10 глава

-Али-        (За ошибки извиняюсь) 

Выхожу из душа, бросаю полотенце на низкий пуфик, направляюсь в гардеробную, где стягиваю с плечиков белую рубашку, потом хватаю ближайший костюм. Подбором галстука не заморачиваюсь, они у меня всегда одного цвета- черные. Пару минут рассматриваю свой образ паршивого парня с очаровательной улыбкой в редкие минуты. Обычно меня видят спокойным, неулыбчивым, собранным, конечно, это была моя маска, которая так идеально села на мое лицо. Направляясь обратно в комнату, замираю возле одного шкафа. Меня тянет открыть створки, достать со второго дна комода черный футляр. Рука останавливается на ручке, сглатываю и заставляю себя отойти в сторону.

Последнее время мне снится один и тот же сон. Будто я стою на крыше со своей винтовкой, целюсь кому-то в грудь, не видя лица. Вижу, как в области сердца растекается красное пятно, чувствую, как с этим выстрелом обрывается моя жизнь. Просыпаюсь в холодном поту с бешено стучащим сердцем. Этот сон стал моим кошмаром.

Первые ночи я пытался его прогнать с помощью ночных клубов в обществе красивых девушек, одна из которых обязательно оказывалась на мне или подо мною. Потом я стал пить, заливал литрами в себя алкоголь, но жесткое похмелье на утро подсказало, что этот способ точно не мой. В итоге оставалось вечно грызться с Кариной. А с ней мы постоянно на контрах, едва попадали в поле виденья друг друга. Все началось с того, что я обвинил ее в преследовании. Ибо постоянно где я появлялся непременно оказывалась рядом Карина. Девушка заявила, что это я преследую ее с манией маньяка. Доходило до абсурда, мы даже заправлялись на одной и той же заправке. Радовало, что наши отцы не спешили официально объявлять о помолвке, давали время якобы притереться, но я скорей всего откушу себе палец, чем смирюсь с этой особой.

-Нет, но это издевательство!!! –слышу за своей спиной злой уже узнаваемый голос брюнетки с зелеными глазами. Захлопнув дверку автомобиля, не реагирую на слова, иду прямиков в кофейню. Реально уже достали эти столкновения. Оставалось просто не замечать такие обстоятельства.

-Не, ты оглох что ли! – беспардонно Карина хватает меня за руку, разворачивает к себе. Я со вздохом снимаю очки, цепляю за горловину рубашки и поджимаю губы.

-И тебе доброе утро, невестушка! – рассматриваю девушку. Она стояла в платье-рубашке, которое прикрывало ее тело до щиколоток, рукава скрывали руки до локтя. Шикарные черные волосы были стянуты в высокий хвост. Смотрю на часы, ухмыляюсь. – Точно через пару минут в Дубае наступят холода, ибо ее величество соизволило отодрать свою аппетитную задницу от мягкой постели и встать, чтобы сейчас оказаться передо мною! Оценил, но не более того! Кофе никто не подал и мило не отсосал!

Карина заскрипела зубами, взмахнула рукой, я сверкнул злобно глазами, не перехватил ее ладонь, эта ладонь сама замерла в миллиметре от моего лица. Мы смотрели друг другу в глаза и флюиды агрессии сближали нас сильнее, чем взаимное сексуальное влечение. А влечение было, до сих пор помню, как в ресторане хотел ее до ломки.

Девушка передергивает плечиком и, не говоря ни слова, направляется в кофейню. Я иду следом и мои глаза замирают на аппетитной попке. Мы вместе заходим, стоим рядом возле кассы, Карина заказала себе латте, кусочек бисквита, получив свой заказ, устремляется к свободному столику возле окна. Я беру просто кофе и ноги меня несут к ее столику.

-Али, тут полно свободных стульев! – она укоризненно смотрит на меня своим кошачьими глазами. Я игнорирую ее фразу, сажусь напротив. Некоторое время пьем кофе в молчании. Карина вытаскивает из своей сумки планшет и начинает активно тыкать пальчиком по экрану, попросту не замечая моего присутствия.

-Чем ты занимаешься? – девушка вкидывает голову, вижу удивление, но быстро справляется с собою и иронично улыбается.

-Ты для галочки или ради интереса спрашиваешь?

-Не, реально, чем ты занимаешь, кроме того, что тусишь в клубах до утра, спишь до двенадцати, веселишься во Франции. Неужели твоя жизнь из этого и состоит?

-Ты не особо от меня отличаешься.

-Оставим мою скромную персону в покое!

-Ну, так не трогай мою!

-Карин! – слегка повышаю раздраженно голос, Карина изгибает бровь и смотрит на меня в упор. –Нам все равно рано или поздно придется искать точки соприкосновения.

-Думаю, ты бы хотел сначала найти их в постели, а уж потом в разговоре!

-Я бы не отказался найти твою точку G, довести тебя до исступления!

-А я бы не отказалась тебя кастрировать!

-Чего так жестоко? От нас ждут наследников, как минимум одного, поэтому мои яйца еще пригодятся! – я забавляюсь нашей пошлостью, которая больше прикалывает, чем злит. Карина играет бровями, отламывает ложечкой кусочек своего пирожного. Она молчит, вижу недовольство в ее глазах.

Крошка, прилипшая к губам, манила. Подался вперед, быстро хватаю девушку за подбородок, перегибаюсь через маленький столик и касаюсь губами ее губ. Эта вольность, этот импульсивный порыв мог мне дорогой обойтись. В Дубае проявлять чувства на публику строго преследуется законом. Но мне повезло, мы сидели в укромном месте, на нас мало кто обращал внимания, поэтому возмущения от посетителей кофейни не последовало, полицию никто не требовал.

Она не шевелится. Всасываю слегка ее нижнюю губу, ласкаю языком, слизывая крохотную виновницу этого события. Поцелуй носит вкус ванили. Меня не тревожит ее безучастность, кровь шумела в ушах, похоть рвалась нарушу. Карина осторожно пробует мои губы, играет языком, прикусывает теперь мою нижнюю губу. Резкая боль пронзила рот, ощутил кровь. Отпрянул ошаренно назад, прикладывая руку к надкушенной губе.

-Стерва! – шиплю, хватая салфетку. Только жесткий самоконтроль не позволил мне прижать голову этой девки к столешнице. Дышу часто, ибо злость клокотала в груди и требовала мести. Карина облизала свои губы, скрестила руки на груди.

-Никогда не празднуй победу, не убедившись в том, что твой соперник повержен! – надменно произносит девушка, а я ухмыльнулся, осознавая, что это папины слова.

-Ты спишь с моим отцом? –задаю вопрос прямо в лоб. Она дергается, словно я ударил ее по лицу. Красная от гнева, Карина вскакивает с места, хватает чашку и все содержимое выливает прямо на меня, потом остатки бисквита размазывают по моей белоснежной рубашке.

-Придурок конченный! – выплевывает девушка и вылетает из кофейни. Ко мне спешат два официанта с бумажными полотенцами. Быстро встаю с места, отметая рукой предложенную помощь, несусь на выход, чтобы догнать эту черноволосую суку и наказать. Но не успеваю, мимо проезжает белый внедорожник, Карина показывает мне средний палец и машина с визгом срывается на большую скорость. Подбегаю к своему «Мазерати», снимаю с сигнализации, но внезапно успокаиваюсь и мстительно улыбаюсь. У меня все равно будет еще возможность наказать эту зарвавшуюся девчонку.

-Али, прошу более внимательнее посмотреть документы и переделать косяки! Жду твой отчет к концу рабочего дня! – отец небрежно бросает мне на стол папку, которую я утром ему принес на подпись.  Поднимаю на него глаза, он уже направляется к двери, но внезапно останавливается и поворачивается ко мне, внимательно всматривается в меня, возвращается. Мы смотрим друг другу в глаза, он вопросительно приподнимает бровь. Я мотаю головой в отрицании. Поджимает губы, на скулах заходили желваки.

-Если что-то хочешь спросить, спрашивай! – строго говорит, засовывая руки в карманы брюк. Спускаю глаза с его лица на галстук, считая линии на ткани. Не дождавшись от меня реакции, разворачивается и уходит. Я смотрю ему в спину, вслушиваясь в шаги. Перед тем как закрыть дверь, замирает, вижу, как напряглись мышцы под рубашкой, стоит пару секунд и окончательно уходит, не обернувшись. Я сглатываю и перевожу глаза на экран монитора, где у меня открыто письмо.

Прошло два года, когда последний раз доставал свою винтовку для заказа. Так пострелять ходил с Маликом на базу подготовки телохранителей. Поэтому навык никуда не пропал, а оттачивался до автоматизма. Ранее убивал не только по приказу отца. Ради забавы брал иногда дела со стороны до запрета, меня было очень сложно найти, на прямую никто никогда не выходил со мною на связь, информация шла окольными путями, никто не знал кто был посредником между мною и теми, кто хотел меня получить в качестве палача. Заказчики не знали кто я, я не знал кто они, но информация приходила на почту, которая потом уничтожалась без следа, номер телефона давался на один раз. Аванс перечислялся, как только получали мое согласие, остаток после завершения заказа. Сейчас мне заплатили раньше, чем я открыл письмо. В нем же и был указан счет, где лежали деньги. Все было изначально не так, как я привык. Все было на грани разумного, на грани моей выдержки. У меня в голове не укладывалось, как такое могло произойти. С экрана на меня смотрел отец. Именно его заказали убрать.

Рука тянется к мышке, медленно все удаляю, подключаю со съемного диска программу, которая подчистит весь компьютер, и никто никогда ничего не узнает, но на душе было паршиво. Встаю с кресла, подхожу к окну.  

Врагов, конкурентов было много, все пытались отжать лакомый кусочек криминального пирога, который был у отца. Он твердой рукой руководил не только поставками запретных препаратов в разные страны, которые проходили через его территорию, но и умел управлять людьми, у которых не было ни принципов, ни святого, никаких ценностей. По сути, если смотреть правде в глаза, он сам такой же, может только мы, его дети, представляли какую-то ценность для него, иначе ему было б плевать кто чем занимается, чем дышит, как живет. А так тотальный контроль, была б возможность залезть в голову и навести свои порядки в мыслях, непременно воспользовался б таким способ для подчинения своей власти. Но и это был спорный факт, когда-то его рука не дрогнула убить дочь.

Музыка долбила по мозгам. Я полулежа сидел на диванчике в вип-ложе в гордом одиночестве, не смотрел на танцпол, просто сидел с закрытыми глазами. Мысли о письме никак не хотели меня покидать. Прокручивал каждое слово, которое было там написано, искал второй смысл, но в нем были сухие факты, о которых знал любой, кто умел пользоваться интернетом. Я беспокоился, что мой отказ побудит заказчика найти другого исполнителя. Значит придется предупреждать папу об опасности, а это вело к тому, что нужно будет сознаваться в своей подпольной деятельности. По головке точно не погладит, он столько угрохал денег, времени и людей, когда меня заподозрили в убийстве влиятельного человека именно два года назад, что сейчас имел право свернуть мою шею своими руками.

-Знаешь, мне кажется нам пора сходить к ведьме, чтобы она сделала какой-нибудь ритуал, чтобы мы перестали оказываться в одном и том же месте одновременно! – раздался насмешливо голос Карины. Я даже не потрудился открыть глаза, мне было сейчас не до ее язвительного тона, ее колкостей.

-Исчезни! Сделай вид, что тебя здесь нет! – шепчу я, но понимаю, что вряд ли в клубном грохоте девушка услышала мои слова, поэтому приходится выпрямляться, открывать глаза, морщится, когда вижу красивую брюнетку почти рядом. Во всяком случае ощущаю ее тепло, ее духи, ее саму. Карина откидывает волосы на спину, показывая мне, что сегодня в провокационном наряде, платье еле прикрывало грудь, задницу. Оно выгодно подчеркивало ее загорелые ножки.

-Ты сегодня проституткой подрабатываешь? – беру стакан с виски со льдом. Девушка хмыкнула, но не сострила в ответ, только откинулась на спинку дивана и устремила глаза на танцующих людей.

-И какой у тебя тариф? – пододвигаюсь к ней ближе, кладу ладонь на голую коленку, скользя к подолу платья, собираясь нырнуть пальцами за резинку трусиков. Карина перехватывает мою наглую руку, сбрасывает ее, закидывая ногу на ногу.

-Зачем тебе мне платить, когда рано или поздно по закону ты будешь пользоваться моим телом бесплатно, в то время, как другие за это готовы горы свернуть! – язва смотрит на меня высокомерно, не скрывает свою продажную сущность, а меня эта правда злит. Злит очень сильно, что в руке трещит бокал. Зеленые глаза скрещиваются с моими карими, швыряю стакан в сторону, хватаю Карину за волосы и притягиваю к себе. Дышу ей прямо в лицо, едва касаясь губами полураскрытых губ.

-Трахаться будешь только со мною! – сжимаю сильно затылок, тяну слегка вниз, девушка откидывает голову, ибо знаю, что делаю больно. –Слышишь меня, Карина??? – встряхиваю ее голову. Зеленые глаза сверкают зло, она молчит, а я жду гребаное ее слово «поняла». Но это ж Карина! Поэтому я просто впиваюсь в ее рот, наплевав на то, что она упирается. Все равно во мне больше силы, прогну ее под себя, залезу сверху, как кобель на сучку, и буду истязать до той поры, пока она не взвоет и не признает меня своим хозяином.

Мы даже целуемся, как деремся. Ее язык скрещивается с моим, таранит мой рот, вгрызается зубами в губы. Наматываю волосы на кулак, тяну голову вниз, чтобы открыла рот шире, я так жажду выебать ее не только языком, но и своим членом, что усаживаю девушку на себя, прям туда, где все давно стоит колом. Карина еще ерзает у меня на коленях, из моей груди вырывается животное рычание. Толкаюсь бедрами, имитируя проникновение, она вжалась в мой пах. Не сдерживаюсь и стону ей в губы, отпуская волосы, перемещая руки вниз, стискиваю ее задницу.

-Али! – шепчет томно Карина, от ее голоса что-то взрывается в груди, я хочу телепортироваться в свою спальню с этой девушкой и провести с ней сумасшедшую ночь. И не только. Эта мысль меня отрезвляет, испуганно отталкиваю от себя брюнетку. Ее глаза подернуты желанием, постепенно проясняются. Она ударяет меня по лицу, но я настолько потрясен, что хочу провести всю жизнь с этой козой, никак не реагирую на этот жест, даже не пытаюсь ее удержать, когда она соскакивает с моих колен и убегает.

Пью, но алкоголь не берет меня. Глаза сами находят стервочку и следят за нею, за каждым ее жестом. Она уже забыла о моем присутствии, веселилась от души в кругу подружек. К ним подходили парни, сжимал зубы, когда моя невестушка с кем-то танцевала. Радовало, что она не позволяла вольностей. Чувствовал себя ревнивым мужем. Когда один наглый тип стал лапать ее аппетитную попку, нервная система не выдержала, контроль был утрачен. Я лечу вниз к свой черноволосой язве, хватаю парня за плечо и дергаю его, прорычав:

-Руки убрал!

-А ты кто такой? – он оказался не из пугливых, краем глаз замечаю, что рядом находятся его дружки. Щелкает сигнал об опасности, мысленно надеюсь, что Карина приехала с охраной, ибо мне одному не справится с толпой разъяренных и возбужденных тестостероном самцов. Это только в фильмах главные герои круто махают ногами и руками против толпы, я был обычным человеком без суперспособностей.

-Муж ей! – лаконично отвечаю, встречаясь с зелеными глазами. Она удивлена, как-то странно улыбается, склонив голову набок. И эта непонятная улыбка, смысл которой я не понимаю, мне нравится.

-А я буду любовником! – острит парень и тянет на себя Карину. Этого было достаточно, чтобы мой кулак летел ему в лицо, в грохоте музыки не слышен хруст съехавшей в сторону челюсти. Вокруг сразу образовалась потасовка, дрались даже те, кто вообще был не причастен к ссоре. Сбежались все посетители клуба, охране пришлось изрядно потрудиться, чтобы добраться до главных зачинщиков нарушения порядка. Нас троих доставили в кабинет к директору, но так как меня знали, папа был инвестором, то я с большим наслаждением смотрел, как бледнел то зеленел парень, кося на меня злые глаза. В итоге я решил перед Кариной показать свое великодушие, оплатил весь погром, снимая финансовый вопрос со второго участника. К сожалению, девушка не оценила мой жест, только фыркнула.

-Что за показательные выступления? – спросила Карина, когда нас отпустили, мы сидели внизу и моя невеста обрабатывала полученные мною в бою раны. Скривился от жжения. Мне рассекли бровь, губу, на скуле скорей всего будет синяк. Еще были сбиты костяшки.

-Терпи, герой! – процедила девушка, специально нажимая на рану. Мне была приятна ее забота, пусть с элементами садизма, но она сама суетилась вокруг меня, отказавшись от помощи сотрудников клуба.

-Зачем ты устроил драку? – в ее руках оказался пластырь, залепила им бровь, потом мазнула каким-то гелем по губе. –Что ты хотел доказать?

-Карин! – перехватываю ее руки, тяну на себя, она слегка сопротивляется, но оказывается между моих ног. Смотрю на нее снизу-вверх и криво улыбаюсь. – Поехали ко мне! – говорю прямым текстом, но девушка хмурится, пытается вырваться из моих тисков. Я сильнее ее сжимаю. –Я никогда никого не привозил домой. В дом, где живут мои родные, отец. А тебя хочу увидеть на своих подушках!!!

Карина перестает дергаться, внимательно смотрит мне в глаза, над чем-то думает, все-таки выскальзывает из моих рук, убирает использованную вату, закручивает тюбики и уходит. Я непонимающе смотрю ей вслед. Вздыхаю, кажется нужно подумать над своим поведением, как-то начать с начала строить отношения со своей будущей женой.

-Тебя подвезти? – спрашивает Карина, когда я выхожу из клуба и достаю телефон. Оборачиваюсь. Она стояла возле «мерседеса», за рулем сидел водитель. Медленно подхожу к ней. –Только учти, по утрам я пью свежевыжатый сок и ем гренки.

-Это обед, учитывая, что ты спишь до двенадцати.  

-Запомнил?

-Запомнил. Ты еще что-то говорила по поводу секса по настроению и оральных ласк! – хитро прищуриваюсь, Карина смеется, откидывая волосы на спину. Она кивает в сторону машины, я сажусь, она устраивается рядом и доверчиво кладет голову на плечо. Некоторое время сижу в напряжение, не понимая смысла этого жеста, ее рука ложится на мою руку и наши пальцы переплетаются. Я поворачиваю голову и встречаюсь с ее темным взглядом. Кажется, именно этот момент самый правильный между нами, чем все то, что было До.  

Мы приезжаем в дом отца. Карина заинтересовано смотрит по сторонам и мне хочется чертыхнуться, в ее глазах вижу иронию этому пафосу вокруг. Объяснять, что все это принадлежит отцу не было смысла. Я тяну ее сразу к лестнице на второй этаж, замираю у подножия, ибо со стороны кабинета идет отец с Симран. Индианка удивленно приподнимает брови, глядя на меня и Карину, отец поглощен расстегиванием запонок, поэтому не сразу нас замечает, когда вскидывает голову, вижу тоже удивление в глазах. Он медленно рассматривает мое разукрашенное лицо, потом переводит взгляд на Карину. Девушка краснеет, но быстро справляется с собою, улыбается.  

-Доброй ночи, дядя Саид! – ее ладошка выскальзывает из моих рук, подходит к отцу, чмокает его в щеку. Он усмехается, вновь смотрит на меня.

-Я так понимаю, что уже можно думать об организации помолвки?

-Мы решили пообщаться в более неформальной обстановке! – Карина очаровательна, непосредственна. Хочется схватить ее и унести наверх, как пещерный человек, а не изображать тут никому ненужную вежливость.

-Ну-ну, порадуйте меня итогами ваших бесед через девять месяцев! – хмыкает отец, поворачиваясь к Симран. Я автоматически смотрю на ее все еще плоский живот. Она игнорит мой взгляд, подходит к лестнице и первая поднимается. Папа спешит за нею, обнимает за талию, что-то шепчет на ушко и тихо смеется, когда Симран ему отвечает. Я качаю головой, не понимая отца в этом вопросе. Хмурюсь, вспомнив письмо, которое все еще не дает покоя.

-Я смотрю, ты не в восторге от избранницы отца! –Карина отвлекает меня от тревожных мыслей.

-Мне все равно с кем он спит, если только это не ты!

-Ты думаешь, что я способна залезть в постель к человеку, к которому отношусь почти как к отцу?

-В этом мире полно подмены, поэтому я не берусь судить, кто на что способен.

-Тогда мне кажется я поспешила! – разворачивается в сторону входной двери, я успеваю схватить ее за руку. Карина вырывается, но мне уже надоело играть в войнушку, когда она прекрасно знает, чем закончит эта ночь. Закидываю девушку к себе на плечо и быстро поднимаюсь на второй этаж, пока она не стала орать на весь дом. Странно, но Карина не верещала, кажется для вида побила по спине и все.

Когда с нежностью швыряю ее на кровать, девушка продолжает молчать, лишь глаза сверкают из-под ресниц сдерживаемой агрессией. Накидываюсь на ее губы, скидывая маску благоразумия, переставая держать себя в рамках приличий. Я рву ее платье по швам, беспорядочно шарю руками по ее телу, чувствуя, как она отвечает мне такой же взаимной дикостью. Кусает меня, я рычу, слыша треск разрываемых трусиков. На секунду отстраняюсь, потому что нечем дышать. Карине этой паузы достаточно, чтобы приподняться, схватить рубашку и потянуть в разные стороны, пуговицы отлетали в разные стороны. Ее ногти впиваются мне в грудь, царапается, а потом целует. Эта боль и нежность – гремучий коктейль, который срывает башку моментально. Я стону, кайфую от каждого ее прикосновения, от каждого ее движения. Никогда такого не было. Раньше все происходило механически, быстро и безвкусно. А тут я прям ощущал вкус нашего возбуждения на кончике языка.

-Как предохраняешься? – стаскиваю с себя брюки, хватаю Карину за щиколотки и тянут к себе. Не жду ответа, устраиваюсь между ее ног.

-Никак.

-В смысле?

-В прямом.

-Ты девственница что ли? – неверующе смотрю в зеленые глаза, Карина смеется, обнимает за шею, тянет на себя.

-Нет, конечно. Просто год назад рассталась с парнем, а случайные связи меня не интересуют, а вот с тебя стоит спрашивать справку от венеролога!  

- Я чистый! – возмущенно шиплю сквозь зубы, чувствуя, как остаются последние крохи самообладания. Она усмехается, пододвигается ближе, обхватывает ногами меня за талию.

-Только не спеши пару минут, а потом трахай в любой позе, в любом темпе! – трется носом об мое плечо. Киваю, молясь про себя продержаться еще некоторое время в ясности ума, в адекватном состоянии, прежде чем животные инстинкты возьмут надо мною вверх.

Оказывается, в сексе ты эгоист, а вот в занятие любовью ты думаешь о другом человеке. Хочется сделать приятное партнерше, увидеть звезды в ее глазах, патоку удовольствия своего и ее. Эта ночь стала самой лучшей в моей жизни, меня понимали без слов, под меня подстраивались без принуждения, потому что мои желания совпадали с желаниями Карины. Мы, конечно, будем цапаться и дальше, как в разговоре, так и в постели, но кажется каждой твари Аллах создал по паре и отправил их в один путь. Даже мне, такому неидеальному, с извращенной психикой, с демонами за спиною подобралась такая же ненормальная девушка. Засыпая, притянул Карину к себе, утыкаясь лицом в изгиб шеи. И уже на грани сна, услышал мысленно голос отца: «сто раз меня поблагодаришь, что я решил твою судьбу именно таким способом». Да, храни тебя Аллах, отец…