Глава 17

Тону в крепких объятиях своего мужа, отзываясь на каждую его ласку, каждый теплый взгляд. Он такой… большой. Высокий красивый мужчина с золотыми руками и чуткими пальцами. О да, мне повезло! Как я могла отказать ему? Никак. Без вариантов. Я растворяюсь в нем, как сахар в горячем чае. Его запах, смесь мускуса и дерева, опьяняет сильнее вина. Страшно… вот так зависеть от него. А если разлюбит? Я же с ума сойду! Говорят, что мужчины не ценят того, что им легко далось. Я далась ему легко. Даже спорить не хочу, что это не так. Это так! – Ксюша, ты такая красивая. Ты первая женщина, кого я целую между ног. Ушки горят огнем от его откровенностей. И в то же время мне нравится слушать, какая я для него особенная. – У нас, кавказцев, так не принято. Оральный секс табу. Но с тобой я хочу делать все эти порочные вещи. Возьмёшь его? Ох… Как все это волнительно. Ведь я тоже хочу с ним изведывать новое и прощупывать границы дозволенного. С любимым человеком не может быть табу. – Возьму… – касаюсь пальчиками его напряженного члена. В глазах Дамира вспыхивает нетерпение, зрачки расширяются. Он хватает меня за руку, подносит к губам и целует каждый пальчик, словно это самое драгоценное сокровище. Кожа горит в местах прикосновений, а внизу живота зарождается тягучее, нарастающее желание. Медленно и неуверенно, я обхватываю его член ладошкой. Хасанов вздрагивает и прикрывает глаза, тяжело дыша. Я начинаю двигаться, робко, боясь сделать что-то не так. Он направляет меня, шепчет слова, полные страсти и обожания. С каждым движением моя уверенность растет, а вместе с ней и его возбуждение. Комната наполняется нашими стонами, перемешанными с тихими признаниями в любви. Достаточно осмелев, наклоняюсь и обхватываю упругую головку губами. В его глазах бушует пламя, лицо раскраснелось. – Ксюша… ты невероятная, – хриплым голосом произносит Дамир. – Моя жена. Мне нравится доставлять ему удовольствие, ощущать его возбуждение и слышать его стоны. Ближе мужчины у меня нет и не было. И вряд ли уже будет. Дамир хватает меня за талию и резко переворачивает на матрас, укладывая на живот. Мои руки упираются в простыню, а грудь покалывает от возбуждения. Он целует меня в шею, спускаясь все ниже и ниже, к лопаткам. Его дыхание обжигает кожу, вызывая мурашки. Затем он касается губами моих ягодиц, и я замираю от этих чувственных откровенных поцелуев. – Какая славная маленькая попка! – сжимает и разжимает полушария. – Дамир… Он вводит в мое мокрое лоно два пальца, и я ахаю. – Моя сочная девочка. Хочешь член? – Дамир… – Хочешь? – Да-а! Он раскрывает мои нежные складки и входит в меня медленно. Я выгибаюсь навстречу, принимая его в себя полностью. – Внутри так тесно. Так тесно… ты не представляешь… Комната наполняется нашими стонами, ритмичными толчками и запахом любви. Каждое движение моего мужа отдается приятной волной по всему телу, сжимаясь внизу живота. Чувствую, как он приближается к оргазму, и меня охватывает пламенем. Дыхание сбивается, и я кричу от удовольствия. Дамир изливается в меня горячей волной, и мы замираем в объятиях друг друга, обессиленные и счастливые. *** Кто-то настойчиво звонит в дверь. – Дамир, откроешь? – толкаю мужа в плечо. – М-м? – отзывается сонно. – Там кто-то пришел, говорю. – Ч-черт, да, сейчас. Он встает с постели, с закрытыми глазами нащупывает трусы и надевает на себя. Я перекатываюсь на другой бок. Мне кажется, еще так рано. Хочу еще поспать… – Я пришла за доказательствами, – слышу чей-то женский голос… тети Фатимы? То есть моей свекрови. – Мама, – возражает Дамир, а потом добавляет что-то быстрое на своем языке. – Дамир, ты знаешь традицию, – говорит чей-то мужской голос, и я окончательно просыпаюсь. Что происходит? Сажусь в постели, прикрывшись одеялом, и ищу халат. Найдя, быстро одеваюсь, и очень вовремя, потому что в спальню заходит мама Дамира. – Доброе утро! – выжимаю из себя улыбку и приглаживаю волосы. – Я пришла за простыней, – говорит она. – Что, простите? – Простыню давай. Беспомощно оглядываюсь на сумрачного Дамира, который пытается выпроводить мать из комнаты, но незнакомый мне мужчина становится между ними. – Выйдете. Сейчас же! – требует муж. – И не подумаю. Мы должны знать, на ком ты женился. Зыркнув на меня недобро, тетя Фатима откидывает одеяло и смотрит на белую простыню. – Так я и думала, – говорит она. – Не девственница. Алик, ты всё видел. Простыня чистая. Я готова зареветь от унижения. – Дамир, ты вправе развестись с этой женщиной, – говорит мужчина, названный Аликом. Столбенею, не в силах произнести ни слова в свое оправдание. Неужели все это происходит на самом деле? Неужели моя жизнь превратилась в какой-то средневековый кошмар? Дамир, наконец, вырывается вперед и хватает мать за руку. Он что-то кричит ей на своем языке, и в его голосе слышится ярость и отчаяние. Понимаю, что он защищает меня, но всё равно обтекаю будто грязью облитая. Хасанов же первый у меня был. Я порядочная! – Мама, дядя Алик, уходите. Это моя жена, и я люблю ее. А то, что вы делаете – это дикость! Тетя Фатима презрительно фыркает, но дядя Алик уводит ее из комнаты. Дамир громко захлопывает за ними дверь и возвращается ко мне с виноватым видом. Он садится на кровать, берет мои руки в свои и смотрит мне прямо в глаза. – Прости, – шепчет муж. – Я никогда не думал, что они способны на такое. Я разберусь с этим, обещаю. Молчу, не зная, что сказать. Слова застревают в горле, словно ком. Теперь его мама будет думать, что ее единственный сын женился на порченной девке. Зачем, ну зачем, мы переспали до свадьбы? Он меня опозорил… перед своими же родственниками. И что теперь? Сможет ли Дамир противостоять своей семье ради меня? Смогу ли я простить ему это унижение? Только время покажет.