Глава 6

Неделю я крутила и так и этак присланный договор, искала подвох, искала что-то по этому вопросу в сети, даже к юристу сходила, но всё сходилось к одному: Белицкий действительно хотел поддержать развитие незаконнорождённой дочери. Выглядело это так со всех сторон. Но я сомневалась, прямо пятой точкой чувствуя, что подвох всё-таки есть.

Белицкий сказал, что на решение у меня есть всего неделя, после которой он уже ничего не может обещать. И вообще, договор больше нужен мне, чем ему, поскольку именно я усомнилась в его добропорядочности. Выглядел он при этом оскорблённым, но чувствовал ли себя таковым?

Посмотрев стоимость обучения на магических дисциплинах, я поняла, что сами мы с мамой финансово не потянем. Варианты кредита или отработки меня не устраивали — они откладывали месть. Да, в договоре Белицкого тоже были ограничения по учебным заведениям — выбрать что-то дорогое столичное не получилось бы. Но меня и Новоалександровск устраивал, потому что собственных знаний в голове хватало. Или не в голове? Часть знаний я принесла с собой, этакий кусок памяти, привязанный к душе. И одну большую незаживающую рану. Не уверена, что ей поможет повторное уничтожение Серра, но отказываться от мести я не собиралась.

А вот от договора… Тоже не собиралась. Определяющим фактором для меня стало как раз то, что отказ Ани от столь заманчивых условий выглядел бы подозрительно, а Белицкий контактировал с Мещеряковым. Успокоился ли тот за эти годы или отслеживает все странности? Рисковать я не имела права. А обязательство с моей стороны выглядело столь мизерным — какой-то месяц на выбранных курсах, что я рискнула согласиться, поскольку это был единственный тревожащий меня пункт. Правда, я предложила его конкретизировать, но Белицкий возразил, что только к лету будет известно, кто станет набирать, а нарушений договора со своей стороны он не может позволить.

Я подумала, что вряд ли он столь замысловатым образом пытается меня убить. Дешевле было бы нанять кого-то для имитации случайного убийства — мало ли глупых девочек прирезают в подворотнях? И даже если выяснится, что убийство было не случайным — заказчику это грозит всего лишь штрафом, поскольку убитая — простой человек, а заказчик — представитель рода. Максимум скандал поднимется, да и то… Вон как быстро сдулся скандал по поводу видео от Лидки и Ко.

Нет, единокровная сестра присмирела — видно, мозги ей всё-таки прочистили, поэтому она не только мне ничего не делала, но даже слова в мою сторону не бросала, в отличие от взглядов. Вот их мне доставалось в избытке, и все — с жаркой ненавистью. Особенно на уроках по магии, куда меня наконец допустили, как разблокировавшую магию. Раньше я посещала только занятия по медитациям, а сейчас речь шла уже о навыках владения магией и обучении новым заклинаниям. То есть это для основной массы учеников они были новыми, а для меня — старыми и примитивными. Приходилось притворяться, что изучение даётся с трудом, и всё равно я существенно опережала единокровную сестру. И это притом, что присланный Белицким учитель заклинаний не давал вообще, только практики по росту резерва, и следил за выполнением указаний. Что, кстати, тоже косвенно указывало на то, что Белицкому важно не развитие меня как мага, а именно рост до третьего ранга. Но я всё также не могла найти информации, для чего это было необходимо. Возможно, речь шла о каких-то преимуществах для рода — вся информация о таких вещах обычным людям была недоступна.

Я продолжала потихоньку тянуть магию из Лидки и её прихвостней, если замечала, что она начинала у них расти, так что всё обучение в гимназии им суждено было оставаться на одном уровне, а мне же каждая капля была необходима. Для возможных проверок пришлось научиться смешивать все капли в одну хаотичную массу. При таком варианте заклинания строились дольше и не всегда было понятно, на что хватит капель, а на что — нет. Зато из общего фона для Мещеряковых не выбилась бы — уже плюс. А восстановить прежнее разделение было делом пары секунд, так что я воспринимала это как дополнительную магическую тренировку: я могла выделить каждую стихию отдельно или же только одну, а остальные перемешать.

Замеры же местным артефактом показывали самое большое скопление капель, поэтому у меня была возможность свои достижения преуменьшить. А ещё — замаскировать Umbra, которая в этом мире встречалась очень редко. Пока единственный, у кого я заметила несколько капель — наш учитель по магии. Но эта стихия считалась мусорной, под неё заклинания известны не были. И она прекрасно пряталась под слоем остальных смешанных капель.

Я поняла, почему в этом мире работа с магией была только вербальной — попробуй-ка без слов собрать нужное, если капли валяются во вместилище как попало. Именно вербальная формула позволяла структурировать магию как надо.

Первый ранг я взяла меньше чем за месяц — и медитациями, и вытаскиванием чужих капель, последнее добавляло мало, но было уже делом принципа. Теперь у меня было пятьдесят две капли Ignis, двадцать восемь Umbra, сорок три Terra, тридцать девять Aer и сорок одна Aqua. Хуже всего было с Umbra — её не было ни у кого из тех, из кого я считала допустимым брать капли, а обычными медитациями она поднимается слабо. Были специальные, но они требовали сотню в этой стихии.

В классе кроме меня получил первый ранг только один, так что поводов для зависти со стороны Лидкиных прихлебателей добавилось. Отношение в гимназии не улучшилось, как игнорировали, так и продолжили игнорировать всем классом. Присоединился даже второй бастард, которого угораздило попасть сюда же. Ему это не особо помогало вливаться, но он всё равно от коллектива не откалывался. Если честно, мне было наплевать, потому что ни одно семейство, из которого были эти детишки, даже близко не стояли по родовитости с Альтами. И это я могла посматривать на них свысока и игнорировать, что я и делала. Общение с ними мне не было нужным: домашние задания можно было узнать в электронном дневнике, а проблем с его выполнением у меня не возникало. Потерпеть оставалось всего ничего — до лета, когда мы расстанемся уже навсегда.

Тем странней было, когда меня после школы догнал Емельянцев.

— Прогуляемся, Ань? — предложил он.

— Спасибо, уже однажды прогулялась, — насмешливо ответила я. — Или у вас опять накопились лишние карманные деньги? А ты учёл, что у меня теперь магия и я могу всех вас положить в том тупичке и сказать, что оно так и было?

— Ань, за кого ты меня принимаешь? — оскорбился он.

— За подлеца? — предположила я. — Который запросто идёт на сделки с собственной совестью ради выгоды?

— Ань, Лидия меня уверяла, что хочет просто поговорить. Я не думал, что дело дойдёт до драки.

— Хорошо. Тогда почему ты не вмешался, когда меня стали избивать толпой?

— Я говорил. Но кто бы меня послушал?

— Говорил, стоя вдалеке, чтобы в случае чего дать дёру? Тебе чего от меня нужно?

— Извиниться хотел, — заюлил он.

Хотел казаться хорошим хотя бы в собственных глазах? Не я такой, жизнь такая? И окружение? Нет уж, сколь ни рядись в одёжки благородства, дерьмо из-под них всё равно прёт.

— Извинился? — зло спросила я. — Всё, пока.

Я развернулась и потопала к остановке, потом вспомнила, что сегодня танцы, и решила прогуляться до них пешком.

— Ань, погоди. Я правда чувствую себя виноватым и хочу тебя предупредить. Лидка что-то задумала.

Это могло быть как правдой, так и очередной ловушкой.

— Она постоянно что-то задумывает.

— В этот раз серьёзно. Ты знаешь, что ей отец сказал, что если она не обгонит тебя по рангам, то ты станешь следующей главой рода?

— В смысле? — я аж на месте застыла от такого известия. — Я даже не Белицкая.

— После третьего ранга примут, — уверенно сказал Емельянцев. — Если ты так быстро прогрессируешь, то хорошо поднимешь. А Лидия уже полгода из нулёвки никуда не может двинуться.

— Она — не единственный ребёнок Белицкого, — напомнила я.

— Её брат со спящей магией. Он вообще не рассматривается на главу рода.

— Может, проснётся ещё.

— Не, Лидия определённо говорила, что с ним что-то не так, и её планировали в главы рода, а теперь — тебя.

— То есть ты поэтому ко мне привязался? Емельянцев, ты идиот? Сам подумай, стали бы постороннюю ставить главой рода, да ещё такую, у которой к роду есть счёты?

— Под клятву можно, — уже не так уверенно ответил он. — Почему постороннюю-то? Ты Белицкому дочь. И судя по твоему прогрессу, можешь получить и все десять рангов.

Я рассмеялась. Логическая цепочка сразу становилась понятной: Белицкие близки к Мещеряковым, а Емельянцевы зависят от Белицких, поэтому одноклассник и пытается сейчас со мной завести хоть какие-то отношения. Причём делает втайне от Лидки, поскольку не уверен, на кого правильно ставить.

— Емельянцев, поговори с кем-нибудь умным, чтобы тебе объяснили, почему Белицкие никогда не сделают меня главой рода, сколько бы рангов ни было у моей магии. Они скорее подберут Лидке для размножения целителя посильнее в мужья. Или её брату — барышню с сильной магией и поставят на внуков. Не трать на меня время, не окупится. Угроза была, чтобы заставить Лидку немного напрячься, но она и этого не может. Единственное, что от меня нужно Белицкому — третий ранг в магии. Кстати, как представитель рода не можешь пояснить, на что это влияет?

Он уставился на меня совершенно тупым взглядом и замотал головой. Да уж, в его случае природа очки разделила неравномерно, вложив по максимуму во внешность, остальное разбросала по другим параметрам. Мозгу при этом ничего не досталось, потому что он стоял где-то в конце списка. Разговор для меня окончательно потерял смысл.

— Всё, пока, я опаздываю.

Посчитав, что разговор закончен, я опять от него отвернулась и пошла дальше. Но Емельянцев не отставал.

— На танцы? Я видел запись. Красиво танцуешь.

— Где видел? — не оборачиваясь, бросила я.

— Лидия показывала. На сайте вашей школы есть видюшки. На одной попалась ты. Она возмущалась. А мне понравилось. Классно двигаешься.

Танцы стали отдушиной. И не только потому, что там ко мне относились как к человеку. Я чувствовала, как день за днём тело двигается легче, появляется растяжка, так необходимая для правильной работы с холодным оружием. А ещё кайф от ритмичных движений под музыку я получала такой, что забывала обо всех своих проблемах.

— Тоже хочешь к нам?

— Что? Нет, — он испугался. — Меня отец не поймёт. Недостойное занятие.

— Вот видишь. А моему отцу наплевать, что в очередной раз доказывает — Белицкий дочь пугает.

Я шла быстро, но Емельянцев не отставал, проводил до самого клуба, лишь на входе где-то потерялся, испугавшись, что его могут заметить в столь неподобающем месте. Донесут Лидке, а она поймёт, что тот пытается играть сразу за две команды.

— Поклонником обзавелась? — спросила Любава, увидевшая нас вместе. — Ничего так, красавчик.

— Красавчик, но туповатый и гниловатый, — ответила я.

— Из родовых детишек? Они все такие. Главное — не питать иллюзий по отношению к ним, а только развлекаться.

— Упаси меня господь от развлечений в компании таких уродов, — отрезала я. — А что там за видео с моим участием на сайте школы?

— С занятия. Сегодня ещё будут снимать. Я хочу тебя на место Оксанки поставить. Её сегодня не будет, а ты выигрышно смотришься. На моей памяти раньше никто так быстро не прогрессировал.

Ещё бы не прогрессировать: регенерация после каждого занятия, дополнительные упражнения дома на силу и растяжку — без магии такое невозможно, а магия среди танцоров — зверь редкий, исчезающий. Отдавалась я этому делу не шутя: если Серр не прекратил ещё поиски, в сторону танцевальных секций он посмотрит в последнюю очередь. Этими занятиями можно было прикрыть те, которыми я занималась дома. Потому что чёткость движений и гибкость нужна во многих областях.

— А ещё нас пригласили выступить на день рождения Марка Мещерякова, — продолжила Любава.

— Чего? — напряглась я.

— Я тоже удивилась, — энергично кивнула она. — Мы красавчики, но на такой уровень раньше не взлетали. Заплатить пообещали хорошо. Тоже тебя хочу взять. Ты прям классно смотришься и ловишь всё на лету. Деньги делим на всех поровну.

Мысли лихорадочно заметались. Не готова я была к встрече с Кассиусом. Конечно, вряд ли приглашение подстроил он, и всё же вдруг это проверка? Вот и думай, что опасней — отказаться или согласиться. На врага желательно посмотреть вблизи, но так, чтобы он меня не раскусил. Смогу или не смогу сдержать ненависть — вот в чём вопрос.

— Странно, что нас пригласили, а не кого посерьёзнее…

— Посерьёзнее тоже будут — не весь же день нам отыгрывать? Мы так, на пару выступлений — и адьос. Отдельная молодёжная тусовка будет, без старпёров. Странно было бы, если кто из старших Мещеряковых пригласил, а Марку всего двадцать — ему такие штуки нравятся. Кстати, нас выбрали как раз по этому видео с сайта, на котором ты. И откуда только о нём узнали?

Лидка подсуетилась, чтобы уронить мою репутацию на случай, если Белицкий решит поставить меня главой семьи? Кажется, опасаться раскрытия мне не стоит, нужно будет вести себя как можно естественней. А что может быть естественней, чем искренняя радость при появлении такой возможности? Показать себя и заработать?

— Так что, согласна? — нетерпеливо спросила Любава.

— Конечно, — ответила я со всем энтузиазмом, который сумела нагрести. — Кто откажется от такого? Разве что идиот.

— Прекрасно, — обрадовалась она. — Как раз успеем что-нибудь новенькое подучить.

Она отошла, а Машка вздохнула:

— Меня не позвали, хотя я дольше хожу. Завидую, да. Но ты и правда лучше меня двигаешься. И как так вышло? Ходишь всего ничего.

— Дома занимаюсь. Прям кайф ловлю от этих движений.

— Помнишь, ты не хотела к нам идти?

— Я не подозревала, что у вас здесь так здорово, — парировала я. — Но мне всё равно за тебя немного обидно.

Мы уже дошли до раздевалки, и я меняла гимназическую форму на спортивную так, чтобы значка гимназии видно не было. Конечно, Машка знает, но остальным к чему объяснять, что я вовсе не из золотых детишек и попала туда по недоразумению.

— А, — махнула рукой, враз утешившаяся Машка. — Меня бы всё равно не взяли на Оксанкино место. Только в массовку. И вообще, если честно, я боюсь выступлений. Как пойму, что на меня смотрят, как у меня тело деревенеет, а ноги начинают заплетаться.

— А ты об этом не думай, просто лови кайф от танца.

— Ага, попробуй не думать, когда на тебя пялятся все кому не лень. Мне нравится танцевать, но для себя. Конечно, на этом деньги не заработаешь, только потратишь, но я же ради удовольствия хожу.

— И я. Спасибо, что привела.

— Как бы нам сюда ещё Нику затащить… — мечтательно сказала Машка. — А то засела за свои книжки, сгорбится скоро как старуха.

— Скорее мы за книжки засядем, чем Вероничка на танцы пойдёт, — рассмеялась я. — Экзамены выпускные же. Не знаю, как вас, а нас гоняют по всем предметам.

— Ты ж по магии пойдёшь, тебе высокие не так важны, — отмахнулась Машка.

— Прям неважны, — возмутилась я. — Это если боевиком куда-то идти, то да, неважны. А если на целителя или артефактора, там в приличные места — приличный проходной балл.

— Да? — удивилась Машка. — Я думала, у вас попроще.

— Если бы ты знала, насколько нет, — вздохнула я.

Из зала послышались звуки разминочной музыки, и мы заторопились — опаздывать никто из нас не любил, а занятие вот-вот начнётся.