Глава 5. Как все начиналось
Более года назад
В том, что ушлый нэко подкинул ему подлянку, Виктор догадался сразу, но полностью размеры космической задницы осознал лишь получив досье на каждого из членов группы, которую ему предстояло курировать. Ему, Архангелу, курировать желторотиков, которых даже Летящими еще не назовешь!
Впрочем, Акайо, декан Ведущих-в-бой умел находить весомые аргументы. Очень весомые. Бешана он подкупил таинственным флером дурацких совпадений, окруживших группу первокурсников.
Начать с того, что такой группы просто не могло быть в МВА. Никогда, НИКОГДА в одну команду не попытались бы объединить сильфид, нагов, нэко из Военных, из Служащих, и, черт возьми, человека. Малявки, которая даже Инициации толком не прошла! Между тем, кто-то закинул всех этих несовместимых разумных в одну кучу, для прохождения стандартного тестирования.
Вот только нестандартным оказалось все. Мало того, что среди представителей касты Военных обнаружился сын Советника при Троне Императора[1], так и от сильфид приперлась, ни много ни мало, а целая принцесса, пусть и ненаследная! У Вика голова заболела сразу, как только он прочитал краткую характеристику юной воздушницы. Выпить он решил после того, как ознакомился с досье на Гордееву[2] и с ее «подвигами» на тестовой планете.
Самые паршивые предположения подтвердились еще на «Когноссе», где Акайо сперва дал ему просмотреть запись «задушевных бесед» с главными участниками звездеца на тестовой планете, а потом и лично переговорить с наиболее отличившимися.
А дальше понеслось.
Стоило копнуть чуть глубже, и произошедшее на тестовой планете становилось совсем не таким однозначным. Когда спустя пару недель последовал «несчастный случай», а еще через пару месяцев, и вовсе, саботаж и покушение, картина начала обретать зловещие краски. В самой Империи тоже было отнюдь не ясно и безоблачно: странные смерти некоторых Служащих, пираты совсем обнаглели, в наглую атакуя форпосты и колонии, а с дальними звездными системами то и дело пропадала связь. Иногда насовсем.
Пахло масштабной игрой, где непонятны были ни ставки, ни основные игроки.
Вик вел свою часть расследования изнутри, как и поручил ему Акайо, но ничего толкового узнать не получилось. До самого последнего момента не удавалось узнать таинственного «доброжелателя», повлиявшего на состав групп на экзамене, как и того, кто сбил настройки тренажерного комплекса, а потом и одного из «Соколов». Все вскрылось случайно, когда Вик вытурил из группы очередного отстающего. С уходом этого Служащего все затихло, а ищейки, наконец, смогли взять след и привел он их совсем не туда, куда ожидалось.
И вот тут произошел первый просчет Ведущих-в-бой — стратегов, мать их за шлюз. Они посчитали этот факт не столь значительным, снизили приоритет, обрадовавшись обнаружению базы пиратов. Командование, уверенное в своих выводах и непогрешимости, сосредоточилось на явной угрозе, решив, что после уничтожения базы можно будет заняться и прочей возней вокруг наследников старших семей.
Вторым просчетом была сама операция у базы пиратов. Не сложили Ведущие-в-бой два и два, не провели нужные параллели, не вплели в узор данные с дальних станций разведки (как и отсутствие ответа от некоторых из них). Ценой их просчета стала смерть почти трети молодняка МВА. Настоящая трагедия, практически преступление, за которое никто толком не понес наказания.
Тот бой у базы навсегда останется в памяти Бешана, но не только по причине практически провала и чудесного спасения, благодаря действиям одной, двинутой на всю голову, блондинки, но и потому, что именно в тот день Вик осознал всю глубину собственного провала, как куратора, как наставника.
Он так часто отмахивался от пронизывающего душу взгляда разноцветных глаз, что совсем упустил из виду состояние юной сильфиды. Свалив ее тренировки на старого знакомого, он решил, что этого будет достаточно. Видите-ли, ему некомфортно рядом с рыжей, она его смущает! Мудак седовласый… Подвел девчонку, поставил в безвыходное положение и сам был вынужден из него выруливать.
Косо и криво.
Взял с собой на борт «Люсинды», потому что нигде больше ей не было места, но и на его фрегате она была скорее пассажиром, чем полноценным членом команды. И вот это было уже совсем плохо.
После того, как их всех перевели на «Вездесущий», флагман Третьего Флота Атаки под командованием вице-адмирала Кохэку Тэтсуя, Вик на полном серьезе решил взяться за сильфиду, вот только…
— Куратор Бешан, Вам придется объяснить мне все еще раз, — и чистый взгляд разноцветных глаз.
И сначала он верил. Заново выкладывал теорию, повторяя порядком надоевшие постулаты из правил работы с Чи. Рассветная глубокомысленно кивала, честно все записывала и также же честно делала вид, что всецело поглощена их индивидуальными занятиями. При этом с практикой все также был полный швах. Где-то на четвертой попытке до Бешана все же дошло, что дело вовсе не в теории, Эйнара знала ее на отлично, да и в практике владения Чи могла бы дать ему изрядную фору. Блок оказался намного серьезней, чем Вик думал, а самое гадское, по какой-то причине сильфа не желала его снимать, водя за нос его недоумудренную сединой голову.
В тот день Бешан в первый раз позволил себе наорать на девчонку.
— Рассветная! Какого болта ржавого?! Ты издеваешься?!
Вина на секунду промелькнула в лядских глазищах, а потом спряталась за упрямством и показушной женственностью. Жеманностью даже.
— Куратор, разве я могу?
Пожалуй, этот бездарный закос под малолетнюю дурочку бесил его больше всего.
— Рассветная, хватит придуриваться! Не строй тут из себя обиженного ребенка, я же вижу!
— Что вы видите, куратор Бешан? — и хлоп-хлоп ресничками.
— Что ты все прекрасно знаешь! Только даже не пытаешься толком!
— Куратор Бешан, вы не понимаете…
— Понимаю! Понимаю, что ты в самый последний момент отпускаешь контроль, уходишь от нормального Слияния, изображая тут непонятно что!
— Я не изображаю… — в голосе воздушницы послышались слезы, но заведенный куратор их проигнорировал.
— Не знаю, что за тараканы устраивают разборки в твоей голове, но тебе нужно от них избавиться, если ты хочешь, по-настоящему хочешь стать Летящей-во-тьме.
Бешан тогда ушел, так и не дослушав объяснений Эйнары, не увидев, как девчонка после его отповеди съежилась, сжалась в комок несчастья, и не услышал душераздирающий всхлип, способный растопить сердце даже такого военного сапога, коим он себя по праву считал.
Все же что-то он ощутил, так как ночью ему не давала спать совесть, активно подпитываемая чувством вины. Взъелся на мелкую, хотя должен был бы помнить, что ментальный блок на то и ментальный — так просто его не снять. С твердой решимостью все исправить он явился на следующий день на уже традиционную тренировку. Вопреки обыкновению, Эйнара была не в летном комбинезоне, а в обычной повседневке.
Сперва Вик не предал этому должного значения.
— Рассветная, насчет вчерашнего… — начал было куратор, но был прерван.
— Куратор Бешан, вы правы, я плохо стараюсь, — девчонка послушно кивнула. — Я долго думала над вашими словами и поняла, что…
Мужчина нахмурился уже понимая, что сказанное ему не понравится, и Эйни оправдала самые мрачные ожидания:
— … Что вы мне не подходите в качестве наставника.
Вот этого он точно не хотел, слова рыжей задели в его душе нечто такое, о существовании чего он толком и не знал. Гордость? Да, безусловно, но кроме гонора болезненно дернуло еще что-то. Она отменяет занятия с ним? Отказывается от его помощи?
— На каком основании вы сделали такой вывод, кадет Рассветная? — официальный тон был его обычно маской, за которой пряталась задетые чувства.
— Куратор Бешан, мне кажется, это очевидно. Вы относитесь ко мне предвзято.
Вик аж поперхнулся воздухом. Он к ней предвзято?! За кой сингулярностью?!
— Рассветная, а ты, часом, ничего не попутала?
— Нет, куратор Бешан. Вы на меня даже орете не так, как на других.
— Я?! Да ты…
Слов не находилось, совершенно. Хотелось… хотелось отшлепать наглую рыжую! Вот так вот взять, перекинуть через колено и хорошенько отходить по ладной попке. Он к ней предвзято?! Да он само терпение и эталон адекватности! Она тут своими глазищами сверкает, душу из него вынимает, а он еще и крайний?! Обвинения Эйнары задели его намного больше, чем следовало бы, он это прекрасно понимал, но все же повелся. В очередной раз повелся.
— И на кого же ты решила меня променять?
Фраза вылетела прежде, чем Вик смог осознать всю ее неоднозначность. Звучало как реплика в дешевой мелодраме, а не речь военного, серьезного мужика. Хотелось самому себе прописать конкретный пинок, чтобы мозги из задницы в башку вернулись, но вместо этого глупый язык молол дальше:
— Рассветная, если ты возомнила, что кто-то может быть лучше меня… Кхм…
«Ёперный космос, что я несу», — мысль была верная, но несколько запоздалая.
— Куратор Бешан, Вы великолепны… — мелкая запнулась, поняв, что и сама говорит что-то не то.
А потом сделала то, что окончательно перевело происходящее в категорию «дурдом». Рыжая сделала несколько порывистых шагов, и не раздумывая, впилась поцелуем в губы опешившего мужчины. Идиотизм ситуации вышел на новый уровень, когда Вик осознал, что стоит ледяным истуканом, пока красивая и молодая девчонка целует его. Но замер он вовсе не от нерешительности, а от того, что внезапно понял.
Если он ответит на смелый поцелуй, то закончится все очень однозначно.
Жадными руками под кителем.
Распущенной гривой рыжих волос.
Влажными простынями.
Тяжелыми вздохами и томными всхлипами.
Именно в этот день Вик понял, что оказался совсем не таким стойким и непоКОБЕлимым, как ему хотелось думать. Рыжая сумела заползти ему под кожу, устроиться там зудящим комочком, который и хочется, и колется, и Устав не велит.
Еще секунду, всего секунду, и он бы не выдержал, сдался под напором неопытного огня и собственных желаний, но порыв Эйнары оказался слишком недолговечным. Смущенная девушка отпрянула, пряча глаза, уверенная в том, что мужчина ее высмеет.
— Простите… — тихо прошептали алеющие губы.
А Бешан и сам не знал — смеяться ему или ругаться. Малышка сбивала его с курса, вносила суматоху и непонятку в его, вполне себе предсказуемую, жизнь. Сражения не считаются, там как раз все ясно и очень даже обыденно, а вот такие ситуации…
— Эйнара…
— Куратор Бешан, я, пожалуй, пойду.
— Куда?! — он едва сдержался, чтобы не дернуть ее за руку.
— К себе. Мне надо…
— Что?
Девушка подняла на него свой невозможный разноцветный взгляд, прикусила губу, пытаясь сформулировать ответ, а потом махнула головой:
— Учить. Мне надо учить.
Ответ был правильным на все сто процентов, но от этого легче не было ни на дюйм. Впрочем, Вик ничего не успел возразить, рыжая резко развернулась и буквально побежала к выходу из дока, оставив его в полном раздрае.
Несмотря на произошедшее, девушка явилась на следующее занятие, словно все было как прежде. Вик тоже сделал вид, что ничего не изменилось, вот только…
Вот только теперь он сам ловил ее взгляды, сам невзначай касался, каждый раз заново поражаясь искрам, что поджигали кожу и плавили позвоночник. Ночи вместо заслуженного отдыха приносили будоражащие сны, а дни… Дни были наполнены хождением по грани.
Спустя несколько недель Бешан наконец-то определился, твердо решил, что дальше так продолжаться не может. Зачем эти безумные танцы, если их желания совпадают? Сегодня, сегодня он сделает тот шаг, который она так от него ждет.
Помолвка Тэкеши и Кэт не была чем-то внезапным. После всего, что между ними было, иного не стоило и ожидать. И все же у этой вечеринки был легкий флер спешки, попытки успеть… все и сразу, пожалуй. Куда торопился Тэкеши? Ну это как раз Вику было очень даже понятно, мелкая блондинка оказалась чрезвычайно ценным призом, по всем фронтам: красивая, чистая, открытая в своих порывах и чувствах, необычайно сильная, как симбионт, смелая и отчаянно честная. Смесь, мимо которой не смог бы пройти ни один уважающий себя нэко, и плевать на то, что Кэт всего лишь человек. Но вот куда лезла сама Макото?! Очень хотелось встряхнуть ее, дать подзатыльник и с высоты своего опыта предостеречь от поспешных решений.
Впрочем… Тэкеши, действительно, был по самые острые уши влюблен в свою избранницу, а значит, все не так уж и плохо. Даже если за спиной младшего Тэтсуя стоял грозный брат, вице-адмирал, ужас асуров и дзайн — Кохэку.
Вик уважал молодого нэко с совсем не юношеским взором. Бешану довелось поучаствовать в нескольких боях под командованием старшего сына Тэтсуя, и одно он уяснил точно — Кохэку был, что называется, древней закалки. Прямой, честный, жесткий, во многом жестокий, но все же до зубовного скрежета справедливый. Истинный аристократ, идеальный представитель своего семейства, да и всего Военного сословия в целом.
Однако, этот вечер был все же посвящен не ему.
— Кэт, ты шикарно выглядишь!
Традиционное красное ципао[3], действительно, на удивление подходило мелкой человечке. Богатая золотая вышивка чудесно гармонировала с солнечным блеском волос Кэтсуми, а тонкие пальчики казались ещё нежнее в фамильных Чжидзятао[4]. Только буяо[5] в сложной прическе доставляла некоторое неудобство своей тяжестью и постоянным перезвоном, но приходилось терпеть. Именно эта вычурная шпилька с крупными рубинами была знаковой — подарок жениха на помолвку, символ ее вхождения в семью Тэтсуя.
Как будто ей мало знаков у левого виска…
— Это несправедливо! — качнула головой девушка, от чего буяо опять звонко тренькнуло, — чувствую себя статуэткой, закованной в слои шелка, а этот гад в кителе! Красивом, удобном кителе! Почему так?!
— Он Военный, — рассудительно отметила Эйни, составляющая ей компанию на центральном подиуме в большом офицерском зале.
Да, на «Вездесущем» нашлось вполне подходящее помещение, все же дредноут был предназначен в том числе и для высшей аристократии, а значит такое событие, как помолвка, вполне могло иметь место, тем более, что по давним обычаям у капитана любого космического судна было священное право скреплять помолвки и брачные союзы разумных.
— А я кто?! — злым шепотом возмутилась Кэт.
— Сейчас ты изображаешь аристократку нэко, — блондинка была уверена, что в голосе сильфиды проскользнули смешинки.
— Судя по всему, не очень хорошо, — тяжело вздохнула девушка.
— С чего ты взяла?
— Смотри, как наш вице-адмирал хмурится.
На этот комментарий Эйни ничего не ответила, ее и так глодало предчувствие чего-то не очень хорошего. Вроде как не совсем опасность, но что-то явно неприятное должно было случиться. Связанное как раз со старшим Тэтсуя.
— Потерпи еще немного, скоро торжественная часть, Смотрины, подойдет к концу, — посоветовала воздушница. — Тогда и с подиума можно будет сойти…
— Поскорее бы, а то ноги уже затекли.
Эйни покачала головой:
— Стой ровнее, ты должна выглядеть безупречно.
— Еще скажи — не позорить семью.
— И не позорить семью, — подтвердила рыжая, — у тебя и так хватает недоброжелателей.
Блондинка еще раз вздохнула, буяо отозвалось на этот раз едва слышно. Кэт прекрасно понимала, что имеет в виду подруга. Немногие были рады видеть ее в роли невесты второго сына Военного Советника Императора. Если уж совсем честно, то никто не был рад. Даже она сама.
Тем более, когда едва окрепшие чувства столкнулись с таким непростым испытанием, как церемониал аристократии нэко.
— Ничего, скоро и тебя ждёт нечто подобное, — немного мстительно отметила Кэт.
— С чего ты взяла? — насторожилась сильфида.
Эйни совсем не хотелось, чтобы о ее тайне узнал кто-то ещё, а тем более неприступный куратор, стоящий невдалеке. Он и так, то и дело поглядывал на подиум, вроде как присматривал за своими «желторотиками», но в его глазах читалось и еще что-то. Что-то такое, что заставляло щекотливые мурашки совершать отчаянные марши вверх и вниз по спине. Сильфида понимала, читала этот взгляд и спугнуть проклюнувшуюся надежду было очень страшно. Вроде бы ему не должно быть слышно, с такого расстояния только нэко могли бы уловить детали беседы, но кто его знает? Все же Архангел.
— Кэт, я не понимаю, о чем ты, — Эйни попыталась тоном намекнуть на то, что продолжать эту тему не стоит, но подруга не уловила подтекст.
— Ну как же, Тэкеши мне все рассказал, — улыбнулась Кэт, — и я безумно этому рада. Он знал, что я нервничаю, что мне жутко от свалившихся на мою голову «перспектив», вот и решил подбодрить. Сказал, что скоро мы станем сёстрами! Ну почти…
— Кэт… — попыталась остановить ее воздушница, заметив, что Бешан повернул голову в их сторону, но блондинка опять ничего не заметила.
— Разве ты не рада? Конечно, Кохэку тот ещё сухарь и зануда, но Ши говорит, что ты давно дала согласие, что все по твоей воле, значит что-то такое ты в нем нашла.
Это был фиаско.
По окаменевшему лицу Вика Эйни тут же поняла, что он все слышал. Бокал в его руках звякнул, а потом рассыпался осколками от силы ярости, что сковала пальцы. Впервые Бешан не справился, не совладал со своими эмоциями, спасовал перед ошеломительным валом боли и разочарования.
«Такая же как все», — мысль промелькнула, обдав горечью полыни.
Удар под дых. Почти нокаут.
Спасая остатки своего достоинства, на последних каплях выдержки Вик поклонился собеседнику и чеканя шаг направился к выходу из зала.
Эйни ничего не могла сделать. Совсем ничего. Ни броситься следом за своим невыносимым гордецом, ни даже дать подзатыльник так не вовремя взболтнувшей лишнее подруге. Впрочем, разве Кэт виновата? Это она сама слишком запуталась в собственных тайнах, страхах и «коварных планах». Сингулярность! Все, что она ни делала лишь ближе подводило к самому краю.
Права была Алейра, сто раз права!
С трудом дождавшись окончания церемонной части, Эйни бросилась на поиски своего куратора. Интуиция вела ее по коридорам «Вездесущего», хоть сердце и подсказывало, что ничего путного из их разговора не может получиться.
Вик хорошо спрятался. Нет, он не пошел в свою каюту, не уединился на одной из смотровых площадок. Оставаться в одиночестве не хотелось, горечь проест его душу до костей, но и в толпе офицерского зала ему тоже не было места. Поэтому он направился туда, где обычно ощущал себя лучше всего.
К Центральному резервуару. Созерцание почти озера Чи всегда приводило его в чувство, отрезвляло и направляло мысли в нужное русло.
«Вездесущий» был новейшей разработкой нэко, больше любого другого корабля флота, он сочетал в себе беспрецедентную мощь и маневренность лучших космических хищников. Миллионы тонн металла, керамики, полимеров и… Чи. На «Вездесущем» была установлена не одна, а две системы управления через Слияние. Одна децентрализованная, сконфигурированная под пилотирование от нескольких десятков до сотни Ангелов. Вторая — централизованная. Древняя, как сама Чи, практически непригодная к использованию, так как требовала или Серафима, или двух Архангелов в Парном Слиянии. В ситуации когда каждый Архангел на счету, когда симбионтов такого уровня не хватает на все ключевые позиции, когда Адмиралтейство готово каждому Архангелу предоставить свой дредноут, пусть и не такой передовой… Да, многим Центральный резервуар казался излишком, непонятной и необоснованной тратой ресурсов. Однако, Серафимы, разработавшие эту модель, настояли именно на такой конструкции. Кто же посмеет спорить с создателями биомехов?
Поговаривали, что именно по этой причине Кохэку все еще не женат. Ему подбирали не просто мать будущих детей, а сильного симбионта, способного встать плечом к плечу и вести «Вездесущий» к новым победам. Парное слияние на супердредноуте… Это должно быть чем-то выходящим за всякие грани… Ощущать себя этим зверем, быть настолько сильнее любого другого корабля в бою… Да, если бы найти подходящих пилотов, то «Вездесущему» не было бы равных. Децентрализованное Слияние — это совсем не то, скорость ответа не мгновенна, реакция не так естественна, связи нет-нет, да разрываются и тогда передача управляющего импульса по всей системе сильно хромает. Конечно, это реально заметно и имеет значение только на сверхскоростях, но ведь именно для этого «Вездесущий» и создавался — для всего «сверх».
Для Кохэку. И, как оказалось, для его, Вика, несостоявшейся любви.
Бешан и сам не смог бы объяснить, что выбило из колеи сильнее — тот факт, что девчонка все же зацепила его или то, что он в ней обманулся? «Такая же как все», а ведь он поверил этим разноцветным глазам и дрожащим губам!
Хотелось постучаться лбом о резервуар, но это было невозможно. Защитное поле слегка светилось, предупреждая об ограниченном доступе. Внезапно, в голове пронеслась мысль, что он тоже Архангел, при чем далеко не самый слабый, но ему совершенно не светит ни принцесса, ни корабль.
— Виктор… — тихий шепот заставил его вздрогнуть и резко обернуться.
— Рассветная, — его тоном можно было бы заморозить звезду.
— Виктор, послушай…
— С удовольствием, — скрещенные на груди руки.
— Виктор, ты…
— … Все не так понял? — задрал бровь мужчина. — Очевидно, ты это хотела сказать?
Разговор принимал именно тот оборот, которого сильфида и боялась. Бешан был на взводе, не стоило бы его трогать, но от промедления все могло стать еще хуже.
— Это договорной брак, — тихо произнесла девушка.
— Не сомневаюсь, в твоем положении это не удивительно, — кивнул мужчина, — вот только, насколько я знаю традиции Айкории, тебя никто не смог бы заставить, если бы ты категорически отказалась, так?
Острые зубки закусили нижнюю губу, но рыжая все же кивнула.
— Значит, ты дала согласие?
Еще один кивок.
— Шикарно, — саркастический смешок вырвался из закованной в парадный китель груди, — дала согласие на брак с одним, а в постель пытаешься затащить другого, а я еще не верил в сплетни про ветреность айкорианок.
— Все не так! — голос дрожал от переполнявших эмоций, но Эйни нечего было возразить, по существу.
Все, что она могла сказать звучало или как слабые попытки оправдаться, или как полный бред, но Вику и не нужны были ответы, он посчитал, что и так все понял:
— Ты для этого пыталась меня соблазнить — наиграться перед взрослой и серьезной жизнью?!
— Нет, Вик, я действительно хочу быть с тобой!
Еще несколько часов назад он поверил бы в искренность этих слов, но сейчас… Ее место было там, на подиуме. В дорогих одеждах, в окружении свиты, рядом с достойным спутником жизни. Он идиот, раз мог поверить в иное.
— У нас тысячи причин почему мы не можем быть вместе, — хмыкнул Бешан.
— Тысячи?
— Ты принцесса сильфид, я человек, хоть и Архангел. Теперь еще, оказывается, ты помолвлена с Кохэку. Что это для тебя, разминка? Игра в непослушную девочку, прежде чем ты пойдешь под венец с одним из самых родовитых нэко? — Вик покачал головой: — нет, на самом деле я все понимаю, для тебя в этом ничего страшного нет, наверняка поэтому и сбежала в Академию, ради последнего приключения перед взрослой жизнью, но милая, я не подхожу на роль игрушки. Тебе стоило найти кого-то своего круга и возраста.
Слова мужчины били хлестко, его злость больно ранила, лишала дыхания и речи. Эйни даже плакать не могла, застыв в шоке от легкой брезгливости, мелькнувшей в выражении лица седовласого. Сейчас он был так далек от нее, как никогда ранее.
— Виктор… — попыталась в последний раз Эйни, но была прервана.
— Куратор Бешан, если вы не забыли, Рассветная. Повторюсь, Ваши игры мне не интересны. Прошу впредь следовать Уставу и не забывать про честь мундира, а также поведение, соответствующее офицеру флота. Я все сказал, свободны.
Она была несвободна, совершенно не свободна, и никакие ее слова не смогли бы пробиться сквозь недоверие и холод, сковавшие его. Он закрылся, заперся в своей роли старшего, ответственного, не способный увидеть главное — что он уже проиграл.
[1] Второй сын Военного Советника при Троне Императора — Тэкеши Ючи Тэтсуя, один из ГГ «Взлететь».
[2] Екатерина Гордеева, после Инициации и Признания — Кэтсуми Юу Макото, ГГ «Взлететь», помолвлена с Тэкеши.
[3] Ципао — традиционное платье аристократок нэко, укороченная верхняя рубашка с высоким воротом, расширяющаяся к низу длинная юбка, иногда со шлейфом. Красный цвет означает торжество — помолвку, свадьбу.
[4] Чжидзятао — специальные насадки на ногти, сделанные из драгоценных металлов и камней.
[5] Буяо — ритуальная шпилька для волос. У каждого типа шпильки свое значение, в зависимости от типа драгоценных камней и изображенных животных. У Кэт золотая шпилька в виде «спрятанного в тумане дракона» с рубиновыми подвесками — символ помолвки с одним из наследников Дома Тэтсуя (Дома Дракона).