Глава 40

Макар. В груди что-то ломается, когда я думаю, что Ната уйдет… Та, кого я спас. Вытащил из воды, очистил от тины и песка, запустил ее сердце… И свое тоже… Циничное, уставшее верить и любить, бесчувственное… Как я могу ее отпустить? Как, скажите на милость? И силой удерживать не могу… – Боишься? – спрашиваю, касаясь ее руки. – С тобой нет. Макар, я хотела… – вскидывает она на меня взволнованный взгляд. – Я хотела остаться у тебя. Пока. Не уверена, что хочу вот так… являться в этот мир. – Я не против. Я… Ната, я очень хочу, чтобы ты осталась и… – Я буду помогать тебе с сынишкой. Учить с ним уроки. И Клавдии Сергеевне помогать по хозяйству. С моей стороны будет неосмотрительно… – Нам нужна помощь юриста, Наташ. Не хочу, чтобы эти вандалы прибрали к рукам твое имущество. Пока ты собираешься с духом, они могут успеть. Идем. Может, Кира что-то знает? И я пригласил Фила. Четыре головы лучше, как ты считаешь? Она кивает и замирает на мгновение. Зажмуривается и крепко сжимает мою руку… – Скоро будет легче. Поверь, я знаю, о чем говорю. Вспомнила что-то еще? – Да. Мы с Кирой долгое время не общались из-за Славы. Помирились совсем недавно. Входим в светлое, уютное кафе и замираем на входе. Наташа оглядывается и просит молоденькую официантку позвать Киру Львовну. – Ты уверена, что это хорошая идея? – с сомнением в голосе спрашиваю я. – Может, надо сразу в ее кабинет идти? Ната, здесь полно народу и… Договорить я не успеваю. Кира, завидев Наташу, зажимает рот ладонью и… падает… – Все хорошо. Я врач. Я сейчас помогу ей прийти в себя. Быстро принесите мне аптечку! – командую ошалевшим от неожиданности девчонкам. Подхватываю Киру на руки и скрываюсь в дверях ее кабинета. Дураки мы все-таки… С каждым часом все больше людей знает, что Снежина жива. Совсем скоро скрывать это не получится… – Галлюцинации… Господи, это все от волнения и усталости. Ее ведь, ее… – бормочет Кира. – Кир, я жива. Кирочка, дорогая моя… Посмотри на меня. Я жива, – всхлипывает Наталья, присаживаясь возле Киры. – Как? Наташ, правда, ты? А кто тогда… – взмахивает она ладонью. – Не знаю… Помню, что была какая-то женщина. Доверенное лицо Фельцера. Кир, я не все помню. Я себя не помнила… Меня Макар спас. Вытащил из воды, вылечил. Видишь, какое у меня теперь лицо? – Красивое лицо, Снежина. Не кокетничай. Лазерный пилинг тебе в помощь. Все быстро исчезнет. Так что с тобой случилось? Так и знала, что твоя дурацкая затея закончится этим. Дайте мне немного отдышаться… Что делать теперь? Ты вспомнила, что именно случилось на палубе? – Нет. Упала я. Оперлась об ограждение, а оно разъехалось. На палубе были Слава и Юрий Алексеевич. Дальше все как в тумане… – Тебе нужно восстановить личность. Но не выдавать себя. Пусть семья не знает о твоем местонахождении. Можно ведь так? – Можно, – оживляюсь я, выуживая из аптечки пузырек с нашатырным спиртом. – Фу! Я в норме, Макар. А почему вы ничего не сказали мне на похоронах? Побоялись? – прищуривается Кира, медленно поднимаясь с дивана. – Конечно. Сомнений нет, что Наталью столкнули специально. Я никому тогда не верил. А, учитывая ее беспамятство… Сложно было доверять. – Да уж… Наташ, тебя ведь и Яна опознала. Выла над гробом, как белуга. Не понимаю, как им удалось так загримировать ту несчастную? – недоумевает Кира. – Дело не в этом. Они изначально знали, что это не ты. Если со Славой все понятно, то Яна… Как им удалось ее переманить на свою сторону? – Отец может манипулировать ею. Или угрожать. Не думаю, что она настолько пропащая, чтобы… Наталья понуро опускает голову и тихонько всхлипывает… Господи, значит, дочь могла так поступить? И что нам со всем этим делать? Кому верить? – Кир, Макар прав – у меня нет тех, кому бы я могла доверять. – Есть я, Кир. – Погодите. Не все так плохо… Кира, у вас сохранились записи с камер видеонаблюдения? Наталья присылала вам что-то? – Нет. А я просила ее прислать… Фельцер запретил ей делиться записями. Она все сохранила в своем ноутбуке. Макар, а разве не достаточно показаний Натальи? Давайте поедем в полицию? Сейчас же… – Нет, Кир. Рано. У нас есть время. Пока Слава не может вступить в права наследства. К тому же… Я вспомнила, что оформляла генеральную доверенность на маму. А мама… – Все правильно. А Лидию Ивановну любимый зятек упек в психушку. – Поедем к ней, – вскакивает с места Наталья. – Сядь, Натусь. Нас не пустят. Кем ты представишься? Погибшей дочерью? Хочешь, чтобы и тебя упекли? Поселили в соседнюю палату? – справедливо замечает Кира. – Сейчас мы успокоимся и дождемся Фила. А вот и он… Пойду встречу его. Душу заполняет странная тревога. Я слишком хорошо знаю, что такое слежка… Замечаю странный, черный седан, припаркованный на противоположной стороне улицы. Именно его я видел на похоронах… Может, мне все это кажется? Фил взмахивает ладонью, переходит дорогу, а тип за рулем подносит рацию к лицу и что-то торопливо произносит… – Погоди, Фил. Сделай вид, что забыл что-то в машине. Запомни номер во-он той машины. – Ага, я тоже ее заприметил… А ты разве не помнишь, кто из нее выходил? – Нет. – Охранник Фельцера. Поздравляю, Макар. За нами следят. Я так понимаю, Наталья тоже здесь? Ждем серого кардинала? – Беги за телефоном или… Что ты там забыл? Фил хлопает себя по лбу и возвращается к машине. Распахивает пассажирскую дверь и открывает «бардачок»… Я закуриваю, делая вид, что недоволен забывчивостью друга… – Запомнил. Только как нам это поможет? У нас никого нет из тех, кто бы смог помочь пробить этот номер. – Я служил чертову уйму времени, Фил. Найдется такой человек. Но я почти уверен, что за нами следят шавки Фельцера. Если он знает, что Ната жива – повторит попытку ее убить…