Глава 20

«Большой центральный вокзал!… Такой большой!

И такой центральный!»

© «Мадагаскар»

– Ох, Мэгги, если бы я знал, что ты так здорово готовишь, я бы подсуетился и успел бы охмурить тебя раньше Гилмера, точно тебе говорю.

Саймон, отодвинув пустую тарелку, довольно погладил себя по животу. Впрочем, на этот раз пастуший пирог действительно удался на славу: сочный, ароматный, с румяной сырной корочкой. Я на всякий случай приготовила два и теперь понимала, что поступила абсолютно правильно: один исчез почти мгновенно, а от второго осталось совсем немного.

– Обойдёшься, – Алекс, сыто отдуваясь, откинулся на спинку дивана, – раньше надо было думать, приятель. Но мы будем регулярно приглашать тебя в гости, хотя что-то подсказывает мне, что ты и без приглашения явишься.

– Это да, это я могу, – ничуть не смутившись, согласился Саймон, – зато мне после еды всегда приходят в голову отличные идеи.

– Иногда это пугает, – не удержалась я и тут же повинилась, – прости, Саймон, не удержалась.

– Да ладно, чего уж там… Всякое случается.

После вкусного ужина друг был настроен более чем благодушно, впрочем, примерно в таком же настроении находились и все остальные.

– Так вот, – сделав глоток вина, продолжил Саймон, – теперь мы знаем, что ключ, который вовремя успел прибрать к рукам Джастин, открывает одну из камер хранения на вокзале Кинг-Кросс. И Мэгги даже знает, какую именно камеру. Думаю, что все согласятся с тем, что нам это знать ни к чему, как бы хорошо наша подруга к нам ни относилась.

– Поддерживаю, – кивнул Джастин, а Алекс промолчал так многозначительно, что все поняли: он тоже «за».

– Но!

Тут Саймон сделал театральную паузу, однако на неё никто не отреагировал. Все спокойно ждали, что конкретно он скажет.

– Не секрет, что нам всем жутко интересно, что там спрятано, – продолжил репортёр, – но впереди у нас карнавал и связанный с ним дурдом. Открыть камеру может только Мэгги… Я, конечно, ни на что не намекаю, но…

Какое-то время все молчали, а потом Джастин, ни к кому не обращаясь, проговорил, глядя куда-то в потолок:

– Если выехать из Блайзбери часов в пять, то можно спокойно успеть на ночной поезд до Лондона. А вечером следующего дня выехать обратно, и к полудню уже быть дома.

– У меня работа, я не могу!

Я постаралась, чтобы мой голос прозвучал максимально решительно, но, судя по взглядам, которыми быстро обменялись мужчины, получилось плохо.

– Слушай, ты же уезжала на три недели в Хоуптон, и ничего, не рухнула твоя библиотека, – вкрадчиво проговорил Саймон. – Повесишь объявление, что один день, в среду, библиотека будет закрыта, так как ты уехала в Хоуптон по вопросам карнавала и вернёшься ко второй половине дня четверга. Никто не удивится, все прекрасно понимают, что большинство организационных вопросов можешь решить только ты. Гилмер будет тебя сопровождать, так как сама ты машину не водишь. У меня, кстати, тоже совершенно случайно обнаружатся дела сначала в Хоуптоне, а потом в Лондоне. Ну а Джастин…

– Генри меня спокойно на пару дней подменит, – уверенно заявил сержант, и три пары глаз требовательно уставились на меня.

– Мэгги, ты ведь понимаешь, что или сейчас, или уже через месяц с лишним, после карнавала, – сказал Алекс, – но за это время может случиться что угодно.

– И вы думаете, что тот, кто убил Альберта и теперь за нами наблюдает, не догадается, куда мы такой дружной компанией рванули? – я старалась смотреть на вещи реалистично, хотя и мне самой жутко хотелось поскорее вскрыть ячейку камеры хранения и посмотреть, что же там такое спрятано, что «не имеет цены».

– Он не может следить за всеми одновременно, – начал рассуждать вслух сержант, – скорее всего, его внимание в основном сосредоточено на мне, так как он должен понять, когда я наконец-то приберу к рукам этот грешный ключ. Могу предположить, что меня даже как-то подтолкнут к более решительным действиям. Но это будет уже после нашего возвращения из Лондона. Чтобы уж окончательно исключить всякие неожиданности, я могу сесть на поезд не в Хоуптоне, а, предположим, в Дримгейтоне. От Блайзбери расстояние примерно одинаковое что до Хоуптона, что до Дримгейтона.

– А я вообще дневным поездом отправлюсь, – заявил Саймон, явно получающий от всей этой ситуации огромное удовольствие, – а потом уже в Лондоне к вам присоединюсь. Так вообще никто ничего не заподозрит. А Мэгги может сказать, что поедет с Гилмером по каким-нибудь свадебным делам, хотя кому какое дело, куда и зачем ты едешь, правильно?

Возражений ни у кого не нашлось, и мне пришлось принять предложенный Саймоном план. Дальше события понеслись, как горная лавина: я всё время что-то делала, куда-то ехала и пришла в себя только в вагоне поезда, да и то только для того, чтобы лечь на удобный диванчик, которых в купе было два, и мгновенно заснуть.

Разбудил меня привычный аромат кофе, но я никак не могла сообразить, почему кровать, на которой я сплю, покачивается, и откуда это ритмичное постукивание? Открыла глаза, проморгалась и увидела на диванчике напротив довольно улыбающегося Алекса, а на столике – кофейник, две чашки и тарелку с какой-то выпечкой.

– Доброе утро, дорогая. Как спалось? Ты вовремя, мы прибываем меньше, чем через час.

– Доброе, – я смущённо улыбнулась и поправила волосы, наверняка превратившиеся за ночь в воронье гнездо, – почему ты не разбудил меня раньше?

– Ты так сладко спала, и мне очень нравилось смотреть на тебя спящую, – негромко и как-то очень интимно проговорил Алекс, и я поспешно сбежала в туалет, чтобы привести себя в порядок. Уже закрывая дверь, услышала негромкий смех жениха, от которого почему-то стало жарко. В этом плане во мне было гораздо больше от Мэгги, чем от Маргоши, у которой опыт любовных отношений, пусть небольшой и не слишком удачный, но всё же был. Однако он остался где-то там, далеко позади, и сейчас я реагировала на Алекса так, как и должна была это делать невинная девица, получившая достойное консервативное воспитание. Ладно… разберусь как-нибудь… Главное, что в остальном у меня сохранился боевой характер Маргоши и её прагматичный взгляд на мир. А с любовью и всеми сопутствующими моментами будем разбираться по ходу дела.

Через десять минут, уже умытая и причёсанная, я сидела напротив Алекса и пила вполне приличный кофе, заедая его тёплыми булочками.

– Мы прибываем на вокзал Паддингтон, – говорил мистер Гилмер, одновременно просматривая что-то в толстом ежедневнике, – оттуда на такси едем в сторону Кинг-Кросса, где в «Жёлтой выпи» ждём наших друзей. Ну и заодно завтракаем, как же без этого. Ну а потом действуем по ситуации. Как тебе такой план?

– Годится, – засмеялась я, – я всё равно в Лондоне вообще не ориентируюсь, я в нём была-то всего несколько раз, если честно. Пару раз в детстве с родителями, ну и потом дважды с дядей Кевином. Но это были исключительно деловые поездки, так что вполне можно сказать, что Лондона я не знаю.

– Ничего, у тебя всё впереди, – пообещал Алекс, – потом как-нибудь отправимся сюда на пару недель, и я покажу тебе настоящий Лондон. Договорились?

– Хорошо, – я кивнула, – если ты станешь моим экскурсоводом, то с удовольствием.

В прошлой жизни я привыкла всё решать сама, особенно в последнее время, так как кроме меня делать это было некому. Поэтому теперь со странной смесью неловкости и удовольствия позволяла принимать решения кому-то другому. Понято, что постоянно я так не смогу, но конкретно в этой сложившейся ситуации я с лёгким сердцем отдала право принимать решения Алексу.

Как ни странно, нам не пришлось долго ждать ни Саймона, ни Джастина: оба они появились в кафе с интервалом в пятнадцать минут.

– Чувствую себя беглецом, которого разыскивает как минимум Интерпол, – довольно ухмыляясь, сообщил нам Саймон, – всегда любил играть в шпионов, а тут такая возможность!

– Мэгги, куда нам надо идти? – в отличие от Саймона, Джастин был сосредоточен на деле, ради которого мы, собственно, сюда и приехали.

– Камеры хранения напротив первого и второго пути, – сказала я, – а там уже надо обращаться к сотруднику, сама я точно не разберусь, там какие-то особые условия для длительного хранения.

– Хорошо, – не стал спорить сержант, – тогда держи ключ, мне он теперь без надобности.

С этими словами он извлёк из нагрудного кармана уже знакомый ключ и протянул мне.

– Надеюсь, то, что ты там обнаружишь, будет стоить затраченных усилий, – подмигнул он мне. – Ну что, не пора ли нам отправляться? Если быстро справимся, то можем даже успеть на трёхчасовой поезд.

– И приедем в Хоуптон глухой ночью? – поморщился Саймон. – Нет уж, ты можешь ехать и на нём, а я отправлюсь вечерним, чтобы нормально выспаться в дороге и приехать утром, когда уже и кафе открыты, и таксисты работают.

– Я бы тоже предпочла ночью спать, – подумав, сказала я, – а то мне на работу ещё, я в объявлении написала, что в четверг после обеда буду на месте.

– Ну и ладно, – совершенно не обиделся Джастин, – мне всё равно надо будет немного задержаться в Хоуптоне, на день, не больше, так что вам в Блайзбери по любому без меня возвращаться. Но это всё потом, после того, как разберёмся с камерой хранения.

– Мэгги, я иду с тобой, – тоном, не допускающим возражений, сказал Алекс, – постою в сторонке, пока ты будешь договариваться с кем там надо. Где встречаемся?

– Предлагаю пересечься в бистро «Каппадокия», там неплохо готовят и народу много в это время, так что мы не привлечём к себе ненужного внимания, – предложил Саймон, полностью вжившийся в роль шпиона, – годится?

Алекс кивнул, а мне было совершенно безразлично, так как в столице я не ориентировалась абсолютно. Мне что бистро, что ресторан, что кафе – я сама всё равно не найду. А куда именно меня отведут за руку, мне практически без разницы.

Мы с Алексом встали и направились в сторону вокзала, знаменитые арки которого я видела уже отсюда. Жаль, что там пока ещё нет известной на весь мир «Платформы 9¾», я бы заглянула посмотреть!

Камеры хранения нисколько не напоминали ровные ряды запирающихся ячеек, к которым я привыкла. Здесь, на вокзале Кинг-Кросс, таких не было, зато имелись в наличии другие, как в старых фильмах.

– Я буду ждать тебя здесь, Мэгги, – Алекс легко обнял меня и почти невесомо поцеловал в висок, – иди и ничего не бойся, я никому не позволю тебя обидеть.

Ничего не ответив, я молча кивнула и решительно направилась к двустворчатым стеклянным дверям, за которыми можно было рассмотреть служащих в форме. Выбрав немолодого мужчину с добрым усталым лицом, я подошла к нему и, вежливо поздоровавшись, спросила:

– Скажите, пожалуйста, у кого я могу узнать, как забрать вещи из ячейки, арендованной несколько лет назад? У меня есть ключ и копия договора…

– Вам к начальнику, юная мисс, – доброжелательно ответил служащий и махнул рукой в направлении полукруглого окошка, виднеющегося в дальнем углу. – Покажете договор, удостоверение личности, а потом, если всё в порядке, вас проводят к нужному месту. Ключик у вас, я так понял, имеется?

– Да, конечно, – я благодарно улыбнулась и поспешила в указанном направлении.

Начальником оказался достаточно молодой, но уже изрядно полысевший и обрюзгший человек, который равнодушно выслушал мой лепет, внимательно просмотрел копию договора, мельком взглянул на меня, сверяя с фотографией в паспорте, и, нажав кнопку на каком-то переговорном устройстве, вызвал очередного сотрудника. Копию договора он вернул мне вместе с паспортом.

Меня проводили к ряду высоких шкафов и, ещё раз уточнив, что у меня действительно есть ключ, оставили одну. Провожавший меня молодой сотрудник демонстративно отвернулся, видимо, в соответствии с инструкцией.

Я нашла ячейку с нужным номером и, дрожащей рукой вставив ключ, потянула дверцу на себя. В небольшой металлической нише было почти пусто, если не считать достаточно пухлого конверта из грубой, чуть ли не обёрточной бумаги. На нём не было никаких надписей, потому как и без того было понятно: найти его могу только я. Но не без помощи наблюдателя, которого приставил ко мне дядя Кевин, точнее, его друг, мистер Конрад Стоун. У меня был договор, но не было ключа. У наблюдателя был ключ, но не было договора и, следовательно, указаний на то, что и где надо открывать. Получается, что дядя Кевин рассчитывал на то, что мы с доверенным лицом мистера Конрада договоримся и будем действовать сообща. Но если вдуматься, шансы на это были минимальными, их, если честно, вообще практически не было. Или дядя решил, что одной мне эти секреты ни к чему, я всё равно без помощи не справлюсь? Так, что ли? Да и не полезла бы та прежняя Мэгги во все эти авантюры, раз уж она за два года сейф не смогла отыскать… И Дику Саммерсу поверила…

Интересно, а что было бы с содержимым камеры хранения, если бы никто так и не пришёл бы за оставленным конвертом? Насколько я поняла из договора, оплачена ячейка была на десять лет, из которых прошло меньше трёх. Так что пусть будет, мало ли, что мне захочется спрятать, верно?

Положив конверт в сумочку, куда он поместился с определённым трудом, я закрыла пустую ячейку и направилась к выходу, вежливо попрощавшись с сотрудниками.