Глава 7

Обычно я никуда с классом не ездила. Не потому, что экскурсии или походы в развлекательные заведения были неподъёмно дорогими для нашего с мамой бюжета, а потому что находиться в компании недружелюбно к тебе настроенных людей — удовольствие ниже среднего. Приходилось постоянно ожидать очередную подставу, чего мне и в школе хватало с избытком.

Я смогла защитить свои вещи от «случайной» порчи сразу как чуть подкачала свое средоточие. Хотя как может случайно оказаться в рюкзаке содержимое двух стаканов сока? В запертом шкафчике раздевалки? Или форма, лежащая там же, случайно изрисоваться фломастерами? Или случайно облиться краской, которую невозможно было ничем растворить? Хорошо хоть, перед последней подставой я нанесла на свою одежду заклинание и теперь ничего постороннего к ней не липло и чистилось парой движений. Но пожаловаться я всё равно не забыла. Хотя толку от этого?

Эмма Петровна только вздыхала и бубнила, что в раздевалке камер нет, поэтому виновника установить не представляется возможным, но школа готова пойти навстречу пострадавшей стороне и вернуть деньги… Белицкому. А как иначе, если именно он оплачивал мою учёбу? Вот бы он порадовался, что часть денег за обучение, а то и все к нему вернулись.

Поэтому я предпочла не получать компенсации, а подготовить в следующий раз небольшую ловушку с той же краской, что использовала эта шайка один раз на моих вещах. Ловушка была целиком магической и после срабатывания следов не оставила. Попалась, к сожалению, не Лидка, а её прихвостень Султанова. Как она орала, когда, пойдя якобы в туалет, вернулась вся в плохо смывающейся краске.

Конечно, Лидкина компания сразу же обвинила меня, на что я парировала, что это именно они постоянно портят мои вещи, но поскольку тупые и криворукие, в этот раз что-то пошло не так и они испортили уже себя.

Султанова орала и топала ногами, но, как уже говорилось, в раздевалке не было камер, что там случилось, можно было понять только со слов пострадавшей, которой веры не было. А на порчу моих вещей я до этого жаловалась неоднократно. В том числе именно такой краской, которой сейчас прокрасилась Султанова — не пропадать же было той, что я собрала со своих вещей?

Султанова прошипела, что этого она так не оставит, но ограничилась одними угрозами, лезть к моим вещам перестала не только она, но и остальные.

И школа вроде солидная, а ученики ведут себя как малолетние гопники, а не как представители элиты. Такого поведения своих детей не допустили бы даже ублюдки Серры — они никогда не гадили по мелочам.

Поэтому игнор был обоюдный. Я не участвовала ни в каких классных мероприятиях и никуда с классом не ездила. До сегодняшнего дня, поскольку внезапно предложили набирающую популярность экскурсию в один из ближайших разломов.

— Нашим клиентам ничего не грозит, — разливался соловьём представитель фирмы, заманивая нас на экскурсию. — Мы выдаём напрокат и одежду, и артефакты, и вы сможете почувствовать себя настоящими охотниками за монстрами. Понять, насколько вас привлекает или не привлекает такая возможность. Кроме того, с группой всегда ходят опытные охранники, которые сразу же уничтожат любую покусившуюся тварь. Дежурят и целители. Последнее ещё ни разу никому не пригодилось. Потому что уровень разрыва минимальный, в таком от монстров отбиться можно без особого труда даже с минимальными магическими умениями. Разумеется, если не лезть под землю. Но туда экскурсия не проводится.

— Почему я бы рекомендовал вам пойти на эту экскурсию, — вмешался учитель магии, Андрей Осипович Косолапов. — Атмосфера в разрывах способствует развитию средоточия и может его подтолкнуть у тех, у кого оно застопорилось.

Застопорилось оно только у Лидкиной компании, и посещение разрыва им никак не поможет. И всё же мне показалось, что затеяли это развлечение исключительно ради этой четвёрки, которая скептически гримасничала, явно не впечатлённая предложением.

Я же терять такую возможность накопить капли столь необходимой мне Umbra не имела права. Я давно подумывала о походе в разлом, но это бы показывало ненужный интерес с моей стороны, а ещё мои возможности были слишком убоги для тех разломов, в которые был свободный доступ. В разломы же первого уровня можно было попасть только с такой же экскурсией.

— Я хочу записаться.

— Прекрасно, — расплылся в улыбке представитель фирмы. — Ещё кто-то хочет? Мы собираем группы и из разных учебных заведений, но куда лучше, если она будет сформирована из учеников одной гимназии, фактически родственных душ…

— Вот ещё, — пренебрежительно бросила Лидка. — В разрывах рост идёт преимущественно за счёт мусорной магии, которая никому не нужна. Разве что отсталой дуре, которая ничего не знает о магии. Я лучше потрачу это время на подготовку к экзаменам.

— Ты неправа, — возразил Андрей Осипович. — Там идёт общий толчок к развитию. Кроме того, у вас появится возможность испытать выученные заклинания в боевых условиях, а это тоже может дать толчок. Охранники ликвидируют только тех тварей, которые подбираются слишком близко. У вас есть заклинания для дальних дистанций, будет возможность понять, насколько ваши заклинания сильны и на какое расстояние бьют. Я за вами тоже присмотрю, если наберётся группа из нашей гимназии.

В его словах слышалась личная заинтересованность — наверное, фирма пообещала процент за каждого привлечённого ученика и бесплатное посещение ему самому. Последнее могло оказаться и не такой уж приятной обязанностью. В нашем террариуме нужно быть постоянно готовым к тому, что пауки передерутся: в классе имелись представители разных группировок, и временами вспыхивали довольно серьёзные ссоры, хотя до такого, как со мной, дело не доходило.

— Если из класса наберётся группа, то экскурсия пройдёт завтра утром, — продолжил Андрей Осипович, — пропущенные занятия не придётся отрабатывать.

Последнее заявление вызвало нешуточный энтузиазм. Сразу была забыта необходимость подготовки к экзаменам, и класс почти целиком записался на экскурсию. А кто не записался, скорее всего, не мог позволить себе потратить такую сумму без разрешения родителей — экскурсия с учётом всех факторов подстраховки выходила не дешёвенькой, а учёба в дорогой гимназии не гарантировала наличие денег на всё остальное. Всё же определённая гимназия — это престиж, а экскурсия — развлечение, без которого можно обойтись.

Лидка внезапно оживилась и стала о чём-то шептаться с Султановой. Не иначе как строили новые злодейские планы, которые можно встроить в мои и немного потеряться в разрыве. Первый уровень — совсем слабенький, даже моего нынешнего запаса должно хватить, чтобы справиться с любой опасностью. Потому что восполнение магии в разрывах идёт быстро, а боевых заклинаний я знаю много.

Стоило вернуться домой, как мама с порога выпалила:

— Я узнала, зачем Белицкому нужен ещё один маг третьего ранга. Это снижает налог с рода. То есть каждый маг, начиная со третьего ранга, — снижение налогов на определённый процент.

— На какой? — заинтересовалась я, уже понимая, что это — вполне себе веская причина для вкладывания в меня Белицким. Один раз вложился — и имей дальше всю жизнь налоговые вычеты.

— Не знаю, но до нуля налоги точно не сбить. И информации нет, я случайно услышала в клинике, когда процедуру проводила. Спрашивать же не будешь.

Такие вопросы от обслуживающего персонала не просто не поощряются, а штрафуются. Ответа мама всё равно не получила бы, а вот скандал бы вышел. Её объяснение меня, нет, не успокоило, но чуть притушило тревогу, которая всё равно никуда не исчезала. Скажи Белицкий прямо, для чего ему это было нужно, было бы куда проще, но нет — юлил, прикрывался заботой о дочери. Хочет казаться лучше в моих глазах? Для прежней Ани это бы сошло.

Поскольку уроки я завтра пропускала, то и делать ничего не стала, посвятив весь день медитациям и практикам, необходимым для развития. Вечером перед сном глянула, что там с каплями. Рост теперь шёл куда быстрее в процентах от имеющегося резерва. Восемьдесят три капли Ignis, тридцать четыре Umbra, шестьдесят одна Terra, пятьдесят две Aer и пятьдесят девять Aqua.

Если завтра всё пойдёт как запланировано, то я доберу Umbra до пятидесяти и смогу вызвать Дымку. Тень, привязку которой я сохранила, перебравшись в другой мир. Пятьдесят — это минимум, необходимый для воплощения тени в первый раз, дальше капель потребуется меньше.

Утром желающих поехать добавилось, и класс поехал почти в полном составе на присланном фирмой автобусе, новёхоньком, с затемнёнными окнами и удобными сиденьями, спинки которых откидывались как в самолёте. Пока мы ехали, нам давали инструктаж по безопасности. Косолапов, который ехал с нами, добавил от себя пару пунктов, в основном сводившихся к тому, что все должны идти группой и выполнять указания сопровождающих. По его расслабленному виду было понятно, что он не видит реальной угрозы для подопечных. А вот по виду троицы из Лидки, Султановой и Кравчука стало понятно, что меня ждёт какая-то подстава. Емельянцев держался от них подальше — то ли заметили, что он общался со мной после уроков, и не взяли в дело, то ли он сам решил дистанцироваться от этой компании. Если последнее — он не совсем дурак, потому что развлечения, практикуемые Лидкиной компашкой, даже в этом мире могут привести к печальному концу.

Разрыв принадлежал роду Сорокиных, одному из главных соперников Мещеряковых. Род был оборотистым, использовал по максимуму все ресурсы, к которым относились и разрывы. На их земле разрывов было несколько, но экскурсионный бизнес решили устроить только в этом, как самом безопасном и самом бесперспективном для добычи. Экскурсия в разрыв — это только звучит гордо, а на деле конкретно в этом нельзя собрать дорогостоящих ингредиентов ни с растений, ни с животных. Подходящих для добычи дорогих минералов тоже нет. Зато можно использовать для стимуляции развития магии у юных её носителей. Да и вообще — экзотика. В той части разрыва, куда нас собирались отвести, находились красивые древесные монстры, полурастения-полуживотные. Они могли питаться одним солнечным светом, но и подзакусить неосторожной птичкой никогда не отказывались. Правда, птички там летали такие, что тоже могли подзакусить кем-то неосторожным. В этом противостоянии все были на равных.

Вчера я изучила доступную информацию про этот разрыв, оставалось только придумать, как отстать от общей группы и получить нужное. Пока в голову ничего не приходило, но уверена, Лидка и Ко дадут мне такую возможность.

На пропускном пункте из автобуса нас высадили, потому что уже сразу за ним было марево перехода.

— Телефоны, другую электронику сдаём, — скомандовал один из экскурсоводов. — Ничего не забываем — то, что окажется на той стороне, гарантированно выйдет из строя. Инструктаж проведён, документ вы подписали, обвинить получится только себя.

На разум школьников полагаться не стали, проверили всех ещё какой-то приблудой, выявившей у Султановой трекер шагов. Остальные, как ни странно, все свои устройства в подписанные ящики выложили. Даже Кравчук, чьи мыслительные способности я оценивала ещё ниже султановских. И если учесть, что на это накладывалась влюблённость в Лидку, то в классе нынче он был самым… ограниченно умным.

Выдачей артефактов дело не закончилось, нас заставили полностью переодеться в один из вариантов формы для походов в разрывы. Лидка не преминула отметить, что комплект кто-то уже носил до неё, и она не будет надевать на себя ношеные шмотки. На что ей ответили, что она может купить себе неношеные и забрать их с собой после экскурсии. После озвучивания стоимости энтузиазм единокровной сестры приутих, и она неохотно напялила поношенную защитную одежду. В утешение ей сообщили, что после каждого использования всё стирается и дезинфицируется. А обувь — только дезинфицируется. Ботинки нам выдали тяжёленькие — такое впечатление, что и носок, и пятка там укреплены металлическими пластинками. Незаметно отправила сканирующий конструкт — и действительно обнаружила именно пластинки. Металл усиленный, но чем — проверять было долго, да и не нужно — главное, чтобы он справился с возможным нападением.

На выходе наша группа напоминала отряд охотников за тварями. Ещё бы в руки мечи и арбалеты — вообще было бы не отличить. Но на такое проводящие экскурсию не расщедрились, полагая, что от всех неприятностей нас способна защитить группа охранников.

Строго говоря, магу, владеющему Umbra, в разрыве первого уровня оружие и не нужно: твари слабые, а восполнение магии этого раздела идёт с той же скоростью, с которой она тратится. Другие стихии, правда, восполняются медленнее, но я знала достаточно конструктов на одной Umbra пусть и не такие убойные, как комплексные, и могла бы отбиваться только ими, пока восстанавливались капли остальных стихий.

Пока мы стояли перед мембраной, я пыталась понять, что в ней не так, почему она не пропускает тварей в этот мир, но отличий в структуре не нашла. Это так и осталось для меня загадкой.

Шагнув в разрыв, мы словно попали в другой мир. Из холодной зимы — в жаркое лето. Душное, влажное и отвратительно воняющее разложением. Пока я осматривалась, кого-то из одноклассников стошнило. Охранники любезно предложили фильтры за дополнительную плату.

— Вообще-то, фильтры должны входить в оплату экскурсии, — не удержалась Лидка.

— Экскурсия проходит с максимальным погружением, — невозмутимо ответил старший группы охранников, молодой симпатичный парень. Похоже, он принадлежал к роду — собственнику разрыва, потому что вёл себя уверенно среди родовых детишек, постоянно пытавшихся продавить сопровождающих то тем, то другим способом.

Косолапов фильтр купил, подав пример и другим. Я же на это тратиться не стала, и не потому, что дорого, — глупо терять возможность улавливать запахи в разрыве. Но белой вороной не стала, поскольку не купивших хватало. Кравчук внезапно заявил:

— Впечатление будет неполным, если от запахов закрываться.

— Обойдусь без полного впечатления, — парировал Емельянцев, активируя только что купленный фильтр. — Хорошо бы увериться, что это полное впечатление не останется с нами и на той стороне.

— Волнуешься за реноме? — хихикнула Султанова. — Не хочешь становиться вонючим красавчиком?

— Запахи останутся здесь, — вмешался в разговор Косолапов. — Емельянцев, уж это вы должны были усвоить из школьного курса.

— Да помню я, Андрей Осипович, — широко улыбнулся Емельянцев. — Почти всё, вынесенное из разрывов, в нашем мире разрушается сразу же, если не помещено в специальные контейнеры.

Это я тоже помнила, поэтому контейнеры у меня были, самые мелкие и дешевые, практически одноразовые. В разрывах первого уровня можно было набрать ингредиентов для основных татуировок. Вещь полезная, никакими конструктами не определяется, обнаруживается только визуально.

Замаскировать можно будет без проблем. В этом мире татуировки не редкость, причём немагические. По магическим мне информация не встречалась. В моей памяти сейчас знания двух семейств, так что я уже подобрала себе оптимальный вариант, осталось собрать нужное, приготовить раствор и нанести.

— Не разрушаются только минералы и высушенное здесь же растительное сырьё, — продолжал тем временем Емельянцев, поскольку Косолапов с него глаз не сводил и одобрительно кивал. — Сушить можно заклинаниями, на качестве это не сказывается. Всё животное сырьё разрушается в течение пятнадцати-двадцати минут.

— Молодец, Емельянцев. Напомни мне поставить тебе пятёрку за ответ. Остальные, надеюсь, тоже запомнили, что можно взять отсюда в качестве сувенира?

— Камни, камни и только камни, Андрей Осипович, — нетерпеливо бросила Лидка. — Обойдёмся как-нибудь без этой фигни. Мы куда-нибудь пойдём или так и простоим всё время экскурсии около входа в разрыв?

Вариант простоять здесь всё время был не так уж и плох — за то время, что остальные болтали, моё вместилище увеличилось на две капли Umbra. Необходимости в маскировке не было, поэтому я все капли разделила по стихиям и была готова создать заклинание практически мгновенно. Осталось получить возможность побродить здесь без присмотра остальных, и сдаётся мне, Лидкина компания такой возможностью меня обеспечит.