным, а получила вот это, — я вырвала из рук подруги записку и потрясла ею.

— Фелиса, ты идешь? — позвала ее одногруппница.

— Да, сейчас.

— Давай скорее, нас ждать не станут.

Она взглянула мне в глаза, собралась что-то сказать, но я не дала, отступила, покачав головой.

— Мы с тобой еще поговорим. Приеду после практики, и обязательно поговорим, — сказала подруга и побежала к остальным девушкам, уже выходившим из академии на улицу.

А меня начало трясти. Неприятно осознавать, что тебя предали. Я ведь планировала быть осторожной, не сближаться ни с кем, подозревала ее в самом начале, но махнула рукой на очевидное. Мы не подруги! Ее приставил ко мне Ларстен и попросил сблизиться, следить, доносить о каждом шаге. А как иначе объяснить записку «Не лезь! Забудь о взрыве!»? Хотелось бы, чтобы Фелиса опровергла мои слова, но она убежала на свою…

— Практика?! — охнула я и сорвалась с места.

Студенты словно специально вырастали у меня на пути. Они двигались мне навстречу, не позволяли ускориться, чтобы предотвратить ужасное.

Я ведь совершенно забыла о ней!

Все, стоит Дрейку зайти в портал — и он меня никогда не простит. Уже после первой недели в Крэйтоне, когда Фэлпс сделал много гадостей, я во что бы то ни стало пообещала отомстить ему. Для выполнения моих задумок обычно требуется много времени. А теперь, когда мы вроде бы сблизились…

— Демоны!

Я выбежала на улицу и поспешила на тренировочную площадку, откуда должны были отправлять ребят на Пограничье. Всех, кроме Фэлпса. Благодаря моим стараниям, давнему разговору с его друзьями, затем с его куратором и даже с деканом, соседу предстояло попасть в другое место.

— Нет… Нет, нет, нет, — ужаснулась я, едва обогнула главное здание академии и увидела Дрейка с дорожной сумкой, исчезнувшего в портале.

Он исчез. Фиолетовый овал прохода дрогнул и развеялся. Куратор Фэлпса пожал руку нэлду Милчу и направился в мою сторону. А я невидящим взором продолжала смотреть на место, где совсем недавно находился сосед. Не простит…

— Баллард, зайди в мой кабинет после занятий, — сказал преподаватель, проходя мимо.

Вот они, неприятности. Если произошло нечто поистине хорошее, то за ним обязательно последует что-то не менее плохое. Это закон вселенной!

Я достала планшет и собралась написать Дрейку, как получила сообщение от него: «Заповедник вларианов? Ты серьезно? Розалин, это ведь твоих рук дело?!» Сердце пропустило удар. Пальцы одеревенели. Нужно было ответить, оправдаться, попросить прощения. А когда на экране высветился входящий звонок, девайс чуть не выпал из рук.

По моей задумке, в глазах всех знакомых, друзей и близких Фэлпс должен был питать особую любовь к вларианам. Поэтому еще давно, когда только началась учеба в академии, я словно невзначай упоминала о его слабости к этим животным при каждом удобном случае. Потом настал черед следующего этапа.

На западе Таная располагался государственный заповедник. Там жили эти одаренные магией гориллы. Я отыскала информацию о них, нашла ту разновидность, которая управляла огнем, и написала небольшой доклад, выдав его за работу моего соседа. Папка с названием «Каким образом вызывают огонь вларианы» полтора месяца назад отправилась его куратору. Тот не принял ее во внимание. Поэтому я сама пошла к ректору и попросила о помощи, ведь в академии учился очень одаренный Дрейк Фэлпс, который с малых лет изучал вларианов, даже поступил на боевика, потому что восхитился одним из видов этих великолепных существ, способных прожигать дыру даже в огнестойких предметах, и было бы замечательно сделать на его день рождения подарок — исполнить давнюю мечту. То ли я убедительно говорила, то ли настроение у ректора в тот день было хорошим, ведь он не просто согласился, но и сам передал распоряжение, чтобы моего соседа отправили на практику в заповедник.

А сейчас я отклонила вызов, боясь услышать гневный голос соседа. Он вряд ли звонил с намерением пожелать доброго утра. Фэлпс мечтал попасть на Пограничье, чтобы не только отточить боевое мастерство, но и увидеть места, где постоянно пропадал его отец. Поэтому теперь оставалось лишь дождаться приезда соседа и выслушать возмущения по поводу моей выходки. А я ведь напрочь забыла о своей мести! Все было готово уже месяц назад.

— Не простит ведь, — зажмурилась я и, с трудом справившись со своими переживаниями, поторопилась на занятия.

День выдался на редкость отвратным!

Посещение кабинета куратора пролетело быстро и почти незаметно. Я рассказала об открытом портале, о выходе в лесу, коротком приключении. Милч выслушал объяснения и запретил впредь делать нечто подобное, ведь мне повезло, так как эксперимент мог закончиться плачевно.

А Фэлпс больше не звонил. Хотя я все равно из-за своей трусости не подняла бы трубку. К тому же лучше поговорить с глазу на глаз, попытаться объясниться в спокойной обстановке, чем слушать его гневный голос из динамика планшета и не иметь возможности вставить слово. Что же я наделала?!

Зато вечером, стоило оказаться дома, меня понесло в комнату Дрейка. Я упала на его кровать лицом вниз и долго не вставала. Казалось, сосед вот-вот придет, возмутится моим поведением и выгонит прочь. Но его не было. Практика продлится полторы недели. Целых полторы недели придется сидеть как на иголках и ждать приближающейся расплаты.

Я перевернулась на спину и потянулась к фотографиям, лежавшим на прикроватной тумбе. Каково же было мое удивление, когда на одной из них я обнаружила себя с отцом. Мы стояли возле гаража Фэлпсов в обнимку. Это был его последний приезд домой, после которого он больше не вернулся. Я провела пальцем по изображению папы.

— Что же я наделала?

Столько борьбы, ужимок, запретов, чтобы провести один прекрасный вечер, а затем вновь вернуться на прежнюю тропу. Я зажмурилась и покачала головой. Какой же нужно быть идиоткой, чтобы испортить… наши отношения? У меня вырвался смешок. У нас с Дрейком были самые настоящие отношения! Правда, продлились они крайне недолго.

Ничто не помогало отвлечься от грустных мыслей. Ни учеба, ни музыка, ни чтение книг, ни даже просмотр фильма. Я везде замечала вещи Фэлпса, хотела к ним прикоснуться, погладить их, поправить. А выброшенная утром самана так и вовсе уже стояла в моей кружке, наполненной водой.

— И надо было мстить? Кому я хуже сделала? Мафик, вот скажи.

Кот потерся о мои ноги, тихо мяукнул.

— Он не простит. Дрейку важна будущая работа, а я…

Я снова отправилась в его комнату. Последний раз побыть здесь, уловить запах, прикоснуться к рубашке, которая недавно была на мне.

— Как все исправить? — обратилась я уже к отцу на нашей с ним фотографии. — Как загладить вину? Позвонить? А если откажется слушать? Папочка, ну почему я у тебя выросла такой идиоткой? Эм… Не поняла.

Обувь! Она отличалась от той, которая стояла в выставочном зале на дне Памяти. И если по высоте берцы почти не отличалась, то шнуровка явно разнилась.

— Мафик, ты тоже это видишь?

Я подсунула ему под нос фотографию и ткнула пальцем в обувь отца, как если бы питомец на самом деле что-либо понимал. Кот не оценил. Он потоптался по моему животу и направился к столу Дрейка, где начал сбрасывать на пол ручку за ручкой.

— Определенно другая схема, — продолжила я удивляться и вскоре открыла шкаф Фэлпса, откуда достала фотографии.

На этих снимках рассмотреть шнуровку было сложно. Она мне не давала покоя. Из-за нее я на следующий день снова наведалась в библиотеку академии, а затем в городскую. Правда, удалось найти лишь один снимок, попавшийся на глаза последним. Он доказывал мою правоту. Фотография обгорелого тела в обмундировании. И берцы были завязаны совсем не так, как на снимке, найденном в комнате Дрейка.

Я взяла планшет и собралась поделиться находкой с подругой. Вот только Фелиса ею никогда не являлась. Племянница Ларстена лишь притворялась, чтобы рассказать потом нэлду Колвену обо всех моих немногочисленных приключениях. Пришлось положить девайс обратно в рюкзак.

Мне требовалось информация! Именно поэтому в пятницу вечером я отправилась в Заркуд, где перерыла все вещи отца. Казалось, он оставил нечто важное. И это что-то должно было с ног на голову перевернуть мое восприятие мира. Правда, пылившиеся в кладовой вещи разочаровали.

Меня переполняла энергия, желание действовать, пуститься на край света, лишь бы понять причину этой крохотной несостыковки. Но где найти ответы?

Возникла мысль поговорить с Ларстеном. Правда, они с Амандой уехали на юг Таная на целых три недели, так что добраться до него не удастся.

Одно было ясно — со смертью отца не все так просто, как казалось ранее. Я сейчас словно стояла одна в чистом поле. В какую сторону пойти? К кому обратиться за помощью? И зачем Фелиса отправила ту записку с предостережением?

Возможно, с ее приездом хоть что-нибудь прояснится. А пока лишь накапливались вопросы. И чтобы ответить хотя бы на один из них, я попросила у мамы денег и на автобусе поехала в столицу Таная, где сразу же отправилась в военный музей.

«Вот они!» — мелькнула мысль, стоило остановиться у экспонатов, некогда принадлежавших отцу.