Глава 18 · Папа Легба

Но через секунду нелюдь был отброшен в сторону.

Сбоку послышалось приглушенное ругательство. Виктор отринул всяческие правила и нормы приличия и матерился, словно портовый рабочий.

Я вскочил с земли как раз в тот момент, когда Виктор отскочил в сторону, пропуская прыжок нелюдя. Создал фантома и бросил его в противника. Тот взглянул на меня слепыми глазами, словно сомневаясь, в своем ли я уме, и перехватил двойника. Но я только этого и ждал.

Второй двойник появился из-под земли и схватил бойца. Взлетел вверх, удерживая извивающегося и брыкающегося нелюдя. А затем фантом спикировал вниз, уходя под землю. А противник протаранил плитку двора головой. Послышался хруст, и уродец затих.

Я прикоснулся к шее, чувствуя под пальцами липкую кровь. Только бы эта тварь не была бешеной и не болела какой-нибудь неизвестной науке болезнью.

Круглов подошел к лежавшему противнику, повернул его и пощупал пульс на шее.

– Готов, – резюмировал он.

И в этот момент нелюдь открыл глаза. Рука ухватила Круглова за отворот костюма, подтягивая к себе.

Лязгнула цепь, и Виктор с размаха вонзил лезвие гарпуна в глаз твари. Тело вновь обмякло.

– Что ж ты за погань такая, – зло проговорил напарник. – Никакого уважения…

Ладони Виктора вспыхнули огнем. Он схватил тварь за виски, сжимая череп. И голова твари лопнула, забрызгав Круглова красным.

– Чтобы наверняка, – прохрипел он, поднимаясь с земли. – Вряд ли он сможет бегать без головы.

Словно противореча словам Феникса, тело задергалось, разбрызгивая кровь. Виктор отскочил. Боец задергался, пытаясь встать. Ему даже удалось сесть. Но затем бесноватый угомонился, и тело рухнуло на дорожку.

– Что за… – начал я, но Виктор только пожал плечами.

– Рана серьезная? – Напарник ухватил меня за плечо и рассмотрел шею. – А то загнешься – и не видать мне премии в конце месяца.

– Юморист, – отмахнулся я.

– Проверим дом и найдем Юсуповых, – прохрипел парень, вытирая лицо. – А с этой тварью, – он кивнул на труп, – разберемся позже. Я обойду дом. А ты зайдешь с парадного входа.

Спорить было глупо.

* * *

Внутри дома пахло теплой сыростью, опилками и шерстью.

Вдоль стен в коридоре стояли ряды коробок с хламом, который в изобилии можно было обнаружить около мусорных контейнеров. Старые настольные лампы со сломанными абажурами, тарелки, привезенные из отпусков, телефонные аппараты и домофоны, вышедшие в тираж, мониторы древних компьютеров, стопки целлофановых газет и ярких журналов, которые запретили к изготовлению несколько лет назад. Некоторые чудаки называли себя коллекционерами, собирая эти якобы сокровища. Чуть дальше высились тюки с тряпьем и целая гора игрушек, испорченных временем и кривыми руками детей. Тут валялись пластмассовые машинки, силиконовые пупсы и зверушки с отломанными конечностями, сдутые мячи, выцветшие гирлянды погремушек. В углу скособочилась коляска, которая когда-то была ярко-желтой. Теперь в ней хранились мятые рождественские венки, среди которых угадывались и те, что оставляли на погостах.

Самым странным во всем этом многообразии я посчитал жутковатую ростовую куклу, изготовленную из европейского дроида. Голову этой композиции заменили, но тело осталось прежним. Сквозь истрепавшуюся грязную одежду виднелись анатомические подробности груди.

Похоже, владелец привык кусать изделие, так как следы вполне себе человеческих зубов покрывали всю видимую поверхность куклы. Хотя справедливости ради стоит признать, что грызли ее и звери. На конечностях виднелись рваные раны.

Особенность головы заключалась в том, что принадлежала она чучелу крупной кошки. Сквозь приоткрытые веки виднелись бусины глаз, из распахнутой пасти выглядывали клыки. Мех местами был побит молью, что делало вид еще более жалким.

– Лоа сказали, что вы придете.

Низкий бас, раздавшийся за спиной, был похож на звон набата. Мне показалась, что от этого голоса в помещении задрожали стекла. Я от такого даже на месте подскочил. Испуганно обернулся.

За спиной, опираясь на изысканную трость, стоял длиннокостный темнокожий человек в строгом черном костюме. На голове его красовался высокий цилиндр с широкими полями. Из-под них выбивались тугие дреды, спускающиеся почти до пояса. В прядях виднелись стеклянные цветные бусины, мелкие полированные косточки и несколько крохотных колокольчиков, которые звякнули, когда мужчина отбросил волосы за спину.

Узкое лицо незнакомца покрывала серая пудра, имитирующая рисунок костей черепа. Глубоко посаженные глаза бликовали в приглушенном свете странными желтоватыми огоньками, которых быть конечно же не могло. Тонкие губы изогнулись в ироничный улыбке, обнаружив ряд чуточку заостренных белых зубов. Мужчина прикоснулся кончиками пальцев к полю шляпы в коротком приветствии и слегка наклонил голову.

– Добро пожаловать в мое заведение, юноша.

Я активировал плетение дымовой гранаты, но колдун меня опередил. Зеленый воющий череп сорвался с его ладони, и я торопливо бросил гранату под ноги противнику, одновременно уходя в сторону от снаряда.

Череп врезался в куклу, разнося ее на куски. И мне показалось, что из разорванного тела на пол упало несколько капель крови.

Я прыгнул вперед, словно чувствуя ловушку. Но…

Колдун это прочитал. И вместо ловушки я едва не попал под кровавый душ, только в последний момент успев замкнуть крылья в щит. Красные капли обжигали кожу, скатываясь по броне. Но если бы я был без нее – на полу бы уже лежал скелет, который от меня остался.

Колдун поднял руку. Я быстро попятился, и на месте, где я только что стоял, ударил из пола красный фонтан. А за спиной скрипнули доски, сообщая, что за спиной тоже вырвался поток крови.

Плетение щита начало обжигать, давая понять, что скоро нужно будет драться без него. А в броню ударило темно-красное копье. Колдун уже шагнул вперед, и перед ним появилась кровавая коса, которая, повинуясь команде, ударила в ноги. Я покачнулся, попятился. И отпустил щит. Присел, пропуская над головой мясницкий маятник – очередное творение кровавого мага. Следом появился огромный крюк, который качнулся в воздухе, и лишь чудом я успел пригнуться. Моя голова осталась целой. Я активировал плетение телепорта, но колдун прочитал это. Резко развернулся, встречая меня. На ладони противника вспыхнула, разгораясь, плеть, но я прижал палец к губам, словно просил тишины.

Молчание заглушило на долю секунды Силу колдуна и прервало серию. А я тут же активировал дымовую гранату. И бросил ее в ноги противнику.

Колдун не успел закрыться в броню, и клетка заперла его. А я уже торопливо активировал фантома. Тот резво прыгнул в завесу, атакуя противника. Послышался вопль, и колдун выпал из завесы. Фантом вознесся в воздух и спикировал вниз, врезаясь ногами в грудь противника, и исчез под полом.

– Сильно, – прохрипел колдун, поднимаясь с пола.

Он сплюнул на пол кровью и с уважением посмотрел на меня. Я только кивнул и активировал плетение.

Фантом прыгнул вперед, сбивая колдуна и впечатывая его в стену. Двойник схватил противника за отвороты камзола и ударил его головой в лицо, с хрустом вбивая затылок бойца в стену. Кулак фантома ударил в грудь, ломая ребра. А затем фантом впился зубами в горло противника.

Я ждал криков боли, проклятий и ругани, но с губ противника не сорвалось ни слова. И когда мой фантом растворился, тело осело на грязный пол. Он был еще жив, зажимая рану на шее. Хрипел и булькал. На губах выступила розовая пена.

В коридоре послышался шум, и на моей ладони появился дымовой шар. Но это был Виктор, который вышел к нам.

– Опять вляпался? – спросил он, указывая глазами на колдуна.

Я кивнул.

– Где Оболенский? – спросил я, шагнув вперед. – Где Юсуповы?

Но колдун только улыбнулся.

– Поздно…. Партия уже… ушла.

– Какая партия?

– Веселящего газа, – послышалось за спиной.

Я обернулся в тот момент, когда Виктор уже бросил гарпун. Лезвие просвистело рядом с виском незнакомца, волна воздуха взъерошила его волосы.

Сзади стоял мужчина средних лет. Высокий подтянутый, с белыми прядями, пересекающими его шевелюру – Оболенский не сильно отличался от своих фотографий, которыми полнилась светская хроника несколько лет назад.

Нижнюю часть лица скрывала странная маска.

– Ты неплохой боец, Карамазов, – с уважением протянул Оболенский, покосившись на сидевшего у стены колдуна. – Смог убить Легбу. А он был сильным бойцом. Компаньон предупреждал меня, что будет нелегко.

– О чем речь?

Он вскинул голову, будто прислушиваясь.

– Поиграл бы с вами, – с сожалением сказал он. – Но мне пора уходить. Скоро здание взлетит на воздух. А вам пора спать.

Он нажал на маску рядом с ухом. Стены дома зашипели. А в воздухе повисло марево.

– Что за… – начал было я, но ноги стали словно ватными, а в голове зашумело.

– Маски! – рявкнул за спиной Виктор.

А ведь точно. В бронекостюме наемников есть маски со встроенными респираторами.

Трясущейся непослушной рукой я нащупал кнопку. Нажал ее, и пластины со щелчками собрались в забрало, скрыв лицо.

Дышать стало проще. Слабость понемногу начала отпускать.

Оболенский уже исчез. Словно и не было его. За домом послышался рев двигателей лодки и крик Оболенского. Он адресовался нам, но что именно хотел сказать мерзавец, я не разобрал.

А где-то внизу, в подвале, послышался хлопок. И здание содрогнулось.

– Эта тварь подожгла дом, – подсказал Виктор. Голос с шипением вырывался сквозь фильтры респираторов.

– Нужно найти… Юсуповых, – с трудом шевеля языком, прохрипел я в ответ.

Мне было дурно. Голова кружилась, стены и пол плясали перед глазами. Ноги подкашивались, а к горлу подкатывала тошнота. Место укуса горело, будто к рваной коже приложили раскаленный утюг.

Я потянулся к плетению фантома. Сила слушалась плохо, словно я выгорел.

Но двойник появился, пусть и с неохотой. Я напрягся, заставляя тень мерцать. Фантом стал будто плотнее, а потом расслоился на несколько собственных копий. Я махнул рукой, и фантомы рванули во все стороны. Мне нужно было оставаться на месте, чтобы контролировать тени и видеть все их глазами. Один фантом оказался в подвале.

Но к моему удивлению, пленных там не нашлось. Вместо казематов там расположилась огромная лаборатория, заставленная каким-то оборудованием. Металлические столы покорежились от взрыва. Весь пол усеивали осколки стекла и куски колб. У стены виднелись развороченные баллоны из-под газа и смятый ударной волной бак с торчащими из него трубками.

Деревянные балки подвала пожирал огонь. Жадные красные языки пламени уже подбирались к потолку, облизывали перекрытия.

Остальные фантомы переходили от комнаты к комнате, двигаясь сквозь стены.

Пол коридора разверзся, и несколько моих разведчиков рухнули вниз, исчезая в огне. Из подвала вырвались языки пламени, которые быстро перекинулись на обшивку, жадно пожирая вкусную, пропитанную лаком пищу. Пожар загудел, набирая силу, давая понять, что времени у меня оставалось мало.

Юсуповы нашлись в одной из комнат первого этажа. Они сидели на полу, закованные в чип-браслеты. На лицах не было страха. Только обреченность и… досада.

При виде фантома Ольга вскинулась и улыбнулась, протянув ему руки. Тень прикоснулась к браслетам. Металл треснул, и девушка освободила запястья. Тут же вскочила, помогая скинуть путы с остальных. Фантом таял, показывая мне, что трое пленников бросились к двери.

Плетение жгло, предупреждая о скором выгорании. Фантом слушался плохо.

– Осталось немного, – просипел я, с трудом удерживая плетение.

Фантом шагнул за дверь. В бушующее пламя, которое уже охватило коридор. Ольга попятилась назад, закрыла рукой лицо. Сергей подвинул ее и шагнул вперед. Сжал ладони – и на стенах проступил лед, который с шипением плавился, заливая пламя. А следом в игру вступил Михаил Александрович.

Волна прокатилась по коридору, с шипением заливая огонь. В воздухе повисла пелена горячего пара. Ольга взмахнула рукой – и вихрь рассеял жар. Работала семья слаженно, словно уже не раз делали подобное. Юсуповы двинулись за фантомом.

У провала Сергей создал мост изо льда. Перешел через прогоревший участок пола и остановился, удерживая плетения, ожидая, пока проем пересекут остальные.

Лицо парня побелело, а в глазах появился лихорадочный блеск. Видимо, младший Юсупов потерял многовато сил.

Я отпустил двойника только на крыльце дома. Мое собственное тело тяжело осело вниз. Пока я водил фантома по коридорам, Виктор вытащил меня из особняка и усадил на крыльцо.

Кое-как нащупав кнопку забрала, я нажал на нее. Тут же ощутил приятный ветерок, охлаждающий разгоряченную кожу. Вдохнул воздух с примесью дыма и гари.

– Спасибо, Алексей Юрьевич.

Я поднял голову. Михаил Александрович стоял надо мной. Во взгляде главы Семьи читалась благодарность.

– Это… было… не особенно… – с трудом ворочая языком, просипел я и нашарил на поясе фляжку. Открутил крышку и сделал несколько жадных глотков. Но легче мне не стало.

– Где Оболенский? – уточнил глава Семьи.

– Ушел. – Я махнул рукой в сторону озера. – Эта тварь все четко спланировала. Притравил нас какой-то дрянью и оставил нам выбор: или спасать вас, или драться с ним. Мы выбрали первое.

Юсупов кивнул. Хотя, судя по его лицу, старик был чуточку недоволен таким решением. Он бросил взгляд на озеро, а затем направился к машине.

Ольга склонилась надо мной. В больших глазах девушки читалась тревога. Она прикоснулась к рваной ране, которую оставили зубы нелюдя.

– Это… это… – залепетала она.

Вместо ответа я указал на лежавшее на дорожке безголовое тело.

– Случайно вышло.

Ольга обняла меня, и я почувствовал, как она открывается. А ее сила перетекает ко мне, пытаясь реанимировать.

И в этот момент меня тряхнуло. Буквально всем телом я ощутил на себе полный злобы взгляд. Обернулся.

Сергей Юсупов стоял в нескольких шагах от нас. И если бы глазами можно было убить – я бы уже осыпался на грязную придомовую дорожку горсткой пепла. Лицо парня исказилось от злобы, которую он даже не пытался скрыть. В зрачках его плясали молнии.

Ольга отстранилась от меня и поцеловала в щеку.

– Рыцарь заслужил поцелуй от спасенной дамы, – прошептала она мне на ухо. А затем встала с земли и подошла к Сергею. Что-то ему сказала. Парень не ответил. Ольга обняла его, прижала к себе, словно стараясь успокоить. И они пошли к машине Юсупова.

Чуть поодаль послышался шум двигателя. Я обернулся. Сил на то, чтобы вскочить и принять бой в случае чего, уже не было. Но тревога была напрасной.

На территорию въехала «Нива» с номерами нашей семьи. Из дверей бодро выскочили Мэйхем и Иван и поспешили ко мне.

– Да жив я, – отмахнулся я, – и почти здоров.

Послышался треск. Я обернулся и флегматично наблюдал, как крыша завалилась внутрь здания, выбросив вверх сноп искр. Несколько пылающих обломком упали во двор и на купол раскинутого надо мной щита.

– Что произошло? – обеспокоенно уточнил Мэйхем, не обращая внимания на пожар за спиной.

Я вкратце пересказал приключившуюся историю. Дворецкий нахмурился и посмотрел на безголовое тело. Иван же беззастенчиво рассовывал по пакетам куски плоти убитого уродца.

– Как вы нас нашли? – безэмоционально уточнил я.

– Примитивный жучок никогда не бывает лишним. – Дворецкий вынул из-под моего воротника крохотную вещицу и сунул в нагрудный карман.

– Ты не взял свою трость, – заметил я негромко.

– Чуть позже я буду жалеть об этом, – старик слегка поморщился, – а сейчас нам надо выбираться отсюда.