Глава 7. У закрытой двери

После ужина ни один учитель уже не работал, так что мы вернулись в общежитие. Я плюхнулась в чистейшее, словно бы новое, кресло с твердым намерением дочитать-таки устав Академии. Тео и Шесса убежали к себе, так что близнецам было не с кем болтать, и они наконец-то решили разобрать чемоданы. Из соседней комнаты доносились жутковатые звуки, словно там кого-то били об стену, но никаких жалобных криков не было, так что я не вмешивалась.

— Тамара, тебе помочь с распаковкой вещей? — спросили они спустя пару часов, когда мне осталось прочитать всего лишь пятую часть книги.

— Угу, — отозвалась я, упорно перечитывая одну и ту же строчку, потому что уставший мозг отказывался видеть в ней смысл. Ребята скрылись в моей комнате, и странные звуки стали доноситься уже оттуда. Впрочем, спустя полчаса оттуда послышалось подозрительное подхихикивание и заинтересованный разговор. Не люблю такие интонации. Там явно что-то происходит.

Отложив книгу, я пошла в свою комнату и застала близнецов за… разглядыванием моего нижнего белья.

— А ну быстро положили на место!… пожалуйста, — добавила я, чтобы смягчить фразу: в конце концов, сама же разрешила близнецам разобрать мои вещи.

— А что это такое? — спросил Эрди, примеряя мой лифчик на кулаки.

— Нижнее белье, — густо покраснев, призналась я. — На грудь надевается.

— Я же тебе говорил! — радостно откликнулся Лори. — А ты «подвя-а-азки, подвя-а-азки».

— Да что этим можно прикрыть? — изумился Эрди, ворочая объект так и сяк. — Одни веревочки. Какой в этом смысл?

— Мальчики, положите на место, — все больше закипая, попросила я.

— А это тоже на грудь надевается? — словно не слыша, сказал Эрди и двумя пальчиками, как что-то живое и очень кусачее, вынул кружевные трусики.

— Нет, на попу, — ответила я, уже скрипя зубами.

— На попу? — удивились оба.

— А что это вообще? — спросил Эрди, продолжая изумленно разглядывать вещицу. Лори тоже наклонил голову, явно пытаясь представить, как это должно сидеть на теле.

— Трусы, — весьма угрожающе прошипела я. — Панталоны, только очень короткие.

— Серьезно? — хором спросили оба и попытались придать моим труселям объем. Тут уж я не выдержала и выхватила у них свои вещи.

— А ну хватит! — рявкнула я, упихивая все обратно. — Вы совсем не понимаете, что такое личное пространство и личные вещи?

— Это просто белье, что в нем такого? — удивленно пожал плечами Эрди. — Когда мама свое на просушку развешивает, она ведь не бесится, что мы его видим.

— У твоей мамы вместо нижнего белья еще одно платье и панталоны до колен с рюшечками, — возмутилась я. — Это даже сравнить нельзя.

Близнецы переглянулись.

— Мы не поняли, — сказал за обоих Лори. — Так это белье или нет?

— Белье, — подтвердила я, все еще чувствуя, как у меня пылают щеки — хотя, сейчас уж скорее от злости.

— Нижнее? — уточнил Эрди.

— Нижнее.

— Одна часть на грудь, а вторая — на попу?

— Да.

— Тогда почему его нельзя сравнивать с маминым бельем, если оно выполняет ту же функцию? — нахмурился Эрди.

— Потому что у него другая функция.

— Какая?

Я глухо застонала. Ну за что мне все это, а?

— Это красивое белье, — как можно спокойнее пояснила я. — Чтобы девушка в нем была красивой.

— Так ведь оно нижнее, его же не видно, — логично заметил Эрди.

— Ну а вдруг? — ответила я, взмахнув руками в воздухе, потому что слов мне уже не хватало.

— Что вдруг? — заинтересованно переспросил Лори, следя за моими жестами.

— Вдруг ее кто-нибудь увидит. В белье, — пояснила я.

— В этом? — Эрди выпучил глаза. — Так это же все равно, что без белья.

— Это для вашего мира без белья. А для нашего вполне достаточно.

— То есть, у вас женщина может показаться кому-нибудь в таком виде? — нахмурился Эрди, силясь меня понять.

— Да. То есть, нет. То есть не всем. В смысле, только тем, кто ей нравится. Ну, то есть не всем, кто ей нравится, а одному кому-то. И кому нравится она. И… Мужу, в общем. Вот. Мужу можно в таком виде показаться, — наконец, нашла я достаточно понятное объяснение.

Мальчики задумались, переваривая информацию.

— То есть, ты планировала здесь выйти замуж, — сделал вывод Эрди.

— Нет, — тут же открестилась я.

— Тогда зачем тебе такое белье? — спросил Лори.

— У меня все белье такое, — снова краснея, ответила я.

— То есть ты уже замужем? — уточнил Лори.

— Нет. Мне просто самой нравится носить такое белье. Красивая я в нем, понятно? — я снова повысила на них голос, хотя их вины тут не было: исключительно здоровое любопытство человека, столкнувшегося с чем-то новым.

— Так бы сразу и сказала. Чего орать-то? — ответил Эрди чуть обиженно. Мне стало стыдно.

— А тебе в нем не холодно? — озабоченно поинтересовался Лори.

— Нет, — ответила я уже чуть мягче.

— А… — снова начал Эрди.

— Так, стоп! — перебила я их. — Ребята, мне ужасно не нравится эта тема. Пожалуйста, оставьте мои вещи, я сама их дальше разберу.

— Хорошо, — послушно откликнулись они, встали и вышли. Я села на кровать и устало потерла лицо руками.

Нет, все-таки быть их куратором довольно трудно. И дело тут вовсе не в том, что близнецы умеют колдовать, а я — нет. И даже не в том, что у них какие-то там дурные характеры. Хорошие у них характеры и, честно говоря, хорошее воспитание. Гораздо большую трудность для меня представляет восприятие их возраста. Я вижу двенадцатилетних детей. Думаю же о них, как о девятнадцатилетних. Но реальное ощущение их возраста колеблется между этими отметками, заставляя меня нервничать. Вот взять, к примеру, этот эпизод с бельем. Они выглядели, как дети, и вели себя, как дети: нашли непознанный объект и исследовали его со всей тщательностью детского любопытства. Но мой разум вопил: «Ты позволяешь взрослым мужикам копаться в своем белье!» и требовал прекратить все это немедленно. И самое странное, что если б на их месте был Эрай, то я бы не была так возмущена: похихикала бы вместе с ним, обсуждая всякие интимные штучки, и мы оба были бы вполне довольны легким флиртом. Но с этими двумя же не пофлиртуешь. Во-первых, их двое. А во-вторых, они дети! Нет, головой я понимаю, что не дети. Но когда они вот так по-детски себя ведут, да плюс их невинная внешность… Сплошные сложности и неразрешенные вопросы. Куда проще было бы, если бы они ко мне и днем приставали. Тогда мой мозг спокойно классифицировал бы их как взрослых со странной внешностью, и никаких проблем. По идее, так и надо думать, но… Одно дело надо, а другое дело — материнские инстинкты. Хоть глаза завязывай, чтобы не видеть их вечно юные мордашки. Вот чего им не застрялось хотя бы в шестнадцатилетнем возрасте, а? Ну не могу я воспринимать их как взрослых мужчин, не могу, хоть убейте.

Я возилась с обустройством и раскладыванием вещей до самой ночи. Близнецы сидели в своей комнате, и оттуда время от времени доносились их тихие, размеренные голоса. Я окончательно успокоилась и почувствовала себя почти комфортно. В сундучке от Фелиссы я обнаружила еще и мягкое домашнее платье, явно играющее в этом мире роль халата. Обрадовавшись ему, как родной мамочке, я тут же скинула «королевский» наряд и «красивое белье», и совсем уже было собралась облачиться в новую, уютную шкурку, как обнаружила, что моя грудь смотрится как-то неестественно.

Я подошла к зеркалу, повернулась так и эдак, разглядывая себя. Вроде бы, все было в порядке: кожа везде одинаковая, со всеми моими родинками и даже маленьким шрамом. Но грудь была словно чужая: она сидела высоко и вызывающе. Я недоуменно приплюснула ее. Грудь послушно примялась. Ощущения были самые обычные. Но стоило мне отпустить ее, как она тут же приподнялась обратно. Я развела их в разные стороны и отпустила. Раздался шлепок, грудь вздрогнула, как пудинг, но почти сразу успокоилась. Что за чертовщина? Я подвигала грудь вправо-влево, вверх-вниз. Попробовала оттягивать и прижимать. Результат был один и тот же: она была словно ненастоящая. Нет, на ощупь все было нормально. Но она слишком упорно держалась на несвойственной ей высоте и слишком идеально круглилась, как будто находилась в лифчике пуш-ап или…

Или все еще была под действием кое-какого заклятия.

Ну и что мне делать? Пойти к Эрди, попросить опустить ее обратно? Я еще раз подвигала грудь. Попрыгала на одном месте. Нет, в принципе, ничего ужасного в этом нет. Даже красиво. И можно ходить без лифчика, если платье не просвечивает. А еще грудь не будет разъезжаться в стороны, если я лягу на спину. Хм, а мальчикам пора патентовать свои изобретения. Так уж и быть, не буду жаловаться.

Я надела халат и пошла в комнату близнецов, чтобы проведать их перед сном.

Ребята выглядели слегка погрустневшими. Я поинтересовалась, все ли у них в порядке, но мне ответили спокойными улыбками и уверениями, что все хорошо.

— Тогда чего вы такие кислые? — спросила я, забираясь с ногами на кровать Лори.

— Просто жаль, что скоро ночь, а мы не можем увидеть себя взрослыми, — сказал Эрди. — Так хочется хоть разок заглянуть в зеркало и увидеть там не это.

Эрди подергал себя за пухлые щечки, показывая мне «это».

— Ты свое ухо обработал? — спросила я, чтобы отвлечь его от печальных мыслей.

— Да, Тео дал мне какую-то мазь. Вон, видишь, белое под сережкой? — Эрди наклонил голову, показывая мне ухо. Краснота спала, но небольшая припухлость еще была.

— Давай ты в следующий раз все-таки предупредишь меня, прежде чем дырявить себя, — попросила я.

— Тамара, ну ты же знаешь: я не ребенок. Сам прекрасно понимаю, что можно подхватить инфекцию и не только ухо потерять, но и вообще умереть от заражения крови.

— Я знаю, что ты не ребенок, — со вздохом сказала я, притягивая его к себе правой рукой. — Но даже если б ты выглядел как взрослый, я бы все равно о тебе беспокоилась.

Я чмокнула Эрди в висок. Он улыбнулся и положил голову мне на плечо. Лори ткнулся под локоть с другой стороны. Пришлось и его обнять. Мальчики утихли, дожидаясь полной темноты и, похоже, все еще в тайне надеясь не заснуть с ее наступлением, иначе легли бы в кровати. В комнате было тихо и слегка печально. Гулял прохладный ветерок из распахнутого окна, шуршала где-то в углу неугомонная Кшифа.

— Тамара, ты ведь нас не бросишь? — вдруг спросил Лори.

— Почему я должна вас бросить?

— У тебя ведь там совсем другая жизнь, друзья… мужчины, — пояснил Эрди.

— Ну да, однажды мне придется вернуться, — кивнула я. — И желательно, чтобы я при этом не была слишком старой. Но ведь это случится не завтра, и не послезавтра. И может быть даже не через год. Вы еще устать от меня успеете. Вот я сейчас войду в роль и превращусь в ворчливую версию вашей мамы.

— Это хорошо, маму мы любим, — зевнул Лори. Я хмыкнула.

— Ты только не хватайся за голову, как она, всякий раз, как мы колдуем, — посоветовал Эрди и тоже зевнул. — А то руки затекут.

Я улыбнулась и потрепала их по макушкам. Головы близнецов постепенно становились тяжелее: они засыпали.

— Мальчики, может, вы ляжете? — осторожно предложила я, когда удерживать их стало слишком трудно. Мне никто не ответил. Близнецы проваливались в сон, как в кому, ни на что не реагируя. Удерживать их я больше не могла, и они улеглись ко мне на колени, чуть ли не один поверх другого. Выбраться при желании можно было, но они были такие милые, что тревожить их не хотелось. Я погладила их по вихрастым макушкам. Лори улыбнулся во сне.

Спустя некоторое время, когда уже окончательно стемнело, я ощутила какое-то едва заметное движение у меня на коленях: это тела близнецов принимали ночную форму. Прошла минута, и они подняли головы и сели передо мной. Странное ощущение. Вроде бы знаешь, что это все те же Эрди и Лори, и не чувствуешь от них никакой угрозы, а все равно будто совсем другие люди на тебя смотрят. И этих-то уж точно с детьми не перепутаешь.

— Эрди, — я протянула руку к фигуре справа. Существо послушно ткнулось носом мне в ладонь.

— Лори, — я коснулась фигуры слева и ощутила, как инкуб обнюхивает мое запястье. — Ну почему бы вам не развернуться в другую сторону? Ну зачем я вам сдалась, а? Тут, в Академии, так много красивых девушек. Ладно, с Цербелой я была не права. Но здесь ведь и других дополна. Погуляли бы, познакомились… Ну, или как это у вас происходит.

Братья слушали меня, чуть склонив головы, но вряд ли понимали. Я вздохнула и похлопала по кровати:

— Ложитесь.

Близнецы послушно легли, обогнув меня с обеих сторон. Их когтистые руки потянулись к моим плечам, спине и животу. Я мягко, но настойчиво их отклонила. С хвостами было труднее: сегодня луна не освещала комнату, и я не видела, но чувствовала, как они шарят по платью в поисках открытого участка кожи. Я поймала сначала один (вздрогнул Эрди), потом второй (шевельнулся и замер Лори), отвела их в стороны и прижала к кровати. Инкубы не ответили мне, но хвосты держали там, куда я их «убрала». Вот и молодцы. Я хотела было уйти, чтобы переночевать в своей комнате, но мне вдруг стало интересно еще раз взглянуть на близнецов в их ночном облике.

Потянувшись к спинке кровати, я зажгла сразу несколько магических светильников — Фелисса еще вчера показала мне, как это делается. Светильники были высоко, и пришлось привстать на коленях. Я зажигала последний, когда по правому бедру скользнула мягкая ладонь. Совершенно неожиданно по всему телу прокатилась восхитительная волна приятных ощущений. Я быстро повернулась, выскальзывая из захвата. Рука Лори разочарованно опала. Но сам он продолжал смотреть на меня. Зрачки у него были расширены до предела, и свет фонариков отражался в их глубине — прямо как у кошек, только не зеленым, а голубоватым бликом. Эрди был немного послушнее и продолжал лежать там, где я ему указала. Но тоже не спал.

— Ложись, Лори, — сказала я, мягко надавливая ему на плечи. Лори опустился, но вовсе не выглядел человеком, изготовившимся ко сну. Прижавшись грудью и подбородком к кровати, он снова заскользил рукой в мою сторону, добрался до ног и погладил по ступне. Замер, подождал моей реакции, еще раз погладил. И еще. Это было забавно. Я наклонилась и осторожно приласкала его за ухом и под подбородком. Лори протяжно вздохнул и перевернулся на спину, подставляя мне шею. Я погладила ее кончиками пальцев. Эрди смотрел на нас спокойно: не возмущался и даже не ревновал. Но когда я устала тянуться и села обратно, прижавшись спиной к подушкам, он передвинулся, обнял мои ноги и продолжил лежать уже в этой позе. Думаю, он бы и уснул так же, если б мне вдруг захотелось просидеть с ними всю ночь. А вот Лори все никак не успокаивался: перекатывался то на одну, то на другую сторону, извивался, все время на меня поглядывая. И действительно жутко напоминал кота. Сходство довершали заострившиеся коготки, которых у дневных версий близнецов не было.

Когда он в очередной раз повернулся, подставляя мне шею и животик, я не выдержала и похлопала себя по бедрам, подзывая его. Дважды приглашать не пришлось. Лори тут же перевернулся на четвереньки и двинулся ко мне. Эрди без возражений отполз с его пути, отодвинувшись к краю кровати. То ли я не вызывала у него такого интереса, как у брата, то ли он просто в этой форме был более послушным. А вот Лори предпочитал добиваться своего: наступал на меня, как тьма на землю.

Добравшись до моих колен, он на этом не остановился и, прежде чем я сообразила, как установить предел, уже навис надо мной, помахивая в воздухе хвостом с влажно блестящим кончиком. Я замерла. Близость его тела, теплое дыхание, касающееся моей шеи и этот странный взгляд — все это завораживало меня и околдовывало не хуже настоящей магии.

— Черт возьми, Лори, до чего же ты классный в этом виде, — прошептала я скорее для себя, разглядывая его: если у парня и были какие-то внешние недостатки, сейчас я их в упор не замечала. Все в нем было гармоничным, и в любой позе он был прекрасен. Ну прямо действительно как кошки: их тоже как ни поверни, все время кажутся милыми. Лори наклонил голову, прислушиваясь к моему голосу, а потом потянулся ко мне губами.

— Нет, Лори, — сказала я, уворачиваясь. — Давай, ты свой первый поцелуй подаришь кому-нибудь все-таки в сознательном состоянии.

Он не стал настаивать. Но и останавливаться тоже не стал. Просто прошелся невесомым прикосновением по моей шее, коснулся ключиц и остановился, добравшись до платья, но волна приятных мурашек прокатилась дальше, сладко растаяв внизу живота и фейерверком рассыпавшись на ягодицах. Я лежала, боясь шевельнуться и наслаждаясь последними мгновениями близости, потому что где-то внутри уже просыпалась совесть и настойчиво просила ее выслушать. Прежде, чем разрушить наше очаровательное ночное свидание, я все-таки подняла руки и провела ладонями по бокам Лори, запоминая ощущение. Чтобы в следующий миг крепко его ухватить и настойчиво сдвинуть в сторону. Нет. ЭТО делать нельзя, даже если никто не против. Что я скажу утром ребятам? Как буду смотреть им в глаза?

Я одним рывком поднялась и быстро пошла прочь. В дверях все-таки остановилась и оглянулась. Оба близнеца смотрели мне вслед. Они по-прежнему ничего не говорили, и укор в их взглядах мне наверняка лишь почудился. На самом деле близнецы смотрели на меня в ожидании, готовые сорваться с места и пойти следом по первому же знаку. Я вздохнула и решительно закрыла дверь.

Спалось мне ужасно. Правильнее сказать, не спалось вообще. Было душно, неудобно. Тело все время напоминало о моменте слабости сладкими отголосками. Я ворочалась и все вспоминала взгляды близнецов. Что, если они так и смотрят на дверь в ожидании меня? Это все местный воздух: он слишком чистый и слишком вкусно пахнет. Да и вся эта романтика волшебства, средневековой моды и прочих местных особенностей не слабо кружит мне голову. Вот какая нормальная девушка не отреагирует на двух соблазнительных демонов? Конечно, я их хочу. Это совершенно естественно. Но поддаваться этому нельзя. А как хочется…

Я со стоном свесилась с кровати, уткнувшись лбом в холодные доски паркета. Ну вот чего мне нормально-то не живется? Днем жаловалась, что они слишком похожи на детей. А теперь изо всех сил желаю, чтобы они поскорее снова стали детьми, чтобы я могла глянуть на них, умилиться и перестать их хотеть, в конце-то концов! Нет, ну правда, не могу же я завтра глянуть в их милые мордашки и сказать: «Ребят, я тут вас сегодня ночью случайно трахнула. Но вы ведь все равно ничего не помните, так что я еще немного попользуюсь, ладно?».

Я еще сползла на пол, перевернувшись. Теперь на кровати лежали только ноги, а паркет холодил всю спину. Стало немного легче. Но ненадолго: почти сразу представился Лори, ласкающий мою шею. М-м-м, кто-нибудь, вытряхните это из моей головы! Я повернулась на бок, перебравшись на пол уже окончательно. Нет. Нет, я не вернусь в комнату близнецов. Я так решила, и я не буду изменять своему решению. Даже если никто не узнает. А ведь никто не узнает, в том числе и сами близнецы… Черт возьми, Лори, если ты прямо сейчас снова придешь ко мне, я тебе не откажу. Я пообещала себе не ходить в вашу комнату, но если вы придете в мою…

Кто-то маленький процокал коготками по паркету, подходя ко мне. Любопытная крыса обнюхала мое лицо, пытаясь понять, чего это я тут разлеглась. Я вяло шуганула ее. Двигаться не хотелось. Хотелось стонать и извиваться, как совсем недавно это делал Лори. Только никто не приласкает меня за ушком, не погладит шейку. Ну вот зачем я такая принципиальная? Нет, пойду все-таки проверю, спят они или нет. Я же могу просто проверить? Здесь же нет никакого подтекста?

Дойдя до комнаты близнецов, я притормозила, оперлась рукой о дверь и стиснула зубы. Нет. Я обещала себе не заходить. И что, уже так быстро сдалась? Я настолько животное, что не могу потерпеть? Я повернулась спиной к двери и тихо сползла по ней. С той стороны послышалось едва заметное шуршание: кто-то тоже опустился вниз, скользя по доскам то ли спиной, то ли ладошками. Лори? Эрди? Или оба сразу? В животе снова сладко заныло. Наверное, у меня просто такой день цикла. Надеюсь, завтра будет полегче. Я пока я просто посижу здесь, послушаю, помечтаю…

Я просидела так до самого рассвета. После восхода солнца из-под двери донеслось явственное похрапывание. Я приоткрыла ее. Прямо у моих ног спали, обняв друг друга, Эрди и Лори — все те же милые маленькие близнецы: видно, неспящие инкубы с рассветом стали детьми и от усталости моментально уснули. В голове у меня было мутно от недосыпа, и я не поняла, что чувствую по этому поводу: радость или все-таки разочарование. Подхватила первого близнеца под мышки, помогла добраться до ближайшей кровати. Подняла второго, свалила туда же. Вот теперь можно и самой отключиться на пару часиков.

Завтрак мы позорно проспали. Тео и Шесса, взволнованные нашим отсутствием, принесли нам его в корзинке.

— Вы здоровы? — тут же поинтересовался Тео, оглядывая помятую меня с отчетливыми синяками под глазами.

— Да. Просто очень плохо спали ночью, вот и решили доспать утром, — пояснила я. — Проходите. Только близнецы еще дрыхнут.

— Это кто тут еще дрыхнет? — отозвался покачивающийся Эрди, только что вышедший в гостиную. Следом за ним, протирая сонные глаза, показался Лори.

— А чего мы так проспали? — поинтересовался он.

— Даже не спрашивай, — отмахнулась я и пошла умываться, чтобы хоть как-то привести себя в порядок. А вернувшись, обнаружила в гостиной активную деятельность. И близнецы, и гости шумно болтали, смеялись. Эрди колдовал над столом, раскладывая завтрак по тарелкам и подогревая его, Тео и Шесса сидели в ожидании завтрака (кушать в столовой без нас они не стали), а Лори крутил в воздухе очередной «королевский» наряд, словно бы надетый на невидимый манекен.

— Держи, — сказал он, движением кисти отправляя платье в полет — прямо мне в руки. — Не могу обещать, что точно его подогнал, но должно подойти.

Я кивнула и скрылась в своей комнате. То ли Лори сообразил, что идти со мной в соседнюю комнату на глазах у всех, чтобы помочь одеться, это не слишком красиво, то ли вчерашний маленький скандал по поводу «трогающей» меня магии возымел свое действие, не знаю. В любом случае напрямую меня атаковали с целью навести красоту уже после завтрака, зато на глазах у гостей. Я попыталась возмутиться, но Тео и Шесса были солидарны с моими экзекуторами, а наш недоучка-целитель даже накапал мне в стакан какого-то зелья, которое, по его словам, должно было устранить синяки под глазами. Я с большим сомнением его выпила. И не пожалела: в голове почти сразу посветлело, полегчало, глаза наконец-то по-настоящему открылись, и я снова смогла радоваться жизни.

— Ну вот, сразу на человека стала похожа, — удовлетворенно сказал Эрди, когда волосы на моей голове перестали шевелиться под воздействием заклинания, а с лица исчезло странное ощущение бегающих по нему насекомых. Сказала бы я, кто тут животное, да гости все слышат.

— Как здорово, — оценила Шесса. — А мне также не сделаете?

— Извини, но нет, — непреклонно отказал ей Лори. — Мы на самом деле не любим бытовую магию, просто хорошо в ней разбираемся, и делаем исключение только для Тамары.

Батюшки. Какая честь.

— Забыл спросить: как там Цербела? — вдруг оживился Эрди, поворачиваясь к гостям.

— Не пришла, — расплылись в улыбках Шесса и Тео. — Ни она, ни ее свита. Там вообще сегодня были только наши.

— Испугалась, что ли? — не поверил Эрди.

— Вряд ли, — покачала головой Шесса. — Скорее разозлилась настолько, что видеть нас не хочет.

— Или для нас задумывалась какая-то гадость, а мы не пришли, — предположил Лори. — Между прочим, принесенная вами еда была заколдована.

— Да? Как? Почему ты сразу не сказал? — тут же атаковали мы его вопросами.

— А чего говорить? — пожал плечами Лори. — Я всегда сношу к чертовой матери любые заклинания с предметов, которыми мы пользуемся: если там что-то бытовое, Эрди всегда может обратно заколдовать, а все остальное ни к чему. Если б я знал, что это не ваших и не поварских рук дело, я бы посмотрел внимательнее, что там за заклинание было, а сейчас уже поздно.

— Ты видишь чужие заклинания? Но это же… Это же высший класс магического шпионажа! — ахнула Шесса, уважительно глянув на двенадцатилетнего пацана. Лори приосанился.

— Я только в бытовой магии не слишком хорош, а все виды боевой, в том числе и защитные, мне даются с легкостью, — гордо пояснил он.

— Круто! — оценил Тео. — Я из боевой могу разве что «разрыв» применить, да и то лишь внутри тела и в небольших объемах. Совершенно не смертельно, если, конечно, не попасть по жизненно важному органу.

— «Разрыв» — это народное название, — поправил его Эрди. — Правильно говорить «магия увеличения».

— А какая разница? — пожал плечами Тео.

— Разница в том, что изменение размеров отдельно взятого участка ради получения трещин и разрывов — это лишь один способ его применения, — пояснил Лори. — В бытовой он тоже используется, когда надо что-то раскрошить. Это может даже ребенок, потому что такая версия заклинания не требует большого магического умения. А ты попробуй увеличить, скажем, толщину защитных укреплений. Или человека.

— Ой, нет, — тут же отказался Тео. — Увеличивать живых существ — это явно не для меня. На это даже не каждый из наших учителей способен.

Близнецы переглянулись и фыркнули. Глаза у них вспыхнули энтузиазмом, Эрди молча направил палец на середину стола, и над ним приподнялась Кшифа. Мордочка у нее была недоуменной, в лапках был зажат кусочек яблока. Крыса медленно поплыла по воздуху и приземлилась в центре комнаты. Ощутив под лапами твердую поверхность, она быстро-быстро ими засучила, но заклинание Эрди держало ее на месте. Близнецы встали так, что Эрди оказался позади и прижал ладони к широко разведенным рукам брата. Воздух в комнате загудел и словно бы наэлектризовался. Я почувствовала, как все волоски на моем теле встают дыбом. Не от страха, а по каким-то другим причинам, но бояться было чего: крыса вдруг начала стремительно увеличиваться и росла до тех пор, пока не стала крупнее каждого из нас. Только когда ее размеры стали сравнимы с размерами медведя, братья успокоились. Крыса выглядела напуганной, она нервно дергалась и пыталась убежать и спрятаться где-нибудь, но заклинание Эрди все еще держало ее на месте.

— Тихо, моя хорошая, тихо, — сказал ей Лори, подойдя и погладив животное по мордочке. Крыса понюхала его и пискнула, жалуясь хозяину на судьбу. Точнее, выдала жуткий рев, который напоминал бы писк, только будь мы в десять раз выше и слушай ее на уровне крон деревьев. Лори успокаивающе принялся чесать ей спину. Жесткие шерстинки превратились едва ли не в иглы дикобраза, удлинившиеся желтые зубы стали казаться клыками саблезубого тигра. Я вытянула руку и потрогала длинный ус. Мда, стальная проволока.

— Мы бы еще больше раздули, но, боюсь, она может разломать общежитие, — сказал Эрди, представляя онемевшим зрителям результаты их совместной с братом работы. — Кто-нибудь хочет прокатиться на боевом скакуне типа «крыса»?

Желающих не было, и Лори оседлал любимицу самостоятельно. Кшифа явно не была предназначена природой для таких целей. Она нервно оглянулась на хозяина, не понимая, чего тот от нее хочет.

— Вперед! — скомандовал ей Лори. Эрди взмахнул рукой, открывая наружную дверь. Крыса оглушительно чихнула и помчалась вперед. Лори радостно заорал, изо всех сил вцепляясь в нее руками и ногами: держаться на крысе было трудновато. Все ее тело при движении ходило ходуном, Лори то и дело подскакивал вверх и проваливался вниз. Но это было не так страшно. Страшнее было другое: крыса принципиально не желала бежать по прямой и равномерно перебирать ногами, как это делают лошади. Она постоянно меняла направление, передвигаясь зигзагами, отчего Лори мотало то вправо, то влево, и время от времени совершала небольшие рывки вперед. Я была уверена, что парень держится «в седле» исключительно при помощи магии. Но это никого не смущало: Лори визжал от счастья на своем оригинальном скакуне, Эрди с радостными криками мчался следом, готовый в случае чего быстренько сколдовать что-нибудь мягкое, чтобы брат не разбился. А мы просто быстро бежали за ними, не зная, присоединиться ли нам к веселью или волноваться за парня.

Развлечение закончилось неожиданно.

— Какого… — успел выдать Эрди, когда крыса встала на дыбы, скинув его брата. Взмах рукой, и Лори повис на невидимой страховке. Кшифа ощетинилась и совершенно не по-крысиному зарычала на выскочившее нам навстречу существо: рогатого демона. Он был совершенно не в себе, скалился и бил хвостом из стороны в сторону. Выглядел демон таким же неразумным, как близнецы по ночам. Только уж больно разъяренным.

— Эрди, отпусти, — попросил Лори. В тот же момент демон бросился на нас, выставив рога вперед. Шесса завизжала, Эрди тоже вскрикнул от неожиданности. За долю секунды он скинул заклинание, державшее брата, и запустил в нападавшего другое. Демон словно бы врезался в невидимую стену с отчетливо металлическим звуком, потерял сознание и грохнулся на землю. Мы все сначала замерли, а потом облегченно выдохнули, поняв, что так неожиданно возникшая опасность миновала.

— Ты его «сковородкой» что ли приложил? — деловито спросил Лори, отряхиваясь после падения и разглядывая результат. — А почему не «ситом» или хотя бы воздушной подушкой?

— Да все так быстро случилось, я сообразить не успел, руки сами колданули «сковородку», — покаялся Эрди.

— Какую ск-ск-сковородку? — уточнил слегка напуганный Тео.

— Это бытовое заклинание, — пояснила ему Шесса. — Обычная сковорода, чтобы подогревать еду. Только невидимая и огромная.

Я представила Эрди в фартучке с чудовищных размеров сковородой в руках, с суровым лицом и медвежьим рычанием отбивающегося ею от толпы демонов, и принялась нервно хихикать.

— Так он схлопотал обычный удар по голове? — спросил Тео.

— Обычный, скажешь тоже, — фыркнула Шесса. — Да Эрди его так приложил, что будь на месте этого демона ты, превратился бы в лепешку.

— Но у него же может быть сотрясение или травма шеи! — Тео поспешил к пострадавшему.

— Стой! — тут же скомандовал Лори. — Надо с него сначала «бесилку» снять.

— Снять что? — переспросил Тео.

— «Бесилка» — боевое заклинание демонов, — пояснил Лори, подходя к пострадавшему и начиная что-то над ним ворожить. — Теоретически, очень полезное, если дело касается поддержания боевого духа: ярость зашкаливает, инстинкты самосохранения притупляются. На другие народы оно не действует, поэтому демоны в бою применяют его массово, и потому с ними никто не любит воевать.

Лори вдруг замолк, прервав лекцию, повел рукой в воздухе, словно бы ощупывая натянутый канат.

— Эрди, оно сетевое, — сказал он, повернувшись к брату и хмуро на него глядя.

— Надо обратиться к преподавателям, — тут же отозвался Эрди. — Я тебе тут не помощник. Ты же знаешь: все, что касается боевого ментала — это не мое. Вот раздолбать что-нибудь к чертям собачьим — всегда пожалуйста. А вот снять «бесилку», тем более сетевую, — тут я тебе не помощник.

— Эрди, это то самое заклинание, которое было в столовской еде, — пояснил Лори. — Его на нас с тобой ставили, понимаешь? В Академии не так много демонов, вряд ли больше десяти человек. И они все сейчас взбесились. Ты же знаешь: в таком состоянии достаточно одного неприятного слова, косого взгляда, и демон на тебя бросится. У нас каждая секунда на счету. Может быть, прямо сейчас кто-то из нашего брата уже калечит студентов! А когда заклинание рассеется, никто не сможет доказать, что оно было. И всех демонов массово исключат! Думаешь, для нас сделают исключение?

— Лори, но я не могу, — повторил Эрди. — Я не вижу сеть, я и на нем одном «бесилку» едва-едва различаю, а ты хочешь, чтобы я ее всю разом ощутил и уничтожил. Да это нереально!

— Тогда я сам, — тут же ответил Лори и, не теряя времени, схватился за невидимый канат.

— Стой! — Эрди дернулся к брату, но тот уже явно вовсю колдовал, хоть на этот раз и не было никаких помахиваний руками в воздухе или щелчков. Лори лишь сосредоточенно прищурился, сжал губы и запыхтел.

— Лори, ты не сможешь, — тихо сказал Эрди, тем не менее не вмешиваясь в процесс. Мы подошли ближе, не зная, что предпринять.

— Тамара, ну скажи ему, — с надеждой обернулся ко мне Эрди. — Он же надорвется!

— Лори… — начала я, слегка напуганная всем происходящим.

— Тамара, не мешай, — тут же скороговоркой отозвался Лори. Я попыталась тронуть его за плечо, но вмешался Эрди:

— Нет! Не трогай. Убьешь их всех вместе с моим братом, — он схватил меня за руку. — Только он сам может прервать процесс.

— Так как мне тогда его остановить? — возмутилась я. Эрди жалобно глянул на меня и пожал плечами.

Это продолжалось около минуты. Тишина стояла препоганейшая. Лори не шевелился, только время от времени хмурился. Взгляд его был направлен в пространство, словно он был в трансе. Я уже было подумала, а не сбегать ли за помощью, когда Лори вдруг отмер и начал стремительно бледнеть, оседая на землю. Тео подхватил его.

— Все, можешь лечить, — сказал Лори побелевшими губами и отключился.