Глава 14. Напряжение

Никакая гиперсвязь не сравнится по скорости с распространением слухов, особенно если они содержат «строжайший секрет». Новость о том, что Империя вступает в войну с загадочными эйо облетела «Вездесущий» мгновенно. Бешан только покачал головой, когда к нему в каюту ворвалось сразу два смерча — один рыжий, второй блондинистый.

— Вик, это правда?! — разноцветные глаза смотрели немного испуганно, но и плескалось в них нечто, сродни азарту.

После возвращения из их нечаянной миссии они с драгоценной еще не говорили. Его задрали с докладами и рапортами, а она… Эйни нужно было разобраться в себе, в новом статусе. С сестрой, опять же, нужно было поговорить. Сильфида поморщилась, о том сеансе связи даже вспоминать не хотелось, Алейра была довольно категорична в своих высказываниях, но хоть до ругани не опустилась, что уже радовало. По всему получалось, что теперь Айкории придется откупаться от Империи самой наследной принцессой, а это была уже совсем другая игра. О чем в резких, но очень справедливых фразах ей и поведала старшая сестра.

Впрочем, даже строгий выговор и туманные перспективы не могли полностью заглушить радостный голосок — она ему небезразлична, совсем небезразлична. От видений о ее первом разе становилось жарко, а внизу живота щекотало и тянуло. О да, ей хотелось повторения, но как об этом сказать, если даже увидеться не получалось?!

— Рассветная, страх потеряла?! — притворно строго спросил Бешан, все же впуская двух егоз в личные покои.

— Никак нет, куратор Бешан, просто переволновалась, — Эйни кокетливо улыбнулась, от чего мужчина поперхнулся следующей фразой.

У Кэт невольно сжалось сердце. Видеть такие яркие эмоции у других было немного больно. Конечно, она рада за подругу, но ее Ши…

Словно прочитав ее мысли, куратор повернулся к ней:

— Как там младший Тэтсуя?

Кэт неопределенно пожала плечами:

— Все также. Насколько я знаю.

— Вы что не видитесь? — озадаченно нахмурился Виктор.

— Он меня избегает, — немного помедлив ответила девушка.

— Ясно. Я поговорю с ним.

Оглядев девчонок еще раз, Бешан поморщился, но все же махнул рукой:

— Раз вы и так в курсе, то соберите группу в малой лекционной. У нас есть задание. Боевое.

Волшебные слова возымели мгновенное действие, кадеты заспешили на выход, Эйни немного замешкалась, а вот Кэт уже принялась рассылать сообщения по списку сокурсников, и это навело куратора на мысль.

— Бредовая идея! — воскликнула Макото спустя полчаса, когда они собрались в малой лекционной.

— Совсем со звезды рухнула?! — гаркнул Бешан.

— Но куратор, какой из меня Ведущий?!

— Будет никакой, если еще раз вякнешь, не подумав! — Вик тяжело взглянул. — Все понимаю, в шоке, не ожидала такой чести, но держи себя в руках.

— Но я не могу быть Острием! Это место Тэкеши!

— Тэкеши летать не может. Пока, — добавил куратор. — Его место кто-то должен занять. Лучше всего подойдешь ты, на этом отставить разговор. Макото, это не пожелание, это приказ.

Кэт поджала пухлые губы, явно удерживая рвущиеся наружу возражения. Переглянулась с Риотой и Тоши, но не углядела на их лицах готовности поддержать ее возмущение. Приказ есть приказ, какой бы Двинутой она не была, но границы дозволенного хорошо знала. Регулярно пробовала их на прочность, но без сверхнаглости. Так, чуть-чуть. Как сам Тэкеши и учил…

Ши…

— Макото, не слышу?

— Так точно, товарищ куратор! — последнее слово мелкая оставила за собой, выполняя так достающее Бешана «пионерское приветствие».

Впрочем, Вик даже не отреагировал, его мысли занимали другие вопросы. И главным из них была Рассветная. Да, блок сильфиды вроде как уничтожен, но летная практика Эйнары была крайне удручающая. Для полноценных полетов на «Соколе» ей еще тренироваться и тренироваться, а на это нет времени. От слова «совсем».

Но и оставлять ее на «Вездесущем», когда можно…

— Кадет Рассветная, летишь со мной. В настройках Люси ты все еще старпом, да и сработались мы неплохо.

И плевать было Вику на некоторые косые взгляды. Нет, в них не было призрения или чего-то еще сильно негативного, только эдакое ехидное понимание, с легкой ноткой зависти.

Кажется, эта тайна тоже тайной больше не была. Вик взглянул на Эйни, но у той «включилась» защитная маска в виде безмятежной улыбки и рассеянного взгляда.

— Так точно, куратор Бешан, — почти мурлыкнула зараза, специально провоцируя волну смешков.

Нестерпимо захотелось отшлепать негодницу, но это успеется. На Люси будет время.

— Миссия хоть и боевая, но столкновение с врагом не предвидится, — начал он инструктаж. — Наше дело разведка, как обычно. Мы должны обыскать местную систему на наличие удобных мест для ведения боя с превосходящим противником.

«Превосходящий противник» — эти два слова заморозили все смешки, прошлись ледяной волной по курсантам, заставляя многих поежиться. Настроение из игривого как-то сразу стало мрачно-настороженным. Виктор удовлетворенно кивнул, шутки шутками, пар тоже нужно спускать, но, когда доходит до дела, его группа умеет собраться.

— Я не буду скрывать, положение наше не самое хорошее. С разведданными добытыми Люси вы уже ознакомились. Вице-адмирал распорядился ничего не скрывать. Вы все видели, с чем на предстоит столкнуться, поэтому нет никаких сомнений в том, что бой будет тяжелым. Наша задача отыскать хоть что-то, что даст нам толику преимущества. Скопления астероидов, гравитационные аномалии у планет, скрытые пространственные карманы — все это сейчас особенно ценно и позволит разработать план обороны.

Бешан оглядел притихших ребят:

— Не нужно кислых мин, сильный противник — это не беда. Сильный противник — это удача и радость для настоящего бойца. Мы справимся, я вам обещаю. Обязательно справимся, если будем работать вместе и с полной отдачей.

Беглые касания на панели и коммуникаторы курсантов запищали:

— Вылет завтра в семь сотен. Полетный план вам выслан. За пятнадцать минут до вылета жду на построение. Всем все ясно?!

— Ай-ай, куратор Бешан!

Виктор довольно кивнул. Порой боевой настрой стоит гораздо дороже, чем все технические ухищрения и тактика. Бой выигрывают смелые, у значит у них все же есть шанс.

Свой шанс он точно не упустит. Построение, последние команды и курсанты разбежались по своим биомехам, а Виктор, поманив за собой Эйни, направился к фрегату.

— Мы опять одни? — удивленно спросила сильфида, стоило им ступить на мостик.

— Тебя что-то смущает? — вздернул бровь Вик. — Мне казалось, что мы неплохо сработались, старпом.

Наверное, нужно было смутиться, может быть даже покраснеть, но почему-то, вместо этого Эйнара весело улыбнулась, и развернула к себе второе кресло у главного пульта управления.

— Так-то лучше, старпом. Команда на вылет.

— Команду на вылет подтверждаю, — тонкие пальцы запорхали по кнопкам. — Выходим первыми.

— Выполнять.

«Люсинда» едва заметно вздрогнула, отрываясь от поверхности дока и медленно поплыла к мерцающему защитным полем зеву дока. Миг перепада гравитации, пока подстраивались компенсаторы и они уже в открытом космосе.

— Курс на квадрат четыре четыре девять, — скомандовал Вик.

— Виктор… мы можем немного скорректировать курс? Четыре три девять — разноцветные глаза сверкнули мольбой. — Чи… у меня предчувствие.

— Блок так и не вернулся? — Бешан озабоченно вскинулся, но потом углядев что-то в выражении лица сильфиды, медленно кивнул. — Подтверждаю курс.

Воздушница благодарно улыбнулась и быстро ввела изменения, заодно оповещая и других участников вылета. Наблюдать за Эйнарой было настоящим удовольствием. Девушка, которая терялась в «Соколе» прекрасно чувствовала себя за пультом целого фрегата. «Каждому свое» — подумалось Вику. «Его» сидело рядом.

— Эйни, нам нужно поговорить, — твердо сказал он.

— Сейчас? — удивилась рыжая.

— До точки назначения около получаса, успеем обсудить важное.

Обсуждать «важное» совсем не хотелось, но Эйни понимала, что другого выхода нет. И дело даже не в их отношениях, в какой-то мере это вторично, даже если для нее архиважно.

Дело в причине.

— Что дальше? — задал он неожиданный вопрос.

— Ты о чем?

— Между нами было нечто, что обычными словами не описать. Я не стесняюсь говорить о сексе, могу точно сказать, что это был мой лучший опыт, но именно поэтому я понимаю, что это был не совсем секс. Даже, скорее, совсем не секс.

Фирменный тяжелый взгляд:

— И ты все знала, — в голосе проскользнула обида, но так было даже лучше.

Честнее.

— Вик, ты же понимаешь, что таковы…

— Мне не нужны оправдания, Эйни, — Бешан развернул пилотское кресло к себе, и сел на корточки между ее раздвинутых ног.

Поза очень даже двусмысленная, и оба это прекрасно осознавали.

— Ты решил так на меня надавить?

— Если я решу надавить, то сделаю вот так, — Вик провел ладонью до бездны близко от самого сокровенного. — Пока же я тебе просто напоминаю, что мы с тобой не просто знакомые. Не просто куратор и подопечная. Чи объединила нас, так что, думаю, что-то ты мне все же можешь рассказать.

Тонкий пальчик лег на уродливый шрам:

— Могу. Да, наверное, могу. Что ты хочешь узнать?

— Твой блок — это следствие твоих ведений?

— Да, они сводили меня с ума и Мать решила оградить мой разум.

— Перестаралась или мне кажется?

— Есть маленько, — робкая улыбка. — Но в какой-то мере я сама этого хотела. Видения… они пугали. Нет, не то слово. Из-за них я не могла спать, есть, думать. С каждым днем я все сильнее теряла связь с реальностью, растворялась в будущем, которое никак нельзя было допустить. Блок, даже тай чрезмерный, принес облегчение.

— А теперь? Теперь, когда его нет, видения вернулись? — это был вопрос, ответ на который страшил больше всего.

— Да, — уверенный кивок, — но теперь они потеряли надо мной власть. Они больше не туманят взор, я могу воспринимать их спокойно. Ну, почти спокойно.

Еще одна робкая улыбка и пальчик касается твердых губ:

— Теперь в этих видения всегда есть ты. Ты мой стержень, моя опора и щит. Когда ты рядом, никакие катастрофы грядущего не могут меня напугать. Ты вселяешь в меня уверенность, надежду на то, что все еще можно исправить.

— Как? Разве мы не перешагнули черту? Разве война не неизбежна?

— Неизбежна, — грустно прошептала воздушница и рука соскользнула на плечо. — Потери будут колоссальные, но все еще есть вероятность, что Империя не рухнет, что захватчиков удастся отбросить.

— Что для этого нужно?

— Не знаю… Виктор, я бреду почти вслепую, и только после того, как шаг сделан, я понимаю его последствия. И то не все, а только на узком горизонте. Поэтому не спрашивай меня, что делать…

— … а делай, что должно, — мужчина кивнул, поднимаясь. — Я понял тебя, драгоценная. Пока Чи ведет нас мы на верном пути. Люси, сколько до позиции?

— Три минуты, Виктор.

— Разворачивай сеть.

Пусть их разговор получился не совсем таким, как хотелось, но кое-что Вик для себя уяснил. Его сильфида была столь же сильна, как и он. Возможно, ее воля была даже тверже, не уверен он был в том, что смог бы год за годом жить в плену кошмаров и не сойти с ума. Эйни не сошла, более того, осталось чистой, светлой девочкой, искренне верящей в добро, любовь и прочие пушистости. Его задача эту веру защитить, быть той самой опорой, верным щитом.

— Куратор! Мы тут кое-что обнаружили! — пришло по связи со стороны Двинутой Кэт.

— Даже не сомневаюсь, — Виктор покосился на нервно выдохнувшую сильфиду. — Говори, что там у вас?

— Гравитационная аномалия, не черная дыра, но нечто близкое по массе. Больше всего похоже на карликовую звезду в последней фазе, но диаметр слишком мал, да и эмиссии почти нет. Опа!

Вот это «опа» могло довести кого угодно до инфаркта, но на этот раз в нем не было тревоги, а только злое предвкушение.

— Куратор Бешан, кажется, мы нашли, чем закормить «Клопов» до смерти.

Секунда недоумения сменилась пониманием, и следующая реплика Динара подтвердила догадку:

— Куратор Бешан, вы же помните бой у пиратской базы, и как именно удалось уничтожить «Клопа»? Наши заряды слишком слабы для них, их щиты только сильнее насыщаются, поглощая удары наших малых и средних калибров. А вот единовременный залп из всех орудий «Кочующего» довел насыщение их системы до сверхкритической. Предполагаю, что подобный трюк можно проделать и с материнским кораблем. Дадим им столько энергии, сколько они не смогут переварить.

— Динар, что вы обнаружили? — спросил Виктор и затаил дыхание, ожидая ответа.

— Темную материю. Целую планету, состоящую из темной материи.

Оцепенение, шок, а потом потрясенный взгляд на Эйнару:

— Теперь я понимаю, почему Император не стал ссориться с Айкорией…