Глава 18

Правительственный межзвездный лайнер Кью-08976 совершал экстренный рейс до планеты Эленмар. Не часто на одном борту собирался почти весь Совет Коалиции. Любопытство — качество присущее всем расам, не взирая на аналитический склад ума, эмоциональную отстраненность и прочую лабуду, коей прикрываются разумные существа, для извлечения выгоды из ситуации. Не отреагировать на прямое приглашение было во-первых — не вежливо, а во-вторых — кто же откажется посетить закрытую некогда планету. Эленмарцы — народ скрытный, когда дело касается их уклада жизни. Любопытство. Любопытство — двигатель прогресса, а вовсе не пытливость ума.

— Как вы полагаете, уважаемый тар Шакреол, зачем нас так настойчиво пригласили на Эленмар? — седовласый тентуриец вольготно устроился в мягком кресле, потягивая темно-красный напиток из изящного бокала.

— Полагаю грядет нечто грандиозное, фаэр Шатракасси. Есть предположение, что Совет Эленмара замыслил переворот, — откликнулся его собеседник, скрытый под просторной золотой мантией верховного судьи.

— Друг мой, к чему условности, когда мы наедине? Помнится в стенах Академии мы называли друг друга по именам, — улыбнулся тентуриец.

— Да, только с тех времен, вы успели стать верховным канцлером Совета Коалиции, Трант.

— А вы успели принять сан и занять должность верховного судьи. Теперь вас, дорогой друг, иначе, чем тар Шакреол и не назвать.

— Время меняет людей. Абсурдно думать, что люди меняют время, — многозначительно изрек сановник.

— Вы, как всегда правы. Так зачем же мы все-таки летим на Эленмар? Полагаю, вы знаете гораздо больше, чем я, не взирая на должность.

— Годы не умерили вашей догадливости и прозорливости, дорогой Трант, — рассмеялся тар Шакреол. — Не секрет, что эленмарцы более, чем достойные политики. Они умны, проницательны, логичны, в нужный момент хитры и изворотливы. Не эти ли качества являются значимыми для удачной политической карьеры?

— Все так. Все так, — тентуриец пригубил темный напиток и прикрыл глаза. — К чему вы мне все это рассказываете?

— У них есть лишь один минус…

— Да? — оживился собеседник. — Какой?

— Самки.

— Самки? — удивился верховный канцлер.

— Я имел в виду — женщины. Эленмарцы слишком зависимы от своих женщин, а их, заметьте, правящее меньшинство. Понимаешь к чему я клоню?

— Ты подозреваешь Совет Эленмара в заговоре против Коалиции? — насторожился тентуриец.

— Я полагаю, что в данный момент Совет Эленмара возглавляют представительницы совсем не тех родов, кому стоит доверять, — тар Шакреол опустился в соседнее кресло.

— Да, Беллимы прут напролом, не гнушаясь никакими должностями, лишь бы они имели хоть какое-то отношение к канцелярии Совета, — фаэр Шатраксси в глубокой задумчивости потер переносицу.

— Нам не следует забывать о том, кто стоял у власти прежде, чем образовалась Коалиция, — напомнил сановник.

— Да, эленмарцы когда-то правили, но для меня так и осталось загадкой, почему они добровольно поделились властью?

— О, в этом поступке таится глубокий смысл. Весьма и весьма. Понимаете, когда в силу ряда причин, стоящий у власти народ, больше не в силах ее удерживать, самое мудрое — добровольно поделить ее между сильнейшими, не обделив, разумеется, себя. Так они остаются у руля и в то же время никто не догадывается…

— Об их слабости! — воскликнул тентуриец. — Это гениально, друг мой! Почему такое простое объяснение не приходило никогда мне в голову?

— Потому что, уважаемый Трант, вы привыкли мыслить иными масштабами и более сложными категориями. А все гениальное, как вы сами только что сказали, просто.

— Так вы считаете, что Эленмар окреп настолько, что намерен вернуть себе утерянные некогда позиции?

— Нет, — рассмеялся тар Шакреол. — Я лишь хочу сказать, что среди эленмарцев есть глупцы, которые искренне считают, что подобное возможно.

— А вы такую вероятность исключаете? — взгляд тентурийца стал внимательным, да и сам верховный канцлер весь подобрался, наклонившись к собеседнику.

— Не исключаю, — честно ответил сановник. — Но лисица никогда не станет львом, Трант. Никогда.

— Что вы этим хотите сказать?

— Беллимы никогда не добьются власти.

— Почему? — тентуриец очень хотел услышать мнение тар Шакреола.

— Потому что это всего лишь Беллимы, а не Сорги.

— Сорги? Уверяю, Сорги — честнейшие из живущих. Я знаком с арт-легаром, да и с Белиготаром мне приходилось иметь общие дела. Это достойные, умнейшие люди, заслужившие своими поступками доверие Совета, как никто иной!

— Именно, друг мой. Для Соргов слова «честь рода», «честь имени» — не пустой звук. Единожды приняв решение, они его не меняют. Кровь, знаете ли, не позволяет.

— А с их кровью что-то не так? — заинтересовался тентуриец. Сегодня перед ним приподнималась завеса таких тайн, о которых он и понятия не имел.

— В Соргах течет кровь бывших императоров. Решение создать Совет и объединить развитые расы в Коалицию принадлежала именно им.

Канцлер молчал, переваривая информацию. Вертел в длинных пальцах бокал и молчал.

— Так значит у Беллимов ничего не выйдет? — вдруг усмехнулся он.

— Совершенно ничего, — подтвердил тар Шакреол.

— Тем забавнее будет наш визит! — воскликнул фаэр Трант. — Шоу начинается!

— Я бы не стал рассматривать ситуацию в подобном ключе, но, определенно, нас ждет много интересного, а, быть может, и неожиданного.

* * *

Утро в доме энфины началось с визита деда. Только сейчас это был вовсе не дед. Передо мной стоял легар Высшей Звездной Академии, облаченный в черную парадную форму, со всеми знаками отличия и регалиями. Я, едва успевшая натянуть халат, смотрела на него с удивлением.

— Произошло что? — хрипло спросила его, когда молчание Белиготара Сорга затянулось.

В ответ он молча протянул металлический ящик. Странный. Очень старинный. Металл, из которого была сделана шкатулка, я уже где-то видела. Разум никак не хотел просыпаться. Медный отлив, обманчивая обыденность. Точно! Треугольники! Они тоже из такого же металла.

Приняла из рук деда странный предмет и попыталась открыть крышку. Та, на удивление легко поддалась. А когда я заглянула внутрь — вопросов прибавилось. Там, на дне, лежали оба треугольника, которые мы с таким трудом достали.

— Почему ты принес их мне? — в упор посмотрела на деда.

— Хочешь спросить, почему я за ужином не отдал их лайвеллу? — усмехнулся легар.

— Именно, — не стала лукавить я. Вообще, все происходящее было чертовски непонятным. — Если бы треугольники заняли свое законное место, сейчас у нас было бы гораздо меньше проблем.

— Так да не так, — дед присел рядом со мной на кровать и приобнял за плечи. — Понимаешь, птенчик, есть одна очень любопытная догадка…

— Но ты мне о ней не скажешь, ведь так? — вырвалось у меня.

— Так.

— Но почему-то ящик с треугольниками должен быть именно у меня.

— Об этом я как раз могу тебе сказать. Единственное существо у кого лайвелл не почувствует артефакты — это ты.

— Потому что он меня выбрал?

— Не только, птенчик. Не только. В тебе течет кровь древних императоров Соргов и еще в ее состав входит одна составляющая. Не знаю, где ты ее приобрела, но ничего подобного нет ни у кого их твоих родственниц.

— Дед, не темни. Ответь мне, Сумрак враг? — я пристально вглядывалась в непроницаемое лицо родственника.

— Все в этом мире относительно, — загадочно изрек он и направился к выходу. Даже загадочные хранители земного храма были куда более разговорчивыми!

— Дарину ничего не угрожает? — мой вопрос застиг его уже в дверях.

— Птенчик, он расшан Эленмара, — улыбнулся легар. — А это, поверь что-то да значит.

Расшан — не расшан! Какое мне дело что он там может, если рядом будет белобрысая Анвен? Нет, я, конечно, переживала о муже в любом случае, но от мысли о крошке Беллим все внутри переворачивалось и сжималось в тугой комок. Если боги космоса хотят, чтобы мы с «леденцом» через это прошли — мы пройдем! Что бы нам не уготовили.

Завтрак прошел все за тем же огромным столом. Оживление царило лишь среди моих земных родственников. Большинству из них никто ничего не рассказал, и они скорее готовились к экскурсии в древнюю святыню, нежели к ужасающему по своей сути обряду. Эленмарцы молчали и лениво ковырялись в своих тарелках, попивая неизменный теперь в доме энфины Яванны чай.

Свекровь появилась только к концу завтрака. Как обычно, леди Айда была величественна и немногословна, лишь легкая бледность выдавала ее волнение. Кроме Фингорма Беллима, из бывших похищенных, так никто и не очнулся. А сам он сидел рядом с Хуней и сиял, как начищенный самовар на даче у моих родителей. Подруга выглядела несколько усталой, но вполне довольной жизнью. Рядом с ними тихо переругивались Стас и Алейна. Чета Погодиных спокойно практически не разговаривала. Все их диалоги сводились или к взаимным упрекам или к воспитательному процессу одного из супругов, но не смотря на это они не ссорились. Айа, Жорик и Серафима Дормидонтовна о чем-то оживленно шептались, а отец астерийки уделял внимание прабабушке Маше. Кажется, они питали взаимную симпатию и интерес. Я смотрела на них и улыбалась. В такое утро, не имея рядом своего счастья, весьма полезно порадоваться за других.

На выходе вездесущий Робби раздал всем плащи и маски, которые делали людей безликими, похожими друг на друга. Покидали дом молча. Каждый, наверное, в такой момент думал о своем. Все мои мысли были о Дарине. Причем они смешались в такой клубок, что вычленить из них что-то конкретное было невозможно. Безумно хотелось, чтобы все это поскорее закончилось.

— Как ты? — Пелагея Джоновна улыбнулась и ласково, как в детстве, потрепала меня по волосам.

— Не очень, — честно призналась я.

— Понимаю. Порой так бывает, вроде тебя окружают родные и близкие, а мысли летят к тому единственному, которого рядом нет.

— Ты столько лет была без деда… — осеклась, не зная, как точнее выразить свою мысль, но бабушка поняла меня с полуслова.

— Просто не позволяла себе о нем думать, иначе было бы совсем плохо. И ты не думай. Просто надейся на лучшее.

Она отошла, а я… В общем, честно старалась не думать. Но бирюзовые с золотыми искрами глаза, они всплывали в памяти, стоило лишь на миг смежить веки. Но не только с Дарином были связаны мои тревоги. Пугала неизвестность. Вот, казалось бы, вам понятна сложившаяся ситуация, но всплывают новые подробности и снова вокруг путаница и хаос, снова предстоит искать составляющие нового пазла и складывать, складывать… Разговор с дедом не принес ясности, а добавил новых загадок. Получалось, что доверять нельзя никому. Даже своему взбалмошному коту с крыльями. Он хоть и противный, но, говоря откровенно, я успела к нему привязаться.

Что день грядущий мне готовит — не знала, но ради мужа я готова на все, что бы злодейка судьба мне не приготовила. Сжав под плащом плоскую коробку с артефактом, поспешила к флайкару.

Летательных аппаратов было несколько. Большие, серые, безликие, как и люди в них садящиеся. Каждым из них управлял андрод. Странно, ведь в прошлый раз при полете в Храм за штурвалом находился муж энфины.

Все стало понятно, когда под нами показался знакомый горный массив и знакомая посадочная площадка перед главным святилищем Эленмара. Сейчас пейзаж напоминал растревоженный улей. Обилие флайкаров поражало. Одни садились, другие взлетали, а третьи кружили в воздухе, ожидая своей очереди. Из одних аппаратов люди быстро выходили, к другим — андроиды стелили странную дорожку, синюю с яркими желтыми звездами. Видимо, прибывали весьма почетные гости.

— Мы переживем это. Переживем! — мою ладонь накрыла чужая, незнакомая, но сколько от такого простого жеста я почувствовала тепла и поддержки. Оказывается, весь полет рядом со мной сидела энфина Элвэ. А Айда не просто переживает — она в панике, хотя ни жестом, ни видом не показала этого.

— Все будет хорошо, — горячо заверила я свекровь, но сомнения были.

— За мальчиков я всегда переживала больше, чем за дочерей, — вдруг призналась она. — Что девочки? Девочки уйдут и создадут новую ветвь рода а мальчикам, таким умным и сильным, суждено подчиняться. Где справедливость?

— Будет! — я пожала Айде руку. — Обязательно будет главное за нее бороться. А в отношениях не обязательно один подчиняется другому.

— Да? — удивилась свекровь.

— Да. Можно решать все сообща и помогать в делах друг другу.

— Дарину очень повезло, — тихо сказала она и в ее голосе звучала нежность. Мне показалось, что там, под маской Айда улыбается.

Главный Храм Эленмара тоже не был прежним. Видимо, манипуляции с пространством можно было производить не только в домах, но и в любом другом помещении. Даже в пещере. Сейчас главное святилище превратилось в огромный зал с уходящими ввысь рядами сидений, расположенных по типу амфитеатра, проходами между ними и круглой площадкой в центре, на которой нарисовали странные символы. Лже-треугольник находился там же.

Не смотря на то, что плащи и маски скрывали личность их владельцев, делая возможным лишь отличить мужчину от женщины, места в зале распределялись строго по иерархии приглашенных. За этим зорко следили андроиды-распорядители. Как уж они различали визитеров, оставалось только догадываться.

Семейство Соргов занимало почетные места. Не на самых первых рядах, но в первом десятке. Робот-администратор без труда узнал энфину Яванну и пригласил сначала ее, а потом и всех сопровождающих бабушку лиц, занять свои места. А сопровождающих было много. Настолько много, что даже не запрограммированные на удивление андроиды пребывали в состоянии легкого замешательства. Однако народа, желающего поглазеть на обряд века, набралось много, поэтому акцентировать внимание на количестве представителей рода Сорг никто не стал.

— Айда, дорогая, — моя эленмарская бабушка окликнула свекровь, кивнув в сторону центра площадки, — ты разве не приглашена к Беллимам?

Говорила энфина Яванна тихо, не привлекая к нам излишнего внимания. Да и вряд ли кто-то заметил бы их разговор. Вокруг царили суета и полная неразбериха. Гости занимали места, словно пришли в цирк и вот-вот начнется представление. Еще немного и по рядам начнут разносить мороженное и лимонад в одноразовых стаканчиках. От подобных мыслей стало неприятно. Они развлекаться сюда пришли, а девять похищенных могли тут сегодня с жизнями расстаться.

— Предпочитаю не принимать подобных приглашений, — так же тихо ответила Айда и села рядом со мной, схватившись за мою руку, как утопающий за спасательный круг.

Зря я полагала, что никто на нас не обратил внимания. Зря. Как только расселись все Сорги, к которым причисляли и моих земных родственников, на нас оглянулся впереди сидящий мужчина. В прорезях маски блеснули синие глаза, знакомые такие синие глаза. Да, это был тер Куина, Эрниль тер Куина собственной персоной. Уж шаендарского красавца, по совместительству первого кобеля вселенной и лучшего друга моего мужа я ни с кем не перепутаю. И он подмигнул мне. Нет, не так! Он посмел мне подмигнуть. Но не заговорил. Значит, его босс — Великий лорд Темного Круга тоже здесь и сидит где-то рядом. И тетя Моргана здесь, и Алейна… О, что же будет, если хоть кто-то кого-то узнает!!!