Глава 4 Лихолесье

Я открыл дверь и в комнате тут же вспыхнул свет. С опаской покосился в угол помещения. Туда, где несколько дней назад появилась голограмма деда. Видеть старика сейчас у меня не было никакого желания. К моей удаче там никого не оказалось. Все было тихо. Оосторожно пересек комнату, открыл саркофаг с объектами и слегка качнулся. Из ящика на меня повеяло силой и такой тоской, что сердце в груди замерло. Каждая из вещиц тихо взывала ко мне, молила ее коснуться, напитать жизненной силой. Мне даже показалось, что стеклянные крышки каждого контейнера слегка выгибались наружу. Уложив на подставку скальпель, я отступил на шаг назад и невольно залюбовался видом объекта на фоне стены. Инструмент тускло светился отполированной поверхностью и на ней появилась смутная тень. Однако стоило приглядеться и та исчезла. Топор лег на полку с глухим стуком. Но едва я убрал с древка ладонь, как в голове зашумели голоса. Точнее, далекое гулкое эхо, смешанное с барабанным боем.

Я с силой захлопнул дверцы шкафа и гул стих. От внезапно наступившей тишины заложило уши, и я тряхнул головой, отгоняя дурные мысли.

Затем я сел за стол. Открыл верхний ящик, достал блокнот в кожаном переплете и принялся листать страницы.

В отличии от меня, Федор Иванович был весьма дотошным в заполнении всех бумаг. Даже тех, которые оставлял для личного пользования. Проверка слухов, сухая выборка фактов, резолюция.

Под некоторыми объектами стояли знаки вопроса и приписки: “по слухам”, “проверить”. Видимо, старик так и не добрался до них. Нужно будет заняться этими вещами, раз уж появилось свободное время.

Один из таких объектов меня заинтересовал. В дневнике покойного деда он значился как “путеводная нить”

“По легендам этот объект может привести к любому месту, в котором ты пожелаешь оказаться. Даже если оно не существует (?)” — гласила подпись. А чуть ниже приписка:

“Проверить”.

Ни о каком хранителе знаний упоминаний в дневнике не было. Я откинулся на спинку кресла и уставился в потолок. Может быть это и есть тот предмет, который и был мне нужен? Мне не найти Хранителя ни в одиночку, ни с командой. А Легбэ точно не даст подсказок. Нужно будет спросить у Муэрте. Эта девица знает больше, чем пытается показать и способна оказаться полезной.

Я вынул из кармана телефон и сделал фото страницы. А затем спрятал дневник деда в ящик стола и вышел из комнаты.

***

Гостиная была пуста. В полутьме комната казалась огромной и немного зловещей. В камине затухали угли. Я уселся в кресло и положил руки на подлокотники. Вдруг очень ясно представил, как мой предок сидел здесь также как и я, и смотрел на огонь, раздумывая о чем-то своем.

— Не спится, князь?

Я повернулся. В дверях стоял Иванушка.

— Не выходит, — подтвердил я. — А ты?

— Только сменился с поста, — пояснил тот. Вынул из кармана красное яблоко, протер плод о рукав и с хрустом откусил. — Как чувствуете себя после посещения угодий Легбэ?

— Неплохо. Хотя, признаться, я был в шоке. Кстати, там я встретил старого знакомого. Рипера.

Я ожидал, что дружинник поразится, но он меня удивил.

— Вернулся домой, — пояснил Иванушка флегматично. — Восстановит силы и снова вернется.

— Но… как?

— Найдет лазейку, — пожал плечами боец. — Всегда возвращается. Этот мир его манит. Тут он творит непотребства с особым удовольствием.

— Ты уже с ним встречался?

— Пару раз. Охотились на него с покойным Алексеем Алексеевичем.

Я кивнул:

— И еще Легбэ сказал мне найти какой-то остров Дарроу.

От этой новости Иванушка перестал жевать и замер, уставившись на меня. Глаза дружинника показались темными, и взгляд стал очень недобрым. Мне вновь подумалось, что парень куда старше, чем кажется.

— Ты что-нибудь об этом знаешь? — все же уточнил я.

— Слышал. От троюродного племянника моего деда, — Иванушка откусил еще кусочек от фрукта. — Но где сам остров — не ведаю. Уж простите.

Он развел руками.

Я поднялся с кресла, решив, что пора и честь знать.

— Значит, завтра придется ехать к гадалке.

Иванушка медленно покачал головой.

— Думаете, она подскажет про то, где искать остров? Если Легбэ сказал найти его вам — Муэрте не пойдет против Хозяина Перекрестков.

Новость меня не обрадовала. Без помощи я могу искать остров десятилетия. Это при условии, что в городе больше не объявятся “гости” вроде Рипера. Оставался только один способ…

— Значит, нужно искать нить, — пробормотал я.

Иванушка ненадолго задумался.

— Если про путеводную, то эта задача попроще, — наконец ответил он.

— И ты знаешь, где ее искать?

— Знаю, — с неохотой подтвердил дружинник. — Только вам это место не понравится. Среди тамошних жителей оно называется Лихолесьем.

— Хочешь запугать меня после встречи с Рипером и Лоа? — улыбнулся я.

— Нет, — спокойно ответил парень. — Говорю как есть. Оно вам не понравится.

— Знаешь туда дорогу? — отмахнулся от предупреждений я.

Иванушка молча кивнул.

— Отлично. Значит, завтра поедем в это твое… Лихолесье.

— Оно не мое, — поправил меня парень и вынул из кармана новый плод.

— Ты когда-нибудь бываешь сыт? — решил спросить я.

— Когда сплю, — пояснил собеседник. — В остальное время я не против поесть. В этом ведь нет ничего дурного.

— Согласен. Ни в чем себе не отказывай. Если нужно чего — дай знать Мэйхему.

— Благодарствую, — парень довольно улыбнулся, явив ряд белых зубов.

****

Мелодия будильника вырвала меня из власти сна. Я лениво приоткрыл один глаз. Поспать удалось лишь пару часов. Сны были мутными и гадкими. Почти всю ночь я бродил в вязком тумане полузабытых детских страхов. От них захотелось отмыться. С трудом подавил зевок. Никогда не любил вставать ни свет ни заря. Но время выбирал рулевой, мотивируя ранний выезд дальней дорогой. И возможностью пробок.

Веки были словно налиты свинцом, и мне стоило больших трудов покинуть теплую и мягкую кровать. Я быстро встал, умылся стылой водой, наскоро оделся и вышел из комнаты.

В доме все еще спали. В темной гостиной меня ждали только участники экспедиции. И, кроме, Иванушки, в комнате еще был Виктор. Парень выглядел несколько помятым, но донельзя довольным. Видимо, живым ему быть нравилось. Он спокойно стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, и подбрасывал гарпун. Узкое жало словно заколдованное падало в ладонь рукоятью. Наш провожатый с интересом наблюдал за этим действом. Потом, наконец не выдержал и спросил:

— А с мечом так сможешь?

Виктор оторвался от своего занятия и покосился на Иванушку:

— Боюсь, эта оглобля пробьет потолок, — а потом обратился ко мне, — Доброе утро, князь.

Едва я вошел в гостиную, как Феникс мигом прекратил свое занятие и сдержанно поклонился. И, как мне показалось, в этом жесте не было ни капли издевки. Это было непривычно. Но я только хмыкнул:

— И тебе привет. Чего вскочил в такую рань?

— Не хочу отпускать вас одних. А то заблудитесь еще, — хищно улыбнулся Виктор. — Да и после того, как я вернулся с той стороны, меня мучает бессонница.

Парень лениво потянулся, став похожим на нажравшегося сметаны кота. Смотрелось так, словно успел вволю отдохнуть. И теперь рвался навстречу новым приключениям. Вот только характерный кровоподтек на шее выдавал моего старого друга. Ясно, что этой ночью он был взят в плен и не раз. Это подтверждал аромат озона, наполнивший дом.

— Готовы, князь? — склонив голову к плечу, уточнил Иванушка.

— Едем, — односложно ответил я.

Мы вышли на крыльцо, и я поежился. По утрам уже начинало холодать. Пришлось поднять воротник пальто и сунуть руки в карманы. Солнце еще не выбралось из-за горизонта. В тишине спящего острова послышался далекий тоскливый параходный гудок.

— Я не сяду за руль этой колымаги, — наотрез отказался Феникс, едва только увидел припаркованного у крыльца стального монстра. Иванушка просто пожал плечами, и открыл заднюю дверь, предлагая мне занять сиденье.

В качестве транспорта Иванушка почему-то выбрал старую дизельную машину, в которой было минимум электроники. В ней не оказалось даже навигатора. Я думал, она стоит в гараже как элемент ретроколлекции. Но выходит, этот экземпляр отечественного автопрома вполне мог передвигаться.

Иванушка сел за руль, с ключа завел машину. Та взревела, заставив сорваться с края крыши огромную всполошенную чайку. В салоне тут же почувствовал запах дизельной гари. И я принялся крутить ручку стеклоподъемника.

— Почему именно эта? — уточнил я, когда Иванушка выехал за ворота.

— Лихолесье весьма своеобразное место, — ответил парень. — Электроника там может отказывать. Чем больше в машине наворотов, тем выше шанс, что часть дороги нам придется пешком.

— Видимо, там совсем уж страшное место, — буркнул Виктор. — И как там живут без телевизора и интернета?

— Местным он без надобности. Они не смотрят новости и не размещают фотографии в социальных сетях. А зря. Окрестности там красивые.

— Угу. Памятник историко-культурного наследия, — ехидно добавил Феникс.

— Верно, — кивнул водитель. — По документам земля принадлежит Синоду. И ты там вряд ли бывал.

— Хотел попасть. Но на онлайн-картах такого места не нашел. Сдается мне, завезешь ты нас…

Я зевнул и смежил веки. И мгновенно провалился в дрему. Во сне я видел чьи-то глаза, которые неотрывно следили за мной сквозь марево. И все бы ничего, да только казались они жуткими из-за узких звериных зрачков.

***

Когда я проснулся, пейзаж за окном сменился. Теперь он чем-то напоминал путь к стране болот, куда мы ездили в поисках Хранителя Мора.

По обе стороны от дороги тянулась стена высокого леса. Такого густого, что почти невозможно было разобрать что прячется за стволами деревьев в паре шагов вглубь чащи.

Вскоре наш маршрут перестал быть дорогой. Точнее, таковой ее можно было назвать только с большой натяжкой. Машину нещадно трясло и подбрасывало, когда колесо попадало в выбоину. Мелькнуло перепутье, на котором был установлен вросший в землю, покрытый мхом камень. На шероховатой, потрескавшейся поверхности красовались полустертые буквы. Но что было написано разобрать я не смог.

Иванушка не стал сворачивать и поехал прямо. На секунду мне показалось, что справа, где-то за стволами, промелькнул высокий забор особняка, к которому вела тропа. Интересно, кто мог купить недвижимость в заповедной зоне? Кто бы согласился тут жить?

Я достал из кармана телефон. Посмотрел на экран, на котором красовалась надпись “нет сети”.

— Приехали?

Иванушка взглянул на меня в зеркало заднего вида и открыл было рот, чтобы ответить, но машина дернулась и заглохла. По инерции она прокатилась еще немного и с жалобным скрипом остановилась. Дружинник несколько раз повернул ключ в замке зажигания, вздохнул и обернулся ко мне:

— Приехали, князь. Дальше придется пешком.

Я только кивнул и выбрался наружу. Взглянул на часы. Но стрелки дорогого хронометра встали. Мне померещилось, что кто-то недовольный смотрит мне в спину, но обернувшись, я не увидел причину своего беспокойства.

Было в этом лесу что-то странное. Чудное. И только спустя секунду я понял, что именно.

Тишина. Ни шелеста ветвей, ни пения птиц. Ни звука. Да и ветра здесь не было. Стоял штиль. И деревья даже не колыхались. Будто бы мертвые и замершие в ожидании чего-то.

— Сейчас большинство существ Лихолесья спит, — произнес Иванушка. — Но все равно лучше быть осторожнее. Идемте.

Он зашагал вдоль колеи дороги, я последовал за ним.

— А машину ты закрывать не будешь? — поинтересовался Феникс, воскликнув в спину Иванушке. И голос дружинника прозвучал в тишине словно удар грома. Заставив меня обернуться и предупреждающе приложить палец к губам.

— Зачем? — не оборачиваясь, ответил провожатый. — Кто ее угонит? Лучше не отставай.

Виктор хмыкнул, но спорить не стал. И быстро зашагал, нагоняя нас.

Я осмотрелся по сторонам. На секунду мне показалось, что в чащобе вспыхнули красные точки, которые уставились на меня. И лишь через секунду я понял, что это были глаза.

— А это? — тихо спросил я у дружинника, кивнув в сторону красных точек.

— Духи леса, — ответил тот. — Они почти не опасны. Вероятно.

Меня передернуло от осознания, что я ничего не знаю об этом странном месте и завишу от Иванушки, который ничего не воспринимает всерьез.

Через несколько километров от дороги влево вилась тропинка. И я покосился в сторону приятой травы, пытаясь рассмотреть, куда она ведет.

— Не советую туда ходить, — предупредил меня провожатый. — В нескольких километрах отсюда сторожка Лесника.

— Лесника? — переспросил я.

— Ну да. Он единственный здесь человек. Почти.

— О как, — только и смог произнести я.

Дальше мы шли молча. Один раз я рассмотрел стоявшую между стволов избушку, в окошке которой, как мне показалось, виднелись отблески света. Но заходить на чай я не рискнул. Иванушка четко предупредил меня, что людей в этих местах мало. Точнее «почти» людей.

— Скоро слева будет дуб, — шепотом предупредил Иванушка. — Основная достопримечательность Лихолесья. Вон он. Отсюда почти не разобрать, но подходить ближе не стоит.

Я посмотрел в сторону, куда он указал. И увидел поляну, которую почти скрывали с дороги деревья. Поляну ярко освещали солнечные лучи. А в центре стоял огромный дуб. Такой, что не обхватили бы несколько человек. Его крона терялась где-то в мареве низких облаков. Дуб обвивала блестящая цепь. А еще мне показалось, что на краю поляны мелькнула большая тень. Кто-то ушел с обзора так быстро, что я даже глазом моргнуть не успел.

— Ты был прав, — протянул Виктор. — Место очень интересное…

Его прервал послышавшийся в воздухе громкий клекот. И было в нем что-то недоброе. Мы, не сговариваясь, подняли головы. Над верхушками деревьев мелькнули тени каких-то крупных дивных птиц. Они пролетели в небе и скрылись. И в лесу снова воцарилась гробовая тишина.

— Это еще что? — с трудом произнес я.

— Лебеди, — ответил Иванушка и потянул ворот рубахи, словно тот его душил. Затем парень вынул из кармана конфету и быстро закинул ее в рот.

Этот ответ создал еще больше вопросов. Но ни я, ни Виктор, задавать их не стали.

А через несколько километров дорога вывела нас на поляну. В центре ее на высоких сваях-пнях стояла большая ладная изба. И выглядела она так, словно ее срубили только вчера. Над сложенной из кирпича трубой вился дымок. А вдалеке, за поляной, между деревьев серебрилась лента реки. Такой широкой, что другой ее берег терялся в тумане.

Иванушка остановился на краю поляны, рассматривая дом:

— Даже не изменился за столько-то лет, — протянул он. — Мы пришли. Держите, князь.

Дружинник достал из кармана вышитый мешочек и протянул мне:

— Передайте хозяйке дома. И скажите, что старый знакомец хочет должок вернуть.

Я послушно взял мешочек и уставился на Иванушку в ожидании дальнейших инструкций.

— Эй, изба, повернись к лесу задом, а ко мне передом, — крикнул парень. А дальше случилось странное.

Нет, изба не стала двигаться. Но в бревенчатом торце проступил силуэт дверного косяка. А затем дверь распахнулась, и кто-то вытолкнул старую деревянную лестницу, которая уперлась в поросшую густой травой землю. И при виде этого зрелища, Виктор отшатнулся и, как мне показалось, побелел.

— Дальше придется одному, — произнес Иванушка. И в его голосе, как мне показалось, прозвучала тревога. — Ягиня не станет принимать всю делегацию.

От этих слов отчего-то стало не по себе. В горле встал ком, а по спине пробежали холодные мурашки. Но другого выхода не было. Я кивнул.

Ступеньки заскрипели, когда я начал подъем. И мне показалось, что лесенка-чудесенка сейчас развалится. Но она выдержала мой вес. Я ухватился за порог, встал и шагнул в проем дома.