Глава 6

Утро в главном доме усадьбы началось голодно. Марина, накормленная Верунькой оладьями со сметаной и свежей малиной, по унылой физиономии Андрея сразу поняла, что завтрак у Вассы не задался. Собственно, на кухне Клюева сыщика и нашла, ковыряющимся в тарелке с чем-то неописуемо серым и склизким. Спасать надо было любимого начальника.

— Ой, Андрей Ильич, простите, бога ради, — едва не заламывая руки, возопила она. — Совсем я забыла вчера предупредить бабушку Вассу, что у вас диета и блюда все особого приготовления требуют. Сейчас-сейчас, я сама все сделаю.

Мгновенное недоумение на лице Звягинцева сменилось благодарностью, и Клюева принялась быстро резать хлеб для гренков. Со вчерашнего дня кухню слегка отчистили, такой пыльной и закопченной она больше не выглядела. Разносолов, конечно, не прибавилось, зато сковороду на плиту поставить не страшно стало.

Количество желающих вкусить «диетическую» кухню увеличивалось по мере распространения запаха. Подтянулись, правда, только Аграфена, Данка и Радда — Прохор позавтракал вместе с Мариной еще дома и на кухне вообще не появился. Как, впрочем, и Олег. Но тот то ли спал, то ли умчался на пленэр ловить утренний свет — Марину это не интересовало, но радовало его отсутствие. Что-то недовольно бурчала Васса.

— Марина Викторовна, я надеюсь, к обеду вы приготовите ваши диетические пироги, — подмигнул Андрей, наевшись. — А там я Агафью привезу, она мой рацион знает. Сейчас же прошу в библиотеку, вы мне опрос со вчерашнего дня задолжали. Да и новое задание нужно вам дать.

— Андрей Ильич, а вы что делать будете? Ну, потом, когда задание мне дадите, — спросила Клюева, едва они отошли на достаточное расстояние, чтобы Васса их не услышала.

— А я для начала в Расторгуево съезжу и телеграмму отправлю — нажалуюсь господину нашему Осокину на нерадивых электриков. Ухарск — ближайший город к моему имению, так что за энергоснабжение в селах тамошняя контора отвечает. Вот пусть и выяснит градоправитель, с чего они третий месяц доехать сюда не могут.

— А потом?

— А потом — расследование, Марина Викторовна. В деревню я наведаюсь, с людьми поговорю.

— А я? — Клюева расстроилась: ну вот как так — расследование, и без нее?

— А вы заниматься будете. Вам вступительные экзамены сдавать скоро. Да и не поможете вы мне тут ничем: вас в Дребезиново не знают, говорить с вами не станут, зато сбегутся на невесту хозяйскую поглазеть. Хотите себя мартышкой в клетке почувствовать?

Марина, разумеется, не хотела.

Звягинцев улыбался, настроение у него явно сегодня было получше. И хотелось улыбаться ему в ответ. Да что там хотелось — улыбка сама на лицо наползала. А еще хотелось, чтобы обнял, как вчера, и не отпускал, хотя бы просто руку на плечо положил. Но, разумеется, ничего подобного любимому начальнику даже в голову не пришло. Снова разговаривал с ней, как с ученицей, а дверь в библиотеку, когда они вошли, оставил открытой. Большой письменный стол стоял едва ли не напротив входа, так что любой мог видеть, что ничего предосудительного в этой комнате не происходит.

Клюева вздохнула украдкой, но тут же отвлеклась на книжные полки. Впрочем, кто бы ей дал любопытствовать? Андрей душу из нее вынул, по пройденному материалу гоняя. Но остался доволен, и то хорошо. А потом коротко объяснил суть нового задания. И в учебнике нужный материал закладками отметил. Причем, не в гимназическом учебнике, а в своем, университетском. Марина аж задохнулась: да она это только читать часа три будет!

Посмотрев на ее скисшую мордашку, Звягинцев рассмеялся и вроде как поблажку сделал, но на самом деле задачу лишь усложнил: отправил ее заниматься в садовую беседку. Конечно, там посторонних книг нет, отвлекаться не на что. Не за птичками же ей наблюдать.

Впрочем, печалилась Клюева больше для виду. К учебе она ответственно относилась и подводить любимого начальника еще и на вступительном экзамене совсем даже не собиралась. А в саду и впрямь посидеть приятно, да и Олег ее там не увидит, если заявится. Об этом, правда, говорить Андрею она не стала: подло это — братьев меж собой ссорить бабскими обидками. Пусть те братья и молочные, а не родные.

Собрав тетради и учебники, сложила их Клюева с полотняную сумку, туда же чернильницу с ручкой и карандаши пристроила, перекинула через плечо, и, заварив себе малинового чаю, спустилась во двор, чтобы пройти в беседку. Звягинцев как раз вывел самоходку из каретного сарая, развернулся, увидел помощницу. И такая улыбка на лице его засияла, что аж ноги подкосились. Вот права была Стеша: кормить мужчин надо! Марина улыбнулась в ответ и помахала рукой.

Беседка тем и была хороша, что из дома практически не просматривалась, разве что из кухни, да и то, если присмотреться. Но кто там в кухне будет в окна выглядывать. Клюева уже почти обогнула высокую шпалеру вьющихся роз, давно не стриженную и так и норовившую раскидать плети на мощеную дорожку, когда прямо перед ней как из-под земли вырос невысокий коренастый мужик. Девушка вздрогнула и отшатнулась.

— Ты что ли невеста барина? — спросил мужик деловым тоном.

— Я-я… — Марина приготовилась бежать.

— Идем, с собаками познакомлю, барин велел, — заявил тот и, развернувшись, зашагал по едва заметной тропинки в сторону от уже видневшейся беседки. Даже не посмотрел, идет ли Клюева за ним.

Собаки? Да, что-то такое вчера вечером за столом говорили. На ночь их выпускают. И лай слышался. Ладно, если что, от дома недалеко, закричит Марина — услышат. Прохор вроде в усадьбе, да и Аграфена. Не бросят же.

Но мужик действительно привел ее к отгороженному участку, за которым спокойно спали два здоровенных пса. Не волкодавы, конечно, но что-то похожее. И знакомиться с ними желания не было. Возникла даже трусливая мыслишка сбежать, пока этот тип на нее не смотрит. Но Клюева себя одернула: негоже будущей сыщице быть трусихой. В конце концов, чтобы преступников ловить, нужно уметь ладить с собаками, они же ищейки.

— Сумку там брось, — кивнул мужик на скамейку, что притулилась у крыльца крошечного бревенчатого домика — от силы на пару комнат, а то и только светлица внутри имеется. Проводник наконец обернулся, окинул Марину придирчивым взглядом. — Зайдешь — на корточки садись. И руки вперед протяни, ладонями кверху. Дашь им понюхать. Они не злые, просто так не бросятся.

— Как их зовут? — Клюева даже загордилась тем, что голос не дрогнул.

— Вон та, пегая, Муська, а бурый — Клык, — ответил он словно нехотя.

— А вас? — прищурилась Марина.

— Геласий я, — буркнул мужик. — За собаками да лошадьми тут хожу. Тут и живу, — он кивнул на домишко.

— А я Марина, — представилась девушка и, чтобы Геласий не подумал, что она время тянет со страху, шагнула к калитке в собачий загон.

Знакомство с собаками прошло на удивление мирно. Псы спокойно приблизились после окрика Геласия, что это свои. Клык даже позволил себя погладить и за уши потрепать, а после облизал. Муська вела себя более степенно: обнюхала Клюеву с ног до головы и отошла. Мол, я тебя запомнила, без нужды трогать не стану.

В беседку Марина шла улыбаясь. А после, погрузившись в чтение, выписывая отдельно важные, отдельно непонятные места — чтобы потом Андрею вопросы задать, не заметила, как пролетело время.

— Госпожа Марина, — робко пискнули рядом, и она даже вздрогнула.

— Радда?

— Госпожа Марина, там Васса спрашивает, будете ли вы готовить для Андрея Ильича. Или ей самой, как умеет?

— Ой! А что, пора уже? — Клюева подскочила.

— А можно вы спешить не будете? — робко попросила горничная. — Я тут посижу с вами хоть пять минут. Что-то меня сегодня Аграфена Денисовна совсем загоняла. Мы хозяйскую спальню для вас приготовили. Я потом Прохора попрошу вещи ваши из флигеля принести. Или Геласия.

— Конечно, — Марина улыбнулась.

Девчонку было жалко — вид у нее и впрямь бы уставший, и на скамью она не села — упала.

— Я думала, вас по всему саду искать придется, а вы так и сидели тут, получается.

— А куда мне деваться? — засмеялась Клюева. — Андрей Ильич задание дал, а он строг, спрашивать серьезно будет. Да и самой мне это нужно. Чем больше знать буду, тем вернее поступлю в университет.

— Ой, вот вы умная какая! В университет! Надо же! И вот так и сидели, даже не прошлись?

— Ну, Геласий меня с псами познакомил, но то еще утром. А потом я и счет времени потеряла — занималась.

— Сад у нас большой, — вздохнула Радда. — Только Федот не весь его обиходит. Там вон, в северной части, вообще все заросло, — и добавила шепотом: — Я там прячусь иногда, когда Аграфена уж больно сердита бывает. Там красиво.

— Я посмотрю, — улыбнулась Марина. — Если, конечно, ты не против, чтобы я твои секретные места исследовала.

— Ой, да что вы! Какие уж там секреты, — отмахнулась девчонка. — Просто никто туда больше не ходит. Там даже плодовых деревьев нет. Раньше, говорят, клумбы были, и колодец, и эта… как ее… ратона?..

— Ротонда? — удивилась Марина.

— Ага, она, — закивала Радда и пожала плечами. — Только я ничего такого там не видела. Ой, хватит мне болтать-то! Побегу, пока Аграфена не раскричалась. Сказать, что вы скоро подойдете?

— Не стоит, — Клюева сложила свои вещи в сумку, но забирать ее не стала — вернется еще, чего зря тяжесть таскать. — Пойдем уж вместе, сделаем вид, что ты меня искала и нашла.

С пирогами Марина провозилась больше трех часов. Могла бы и быстрее управиться, да только Васса палки в колеса вставляла: то она не знала, что из продуктов есть, чего нет, то без разрешения Аграфены отдавать что-то отказывалась. Разозлившись, Клюева Груню позвала и зачитала ей весь список необходимого. Та на Марину как-то странно посмотрела и все выдала. А Вассу вообще из кухни выставила — отдыхать.

Сама осталась. Помощь предложила, будто у нее других дел нет. А чего отказываться? Тесто-то за час-полтора дойдет, а начинок лучше приготовить побольше разных — кому что любо. Нашлись и грибы, и сморщенные уже, местами битые оставшиеся с зимы сладкие яблоки, которые как раз и выкинуть жалко было, и использовать не знали куда, и даже жесткое, пересоленное накануне Вассой мясо в дело пошло.

Первый пирог, с лисичками и молодым сыром, разлетелся за полчаса, хоть и был он огромен — раза в два больше, чем Марина пекла дома. Еле удалось кусок припрятать для Андрея.

— Не дам! — грозно заявила Клюева, когда Прохор на кухню за добавкой заглянул. — Это для Андрея Ильича, он тоже с грибами любит. А вы ждите, пока мясной подойдет.

И снова поймала странный взгляд Аграфены. Стало неприятно. Уж не ревнует ли? Жди тогда неприятностей. Так что, едва закончив с готовкой, именно Грушу попросила Марина для любимого начальника пироги припрятать, а сама сбежала снова в беседку. Даже в убранную для нее комнату заходить не стала. Комната и комната, уж точно без водопада с потолка. Позже посмотрит.

Просидев над учебниками с час и дав уставшим ногам роздых, поняла Клюева, что наука ей в голову уже не больно-то и лезет, и решила в самом деле по саду прогуляться. Вдруг и впрямь ротонду увидит. Надо будет потом спросить у Звягинцева, откуда в этой глуши такая диковинка. Интересно же.

В северной части парк действительно больше походил на лес. Приглядевшись, можно было, конечно, заметить, что давным-давно деревьям пытались придавать некие скульптурные формы, что были в моде лет сто назад. Но запустение превратило некогда интересные фигуры в жутковатых монстров, и окажись Марина здесь в темноте, могла бы и испугаться.

Некогда мощенные дорожки почти полностью заросли травой, были засыпаны прошлогодними листьями и ветками, а порой и вовсе терялись или убегали в разные стороны обычными земляными тропинками. Узнать их можно было лишь по более редкой растительности — зеленые интервенты еще не полностью освоили вытоптанную прежде землю. Клюева старалась не сворачивать на такие — в этом парке не мудрено и заблудиться было. Нет, на собачий лай и лошадиное ржание выйти она, конечно же, сумеет, но вот выдержит ли подобный переход платье — большой вопрос.

Поэтому Марина старательно придерживалась самых широких дорожек, где не надо пригибаться под нависающими ветвями, — справедливо рассудив, что именно они выведут ее к ротонде, буде таковая действительно здесь существует. И ведь нашла! Это было безумно красиво: высокие белые колонны и частично обрушенную крышу оплетала глициния, и тяжелые лиловые гроздья цветов едва покачивались под легким летним ветерком.

У Марины дух захватило. Не в силах оторвать взгляд от этого дива, она сделала несколько шагов вперед. Мелькнула удивленная мысль: и как Радда могла не разглядеть эту красоту? Или просто не знала, что это ротонда и есть? А еще где-то должен быть колодец… Уж не тот ли, в который когда-то провалилась Аграфена?

Тут-то Клюева этот колодец и нашла. Точнее, он сам ее нашел. Хрустнула под ногами ветка, Марина почувствовала, что теряет равновесие, отставила другую ногу, но и та нащупала лишь пустоту. Полет был недолгим и, слава богу, членовредительством не закончился: на дне колодца скопилось столько опавших листьев и мелкого сора, что приземление оказалось почти мягким. Да и не была криница особо глубокой — чуть больше сажени.

Вот только если в тебе росту два аршина да три вершка, это самое «чуть больше» становится роковым: как ни старалась Марина допрыгнуть до края, а не смогла, совсем чуть-чуть не хватало. Да и не оттолкнешься нормально от пружинящей и одновременно скользкой подстилки. Скользкими были и стены. Вода из колодца давно ушла, но все же просачивалась по капле через каменную кладку, одевая ее чем-то зеленоватым и склизким. И для комаров тут было раздолье — только успевай отмахиваться.

После нескольких бесплодных попыток выбраться Клюева устало опустилась на грязное дно и закрыла лицо руками. Стыдно было до ужаса. Вот что о ней Андрей подумает? Вчера же предупреждал, чтобы аккуратнее по саду ходила. В шутку, конечно, но в каждой шутке лишь доля шутки. Нашла же приключение на свою голову! Лучше бы она занималась подольше!

Болели ушибленный локоть и расцарапанная при падении лодыжка. Любимую юбку украсили отвратительные пятна — не понять, отстираются ли. Нижняя и вовсе мела землю оторванной кружевной оборкой. Тоже грязной. Но хуже всего было то, что Марина понятия не имела, когда о ней вспомнят и начнут искать. У Звягинцева на день были большие планы, неизвестно, когда он вернется, а прочие жители поместья о ненужной невесте хозяина не побеспокоятся. Не няньки они ей, да и…

Еще чуть-чуть, и Клюева, жалея себя, расплакалась бы, но тут сверху посыпался сор. А ведь шагов слышно не было! Марина вскинула голову, и принялась нащупывать среди гнилушек хоть какую палку покрепче — мало ли кого принесло и с какими намерениями! Один этот странный Геласий чего стоит! Да и Аграфена…

Но над краем колодца нарисовалась всего лишь серая усатая кошачья морда.

— Герочка! — радостно воскликнула девушка.

— Мур-руа? — изумленно произнес импер-кун, что Марина перевела, как: «А что ты там делаешь?»

— Герочка, хороший мой, приведи кого-нибудь мне на помощь! Я сама не могу выбраться. Не заметила колодца, и вот… свалилась.

— Мря-мря-мря! — выругался кот и исчез.

Не было его довольно долго. Впрочем, хронометра у Клюевой не имелось, так что и пять минут могли показаться вечностью. Увы, вернулся Герострат один и очень недовольный. Уселся на край колодца и принялся сетовать на человеческое несовершенство. Ну, так Марина это поняла. А Герочку как раз и не поняли, когда он на помощь звал — не пришел ведь никто.

— Надо было мне хоть учебник прихватить, — вздохнула девушка, — а то сижу тут совершенно без толку.

— Ум-рум? — поинтересовался котище и тут же что-то для себя решил: — Мрум-мя.

И снова убежал. Ну да, коты — создания вольные, с чего ему здесь сидеть с дурой провалившейся. Марина опять вздохнула. Время тянулось мучительно медленно.

Тяжелый том «Законодательное регулирование владения и использования магических артефактов» едва не свалился ей на голову — успела уклониться. На и без того потертой обложке прибавилось царапин и проколов от кошачьих зубов.

— Герочка! — ахнула Клюева. — Ты как догадался⁈ Как сумел-то⁈

Она точно помнила, что оставила эту книгу на столе в беседке. В сумку не убирала, поскольку рассчитывала немного погулять и снова сесть за занятия. Но как кот ее дотащил⁈ Она же фунта три весит!

Герострат на этот раз вопросы проигнорировал, убедился, что принес то, что требовалось, и снова куда-то исчез. Но теперь это уже не имело значения. Сырость, холод и не такая уж сильная боль отступили на задний план, когда голова оказалась занята. Даже комары зудеть стали тише и не отвлекали. Так что Марина не сразу и поняла, что слышит вдалеке голос Андрея, зовущего ее по имени.

— Я здесь! — закричала она и с трудом поднялась на затекшие ноги. — Я здесь, Андрей Ильич! Спасите!

— Туда? — спросил сыщик у кого-то, и шаги его стали стремительно приближаться.

Сначала в колодец заглянул Герострат, а за ним и Звягинцев, прошипел что-то недовольное и спрыгнул вниз, к ней. Злой был настолько, что едва не дымился, даже Герочка предпочел ретироваться.

— Цела? — спросил первым делом, а когда Марина кивнула, зашипел гадюкой: — Как⁈ Вот как, Марина Викторовна… — но тут оборвал сам себя, увидев книгу. Брови поползли вверх.

— Герочка принес, — пояснила Клюева. — И, Андрей Ильич, я же не специально, — она опустила голову.

Звягинцев выдохнул. А потом хмыкнул как-то подозрительно весело.

— Дайте сюда, — протянул руку, и Марина книгу отдала. Андрей небрежно размахнулся и выкинул учебник из колодца. Присел на корточки. — А теперь туфли снимайте и садитесь мне на плечи.

— Что? — не поняла она.

— Будете перечить и задавать глупые вопросы — оставлю вас здесь ночевать, — пригрозил он, но, хоть и не видела сейчас лица, поняла Клюева, что сыщик улыбается. — Туфли отдайте и держитесь крепче, — потребовал, когда она неловко, путаясь в юбках, все же уселась, как велели. Туфли полетели следом за книгой, когда Звягинцев поднялся на ноги. — А теперь медленно и аккуратно встаньте.

— Как? — испугалась Марина.

— Вот как сидите, так и вставайте, у меня на плечах. И вылезайте наконец из этого колодца. Давайте, у вас получится. За край придерживайтесь, достаете ведь уже.

— А вы?

— А я потом, без груза, — он уже отчетливо усмехнулся.

Чувствовать себя грузом было обидно, но спорить не хотелось. Вставать оказалось страшно, а еще неловко, потому что любимый начальник крепко обхватил ладонями за лодыжки и направлял ее ноги. Зато вылезти оказалось совсем просто.

Марина, как была, на четвереньках, быстро отползла в сторону, поискала глазами туфли. Одну увидела сразу, вторая где-то пряталась. Ладони Андрея легли на край колодца, а потом тело его буквально вылетело вверх, и большей своей частью распласталось на земле. Меньшая, которая нижняя, оставалась в колодце.

— Андрей Ильич? — робко позвала Марина, испугавшись, когда нового движения не последовало.

Тут Звягинцев резко подтянул под себя руки и даже не отжался, оттолкнулся ими и почти в прыжке оказался на ногах. Циркач! Встал во весь рост. И навис. Смотрел как-то странно, даже сжаться захотелось под его взглядом. А потом просто выдохнул.

— Знаете, Марина Викторовна, вот сейчас все именно так, как и должно быть. Спасать попавших в беду барышень — дело мужчин вообще и сыщиков в частности. Но никак не наоборот. Надеюсь, вы запомнили это ощущение.

— Что вы лучше меня плаваете, я тоже запомнила, — обиженно пробурчала Клюева.

Но Андрей уже отвернулся и поднял первую из ее туфелек.

Когда они, грязные, как свинки, вернулись в дом, началась легкая паника. Больше всех кудахтала Агафья, но Марина все равно была рада ее видеть. Аграфена отправила Радду топить печь возле помывочной, Данка носилась вверх-вниз по лестнице в подвал, стаскивая туда полотенца и прочий банный инвентарь, а Андрей повел Марину по коридору в сторону библиотеки.

— Вот ваша комната, — указал он на дверь, что прежде была заперта. — Вещи Прохор уже принес. Берите все, что нужно, и идите мыться, чушка вы эдакая, — Марине краска в лицо бросилась, а сыщик вдруг добавил: — Да и я не лучше, — и улыбнулся так, как мог улыбаться только он.

Клюева нашла в себе силы кивнуть и толкнула дверь. Но тут же едва не упала — и так ноги подкашивались, так еще, отпихнув ее, в комнату первым прорвался Герострат.

— Сумасшедший кот, — пробормотала она.

Чушкой быть не хотелось, поэтому первым делом Марина приметила в углу свой кофр. Пустой. Подошла к шкафу, открыла. Весь ее нехитрый гардероб уже был развешан и разложен по полкам. Небось, Радда постаралась. Стало неловко. Не привыкла Клюева к тому, чтобы ее обслуживали. Впрочем, сейчас было не до рефлексий. Быстро собрав необходимое, она совсем уж собралась выйти, но тут услышала злобный рык кота.

Герочка появился из-под кровати с каким-то шматом то ли травы, то ли ниток в зубах. Рассмотреть Марина не успела: кот, все так же злобно рыча, стремительно выпрыгнул в открытое окно. Девушка тоже подбежала и выглянула. За окном зеленел и бурно разбрасывал во все стороны флеши малинник, поднимаясь едва ли не до подоконника по высокой каменной кладке основания. Как только кот там половину шкуры не оставил⁈ Однако радовало, что влезть в это окно безнаказанно никто не сумеет. Хотя кому она нужна?

И Марина, выкинув из головы глупые мысли, отправилась мыться.