Глава 19

Как только все гости расселись, представление началось — погас свет. Вот только что под сводами священной пещеры плавали мерцающие шары, а потом разом сгустилась мгла. Какое же шоу проходит без спецэффектов? Беллимы старались, спланировали свой спектакль на совесть. В кромешной темноте, вдруг, по окружности центральной площадки вспыхнули факелы. Самые настоящие и полыхающий огонь тоже был настоящим. Отблеск пламени окрасил символы, которыми была испещрена поверхность, в зловеще кровавый цвет. Обряд еще не начался, а мурашки по спине и рукам уже выступили.

— Ничего себе представление они устроили! — раздался сзади, прямо на ухо, шепот подруги.

— Как ты меня узнала? — удивившись, спросила у Хуньки.

— Верник, все люди сидят как люди, одна ты дергаешься, — снисходительно пояснила она. — Фингорм еще.

Фархунда кивнула на сидящего рядом мужчину. На наш разговор Беллим не обратил никакого внимания. Его взгляд был устремлен на площадку.

— Представляешь, — снова зашептала Хунька. — Он не поверил ни одному моему слову!

— Знаешь, — хмыкнула в ответ, — я бы тоже не поверила скажи мне кто, что родная мать меня, как поросенка, зарезать хочет.

— Тут ты, Алька, права конечно, — не стала спорить подруга. — Но мне-то уж мог бы и побольше доверять. Все-таки я только тем и занимаюсь, что спасаю его эленмарскую задницу. Симпатичную, между прочим.

Откуда-то подул ветерок, факелы вспыхнули чуть ярче, а по площадке заклубился белый туман. Рассеялся он быстро, явив фигуру, облаченную в белый плащ и такую же, как у всех, маску. В центре импровизированной сцены стояла женщина. Она раскинула руки и громко произнесла:

— Приветствую вас, фаэры! — голос оказался знакомым и принадлежал энфине рода Беллим. — Мы пригласили вас сюда, чтобы вы разделили нашу радость! Сегодня юный птенец дома вылетит из родного гнезда, чтобы свить свое…

«Наконец-то, еле тебя отыскал! Даже мне крайне сложно внедриться в сознание!» — неужели Сумрак пожаловал? Беспокойно осмотрелась вокруг, но лайвелла нигде не было. И все же я его слышала! Ведь не померещилось же мне.

— Где ты? — одними губами прошептала я.

«Вот непонятливая! Говорю же — в твоем сознании. Ты же не против, если я твоими глазами обряд посмотрю?» — отозвался меховой пройдоха.

— А чего моими-то? — знаю, глупый вопрос, но не спросить не могла.

«Своими не могу! Здесь место силы, а меня не пригласил никто!» — последнюю фразу он произнес с укоризной. Что бы там не заподозрил дед, а я почему-то не могла злиться на наглого кошака. Но на всякий случай погладила плоскую коробочку под плащом.

А представление продолжалось. Энель закончила вступительную речь и величественно огласила:

— Встречайте! Гордость дома Беллим, самый юный и, несомненно, самый талантливый птенец — Анвен!

По одному из проходов между рядами гостей вспыхнули факелы. Смотрелось красиво и как-то нереально. Откуда-то сверху, в полной тишине спускалась хрупкая девушка. Плаща на ней не было, лишь полумаска прикрывала верхнюю часть лица. Длинное, серебристое платье струилось до самого пола, а золотые локоны блестящим водопадом рассыпались по плечам и спине. Дивная, нежная, словно ангел, сошедший с небес.

— Вот не знала бы, что она змея, подумала бы — богиня! — прошипела Хунька. А я не могла оторваться от зрелища.

Анвен, тем временем, подошла к своей энфине и преклонила колени.

— Встань! Встань, дитя мое! — Энель взяла девушку за руки и помогла ей подняться. — Яви свой прекрасный лик собравшимся гостям, дабы никто не мог усомниться в этом.

Белобрысая потянулась к маске и нарочито медленным жестом сняла ее. Ну, что сказать! Она всегда была красавица, а здесь, в полумифической обстановке сияла, как бриллиант чистой воды.

— Мало «Принцесса» ей волосы проредила. Быстро восстановили! — сокрушалась сзади Хунька. А я краем глаза заметила, как руки Фингорма сжались в кулаки.

— Анвен — гордость Эленмара! — энфина Беллим погладила девушку по руке, а та лучезарно улыбнулась. — Обряд засвидетельствуют представители девяти родов.

Вспыхнул портал и из него вышли девять пар, облаченных в плащи. Девять пленников и девять конвоиров-андроидов — догадалась я. Роботы расставили жертв по окружности, а сами встали за ними.

— Прекрасно! — продолжила Энель. — И, наконец, избранник птенца дома Беллим! Это не простой мужчина, это расшан Эленмара — Дарин Элвэ!

Еще раз вспыхнул портал и больше я уже не могла оторвать взгляд от площадки, потому что там появился муж в сопровождении двух андроидов. Плащ на него одели. Наверное для того, чтобы скрыть скованные руки. Но капюшон был откинут. Дарин щурился и пытался разглядеть сидящих гостей. Так хотелось подскочить и закричать: «Я здесь! Я с тобой!» Мою ладонь накрыла рука свекрови.

— Все будет хорошо! Все. Будет. Хорошо. — Как мантру повторяла она. Неизвестно — меня ли успокаивала или себя убеждала.

— На колени! — приказала Эниль. — На колени перед своей Госпожой!

Дарин остался стоять и даже улыбнулся, окинув двух женщин Беллим взглядом. Тогда два андроида попытались заставить его, надавив с двух сторон на плечи. «Леденец» стряхнул их руки с такой легкостью, словно перед ним были не роботы, а хилые курсанты-новички.

— У нас, кажется, состоялся разговор и мы поняли друг друга! — зашипела Энель. Она что-то нажала на комме и из нового портала вышли еще несколько андроидов, окружив Дарина. Говорила энфина Беллим тихо, но гости настолько затаили дыхание, что был слышен каждый шорох происходящего.

— Расшан Эленмара преклонит колени только перед любимой женщиной, — ответил ей муж.

— Так в чем проблема? — кажется, Энель изменяла выдержка. — От тебя требуется преклонить колени перед связавшей!

Он еще раз осмотрел ряды и… наши взгляды встретились. Он узнал меня! Нашел в толпе! Я затаила дыхание, не в силах пошевелиться. Сердце тревожным набатом стучало в груди. А тангир, мой тангир Элвэ, улыбнулся.

— Теперь нет проблем, — ответил он и опустился на колени, по прежнему глядя мне в глаза. Передо мной опустился.

Анвен пришлось обойти его, чтобы казалось, что колени преклонили именно перед ней. Но как только крошка Беллим посмотрела на тангира сверху, ее хорошенькое личико исказила злая, хищная улыбка. Да, натуру не скроешь. Она все равно надет где просочиться. Главное — уметь наблюдать.

А я наблюдать умела. Более того, я старалась глаз с нее не спускать. Королева Эленмара Анвен уже праздновала свой триумф, оглядывая хозяйским взглядом своих приближенных. Рано радуешься, крошка, рано. Внутри меня все кипело. Не на то ты ставку сделала. И если Эленмар я бы тебе с легкостью простила, то вот посягательство на мужа — нет!

Тем временем, энфина Беллим перешла ко второй молитве. Круг в котором ранее находился подлинный артефакт заискрился. Одно из двух — или это была остаточная магия треугольника, или же сама по себе основа тоже являлась артефактом, пусть и не столь мощным, как звезда равновесия. А быть может так обманчиво мерцало пламя факелов в металле. В любом случае, увиденное заставило напрячься.

Я понимала, что бросившись к Дарину, только все испорчу, но как же хотелось так поступить. Мантра свекрови превратилось в бесконечное бормотание. Ее ладонь по-прежнему сжимала мою, но никакого успокоения это не приносило. Моя выдержка предательски трещала по швам, ведь там внизу был Дарин. Отвлеклась настолько, что едва не вздрогнула, когда вторую руку тоже накрыла — большая, мужская ладонь. И вот она-то вселяла уверенность и дарила надежду. С другой стороны сидел легар Сорг.

— Еще рано, птенчик. Слишком рано, — прошептал он очень-очень тихо, но я услышала.

Окружность продолжала вспыхивать золотыми искрами, а сам треугольник оставался прежним. Когда мы подсматривали за обрядом связи из тайной комнаты Саяны, вторая молитва не длилась так долго. Кажется, заподозрив что-то неладное, Энель читала священные слова по кругу. Но артефакт по прежнему оставался глух к ее просьбам.

— Не получается? — раздался насмешливый голос Дарина. Его лица я не видела, обзор закрывала спина Анвен.

— Проклятье! — процедила энфина Беллим.

— Мама! — белобрысая крошка топнула ногой.

— Не время для капризов, птенчик! — осекла Энель и скомандовала: — Целуй его!

— Но… артефакт, он не вспыхнул, — попыталась возразить ей дочь.

— Целуй, сказала! — слова главы рода Беллимов заставили меня дернуться. Если бы дед не удерживал, я бы уже неслась по проходу к площадке. Дарин мой! Всегда был моим, даже когда ни его, ни меня еще не было на свете. Почему-то сейчас осознавала это как никогда.

— Рано, малышка, — шептал Белиготар Сорг, поглаживая мою руку. Сама понимала, что рано, но сердце рвалось на части, когда белобрысая стала склоняться к мужу. К моему мужу! У меня на глазах!

И все же спектакль спланировали. Как только Анвен потянулась к Дарину, вспыхнул портал и четыре андроида внесли большое резное кресло. Энель поморщилась и жестом отослала прибывших роботов. Они скрылись в портале, но императорский трон так и остался стоять посреди площадки.

— Чего ты копаешься? — зло прошипела энфина.

— Он отворачивается, — канючила крошка Беллим.

Представление очень нравилось публике. Эленмарцы, наконец-то, увидели нечто новенькое, а зрители с других планет просто наслаждались действом и игрой актеров.

— Держите его! — скомандовала Энель андроидам, стоящим рядом с мужем без дела. Роботы вздрогнули и поспешили выполнить ее указание, схватив Дарина за руки.

— Идиоты! — перешла на визг энфина. — Голову! Голову ему держите!

В зале послышались первые смешки.

— А вы что стоите? — глава Беллимов окинула злым взглядом восемнадцать попарно замерших по кругу фигур. — Действуйте!

Андроиды, стоящие за потенциальными жертвами достали из складок плащей кинжалы. В свете факелов клинки зловеще блеснули. Палачи синхронно перерезали горло впереди стоящим. Смешки стихли, но зрители стали переговариваться.

— Это постановка древнего, кровавого ритуала? — шепотом спрашивал кто-то впереди.

— Зрелищно! Однако! Восхитительно придумано! Какая фантазия! — слышались возгласы в зале.

Но тут поднявшийся в святилище гомон перекрыл визг энфины Беллим.

— Этого не может быть! — кричала она, отступая к трону и нервно тыча пальцем в андроидов-жертв.

Те, как и прежде, стояли впереди своих палачей, не думая падать и корчиться в предсмертной агонии. Вместо ожидаемой крови из перерезанных глоток вытекала розовая пена биомассы. Самая обычная биомасса, что повсеместно используется в роботостроении.

Дарин сбросил повисших на нем охранников и поднялся, небрежно отряхивая колени.

— Где твои наручники? — в шоке выпалила Анвен.

— Их нет, — констатировал факт тангир Элве и для убедительности повертел свободными запястьями.

— Но как… — прошептала белобрысая крошка и тут же перешла на ультразвук. — Мама!

— Заткнись, Анвен! — в замешательстве пробормотала Эниль. Потом ее взгляд уперся в Дарина и она зашипела. — Это ты! Ты все подстроил, нарушив мои планы!

Тощие руки с длинными, окрашенными алым ногтями, показались из под белого плаща и потянулись к горлу Дарина. Я охнула, а муж… он рассмеялся, шутя перехватив запястья энфины.

— Игра окончена, Энель. Думаю, вам пора во всем признаться! — «леденец» обратился к вырывающейся женщине.

— Мама! — опять взвизгнула Анвен, но на помощь матери отчего-то не спешила.

— Признаться? — вдруг рассмеялась Энель и перестала вырываться. — В чем? Это был просто розыгрыш! Самый обычный! Роду Беллим просто хотелось углубиться в историю и устроить всем развлечение.

— Вот как? — скептически ухмыльнулся Дарин, выпуская руки энфины из своего захвата.

— Именно так! — произнесла женщина, растирая запястья.

— Мама! — снова подала голос Анвен. — Ты обещала, что тангир Элвэ будет моим!

— Заткнись, Анвен! — зашипела на нее Энель, понимая, что дочь выдает их с головой.

— Он встал на колени! Встал! — упрямилась белобрысая крошка, топая ногами. — Значит он мой!

— Анвен, — Дарин вновь рассмеялся. — Я не преклонял перед тобой колен, потому что это невозможно.

— Все видели! — визжал птенец Беллимов. — Все!

У Анвен начиналась истерика.

— Заткнись, немедленно! — прорычала ее мать и отвесила девушке пощечину. Белобрысая всхлипнула, прижала ладонь к щеке, но затихла.

— Я не мог преклонить перед тобой колени, — повторил Дарин.

— Но ты сделал это! — неожиданно Энель поддержала дочь.

— Я преклонил колени перед любимой женщиной, которая находится здесь в зале. Я давно и счастливо связан.

«Умеют же люди развлекаться!» — восхитился в моей голове Сумрак, напомнив о своем существовании. Развлекаться! Нашел развлечение! Да, я чуть не поседела за это время.

— Вот теперь пора, — похлопал меня по руке дед.

Как поднималась не помню, как спускалась по проходу тоже. Все мое внимание было приковано к бирюзовой глубине с золотыми искрами, где нежность и любовь выплескивались через край.

— Кто эта женщина? — Энель Беллим сжала руки в кулаки. — Кто посмел перейти дорогу великим Беллимам?

— Эта женщина — моя Аля! — в этот момент я вошла на площадку и муж тут же сграбастал меня в охапку. Бережно сняв мою маску, Дарин склонился и поцеловал. Храм, люди, семейка Беллим как-то сразу отошли на второй план. Сейчас мы были одни во всей вселенной. Только он. Только я…

— Ах эта… — протянула Энель. — Землянки не в счет! Никто, кроме коренной эленмарки не в состоянии избавить воина от проклятья! Так что, мальчик, это все блажь. Анвен, как никто, подходит расшану Эленмара.

— Не знаю, кому подходит Анвен, а я вполне счастлив с другой, — сказал ей муж, по прежнему не отрывая от меня взгляда.

— Земляне — существа низшего сорта! С ними можно спариваться до срока, но родниться… Они же примитив! — Энель скривилась, показывая всем своим видом брезгливость. Анвен повторила за матерью все гримасы.

— Никто! — вдруг раздался в тишине зала голос энфины Яванны. — Никто, Энель, не смеет называть птенца дома Сорг существом низшего сорта! Когда Сорги правили этой Вселенной, Беллимы были даже не на слуху! Твои сведения о землянах устарели. Помнишь моего брата?

Рядом с бабушкой Явой поднялся мужчина и, скинув капюшон, снял с себя маску.

— Глерос… — выдохнула старшая Беллим.

— Да, Глерос! — припечатала энфина Сорг. — Когда-то, спасаясь он твоих посягательств, он спустился в подземелья проклятых. А спасла его обычная девушка-землянка, навсегда избавив от проклятья!

Поднялась Снегирева и тоже избавилась от маски. Она с нежностью посмотрела на своего эленмарского жениха и тот ответил ей улыбкой.

— Но кааак? — опешила Энель. Она искренне растерялась.

— Энель, я, энфина дома Сорг, не намерена отчитываться в своих действиях! Если я, называю девушку птенцом своего рода, значит имею на это все основания! Если я говорю, что проклятье Эленмара можно снять, значит его можно снять! — отчеканила бабушка Ява. О, она была великолепна, блистательна и феерична! Хмм… И прекрасно об этом знала! Фаэра Сорг хитро прищурилась и взглянула на оппонентку, — или ты не доверяешь моему слову?

Не известно, что бы ответила энфина Беллим, но всех отвлек вспыхнувший посреди площадки очередной портал из которого выскочила взлохмаченная Саяна. На женщине не было ни плаща, ни маски. В глубоком вырезе платья блестел денкоро, а в руке она сжимала бластер. Самый настоящий боевой бластер! Боги космоса, спасите нас от этой сумасшедшей! В юной эленмарке никто, кроме нас, не опознал Хранительницу подземелий до тех пор, пока та не раскрыла рот.

— Глупые курицы! — заорала она на Эниль и Анвен. — Я разработала идеальный план! Гениальный! Простой! И только конченные идиотки могли все испортить, пустив на самотек!

— Саяна? — все еще не веря своим глазам переспросила энфина Беллим.

— Талила? — раздался нервный выкрик из рядов гостей.

Все взгляды устремились на мужчину, произнесшего незнакомое имя. Он медленно скинул плащ, передав его рядом сидящему и перед собранием предстал Глава Темного Круга. На неизменной золотой маске плясали отблески пламени. Оглядев ряды, Высокий лорд стал спускаться по проходу к площадке. Я, прижавшись к мужу, следила за каждым его движением.

— Талила! — повторил он.

— Кебрим, брат мой! — прошептала «бывшая Саяна», не выпуская из рук оружия.