Глава 13. Любой ценой

Паршиво было на сердце, в голове царил кавардак и даже хороший коньяк не помогал. Кохэку почему-то вспомнился бессменный ректор Цаде, и выражение его лица в тот день, когда он, вице-адмирал заявился в Академию. Он тогда едва сдержался, чтобы не разнести на протоны лядскую МВА, чтобы уж точно накрыть виновных. Сейчас тоже хотелось крушит и ломать, но… Девочка и так чувствует вину за собой, он просто не имеет права давить, высказывать хоть что-то, даже если аж трясет от желания отшлепать.

Или обнять покрепче.

Он не врал ей. Она поступила ровно так, как должна была. Ее вины в произошедшем не было, и уж тем более она не отвечает за состояние Тэкеши, раз уж с причинами даже лучшие его врачи не могут разобраться. Злиться стоило только на врага, на этих загадочных эйо. Впрочем, злость сама по себе ничего не решит, а месть… Месть будет, пока Чи с ним, он не отступится.

Отдав распоряжение на вывод «Вездесущего» из маскировки и быструю передислокацию в границах Тринадцатого Сектора, Кохэку поспешил в свою каюту. Говорить с Адмиралтейством лучше бы с самого защищенного канала. Да и привести себя в порядок не мешало бы. Как раз успеет принять душ и переодеться к тому времени, как они войдут в пространство Империи и будут готовы связаться через гиппер.

«Вездесущий» удрал из опасной зоны молниеносно, так что уже через полчаса на экране замелькал значок Адмиралтейства и посвежевший Кохэку поспешил занять место за малым аналитическим пультом в своей каюте.

— Высокого неба, адмирал, — по традиции поприветствовал младший, в силу давней дружбы отступая от строгого Устава.

— Доброго здравия, вице-адмирал Тэтсуя, — а вот тон Митсеру сильно отличался от привычного.

Их слушают. Или кто-то из Сената, или, чем предки не шутят, сам Император.

— Адмирал Архангел Митсеру Дейки Коджи Тору, разрешите доложить? — четко по-военному спросил Кохэку.

— Прошу излагать только ваши выводы, данные мы уже получили.

Быстро они, значит ждали и считывали прямо в Слиянии. Все совсем плохо, раз так давят.

— Если кратко, то противник, самоназвание «эйо» настроен крайне агрессивно и планирует массированную атаку на Великую Империю. Технологически превосходят нас на семь-восемь поколений, наверстать за краткий срок не сможем. Единственная надежда на малочисленность.

— Слабая надежда, — невесело покачал головой адмирал.

— Архангел Тору?

— Это скорее предчувствие, вице-адмирал, но очень паршивое. Что еще?

— Эйо нас изучали, не только «Вездесущий», но и в целом особенности нашей цивилизации. Их сильно интересует Чи, наше взаимодействие с ней. Модифицированный фрегат «Люсинду» они могли играючи уничтожить сразу, как тот попал в их пространство. Мы уверены, что его местоположение не было для них секретом с самого начала. Между тем, эйо позволили Архангелу Бешану и временно исполняющей обязанности старшего помощника курсанту Рассветной провести рекогносцировку местности и даже собрать некоторые данные о себе. Даже когда эйо все же атаковали, это было скорее похоже на тест, пробу на ответную реакцию.

— И между тем вы делаете вывод об агрессивности?

Экран раздвоился и на второй половине появилось изображение… Самого Безымянного, Вечного Императора. Золотая маска, инкрустированная самыми редки драгоценными камнями, строгий чаофу[1] черного цвета с золотой вышивкой по краю высокого ворота и широких манжет. Никто и никогда не видел лица Императора, но его голос… Его голос был знаком каждому в Великой Империи Древних. От него волоски на затылке вставали дыбом, а голова непроизвольно склонялась.

В этом голосе была ВЛАСТЬ.

Абсолютная.

— Мой Император! — подбородок уперт в грудь, а глаза опущены, только там должно приветствовать Первого среди Нэко.

— Вице-адмирал Тэтсуя, давайте оставим церемонии, сейчас не до них, — Безымянный любил поиграть в демократию, но подданные его всегда знали, что у этой игры тонкая грань.

— Да, мой Император, — Кохэку обратил свой взор на собеседников.

— Ну, так что, вице-адмирал, почему вы все же считаете, что эти эйо настроены агрессивно? Вы ведь сами сказали, что они не уничтожили фрегат, хотя могли бы.

— Мой Император, фрегат не представлял для них никакой угрозы, те толики информации, что удалось собрать «Люсинде» имели очень общий характер, но как только Клинья вышли из пространственных туннелей…

— А вы не думали, что сами спровоцировали эйо? — вопрос Императора звучал бы разумно, если бы не одно «но».

— У базы пиратов мы их не провоцировали, и не звали их на нашу территорию.

— У базы пиратов они тоже ответили ударом на удар, — жестко оборвал его Безымянный, а потом немного смягчил тон. — Вице-адмирал, поймите правильно, я вас ни в чем не обвиняю, но прошу взглянуть на ситуацию и под другим углом.

Кохэку замер. То, на что намекал Вечный… Предки, да из любых других уст это звучало бы крамолой, ересью, предательством, но разве можно назвать предателем Отца Нации?!

— Мой Император, первейшая задача Флота защищать границы Империи. Все наши действия были продиктованы Уставом и законами…

— Вы не слушаете меня, Тэтсуя, — вновь прервал его Император. — Вы пробуете разгадать чужака, но даже не пытаетесь встать на его место. Вы правы, эйо изучали нас, но напасть они решили только после того, как мы показали зубы.

Пауза, наступившая после этого, была тяжелой, как как красный карлик перед имплозией. Крамола или нет, но Император во многом был прав. Впрочем, что это меняло?

— Мой Император, наши попытки наладить связь оказались безуспешными. Если позволите, был ли какой-то прогресс в этом плане в других частях Галактики?

— Нет, вице-адмирал. Эйо молчат и не идут на контакт.

— Значит, у нас нет особого выбора, мой Император. Мы никогда не выступали с позиции слабых.

Подчинение подчинением, но правда от этого не изменится.

— Никогда, — кивнул Безымянный. — Возможно, именно в этом наша основная ошибка. Иногда полезно склонить голову и принять превосходство других.

Кохэку бросил взгляд на адмирала, но выражение старшего по званию ни о чем не говорило, Митсеру умел держать «каменное лицо» получше многих. За золотой маской Императора тоже было не разглядеть истинных намерений.

А значит, все это могло быть проверкой на вшивость.

— Мой повелитель, Дом Дракона склоняется только перед Императором, таково право, что мы заработали за тысячелетия верной службы, вы отказываете нам в нем?

О! Это было дерзко, так дерзко, что можно было лишиться головы и подвести семью под опалу. Еще одна долгая, тяжелая пауза, а потом в динамиках раздался веселый смех Императора:

— Я не ошибся в тебе, Кохэку, ты такой же, как и твой отец. Смеешь перечить даже Императору, если считаешь, что он не прав, — Вечный поддался вперед, понижая голос. — Это хорошо, это очень хорошо. Грядут тяжелые времена. Неважно, спровоцировали ли мы эйо или нет, но в одном ты прав — мы не склоняем голову перед чужаками. За нами Галактика, те, что приняли нашу руку, а значит мы в ответе за них. Какими бы не были первоначальные намеренья эйо, теперь они нам враги, до победы или до полного поражения. Сдачи быть не может. Слишком мы чужды друг другу.

Безымянный замолчал, взвешивая следующие слова:

— Возможно, мы проиграем эту войну. Даже наверняка, но в одной Вселенной нам не ужиться, Чи давно шепчет мне об этом. Понимаешь, о чем я?

— Да, мой Император.

Вечный кивнул, а потом продолжил:

— По данным, собранным другими группами, выходит, что атака произойдет сразу с нескольких флангов. Есть несколько потенциальных точек дислокации их сил, но, к сожалению, нам не удалось обнаружить все их «проекты». Та комбинация с планетой Ютака в Тринадцатом секторе была одной из немногих разгаданных. Кстати, сожалею о твоем брате, это большая потеря для Империи.

— Врачи пока не ставят на нем крест, — нахмурился Кохэку.

— И правильно делают. Хаос любит парадоксы. Все может кардинально измениться, но пока он вне игры.

Пришлось сцепить зубы, чтобы не ляпнуть лишнего, он и так превысил на сегодня норму дерзости, дальше злить Императора чревато, но за Тэкеши было обидно.

— Та человеческая девочка, Кэтсуми, кажется?

Предки, только не это! Внимание Императора для мелкой блондинки могло обернуться большими проблемами.

— Да, мой Император.

— Она проявила себя. Ее смелость и самоотверженность достойны похвалы. На ней Благословение Трона.

«Твою…» — ругаться хотелось в стиле Бешана, матом, со вкусом и полной самоотдачей. Вроде бы раздельные мысли, но подтекст Кохэку прочитал с легкостью — если Чи не вернется к Тэкеши в ближайшее время, Император разорвет помолвку. Слишком ценна девочка для Империи, чтобы отдавать ее лишенцу. Даже думать не хочется, кого подберет ей помешанный на сильных генах Безымянный.

— И еще. Слышал, что твоя невеста нарушила условия брачного договора?

Сердце Кохэку замерло. Неужели? Думать об этом было и гадко, и болезненно сладко, но следующие слова Императора разбили надежды.

— Это даже к лучшему. За Айкорией должок, а ты теперь свободен. Асуры предлагают союзный договор, а Дзайн готовы подписать мир на все время военного положения. Империя может стать сильной и единой, как никогда. Ты же не откажешься поспособствовать этому?

Риторический вопрос. Поднявшая было голову надежда тут же завяла, уступая место холодному спокойствию. У него нет права на чувства, он всегда это знал.

— Да, мой Император, готов служить Империи, так как будет нужно.

— Не сомневаюсь, не сомневаюсь, мой друг.

«Мой друг» — его только что потрепали по голове, показывая, что довольны послушанием и благоразумием. Дракон на привязи, дракон на страже Империи. Все, как всегда.

— Возвращаясь к эйо. Адмирал, вам слово.

Митсеру кивнул, Император сказал, все что хотел. Донес свою мысль, как нельзя более точно. 152e1bc

— Судя по расчетам Открывающих-новое-старое, на твою позицию выйдет часть их атакующего флота, — адмирал выдавал информацию сухо, четко. — Мы видели данные, они неутешительные. Тактики считают, что эйо попробуют смести нас одним ударом, мы не можем этого допустить. Нам нужно время, чтобы консолидировать позиции и договориться с асурами и Дзайн. Вместе у нас появится хоть какой-то шанс. Твоя задача, а также задача еще четырех формирований, отправленных на границы Империи не допустить разгромного поражения, приостановить экспансию, дать нам нужное время. К сожалению, не могу выделить тебе мощную поддержку, слишком много неопределенности с их возможными плацдармами, поэтому направил к тебе часть Третьего Флота Атаки, два дредноута и четыре линкора, не считая сопровождающей мелочи. Понимаю, что мало, но, увы.

Адмирал виновата пожал плечами и вопросительно взглянул на Кохэку. Не дождавшись никакой реплики, хмыкнул:

— Ну хорошо. Отправлю к тебе и «Кочующего».

— Вы пошлете на войну детей? — все же не выдержал Тэтсуя.

— Эти дети уже видели бой и горят желанием поквитаться с врагом. Кто откажет им в праве мести?

Пришлось подавить тяжелый вздох. К сожалению, Митсеру был прав, как всегда. Он сам взял на «Вездесущий» курсантов второго года, так почему лучшие из лучших МВА не могут выполнить свой долг и защитить Империю?

В бой идут все. Победа нужна любой ценой.

[1] Чаофу — повседневная одежда высших аристократов нэко.