Глава 20

Река Меркатория — единственная река в Дваргусе, которая никогда не замерзает. Её воды глубоки, а течение столь стремительно, что ни дворф, ни человек, ни даже гоблин не может преодолеть её вплавь. А по весне, когда она выходит из берегов, то часто стирает с лица земли целые деревни. Но в коварстве и своенравности реки дворфы научились находить свои плюсы. По ней дворфы доставляют большинство грузов из одного графства в другое. Лес, уголь, руда, магические кристаллы — всё стремительно разносится по королевству, точно кровь по жилам. Вся торговля, будь то провизия, меха или самоцветы, проходит в речных портах.

В один из таких мы и направляемся. Я смотрю на реку издали. Её вода в этот зимний день кажется почти чёрной. Противоположный берег окутан туманной дымкой. Вдалеке, где река делает изгиб, виднеются силуэты кораблей и разные портовые постройки. Я ощущаю лёгкое волнение, понимая, что почти сделал следующий шаг в исполнении воли бога-дракона. Если найдём корабль, у нас будет шанс добраться до Хольмберга по воде, тихо и с наименьшим вниманием.

Мы только минуем последний перелесок и уже видим огни на пристани, как нас вдруг нагоняют всадники из Виндфула. Один из них целится на скаку и выпускает стрелу в Эрлинга. Лишь благодаря удаче, она проносится рядом с его головой, лишь слегка задевая ухо. Свея реагирует мгновенно. Её стрела останавливает новую попытку вражеского лучника ранить кого-то из наших.

Обнажая свой меч, я всматриваюсь в одежду и броню чужаков. Пытаюсь припомнить, как выглядели охранники на дворе ярла Вальгарда. Эти на них непохожи. Но откуда ж они взялись? Непохожи они и на обычных горняков, промышляющих разбоем. Прячут лица и оружием владеют сносно. Этим явно раньше приходилось драться.

— А я-то уж думал, что ярл Вальгард оставил нас без внимания, — нарочито громко восклицает Эрлинг, занося свою секиру для удара. — А он, смотри-ка, не разочаровал. Прислал наёмников нас проводить!

В голосе моего заместителя звучит ирония. Но во взгляде отражается злоба. Враг атакует внезапно, не оставляя времени на сомнения. Холодный ветер треплет мои волосы, снег сыпет в лицо ледяную крошку. Но мои воины встают спина к спине, готовые защищаться.

«Дай мне разобраться с ними», — звучит в голове голос Стамфара.

Я чувствую, как по моим жилам разливается пламя. Вновь мои воспоминания смешиваются с его. Я вижу королеву у жертвенного алтаря. Она просит о помощи. Чувствую непреодолимое желание защитить её, но есть и что-то ещё. Есть что-то более важное, связанное с дроттнинг Эммой. Но я не успеваю понять, что это. Древнее пламя берёт контроль над моим телом.

Лязг металла и чьи-то возгласы доносится до уха. Я всё ещё сжимаю в руке свой меч, хотя болезненный процесс обращения уже идёт. Один из наёмников бросается на меня, но я отбиваю его выпад и отбрасываю его клинок в сторону. Рядом Эрлинг раз за разом вонзает свою секиру в щиты, замах его широк и смертелен.

Другие мои товарищи тоже сражаются бесстрашно. Один из мечников, низкий и суровый, точно берсерк, вклинивается в строй наёмников и раскидывает их врукопашную. Другой пробивает себе дорогу к командиру отряда.

Наблюдаю за ними и вместе с тем ощущаю, как на моей коже выступает чешуя. Глаза загораются ярче магических кристаллов. Тело увеличивается, руки и ноги превращаются в лапы с когтями.

Я не помню, как проходит остаток преобразования. Но когда я поднимаю голову, мир вокруг меня как будто становится меньше. Хотя, возможно, это я становлюсь больше и мощнее. Из пасти вырываются столпы пламени, способного испепелить всё на пути и даже расплавить металл. Я вижу, как наёмников охватывает паника. Половина в ужасе бросает оружие и пускается в бегство. Другая часть, похоже, признаёт, кого именно видит перед собой, и потрясённая и одновременно поражённая, преклоняет колени и опускает головы.

— Пощади, Прародитель! — восклицает один из них. — Прости нас, что не признали тебя сразу. Нас ввёл в заблуждение ярл Вальгард, сказав, что нужно схватить дезертиров, подло оставивших свой пост.

Я смотрю на наёмника глазами дракона. Он на вид не старше меня. Волосы и глаза светлые, как у дворфов с запада. Речь выдаёт в нём выходца из знати. Да и что говорить, язык тоже подвешен. Надо же, как быстро сообразил, с кем имеет дело.

— Назовись, — требует Стамфар.

— Моё имя Витарр, Прародитель, — наёмник осторожно кланяется. — Для меня честь предстать перед твоим земным воплощением.

— Твоя лесть не принесёт тебе выгоды, — произносит бог-дракон холодно. — У всего есть своя цена. Если желаешь пощады, предложи то, что действительно имеет цену.

— Я и мои воины будем служить тебе, — отвечает Витарр с дрожью в голосе. А ещё я знаком с владельцем одного из кораблей, что сейчас находятся в порту. Вы ведь туда направлялись, не так ли? Каждый из моих братьев поклянётся тебе в верности, а после я договорюсь, чтобы мой знакомый взял нас в плавание. Как тебе моё предложение?

Я задумываюсь на миг. Стамфар внутри молчит, но не требует немедленной крови.

— Ваша свобода станет платой за жизнь, — говорит наконец бог-дракон. —Вы пойдёте и вместе с остальными исполните мою волю. Кто-то из вас всё равно погибнет, и для него откроется дорога в моё царствие. Остальные проживут долгую и мирную жизнь после того, как наш поход закончится.

— Мы согласны… — почти одновременно произносят наёмники.

— Да будет так.

Витарр облегчённо выдыхает. Из уст его продолжают звучать слова благодарности. Я обвожу взглядом своих товарищей. Многим из них явно не по душе, что наёмники присоединятся к нам. Но, по крайней мере, теперь нам не придётся думать, как попасть на корабль.

В порту торговец, коренастый дворф с толстой бородой и узловатой рукой, выслушивает предложение наёмника.

— Неспокойно нынче плавать по реке без охраны, — произносит Витарр с хитрецой. — С тех пор как конунгом стал ярл Роальд, всем плевать на торговые пути.

— И что ты предлагаешь? — спрашивает торговец хмурясь.

— Возьми нас на корабль, и мы защитим тебя, — губы Витарра растягиваются в улыбке.

— Да вас же целая прорва! — восклицает торговец возмущённо. — На кой мне столько охраны?! Из-за такого количества пассажиров мне придётся взять меньше груза.

— Подумай сам, будет ли смысл в том, что ты возьмёшь много своих товаров, если они все пойдут ко дну или достанутся пиратам, — возражает наёмник. Торговец раздумывает некоторое время и, наконец, соглашается.

— Ай да пёс с вами! Только чур не пьянствовать на корабле, не играть в азартные игры и не драться!

Когда мы восходим на корабль, торговец пытается выспросить, откуда мы и куда направляемся. Я не спешу с ответами и не открываю истинных мотивов нашего пути. Свея держится в стороне и не сводит с наёмников глаз. Я замечаю это и подхожу к ней.

— Всё в порядке? Ты не пострадала при нападении? — спрашиваю я.

— Нет, я цела, — отвечает она тихо. — Но я им не доверяю.

Она кивает на Витарра и его товарищей, расположившихся на палубе.

— Я тоже не доверяю, — отвечаю я в их сторону. — Но Стамфар не велел мне убивать их. Значит, возможно, им ещё суждено сыграть свою роль в нашей истории.

Свея вздыхает смиренно и кивает. Некоторое время мы стоим молча. Палуба скрипит под ногами. Запах смолы и рыбы смешивается с морозом. Эрлинг подходит к нам и становится рядом. Он не говорит и не спрашивает ни о чём, просто стоит у борта и наблюдает за противоположным берегом.

— О чём задумался, друг? — я хлопаю его по плечу.

— Да пытаюсь понять, могли ли мы договориться с ярлом Вальгардом, — отвечает он хмурясь. — Может, стоило Прародителю появиться и перед ним? Тогда бы ярл убедился, что мы выполняем его волю.

Мне становится не по себе от мысли, что это я попросил Стамфара не вмешиваться.

— Вы не скрывали от ярла, чьей воле следуете, — отвечает вместо меня Прародитель. — Верить или нет — это был его собственный выбор. На этом пути нам встретится множество смертных. И каждому из них предстоит выбрать свою судьбу перед лицом бога-дракона. Результат нашего похода от их выбора не изменится. Только их собственная жизнь.

— Я понял, Прародитель, — отвечает Эрлинг, склоняя голову передо мной. — Простите, что сомневался. Я просто думал о том, что есть только один законный способ свергнуть конунга Роальда. Ярлы-правители должны единогласно выступить против него, а после избрать нового конунга. Если между ярлами не будет единства, то есть риск, что ничего не выйдет.

— Ты умён и хорошо осведомлён, Эрлинг, — Стамфар одобрительно кивает. — Но не забывай, что ярлы не вечны. И Вальгарда, и любого другого на его месте может заменить его сын или племянник.

— Это так, — кивает Эрлинг. — Но суть всё равно одна: мы должны привлечь на свою сторону как можно больше сторонников.

Я задумываюсь над его словами. Если мы хотим помочь дроттнинг Эмме, то нужно донести до ярлов правду о конунге Роальде. Нужно создать условия, чтобы, когда придёт час, каждый ярл принял нашу сторону.