Глава 13 Поединок

— Мастер?

Я обернулся. На тропинке показался Виктор. Он встревоженно всматривался в мое лицо.

— Нам пора. Не стоит отставать от рыцаря.

Я кивнул, отгоняя морок:

— Идём. Иначе мы потеряемся в этом лесу.

***

Хранителя удалось обнаружить, ориентируясь по следам от тяжёлых ботинок. Дорога вилась среди высоких ветел. Болотные птицы вскрикивали жуткими голосами, и кто-то сверкал из густых теней желтыми глазами. Однажды чья-то костлявая лапа из бурьяна на обочине ухватила меня за штанину. Но Виктор полоснул по ней коротким клинком. Тварь завизжала и скрылась в траве.

— Спасибо…

— Смотри в оба, — оборвал меня друг и толкнул вперед. — Не сбивайся с шага, князь.

Мы успели нагнать рыцаря, когда тот подошёл к чертогу, высившемуся среди болота.

Строение и впрямь оказалось величественным. Замок из песчаника обточило время, ветер и дожди. Высокие узкие окна затянуло грязью и паутиной. Но фигуры гаргулий на парапетах взирали на нас с немым презрением.

Врата были опутаны толстыми корнями деревьев. Они образовывали труднопроходимую преграду. По периметру врат тускло светились витиеватые письмена на незнакомом мне языке. Хранитель взмахнул мечом. Клинок опустился на первую руну. Посыпались искры, и знак погас.

Остальные руны ярко вспыхнули. Хранитель отошёл на несколько шагов, ударил в одну из рун плетением. Ледяное копьё ударило в знак. Руна замерцала, впитала силу и взорвалась. Один из прутов решетки раскрошился в яркой вспышке.

На обезвреживание всех знаков ушло несколько минут. И когда последняя охранная руна погасла, решетка стала пеплом, а корни расплелись, впуская нас в чертог.

Под ногами хрустели осколки рухнувшей с потолка люстры. Ее остов словно скелет огромной птицы лежал на мозаичном полу. В центре зала стоял трон, на котором и восседал Чума. И при виде хранителя, я невольно испытал чувство отвращения.

Левая половина его лица была похожа на человеческую. Правая же половина была отвратительной. Почерневшая кожа местами лопнула, обнажив влажные красные мышцы. Он был облачен в домотканую рубаху, поверх которой ржавой паутиной лежала длинная кольчуга. Костлявые пальцы были увенчаны тусклыми кольцами.

Чума глубоко вздохнул, словно просыпаясь. Его веки дрогнули, а затем медленно поднялись. Багровые глаза уставились на нас с холодным безразличием безумца.

— Неужели ты наконец прибыл, братец? — усмехнулся наконец мужчина, остановив свой взгляд на рыцаря.

— Кровь моих братьев, которую ты пролил, требует отмщения, — пророкотал в ответ тот. — Пришла пора ответить за свои поступки. Справедливость должна восторжествовать.

Чума подался вперед, и его пальцы впились в подлокотники.

— Справедливость? — переспросил он. — Правосудие? Неужели ты предлагаешь мне бросить оружие и сдаться на твою милость. Ты так ничему и не научился. Поэтому Свет и покинул тебя, оставив в душе только злость, безжалостность и жажду мести. Ты извратил все, на страже чего ты стоял. Как и твой орден. Когда-то они были героями. Теми, кто стоял на страже справедливости. А теперь Культ воплотил в себе все, против чего сражался. Тьма затмила твой разум. И смутила твоих бойцов.

— Цени каждый вздох, гнусное чудовище, — Рыцарь указал остриём меча в сторону сидящего на троне Чумы. — Он может стать последним.

— Ты абсолютно прав, Хранитель, — согласился Чума, скривив свое жуткое лицо. — Я чудовище. Но я стал таким для того, чтобы защитить свой народ.

Он встал с трона, и в его руке словно из воздуха появился огромный топор:

— Ты привел друзей, — произнес он, указав на нас лезвием топора. — Но я предлагаю решить вопрос в честном поединке. Один на один. Зачем впутывать в наш старый спор смертного и его друга?

Я не успел сказать ни слова, как нас с Виктором отбросило к стене и опутало по рукам и ногам прочными лозами, которые не давали даже возможности пошевелиться.

— А теперь начнем, — хищно улыбнулся Чума, обнажив черные зубы.

И бойцы сошлись.

Железо лязгнуло, высекая искры. И тут же Чума взмахнул рукой, и Рыцарю пришлось быстро уйти в сторону. А в месте, где он стоял, появилась лужа зеленой слизи. Рядом появилась вторая такая же, потом третья…

Рыцарь ловко ушел от ловушек, обходя Чуму. Протянул в его сторону руку, и с латной перчатки сорвался шар синего пламени, которое понеслось в противника. Но тот только лениво отмахнулся топором, и снаряд отлетел в стену. Взорвался, разлетаясь по всей комнате мелкими брызгами. Огненные капли упали в лужи, мигом выжигая дрянь и оставив на полу смоляные подпалины.

Чума довольно усмехнулся:

— А ты не растерял навыков, братец.

— Как и ты, — пророкотал в ответ Рыцарь и взмахнул рукой.

В зале закрутились, набирая силу, несколько снежных вихрей, которые медленно потянулись в сторону противника, постепенно набирая силу. Чума ударил по полу рукоятью топора, и от него в разные стороны разошлось кольцо кровавых капель. Алые капли столкнулись со льдом, к потолку поднялись облачка пара.

— А ловко, — оценил Виктор, и интересом наблюдая за схваткой.

Мы уже не пытались освободиться, поняв, что это невозможно.

Бойцы снова сошлись в ближнем бою. Сталь столкнулась, брызнув искрами.

В фехтовании Рыцарь был сильнее. Он потеснил Чуму, и тому пришлось отпрыгнуть в сторону, чтобы разорвать дистанцию.

В ладони Чумы появилось несколько шаров. Злобно оскалившись, он бросил их под ноги Рыцарю.

— Паршивый трус! — пророкотал Рыцарь и сделал шаг вперёд. Подошва тяжёлого сапога с хрустом раздавила один из валяющихся на полу шаров. В воздух взвилась мелкая пыль, окутавшее Хранителя. Рыцарь попятился, захрипел, закашлялся. Чума же сжал кулак и бросил в Рыцаря странное плетение. Рыцарю удалось увернуться, но заклинание Чумы коснулось плеча в доспехе. Черный металл мигом покрылся ржавчиной. Рыцарь сорвал наплеч и бросил его на пол. А через пару секунд на мозаике уже лежала горка ржавчины.

Рыцарь вышел из облака пыли. Но двигался он будто пьяный. Его шатало, а движения были какими-то неуверенными. Но контратаку Чумы он все же смог предугадать.

Он сделал шаг вперёд, топнул ногой, и из плит пола, прямо в том месте, где оказался Чума, выскочил костяной шип. И от удара Чуму аж подбросило. А Рыцарь с трудом шагнул к упавшему оглушенному противнику.

Под тяжёлой подошвой хрустнул ещё один шарик и Рыцаря окутало зелёное облако. Но боец не стал блокировать атаку. Коснулся острием меча брата, который распластался на полу. И от клинка к телу потянулась синяя нить. Чума вздрогнул, тело Хранителя начало покрываться инеем. Изо рта урода вырвалось облако морозного пара. Спустя несколько мгновений Чума уставился в потолок пустым, невидящим взглядом.

Тут я понял, что лозы ослабли. И мы с Виктором снова можем шевелиться.

— Вот… и … все, — победно прохрипел Рыцарь.

Он вдруг покачнулся и рухнул на колени. Железо доспехов лязгнуло о плиты пола. Хранитель закашлялся. Снял шлем и бросил его на пол.

Я ожидал увидеть лицо старика. Но передо мной был все тот же мужчина, которого я запомнил в видении в башне Хранителя Мудрости. Только длинные волосы были абсолютно седыми. Он вдруг улыбнулся и посмотрел в потолок зала. Довольно улыбнулся:

— Свет, — прохрипел он, сплевывая на плиты пола красное. — Я… снова… вижу… его.

Хранителя окутала мягкая белая аура. Он обернулся, уставившись на меня:

— Свет вновь принял меня. Подойди ко мне, — по-отечески мягко произнес он, протягивая ко мне все еще твердую руку.

Мы с Виктором переглянулись. И я с опаской шагнул у стоявшему на коленях Хранителю.

— Дай… ладонь, — прохрипел он.

Пальцы в латной перчатке вложили в мою руку что-то металлическое. Кожу обожгло холодом, и мне стоило великих трудов не отдернуть руку.

— Я снял его после того, как свет покинул меня, — прохрипел Рыцарь. — Отдай его тому, кто достоин. Я знаю, в твоём окружении есть такой человек.

— Но… если я ошибусь? — оторопело переспросил я.

Рыцарь улыбнулся и покачал головой:

— Эту вещь сможет принять только светлый человек. Тот, кого не поглотили мирские пороки. А теперь зови Легбэ. Мне не терпится встретиться с папой.

— Не надо никого звать, — прозвучал от двери знакомый бас. — Я сам пришел за тобой.

Я обернулся. В дверном проёме стоял Легбэ, в неизменном черном фраке и высоком цилиндре. За его спиной маячил двое. Светловолосый мальчишка в белой рубахе, и мужчина в черном костюме, очень похожий на гробовщика. И при виде гостей, Рыцарь дружелюбно усмехнулся и прохрипел:

— Явился.

Легбэ кивнул и достал из кармана сигару:

— Решил лично проводить тебя и твоего братца.

Рыцарь кивнул:

— Справедливо.

— Господа, проводите наших гостей, — распорядился Легбэ.

Светловолосый парень подошёл к лежавшему на полу Чуме, склонился над ним, коснулся тонкими длинными пальцами лба. И Хранитель с хрипением открыл глаза и уставился на Лоа. И я ожидал, что Хранитель будет сражаться, или попытается бежать. Но все вышло совсем по-другому. Лоа-помощник Легбэ только улыбнулся и протянул Чуме руку. И Хранитель взялся за нее с какой-то обреченностью. И в сопровождении лоа направился к выходу. Рыцарь же сам поднялся на ноги. Хотя вышло это у него с трудом:

— Я сам, — прохрипел он и затоптал за гробовщиком.

Легбэ зажёг спичку и закурил, провожая Хранителей довольным взглядом. И когда те шагнули за порог, обернулся ко мне:

— Вы неплохо справляетесь, юноша, — с одобрением произнес он, выпуская клуб сизого дыма. — Красиво решили вопрос с двумя. Остался последний.

— И я ума не приложу, где его искать, — едва слышно пробормотал я.

Но Легбэ меня услышал:

— О, я уверен, вы почуете его. Вы же тоже Хранитель. А теперь, если у вас больше нет вопросов, прошу меня простить. Мне нужно идти.

Он развернулся и собрался было уходить. Но я быстро вклинился в разговор:

— Нам бы выбраться к указательному камню…

Легбэ остановился. Обернулся:

— В этом я могу помочь, — протянул он. — Этот лес слишком странный. Даже для меня.

Он щёлкнул пальцами, и на его открытой ладони появился клубок. Очень похожий на тот, что когда-то дала мне Ягиня:

— Кажется, вы забыли его вернуть, мастер, — пробасил он, протягивая клубок мне.

— И то верно, — протянул я, забирая вещицу. — Забыл. Ягиня наверняка разозлилась.

— Все, что не делается к лучшему, — ответил Легбэ. — В следующий раз не забудьте его отдать хозяйке с моими наилучшими пожеланиями. Хотя… — он зябко повел плечами, — лучше не упоминайте обо мне при этой леди. Она может остаться недовольной. Ну а теперь мне пора.

Он коснулся полей цилиндра кончиками пальцев прощаясь. А затем развернулся и отправился прочь.

***

"Даже не думал, что у нас все получится".

"О, я тоже не был уверен до конца, — ответил лежавший в кармане объект. — Но все прошло как надо".

От такого заявления я малость опешил:

"То есть как не был уверен"?

"Ну вот так, — был мне невозмутимый ответ. — Но это был интересный эксперимент. Убедить Хранителя".

"А если бы не получилось"? — уточнил я.

"Ну, пришлось бы пылиться ещё пару тысячелетий в этом забытом богами лесу и ждать, пока меня найдет новый Хранитель".

Я замолчал, обдумывая слова объекта.

— А ловко ты это все придумал, — задумчиво протянул Виктор и одобрительно хлопнул меня по плечу. — Я сперва даже не понял.

Мы шли за волшебным клубком по одной из едва заметных лесных троп. И если бы я предусмотрительно не накинул петлю из волшебной нити себе на запястье, мы бы уже давно потеряли полезную вещицу из виду.

— Плана как такового не было, — ответил я. — Это была чистой воды импровизация.

— Ты прямо как пёс, который бежит за машиной, — усмехнулся Виктор. Но я не понял этой шутки. А расспрашивать не хотелось. Слишком уж я устал.

— Одного только не пойму, — продолжал допытываться Феникс. — Как ты догадался, где нужно искать этого Чуму?

— Да все просто, — пожал плечами я. — Первого Хранителя, Мудрости, мы нашли в большом замке. Верховном Некроситете. Своеобразное учебное заведение…

При воспоминании об "экспонатах", которые мне довелось увидеть там, я зябко поежился:

— Рыцарь, он же светлый Хранитель Справедливости, был в оскверненном монастыре. Значит…

— Хранителя Природы укрыли в необычном, оскверненном лесу, — догадался Виктор. — А ты голова! А с чего ты взял, что они оба погибнут?

— В этом я как раз уверен не был, — покачал я головой. — Я надеялся, что бой вымотает победителя, и мы сможем с ним справиться. Поэтому я и взял тебя в подмогу. Но все вышло даже лучше, чем я ожидал.

— А в остальном ты надеялся на объект? — прямо спросил Виктор.

Я пожал плечами. Врать не хотелось.

— Других вариантов все равно не было. Вряд ли мы смогли бы справиться с Рыцарем. И его орденом. Даже всей дружиной. Да и поиски Чумы по Лихолесью заняли бы немало времени.

— А что теперь будет с Красным Культом?

Я равнодушно пожал плечами:

— А нам какое до этого дело? Мы устранили Хранителя. Остальное — головная боль охранки.

— Твоя правда, — с неохотой согласился Феникс. — Только не слишком ли часто ты им пользуешься? Он может поработить тебя, брат.

— Ну тебя же не поработила монета? — просто ответил я.

Феникс только хитро усмехнулся:

— Ну так я и не совсем человек.

Я только кивнул, удивляясь, как же быстро меняются люди. Скажи Виктор такое пару месяцев назад — я бы ни за что не поверил такому заявлению. Но сейчас на многие вещи я стал смотреть по-другому.

— А почему ты хочешь выйти именно к камню? — сменил тему Виктор.

— Там нас ждут группа эвакуации. Вернее, водитель и транспорт.

— Часть твоего плана?

Я кивнул:

— Перед отъездом я оставил письмо для Кристины Михайловны. И Юсупова уже должна была его передать.

Виктор замолчал. И некоторое время мы шли, думая каждый о своем. Я совсем потерял счёт времени. И поэтому не знал, сколько времени заняла у нас обратная дорога. Телефон, как и часы, здесь не работали. Да и кроны высоких деревьев Лихолесья не пропускали солнечного света. Казалось, над этим лесом было не властно даже время. Не знаю, о чем думал Виктор, пока мы шли, а мне стало интересно, где искать последнего Хранителя. Где может прятаться хаос? Так, думая каждый о своем, мы вышли к камню-указателю.

— А я вот так.

— Ну, тогда держи…

В тишине Лихолесья голоса мы услышали задолго до того, как подошли к камню. Один из голосов был мне знаком. Мы переглянулись и ускорили шаг.

В центре поляны высился огромный камень-указатель. А рядом, у пня сидели двое и играли в "мотыгу". Одним из игроков был Иванушка. Напротив сидел сгорбленный старичок, который, судя по всему, проигрывал. Старичок задумчиво почесал затылок, взлохматив спутавшиеся волосы, в которых мне показалось, застряли еловые иглы и опавшие листья. Широкая окладистая борода до пояса была такой же спутавшейся. Рядом со стариком в густой высокой траве лежала потрёпанная соломенная шляпа. Несколько секунд дедушка задумчиво смотрел на разложенные на нее карты. А затем скрипучим голосом произнес, обращаясь к Иванушке:

— Похоже, вы выиграли, мастер. Я сдаюсь.

— Ну не расстраивайся, — подбодрил старика дружинник. — Вот, лучше угощайся.

Он протянул старику открытый пакет с конфетами. Старик благодарно кивнул, взял одну и запихал в рот. Обёртку же он бережно разгладил и убрал в карман. Обернулся, и хитро покосился на нас:

— А вот и гости, — произнес он Иванушке. — Я же говорил, что живы.

Дружинник благодарно кивнул. Взял с земли несколько пакетов с конфетами и протянул их старику:

— Со всем уважением, — важно сказал он поклонившись.

Дед усмехнулся, забрал подарок и встал с травы.

— Спасибо добрый молодец. И за сласти, и за компанию. И за игру. Прощайте судари и удачной вам дороги.

Он забрал лежавшие на пне карты. Подхватил с травы потрепанную соломенную шляпу и нахлобучил ее на голову. Махнул нам рукой и шагнул за ближайшее дерево.

Иванушка же махнул ему на прощание рукой и обернулся к нам:

— Ну? Как прошла прогулка, князь? — буднично осведомился он.

— Успешно, — ответил я. — Прости, мы не могли предупредить всех. Действовать надо было малой группой.

Дружинник кивнул. Достал из кармана очередную конфету и отправил ее в рот. Потом вынул еще несколько и протянул нам.

— Кристина Михайловна выдала мне, чтобы скоротать время, — пояснил он. — Угощайтесь.

— Где машина? — проигнорировав предложение уточнил Виктор. — Только не говори, что ты пришел в Лихолесье пешком.

Иванушка задумчиво посмотрел на Феникса.

— До Лихолесья путь неблизкий, — ответил он, видимо так и не поняв шутки Виктора. — А я ещё не совсем выжил из ума.

— Сколько сейчас времени? — уточнил я.

Иванушка посмотрел на кроны деревьев:

— Я выехал в шесть утра. Когда часы остановились, был полдень. А сейчас… думаю, уже вечер.

— В шесть утра? — удивлённо переспросил Виктор. — Но…

— Вы отсутствовали трое суток, мастер Феникс, — пояснил дружинник. — А теперь прошу домой. Кристина Михайловна наверняка уже не находит себе места от беспокойства.

Он развернулся и направился к дороге. Мы последовали за ним.

***

— Видимо, Кристина Михайловна выдала тебе достаточные запасы сладостей, — хмыкнул Виктор, открыв дверь машины.

Сиденья и пол салона были усыпаны фантиками.

— Я много ем, когда волнуюсь, — пожал плечами Иванушка и сел за руль. — Да и большинство запаса съел лесовик. Пока мы коротали время за картами.

— Лесовик? — переспросил Виктор.

— Ну да, — спокойно пояснил парень. — Леший. Или хозяин леса. Он нашел меня и сказал, что гости в порядке. Ну и решил посидеть здесь, со мной. Пока вы не вернётесь.

Виктор задумчиво почесал в затылке:

— Интересно. То есть, он все время знал, что с нами все в порядке?

— Ну да. Это же его лес. Он тут про все и про всех знает.

Машина вывернула на дорогу, и покатила прочь, к выезду из Лихолесья.

— Кстати, вот, — я протянул Иванушке клубок. — Передай его хозяйке. Вместе с огромной благодарностью от меня.

Иванушка молча кивнул, забрал вещицу и сунул ее в карман. Я же убрал руку в карман. И нащупал холодный металл. Вещь, которую дал мне Рыцарь. Черт, я же даже не посмотрел, что он мне оставил.

Я достал вещь, взглянул на ладонь. На ладони лежал и тускло блестел белый перстень с каким-то непонятным знаком.