Глава 13

-Твою мать! Так заткни ему глотку! Спроси, сколько ему надо. –орал Миха в трубку, входя в мой кабинет. Весь вид его кричал о том, что он дико зол. Впрочем, я тоже хорошим расположением духа не отличался, учитывая, что уже порядка сорока минут жду его, но решил, что сейчас не лучшее время высказывать Антропову свои претензии. Он и так был на взводе, я бы даже сказал, в бешенстве.

Кивнув мне, жестом попросил пару минут, и нетерпеливо расхаживая взад-вперед, слушал своего собеседника.

-Валера, ты решай с ним вопрос. Ты смеешься что ли?! Я не собираюсь терять деньги из-за какого-то придурка-фанатика.

-….

-Да плевать мне, кто он там! Он сейчас этих градозащитников соберет и все-приплыли. Они же как акулы вцепятся и с живых не слезут-начнут доить по полной. Брать его надо, пока ломается, а не сопли жевать. Ты если Горский землю потеряешь, будешь мне сам возмещать убытки! - цедил Миха сквозь зубы, едва сдерживая маты. Не завидовал я его собеседнику. С Антроповым лучше не связываться, когда дело касается бизнеса. Вот где настоящая акула. Это со своими он душа компании, юморист и приколист, а в делах с ним шутки плохи; хваткий, цепкий, жесткий и пронырливый, а порой и вовсе беспринципный. В такие моменты я рад, что он со мной в одной лодке; у Михи акции в моей компании, в основном же он занимается строительством.

Друг отключил телефон и с шумом втянул воздух, раздраженно скидывая пальто.

-Какие-то проблемы? –поинтересовался я, пожимая ему руку. Миха сел напротив и закурил, хотя знает, что я этого не выношу, но видимо, проблемы нешуточные, поэтому я не стал напоминать.

-Да там не просто проблемы! Там п*здец! Связался на свою голову с этим придурком Горским, а он ни хера сделать не может. Задача простейшая; выкупить землю, предоставить жилье собственникам в другом районе и дело в шляпе. Нет же! Началось. В общем, там на этой же территории стоит дом инвалидов. Какой-то директоришка этого реабилитационного центра или че там..Короче начал палки в колеса вставлять. Он, понимаешь ли, сам инвалид и этот центр-вся его жизнь. Устроил бунт; давай всех подбивать, разводить шумиху, что вот дескать бедных инвалидов лишают уже и этого. Еще как оказалось, здание этого гребанного центра является объектом культурного наследия. Ну, а там сам знаешь, сейчас начнется вытягивание бабок. Тут еще и частники заголосили, типа, что по дешману квадратный метр оценили. Суки, бл*дь! А там такой проект горит!-выдал Антропов, не сдерживая клокочущей ярости. Представляю, как хочется разнести все к чертям собачьим. А уж Миха с его характером, наверняка, с ума сходит от желания лично закопать бедолагу-инвалида.

-Эх, вы Михал Сергеевич! –решил я разрядить обстановку. –Ну, что же это-одни деньги на уме?! Ничего святого, никакой морали! А ведь люди инвалиды!

Миха засмеялся.

-Во-во! Это они и поют. Как будто я им не предлагаю отличное здание, и заметь, новое! Взамен вот этой развалюхи, у которой износ признали сто процентов!

-А кто признал-то? Твои? - подколол я его. Миха усмехнулся и покачал головой.

-Ну, это уже не суть важно. Признали же. Но директоришка не согласен. Принципиальный черт; упорно стоит на своем. Но ничего, и не таких раком загибали.

-Мда, жестко. А на деньги он не ведется типа? –предположил я.

-Представь себе. Благородный.- иронично отозвался Миха.

-Копай глубже. Никто никогда ничего не делает по доброте душевной, всегда есть скрытый корыстный мотив. Хотя бы самодовольство от того, что ратуешь за правое дело.

-Вот с такими придурками сложнее всего. –невесело подвел итог друг.

-Ну, как говорится, не в деньгах счастье. –со смешком парировал я.

-Так говорят только те, кто этих денег отродясь не видывал. Я тоже, когда бедолагой был и жрал картошку жареную-пареную, свято верил ,что все проблемы из-за денег и что они портят человека. А сейчас понимаю, что деньги –это лучшее средство решения всех проблем. Абсолютно всех! По крайней мере, решать их, сидя в порше, в костюме от Армани гораздо приятней, чем в зачуханой хрущевке. При таком раскладе уже и проблемы не проблемы.

Я засмеялся. Миха был в своем репертуаре.

-А что ты смеешься?-возмутился он и тут же безапелляционно продолжил, - Так и есть. Главное, просто понимать, что деньги-это не строительный материал, а инструмент. И тогда все будет путем. – воодушевленно резюмировал Миха, с чем я был абсолютно согласен. За то и любил Антропова, что он был с адекватным взглядом на вещи, пусть и далеко не идеалистическими. Впрочем, не в нашем мире быть идеалистами.

- А с этим недо-Робин Гудом я разберусь, выведу его «срытые мотивы» на чистую воду. – уверенно заявил он, и я в этом ничуть не сомневался, как уже говорил; стоять у Михи на пути опасно.

-Давай, Бог в помощь, -усмехнулся я, Антропов только подмигнул.

-Поехали, что ли перекусим, а то есть хочу, не могу?! Вика какого-то повара наняла, жрать невозможно его «шедевры». Надо сказать, чтобы гнала его в шею.-посетовал друг.

-Поехали. – согласно кивнул, вставая из-за стола. –Как там благоверная поживает? – поинтересовался я из вредности по пути к машине. Миха закатил глаза, прекрасно зная, что мне абсолютно наплевать на его супругу, более того-еще бы столько же про нее ничего не слышал.

-Как всегда; сплетни, интриги, расследования, - невесело отозвался он, садясь в машину.

-« Ни в жены, ни в любовницы, ни в сестры: Нет верности, нет страстности, нет дружбы. Я не хотел бы с ней попасть на остров. Необитаемый: убила глушь бы.»- процитировал я Серебрянникова в честь безнадежного случая в лице Виктории Викторовны, Антропов засмеялся. А я в который раз подивился, - Мих, вот как ты ее терпишь?

-Да никто никого не терпит, уже привыкли за столько лет –то, я и сам не подарок. Мы, наверное, с ней два сапога. Я согласен, Вика бывает редкостной сукой, но она умна, самодостаточна, отличная мать и семья для нее приоритет, – хоть и уверенно, но с какой-то горькой усмешкой парировал друг, я же не стал лезть, зная, что это ни к чему не приведет. У Антроповых были запутанные отношения, которые не стоило и пытаться понять, но одно было точно ясно-Миху они душили и были в тягость, но он почему-то продолжал их поддерживать. Вопрос «почему» не раз крутился у меня на языке в моменты откровений, но я всегда сдерживался. Дружба дружбой, но надо понимать, что есть территория, куда лезть лучше не стоит, поэтому я свернул разговор на данную тему.

-По мне лучше, когда женщина, как домашняя рыбка; минимум хлопот, забот и проблем.

- Так у меня тоже рыбка – пиранья называется.- подмигнул Миха, я засмеялся, мысленно соглашаясь. –Ну, со мной давно все ясно, а что там у тебя происходит? –перевел он стрелки.

Я про себя чертыхнулся и всячески обласкал Вику за ее длинный язык. Наверняка наплела с три короба. Ведьма.

-Ничего особенного; все, как всегда. –невозмутимо отозвался я, хотя это было ложью. С Чайкой все иначе. За эти пять дней, что не видел ее, не было ни минуты, чтобы я не думал о ней, не сходил с ума от воспоминаний о последней ночи, о ней такой сексуальной, ненасытной, слетевшей с катушек. Я хотел ее до одури, готовый хоть сейчас послать дела к черту ради нее. Прилетев вчера, только и делал, что мысленно отсчитывал часы до нашей встречи , умирая от нетерпения. Но вырваться к ней не мог. Ленка, наконец-то, отчалила домой, и я, как и собирался, решил уделять дочери больше внимания, а то совсем от рук отбилась; стала юлить, приходить не вовремя. Не к добру это. Раздражало, что моей бывшей жене абсолютно на это плевать. В который раз поразился, до чего же она никчемная мать. Впрочем, и из меня родитель хреновый; нормальный отец бы радовался компании дочери, а я о только и делал, что о Чайке думал. Это состояние раздражало, но ничего не мог с собой поделать. Меня даже ее обман насчет учебы не смущал.

Если честно, не собирался лезть в ее дела. Мне в общем-то, должно было быть все равно, но…. Увы, не смог остаться в стороне, какой-то черт дернул перед отлетом ; и я попросил Люду собрать мне информацию о Чайке. Как выяснилось не все так просто с моей птичкой; никакая она не студентка МГАХ. И судя по всему, для ее матери это тоже стало открытием, что и привело к проблемам. Вся эта ситуация изрядно повеселила и в тоже время напрягла. Боже, какой же она еще ребенок! Маленькая глупышка, запутавшаяся в собственной лжи. Не знаю, всех тонкостей, но не надо обладать особым умом, чтобы понять суть проблемы.

Когда Миха отдал распоряжение водителю ехать в Де Марко, я как дурак, едва сдержал улыбку, хотя видеть Чайку в амплуа официантки не хотелось и уж тем более афишировать наши отношения при Антропове. Но вряд ли она кинется мне на шею. За последние недели она стала вести себя сдержанней. А вообще надо сказать, чтобы завязывала придуриваться и бросала свою работу, не зря же вытянула счастливый билет.

-Я у тебя обычно такой довольной рожи не наблюдал. – заметил друг как бы между прочим. Я только пожал плечами, давая понять, что эта тема закрыта, но Антропов решил все же удовлетворить любопытство и прямо спросил, - Сколько ей?

-А что?

-Да просто интересно. Все только и обсуждают возраст твоей крошки.

С шумом втягиваю воздух, охреневая от «развлечений» друзей. Я Антроповой шею сверну, пусть только попадется мне на глаза. Дура!

-Вы еще ставки сделайте. – предложил я с усмешкой. –Что за бред вообще?!

-Да ладно тебе, не кипи. Дай друзьям немного побалдеть. Столько лет ждут люди, когда ты дашь повод для сплетен. А то у тебя, как у президента вся жизнь за семью печатями. –примирительно обратился Миха, улыбаясь.

Я покачал головой, смеясь. Мда, хороши ребята! Вообще разговор на данную тему выглядит странно, особенно с Михой. Он никогда не лезет в такие дела. Будучи сам человеком скрытным, он уважает границы личного пространства других. Если уж он и лез, то не спроста. И мне было интересно, откуда ветер дует.

-Ну, так сколько ? – не отставал Антропов, озадачивая меня еще больше.

-Восемнадцать, - все же нехотя ответил, зная, что сейчас последует буря. Можно было, конечно, послать его к черту, но чего мне собственно стыдится?

Антропов уставился на меня так, словно увидел впервые, но сдержался и невозмутимо прокомментировал;

-Ну… нормально… двадцать лет разницы – почти херня. Да и почему бы нет?! Экстрим-лучшее средство от старости. Развлекайся короче. – хлопнул он меня по плечу одобрительно. Я засмеялся.

-Благодарю, у меня после твоего благословения, прям, камень с души упал.–иронично парирую .

-На самом деле, Олег, хочу тебя предостеречь, хотя ты и сам, думаю, все понимаешь.-серьезно начал он, отставив шутливый тон. Я обратился в слух и приподнял бровь, ожидая пояснений. И они тут же последовали.-Борьба за место в департаменте не шуточная и используют любую лазейку. Поэтому сейчас главное-сохранять безупречную репутация, а связь со вчерашней выпускницей школы вряд ли этому поспособствует.

Я засмеялся.

-Расслабься, Мих, я не собираюсь никоим образом афишировать эти отношения. Это всего лишь небольшое развлечение, дабы развеять скуку, а то жизнь стала совсем пресной. У каждого из нас есть свои маленькие радости, и я не исключение,- знаю, это звучало цинично, но правдиво, как мне кажется. Или точнее, как мне хотелось, чтобы было. В глубине души я понимал, что все гораздо сложнее.

-Саныч, да это понятно. “Немного радости” не повредит особенно тебе, но я к тому, что девочки в наше время-те еще штучки и могут изрядно попить кровушки, если только почуют уязвимое местечко, –заметил он, с чем я ни мог не согласится.- Будь осторожнее, ты метишь на тепленькое, прибыльное, очень желанное место и чтобы до него добраться будут использовать любую возможность. Ты помнишь, что было в двух тысячно втором году?

-Гордеева имеешь в виду?- уточнил я, на что Миха кивнул.

-Ну, ты уж не сравнивай. Я не столь высокого полета птица. Да и времена другие.–отмахнулся я, но Миху мой ответ заставил лишь усмехнуться.

-Времена другие-это верно. Как по мне ; сейчас еще страшнее, чем раньше. Тогда хоть ты знал, кто на тебя что имеет. Сейчас же бьют из-подтишка в самый неожиданный момент, стоит только зазеваться. А политика –это просто такое красивое слово, прикрывающее сплошное жульё-ворьё, другими словами-волчара в овечьей шкуре. И честно, не понимаю я твое стремление окунуться в это болото.

-А я не совсем понимаю, причем тут сейчас мои отношения с девчонкой?– огрызнулся, начиная заводится. К чему мне говорить вещи, которые я и сам знаю?! Чай немаленький мальчик; на сто раз продумал уже все. И прекрасно понимаю, что меня ждет в мире политики ; в какие игры и с кем придется играть, но я не могу топтаться на одном месте, мне необходимо движение вперед, покорение новых вершин. Такой уж я.

-Девчонка –это твое личное дело, конечно. Я просто пытаюсь тебя предостеречь, хотя знаю, ты в этом не нуждаешься. Но на правах друга, позволь, еще раз тебе напомнить. То, что в тебе заинтересован сам Богдан Юрьевич-палка о двух концах. Ты не хуже меня знаешь, что он за человек; его протекция-это считай благословение свыше, но если только ему что-то не понравится….-Антропов сделал многозначительную паузу, я тяжело вздохнул. Миха безусловно был прав и точно такие же мысли ни раз приходили мне в голову, но как говорится – волков бояться, в лес не ходить. Я не из пугливых, к тому же мои амбиции перестали соответствовать уровню игры, необходимо было двигаться дальше, что я и намеривался делать, не взирая на предостережения Михи, который продолжал освещать все неприглядные стороны моего недалекого будущего.

- Сейчас ты сам себе хозяин, но как только вступишь в должность, прощай свобода; будешь плясать под дудку Гордеева.

-В Москве все пляшут под Гордеевскую дудку, хотят они того или нет, поэтому я предпочитаю реально смотреть на вещи и извлекать из этого выгоду, так что иллюзия «свободы» мне ни к чему. На каждую силу, как говорится, есть еще большая сила. – холодно отвечаю, подводя итог нашего разговора.

-Только, на Гордеева все никак управу не найдут. –переключился Антропов, поняв, что дальнейшая дискуссия на тему моих стремлений бессмысленна.

-Если бы не Богдан Юрьевич где бы мы были, Мих?! – напомнил другу.

-А я и не отрицаю. Гордеев тот еще феномен ; везде пролезет, отовсюду выползет. Умный он чертяга. С такого дна на такие высоты. –ответил Антропов задумчиво, я только согласно кивнул, погружаясь в свои мысли.

Мы подъехали к Де Марко и я почувствовал легкое возбуждение. Раздражение, как рукой сняло, стоило только подумать, что сейчас увижу свою девочку. Интересно, как она будет себя вести? Наверняка начнет нервничать. Но наблюдать за ее неловкостью и смущение стало одним из моих любимых занятий с тех пор, как встретил ее. С чувством азарта и предвкушения вхожу внутрь и быстро окидываю взглядом кафе, ища Чайку. Как только вижу ее, перехватывает дыхание. Тяжело сглатываю, жадно всматриваюсь в ее лицо и неприятно удивляюсь. Яна была какой-то угрюмой, поникшей, словно потеряла всякий интерес к жизни, лицо приобрело болезненную бледность. Глаза казались огромными из-за залегших под ними теней. Но даже такая измученная, она была прекрасна. Ее состояние обеспокоило меня, хотелось подойти и спросить, что случилось, но я решил сделать это позже. Хотя понимал, что наверняка она опять грузилась по поводу матери. Нужно настоять, чтобы прекратила быть страусом , зарывая голову в песок. Не монстр же ее мать, в конце-концов, хотя довольно странная женщина, как по мне. Ведь должна она понимать, что пустив дочь в открытое течение, велика вероятность, что та разобьется о скалы, наделав еще больше ошибок. Но, видимо, у мамаши Чайки иное мнение на сей счет. Удивительно, что меня так беспокоит данный вопрос. На кой черт мне сдались проблемы Токоревой? Сама заварила, пусть и расхлебывает, а я лично понаблюдаю, как она из этого дерьма будет выбираться. Хотя точно знаю, Чайка хрен выберется, с ее характером и темпераментом скорее захлебнется.

Погруженный в свои мысли и созерцание девчонки, не сразу замечаю подошедшую официантку и подозрительный взгляд Михи. Только стоило сделать заказ, как он со смешком заявил;

-Санныч, ты отжигаешь однако.

Я непонимающе приподнял бровь, друг засмеялся.

-Никогда бы не подумал, что твоя цыпа –официантка. Ты че ее прям здесь склеил? Хотел бы я на это посмотреть. Хотя если ты, как сейчас ее чуть взглядом не сожрал, то немудрено, – хохотал Миха, вызывая у меня желание парочку раз вмазать ему для профилактики. Чертыхаюсь про себя, стараясь сохранить невозмутимое лицо.

-Антропов, уймись, Бога ради. Лучше пока бумаги просмотри, я потом время терять не хочу .

-Ну, еще бы?! Я бы тоже не хотел, будь у меня такая красопетка. –подмигнул Миха, а мне стало смешно. Такое чувство, будто нам не по тридцать семь, а по двадцать. В то время помню, чем девка красивее, сексуальней и эффектней, тем ты круче. Сейчас, надо признать, тоже приятно щекотало эго, что у тебя такая малышка, но желание спрятать ее ото всех исключительно для себя было сильнее.

-Чушь несешь какую-то! Да-а, чем ближе к сорока, так вы, Михал Сергеевич, какие-то озабоченные становитесь или причина в «головной боли» вашей благоверной? Говорят, с возрастом у баб мигрени-нормальное явления, особенно ближе к ночи,- подколол я его, но Миху так просто не поставишь в неловкое положение. Он лишь с веселой усмешкой парировал;

-Это однозначно, дружище, не про Викторию Викторовну . Чаще спасения в виде «головной боли» ищу я, но кого это волнует?! Долг есть долг. А уж более требовательного мытаря, чем моя жена сложно представить.

Я едва сдержал смех, представляя, как Вика требует «долг». Впрочем, не удивлен. Она хоть в чем алчная, ненасытная сука!

-Ну, что тебе сказать?! Радуйся, Мих ; о таких женах многие мечтают.-добродушно утешил я его. Миха, ухмыльнулся и кивнув, со смешком парировал;

-Ага, радуюсь каждый раз, представляя себя богомолом. Это у них же сексуальный канибализм?

Я не смог сдержаться и захохотал, Миха тут же присоединился ко мне. Просмеявшись, решили все же просмотреть некоторые бумаги в ожидание заказа. Вскоре разговор принял чисто деловой тон, и от былого веселья не осталось и следа. Пока я не оторвался на мгновение от бумаг и не увидел ее, отчего во рту пересохло.

Приближающаяся к нашему столику Чайка вызвала у меня смешанные чувства; я был против, чтобы она крутилась возле меня, когда я не один, и в тоже время так соскучился, что хотелось хотя бы услышать ее голосок. Зря вчера не позвонил, боясь, разбудить ее. Судя по внешнему виду, она все равно не спала-ревела полночи. От этого что-то внутри неприятно сжалось, я поморщился и перехватил взгляд Чайки, но тут же мои брови поползли вверх, ибо это был далеко не взгляд побитой собачонки. Глаза Янки горели от бешенства. Если бы можно было убивать взглядом, я бы уже был на пути к праотцам. Она быстро шла к нам, не отрывая от меня взгляда, пытаясь им что-то сказать, чего я в общем-то не понимал, но мне это не нравилось. Ой, как не нравилось. Поэтому я также взглядом предупреждал ее, что сверну ей шею , пусть только попробует какую-нибудь херню ляпнуть.

Но девочка и не собиралась ничего говорить, молча подошла и начала расставлять напитки, не обращая на меня абсолютно никакого внимания, что было еще более подозрительно.

Миха же с улыбкой следил за ней, периодически поглядывая на меня, но я ничем не выдал себя. Пусть думает, что хочет. Только Антропов не из тех, кто просто так отступит, если уж ему захотелось до чего-то докопаться.

-Добрый день!-насмешливо обратился он к Чайке, подмигнув мне. Но Янка холодно ухмыльнулась и елейным голосом пропела;

-На вашем месте, я бы не стала торопиться с выводами, еще не вечер.

Я усмехнулся, глядя на обалдевшего Миху. Яна же повернулась ко мне и прожгла презрительным взглядом, отчего я едва сдержал смешок. Интересно, с чего это мы такие манерные стали?! Но веселию моему пришел конец, когда она подошла практически вплотную ко мне, взяла с подноса горячий кофе и демонстративно так опрокинула мне на пах. Стоит ли рассказывать дальнейшее? Дикая боль вышибает весь воздух из моих легких, сдерживаюсь из последних сил, чтобы не заорать благим матом, подскакиваю, опрокидывая массивный стул. Шок, полнейшая дезориентация и бешеная злость. Все как в тумане от ярости. Такого я не то, что не ожидал, такое мне в самом кошмарном сне не могло присниться. Она что, совсем рехнулась? Жить надоело? Боль была адской, обжигающей. Рвало от желание тут же оторвать башку этой дуре, но нужно было как-то облегчить состояние и я не знал, за что хвататься первым делом. Брюки и трусы промокли, чтобы не получить ожог нужно было их снять, но ярость затопила меня с ног до головы настолько, что я даже наплевал на возможные последствия. Желания прикончить суку на месте зашкаливало. Хватаю эту психопатку за руку, отчего на стол падает поднос с блюдами, сопровождаемый ужасным грохотом, привлекая внимание окружающих. Но мне было все равно . В эту минуту я готов убивать при свидетелях. Что мать ее, происходит?

-Ты совсем охренела?-заорал в бешенстве.

Эта же падла только усмехнулась и ехидно ответила, доводя меня до неконтролируемого состояния;

-Еще нет.

А потом я и сам не понял, что произошло. У меня зазвенело в ушах и на мгновение все поплыло перед глазами, щека загорела огнем. И это стало последней каплей, когда до меня дошло, что она залепила мне пощечину.

-А вот теперь возможно! Хотя ты заслужил козел! - сквозь бурлящую в ушах кровь, слышу голос сучки и зверею.

Не знаю, что бы я сделал в следующее мгновение, если бы не Миха, схвативший меня и позвавший охрану.

-Тихо, Саныч, ти-хо. – попытался утихомирить он меня, потому, как я абсолютно не контролировал ни себя, ни происходящее. Видел перед собой только ее довольное лицо, и желание закопать тут же зашкаливало.

-Чего встала, пошла отсюда?! - прорычал друг, обращаясь к Чайке. Тут же подоспела охрана, администратор, началась суматоха. Миха возмущался, крича, что на работу уже берут психопаток, тем самым давая понять, что мы не состоим с Чайкой в каких либо отношениях. В который раз поразился умению Антропова не теряться в разных ситуациях и обыгрывать их под себя. За что ему спасибо, я был не в том состояние, чтобы думать о чем –то, кроме происходящего. Когда немного пришел в себя, боль в штанах уже была не такой сильной, мне повезло; кофе оказался не слишком горячим, но все равно меня колотило от ярости, от сознания, что эта маленькая дрянь позволила себе такую сцену. Мне было плевать на причины, девочка перешла все границы. Совсем страх потеряла. Охренела в конец! Такого не позволяла себе даже моя жена! Но эта…

Ну, сука, лучше бы тебе испариться, иначе я за себя не отвечаю! Хотя куда она теперь от меня денется?! По сути, я ее купил, взял в аренду. А плачу я исключительно за то, чтобы мне моя временная собственность, приносила пользу, а не вред. И если она еще не знает, что тот, кто кусает руку кормящего будет лизать ботинок, пинающий его, то пора девочке снять розовые очочки. А лизать она будет, просто потому что у нее выбора нет, сама себя загнала в ловушку; гордости, лжи и наверняка иллюзий о любви до гроба. Что же тем веселее.

Я не садист и не моральный урод. У меня не было никогда склонности психологически ломать людей, но она будит во мне какое-то иррациональное желание подчинить ее себе, своим правилам и порядкам. Сейчас же потребность в этом зашкаливала.

Я распалял сам себя, матеря ее, мысленно убивая. Передо мной суетились люди, но я искал взглядом Чайку. Только ее и след давно уже простыл. Трусливая курица!

Но если она думает, что так просто смоется, то остается подивиться ее дурости. Я не понимал происходящего, и это бесило еще больше, но суть была, как я уже говорил, не в причинах. А в том, что какая-то поблядушка посмела выставить меня хрен пойми кем перед моим лучшим другом, да и вообще заварила такую кашу. Она еще не поняла свое место в этой жизни? ! О, ну, значит, я ее как шкодливую кошку натыкаю носом в ее дерьмо.

С этими мыслями я сел в машину, послав всех этих гавножуев из Де Марко с их извинениями и прочей мутью.

Весь вид друга кричал о том, что его сейчас разорвет, если он что-нибудь не скажет. Но если он только заикнется, то я сам лично порву его на кусочки, о чем сразу же предупредил, едва цедя слова;

-Ни одного слова!

Но на Миху мой угрожающий тон не произвел ни малейшего впечатления и он все же высказался;

-Вот об этом я тебя и предупреждал. Восемнадцатилетние девочки полны сюрпризов, впрочем, женщины они вообще такие-непредсказуемые создания, но чем моложе, тем взрывоопаснее.

Я ничего не ответил, мне было абсолютно не до Антроповских разглагольствований. Поэтому, как только подъехали к моему дому, сухо попрощался и поскорее поспешил в квартиру, чтобы переодеться, а после…. После не завидую я Чайке.

В квартиру на Мытной я в буквальном смысле ворвался, чуть ли не с пинка открыв дверь, отчего она с грохотом ударилась о стену напротив. Влетаю в спальню и вижу, как Чайка невозмутимо скидывает одежду в сумку, не замечая меня, взвинчивая нервы до предела, хотя казалось бы –куда еще? Но этот ее видок типа меня вовсе не существует–это уже слишком.

О, нет, птичка моя, не проканает ! Думаешь, я не знаю, что у тебя от одного моего взгляда душа в пятках?

Подхожу к кровати, пинаю дорожную сумку, ставшую на моем пути, она отлетает в другой конец комнаты, отчего вещи Чайки разлетаются по сторонам, а она сама, вздрогнув, замирает на месте.

-Не подходи ко мне!-закричала так, словно ее убивают, что доводит до неконтролируемой ярости.

-Да заткнись ты!

-С какой стати ты трогаешь мои вещи, придурок, ты их не покупал!

-С такой, бл*дь, что ты испортила мой любимый костюм, а он стоит дороже, чем ты!

Она замирает, шокированная моей грубостью. А после смотрит на меня презрительно и выплевывает лишь одно слово, как какую-то мерзость;

-Свинья!

Перепираться с ней, не входило в мои планы, у меня вообще не было никаких планов. Я просто хотел выплеснуть свою ярость. Хватаю ее за руку, она вскрикивает и со всего размаха в очередной раз ударяет меня по лицу. Щека горит огнем. Я сатанею. Какого, бл*дь, черта она себе позволяет?!

-Не смей меня трогать, ты-кусок дерьма! –орет эта идиотка, словно это я ей залепил пощечину, может, и стоит, чтобы уже пришла в себя.

-Заткни глотку, дура, пока я не свернул тебе шею! – цежу сквозь зубы, пытаясь справится с сопротивляющейся Чайкой.

Я никогда не применял к женщине физическую силу, даже с Ленкой, хотя выводила она меня тоже будь здоров, но с этой курицей на конструктивный диалог рассчитывать не приходится. Хотя после того, что она сделала, пора бы ей преподать урок. Женщины ведь хотят равноправия. Ну, ради Бога – кровь за кровь, что как говорится. А то как-то интересно получается; где выгодно, дамы эмансипированы, а где нет, так сразу одна откоряка « ну, я же женщина». Считает ,что может ударить меня и отделаться легким испугом? Я ведь будучи «настоящим мужчиной» - какое однако удобное понятие, приспособленное под бабские нужды. Так вот, будучи этим самым-НАСТОЯЩИМ мужчиной, на преимущество в виде силы не имею право, но ей на каком-то основании разрешается приложить меня со всей дури. Просто потому, что она же женщина. Нет, никакая она не женщина еще, а ребенок. Бестолковый, строптивый, испорченный ребенок. Ну, а коли так, то и действовать нужно методами соответствующими.

Блокирую ей рук, но Чайка тут же начинает активно работать ногами, пиная, куда придется. Шустрая сука!

Вся эта наша возня заводит, вызывая неконтролируемую агрессию на каком-то примитивно-первобытном уровне. Но мне все это порядком надоело.

Толкнув ее на кровать, усаживаюсь сверху, заламываю руки за спину, чтобы она уже угомонилась и перестала орать. Ее крики слух резали, доводя до белого каления, а уж что она кричала-даже повторять не хочется, я такие матерки за свою жизнь не слышал. Колхозница! Связался же на свою голову с быдлячной девкой! Пора бы ее научить манерам.

В моей голове вдруг рождается абсолютно идиотская идея, но, тем не менее, мне она нравится. Сместившись чуть ниже, продолжаю удерживать Чайку одной рукой, а второй начинаю стаскивать с нее спортивные штаны, отчего она пораженно застывает, облегчая мне задачу. Но как только перед глазами предстает сексуальная попка, упакованная в кружевные трусики все мысли вылетают из головы, завожусь с пол-оборота, и не контролируя себя протягиваю руку, чтобы сжать упругую ягодицу, но девчонка начинает дергаться, чем остужает мой пыл.

-Отпусти меня извращенец гребанный! Трахай свою женушку!- выдает она какую-то чушь, в которую я уже даже не вслушиваюсь, заведенный до предела. И все же «извращенец» и «трахай» вызывают азартное предвкушение, но сначала….

Заношу руку и с размаху, не жалея и не делая поблажек, опускаю со звонким шлепком, вырывая у Чайки оглушительный крик.

-Ты что, чокнулся? – выдыхает она в бешенстве.

-Нет, чокнулась у нас ты, когда устроила шоу в Де Марко. Это за пролитый кофе, девочка! А это…- вновь ударяю с той же силой, -За то, что посмела ударить, а это…

-Ты совсем спятил?! Я тебе не ребенок! – кричит она в слезах.

-Не-ет, ты именно ребенок! И если тебя не воспитала мамочка, как следует, то я восполню пробелы. – цежу, ударяя в очередной раз.

-Ублюдок!-шепчет обессиленно, понимая, что попытки вырваться бесполезны.

-Лучше придержи язык, иначе сидеть на жопе ты точно не сможешь, - предупреждаю холодно, хотя самого трясет от бешенства.

Еще огрызается сучка!

Зверею, вспоминая все, что она натворила. В штанах до сих пор жжет, возможно, следовало бы обратиться к врачу, но месть приоритетнее и с этой дурочкой ее лучше подавать в горячем виде. До «холодной» она еще не доросла!

Припечатываю ее к кровати, удерживая одновременно руки и хлещу раскаленной ладонью по заднице , оставляя красные, воспаленные следы пальцев на нежной коже, озвучивая за какие-такие заслуги. Чайка больше не сопротивляется, молча переносит наказание и эта покорность раздражала еще больше, потому что заставляла чувствовать себя каким-то чудовищем. Вновь заношу руку, чтобы ударить, Янка вздрагивает, но не издает больше ни звука. Уткнувшись в матрас лицом, дрожит, вцепившись побелевшими пальчиками в простынь. И у меня не хватает духу снова причинить ей боль. Смотрю на нее сжавшуюся в комок, и внутри что-то сжимается от этой картины. Придурок я, конченный придурок! Но вот что мне с этой дурехой делать? Чувствую себя натуральным мудаком, каким –то животным. Хочется прижать ее к себе, стереть с прекрасного лица слезы и извинится за этот жестокий бред. Целовать каждый сантиметр ее воспаленной, наверняка горящей кожи, пытаясь губами унять боль. Но я однозначно не дам слабину, иначе какой смысл был во всей этой экзекуции. Хотя сомневаюсь, что он вообще был…Но главное, ей этого не показывать, а то девочка тут же присядет на шею и ноги свесит.

Поднимаюсь и невозмутимо, хотя эта невозмутимость дается с огромным трудом, произношу, садясь в кресло напротив кровати;

-Ну, а теперь, объяснись милая, по какому поводу цирк.

Янка медленно встает, неловко как-то, скованно. На меня не смотрит и кажется, даже не слышит, погруженная в себя. Лихорадочно натягивает штаны. Подбородок дрожит от сдерживаемых слез, губы искусаны в кровь, взгляд расфокусирован, мечется по полу. Она начинает делать вид, что слишком занята, собирая раскиданные вещи. Пытается показать мне, что ей плевать, но играть еще не научилась и вместо того, чтобы казаться гордой, выглядит жалко. Хотя это я жалок, что довел девчонку до такого состояния. Морщусь, наблюдая за ее суетой на грани истерики, злюсь на самого себя, не в силах смотреть на ее потуги сохранить подобие достоинства, когда это я должен стыдится, а не она. И эта мысль вновь вызывает раздражение, которое я конечно же выплеснул на нее.

-Ты что, язык проглотила?! Прекращай возню и отвечай на вопрос! – рычу, мысленно коря себя за резкость и излишнюю жесткость. Но надо же как-то приводить ее в чувство.

Чайка вздрогнула, но тут же обожгла меня бешеным взглядом.

Я довольно или скорее облегченно усмехнулся. Сработало. Узнаю мою девочку.

-Пошел на хрен, ты-убогий мужичонка! Хотя тебя даже мужчиной после этого язык не поворачивается назвать. Ты мне противен. –выплевывает она, придя окончательно в себя. Ее тирада меня искренни забавляет.

-Да что ты говоришь?! Не провоцируй меня, малыш, я ведь могу не сдержаться и мы проверим, насколько тебе «противен» «убогий мужичонка» в моем лице и насколько я «мужчина».

Янка вызывающе усмехнулась и покачав головой, подошла ближе и наклонившись ,с каким-то превосходством предупредила;

-Нет, Гладышев, это лучше тебе не провоцировать меня, если не хочешь, чтобы твоя благоверная узнала, какой ты кобель.

Пытаюсь понять, о чем речь, но как не стараюсь, не доходит.

-Что за муть ты несешь?

-О, пожалуйста, прекрати! - морщится она, - Я все видела!

Втягиваю с шумом воздух, начиная в очередной раз, заводится.

-Что ты видела?- спрашиваю спокойно, едва сдерживая раздражение.

Чайка качает головой с улыбкой, а в глазах блестят слезы.

-Я видела, Олег, все видела! – повторяет она дрожащим голосом, а потом шепотом спрашивает с таким обличением и осуждением, что мне не по себе, хоть я и не понимаю ни хрена. Ее тихий голос звучит громче крика. – Как вы можете так?! Мужчины… Как у вас так получается? Без сожалений, без стыда, без совести…В пять Алена, в шесть Даша, а после семи «Прости, так много работы, устал. Что на ужин?». Она, наверное, с тобой с самого начала, да? С тобой тем, где у тебя за душой ни хрена, кроме этой самой души. Ну, ладно я… Кто я? Игрушка, развлечение-что еще ужаснее. Знаешь, можно оправдать и понять, наверное, если бы ты любил меня. Но предавать женщину, которая с тобой от начала до конца, женщину, которая делит с тобой эту жизнь пополам, которая с тобой будет нянчить внуков…предавать, просто потому, что тебе скучно…Это так омерзительно. Как ты можешь так, скажи? Я не понимаю…Неужели у тебя там –внутри, не скребет, неужели ничего не чувствуешь, когда со мной, зная, что тебя жена и ребенок ждут?

Она прерывается, слезы текут по ее щекам, а я просто не знаю, что сказать и сделать. Не понимаю ни хрена, кроме того, что меня обвиняют в чем-то. Шокировала как-то ее речь, взывающая к моей совести. И хоть «без меня, меня женили» что как говорится, но даже не будучи виноватым, почувствовал себя неловко. Засвербило там ..внутри от того, что творю черте что с девчонкой.

-Слушай…-начал было я, но она жестом остановила.

-Все, не надо ничего объяснять! Я ухожу.

Мои брови взлетают верх, и я невольно начинаю смеяться над этим цирком. Что, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, происходит?! Репетиция монолога для «Щуки»?

-Я и не собирался, –холодно парирую, на что она отвечает горькой усмешкой;

-Ну, да…Что-то я совсем размечталась.

Подхватив сумку, идет на выход, вызывая у меня уже не просто изумление, а огромные сомнения в ее адекватности. Хотя если вспомнить, то для восемнадцати лет разборки в духе бразильского серила вполне уместны, беда в том, что я «чуть» старше, и свое уже отбегал, пытаясь докопаться до сути, в чем меня обвиняют. Сейчас же на этот идиотизм нет ни времени, ни желания. Если девочка хочет получать дивиденды, то ей пора взрослеть.

- И куда ты собралась?

-Не твое дело!

-Слышь, задницу прижми и уже объясни, в чем проблема. Ребусы твои отгадывать не собираюсь.

Чайка застывает и резко обернувшись, обжигает меня яростным взглядом.

-Слышь! –язвит она, демонстративно выделяя это словцо, а после уже возмущенно продолжает, - Да кем ты себя возомнил? Ты кто вообще такой, чтобы указывать мне, что делать и тем более поднимать на меня руку? Со своей женой так общайся!

-Какой женой, мать твою? – не выдержав, повышаю голос. У Янки вырывается истеричный смешок.

-Боже, как же ты жалок!

-О, я тебя умоляю! Не надо передо мной строить не бог весть кого и пафосные речи толкать. Не по Сеньке шапка!- насмешливо прерываю ее, она краснеет, но взгляд не отводит.

-Пусть не по Сеньке. Но ты все же выглядишь жалко, делая вид, что не понимаешь о чем речь. Может, мне надо было вчера подойти к тебе в ГУМе и нарушить вашу семейную идиллию? А ? Облегчу тебе сразу задачу и скажу, что объяснения в духе «ты не так поняла» не проканают, ты ведь не будешь отрицать, что та девочка, надо отметить, почти моя ровесница-твоя дочь. Или она просто спутала тебя с кем –то?

До меня, наконец-то, дошло. И честно, я с ужасом представил, если бы она вчера провернула сегодняшнюю сцену. Видимо, мозги у нее все же есть, раз сдержалась. Похвально.

Сейчас же ее угрозы, предположения и выводы веселили , и я едва справлялся с приступом смеха. Ну, смешно же! Вот дурочка-то! Обкурилась что ли?! Напридумывала себе черте что и сама же страдает. Впрочем, бабы все такие. А потом претензии предъявляют. Ну, чтоб зря не выставляла, подыграю ей, посмотрю, правда моралистка или выделывается. Наверное, я все же моральный садист.

«Не хорошо, Олег Александрович, играть чувствами человека. Ой, как не хорошо!» -шепчет совесть. Но когда я ее слушал?! Тем более, что уж очень соблазн велик проверить Чайку на вшивость.

* * *

-Это и есть причина данного шоу? –изумляюсь вполне себе даже искренне, хотя шок Чайки мне понятен. Та в свою очередь смотрит на меня взглядом «все ли у тебя с головой в порядке», а после со смешком изумленно резюмирует;

- Я честно охреневаю с тебя, Олег!

-А я с тебя. – парирую незамедлительно и сразу же издевательски поясняю, - Ты мне ответь, неужели в твою голову за все это время ни разу не приходила мысль, что если мужчине тридцать семь лет, то вряд ли ты первая женщина в его жизни?

-Не разговаривай со мной, как с идиоткой! –цедит она сквозь зубы, окатив меня яростным взглядом.

-Так ты не веди себя, как идиотка!

-Я не идиотка, осел! –вскричала она. Я же холодно оборвал ее;

-За языком следи, а то вижу; от жопы отлегло.

-Да пошел ты! Строишь тут из себя, хрен пойми кого; включаешь идиота, а на самом деле, трусливый козел! Поясняю; я прекрасно понимала, что ты трахался и до меня, но узнать, что ты женат– это совершенно разные вещи! Ясно тебе или по твоему, это херня?-продолжала она орать, как базарная баба. Морщусь от раздражения и пошлости происходящего, перетекающего за границы тех отношений, которые я наметил. И чувство у меня такое, словно удавка на шее затягивается и потихонечку начинает меня поддушивать этими ее упреками, обидами, словно я ей что-то должен, словно что-то обещал, словно принадлежу ей, и она имеет право трахать мне мозги. Нет, девочка, ты определенно что-то перепутала! Трахаю здесь исключительно я! Пора это выдолбить в коре головного мозга.

-По-моему, ты забываешься, дорогуша! Давай я тебе еще раз кое-что поясню, если не доходит. Я разве тебя в чем-то обманул?

Она задохнулась от возмущения, видимо, не согласная с этим, но я не дал ей и рта раскрыть.

На сегодня ее бреда было более, чем достаточно.

-Я ни в чем тебя не обманул. Это твоя проблема, что ты не задалась ни разу вопросом о моей личной жизни. А вообще, учитывая твое согласие на предложенные мной отношения, характер и специфику которых я тебе еще в начале расписал в красках, видеть такое возмущение сейчас-это, по меньшей мере, странно, разве нет?

Приподнимаю бровь. Она же опускает потухший взгляд, тем самым признавая логичность моих аргументов. Да только от этого ее обреченного согласия какое –то послевкусие мерзкое, но я уже не могу остановиться. Злость за произошедшее в Де Марко до сих пор не утихла.

-Какая разница женат, не женат, если ты в моей жизни, грубо говоря, по средам и пятницам после семи? –невозмутимо интересуюсь, успокаивая свою совесть тем, что просто взываю к логике девчонки, а не стараюсь унизить. Но ведь унижаю! Зачем? Хрен его знает! Ведь ни удовлетворения, ни радости не почувствую. Наверное, прозвучит до смешного примитивно и заезжено, но видимо, просто я такой; тиран, зануда и манипулятор-как она говорит.

Всматриваюсь в ее бледное, заплаканное личико; совсем юное, детское даже, несмотря на откровенную сексуальность, и сам себе поражаюсь. Как мог в такое влипнуть? С кем вообще пытаюсь вести диалог?! Ей не мужик нужен, а нянька! У меня точно крыша поехала, когда захотел эту девчонку. Но последующие слова Яны, словно очередной вызов действуют на меня, вычеркивая мысли о ее юном возрасте.

-Ну, теперь я поняла, что мне это все не нужно. –пожимает она плечами полностью овладев собой, хотя все равно выглядит, как побитый щенок.

-Мм..А позволь уточнить, ты это поняла, когда узнала, что я женат?- с изрядной долей сарказма поинтересовался, на что Чайка лаконично ответила ;

-Да .

-То есть до этого момента тебя все устраивало, я правильно понимаю?-допытываюсь с очевидным пристрастием, что заставляет девчонку нахмурится и начать возражать;

-Нет, не все, но…

-Но! –с воодушевлением перебиваю ее, дождавшись нужного ответа. Встаю с кресла и подхожу к окну, Чайка следит за мной настороженным взглядом, в котором проскальзывает паника, но старается не показывать свою напряженность. Я же продолжаю, - Но мы на что-то рассчитывали, верно? А тут, понимаешь ли, бац-и жена, как приговор всем намеченным планам!

Чайка краснеет, я же едва сдерживаю смех и в тоже время стон. Вот знал же, что так будет; намечтает, надумает, а я потом виноват.

- Запомни, ради бога! Неважно, совершенно неважно женат или нет, свою позицию я четко обозначил сразу и она не изменится, как не старайся.

-Да это уж я поняла.- усмехнулась она сквозь слезы. Я оборачиваюсь к ней и пристально вглядываюсь.

-Ну, раз поняла, объясни мне, я –то причем, если ты что-то там себе в голове накрутила? –подвожу, наконец-то, свою речь к главному вопросу.

Янка качает головой, а после начинает смеяться, скрывая за этим смехом слезы.

-Ну, да…Ты, как всегда, сделал меня Олег Александрович! – хлопает она, отвесив поклон, но заметив, что я начинаю приближаться , маска веселия спадает. Чайка замирает, как вкопанная и немигающим взглядом следит за мной.

Останавливаюсь в шаге от нее. Вдыхаю едва уловимый аромат, неприукрашенный ни каким парфюмом, и меня начинает ломать от желания прикоснуться к ней, но сначала нужно объяснить кое-что.

-Ты вновь неправильно расставила акценты малыш. Я не участвую в соревнованиях «кто здесь главный» , потому, как не вижу смысла доказывать очевидные вещи. Единственное, чего мне хочется, чтобы ты вела себя не как взбалмошный ребенок. Это не игрушки, и пора бы уже взрослеть.

- А я не хочу взрослеть, мне больше по душе «игрушки». У детей хоть все просто; поцеловались-значит любовь –морковь, а то у взрослых -трахаются и все никак не поймут, что между ними происходит.-запальчиво сообщает она и поднимает сумку с пола, вызывая у меня улыбку.

Действительно ; чем моложе, тем все проще. Не знаю, для чего я сейчас еще больше усложняю ситуацию, не переубеждая ее в отношении моего семейного положения. За каким вообще взялся ее проверять? Ведь знаю все наперед. Она же как на ладони; без фальши, без хитрости, без планов на будущее и меркантильных целей. Простая, порывистая, глупая в силу возраста, безбашеная.

Пора заканчивать цирк. Мне все это надоело. Уроков на сегодня достаточно. Постепенно воспитаю девочку под себя. Терпение, Гладышев, ТЕРПЕНИЕ! Молодое деревце надо сгибать потихонечку, иначе сломается.

Подхожу к ней, обхватываю ладонями лицо. Чайка пытается вырваться, но я не позволяю.

-Ну, хватит! –произношу ласково, намереваясь поцеловать. Она сопротивляется, но будучи зажатой между стеной и моим телом, шансы ее не велики.

-Прекрати. – просит дрожащим голосом, замерев, пронзая меня горящим взглядом. Но прерывистое дыхание и дрожь выдают с головой ее возбужденное состояние. Наслаждаюсь этой растерянностью и неумением скрывать примитивные, «низменные» желания, инстинкты. Они заводят.

Наклоняюсь, ловлю ее судорожный вздох.

-Не прикасайся ко мне! Целуй свою жену!- слабый протест в духе детского сада слетает с ее губ, что веселит меня.

-Шшш, я соскучился.- шепчу, нежно целуя ее в уголок рта. Она дрожит.

-Это мерзко…-выдавливает из себя беспомощно, когда я провожу языком по ее соленым губам.

-Не обманывай. Ты хочешь…-выдыхаю между поцелуями, спускаясь к шее, легонько прижимаясь губами к сонной артерии, чувствуя биение пульса.

-Не хочу.

- У тебя пульс ускорился, малыш.

- Это всего лишь физиология. Ты мне неприятен.

-Тебе будет приятно, - обещаю с усмешкой, продолжая целовать, уверенный, что она уже сдалась, но с этой девушкой нельзя быть в чем-то уверенным. Вместо предполагаемой капитуляции, она резко отталкивает меня, отчего я становлюсь на мгновение дезориентированным.

-Я тебя ненавижу. Ненавижу все, что ты собой олицетворяешь, зажравшийся, аморальный, высокомерный ублюдок! – кричит она в слезах, пятясь к выходу, подбирая разбросанные вещи и скомкав, заталкивает их в сумку. Я же только сейчас понял, что Чайка на грани истерики, а не сгорает от желания.

Мда, кажется, переборщил я с проверками. И так понятно, что у нее гордости больше, чем мозгов. Даже если бы она задалась вопросом выгоды, все равно бы пошла на поводу у гордыни и устроила концерт. Простая она, как сибирский валенок.

И это вызывает у меня какое-то, наверное, чувство стыда и неловкости. Но чтобы скрыть замешательство, раздраженно произношу;

-Хочу напомнить, что это не я согласился спать за деньги.

-Засунь себе в зад свои напоминания! Я согласилась только потому, потому…-и тут она замолкает к моему великому облегчению. В это мгновение я счастлив, что Чайка гордая птица и не станет взывать к моей совести, вызывая жалость неуместными, ненужными признаниями, ибо я не хочу делать ей больнее, игнорируя ее «люблю», под которым она хрен пойми что подразумевает.

И все же, стоит быть откровенным с собой, эта девочка мне не безразлична, поэтому, когда она в следующее мгновение ничего более не говоря, разворачивается, собираясь покинуть квартиру, я иду следом и пытаюсь одной фразой напомнить ей о незавидном положении, в котором она оказалась ;

-Не будь дурой! Куда ты собралась?

Яна замирает, а затем, медленно обернувшись, смотрит на меня презрительно, но при этом холодно произносит;

- Я лучше буду дурой, Олег, приползу на коленях к маме, проглочу свою гордость, но никогда не свяжусь с женатым мужиком. У всех есть табу, считай, что у меня оно таково. Хотя ты обо мне невысокого мнения, но знаешь, у меня тоже есть принципы.

-Какая избирательная нравственность, - съязвил я по привычке, на что она ответила тем же.

-Лучше «избирательная», чем ее полное отсутствие!

-Слушай…., - начал я, собираясь положить конец этому цирку и уже признать, что нет у меня никакой жены, дабы угомонить Чайку, а то роль поборницы морали ей так же к лицу, как корове седло. Но она не позволила мне продолжить, выдав целую тираду, которая расставила все точки над «i» и заставила меня пожалеть еще больше о попытке проверить границы допустимого девчонки.

-Нет, это ты послушай! К моей матери таскался один женатик, в любви признавался, кормил обещаниями, что скоро уйдет от семьи. А когда мать забеременела, благополучно смылся, но суть не в том, что я боюсь повторить ее судьбу. Просто меня тошнит от мужиков подобных тебе и этому ублюдку-моему папаше. Что тебе не живется? Ведь у тебя красивая жена, для чего нужно трахатся на стороне?!

-Да, нет у меня никакой жены, кроме бывшей! Понимаешь, что это значит или ты настолько дура, что не доходит?! –взорвался я.

Яна замолчала и несколько минут ошарашенно на меня смотрела. Я же понемногу успокаивался и с интересом следил за сменой эмоций, проскальзывающих на ее лице-от непонимания, через шок, догадки, страх и облегчение, а потом в глубине ее глаз застыло нечто такое, что сложно объяснить, но я понял, расслабляться рано.

У нее вырвался смешок-первый звук после нескольких минут полнейшего шока.

-То есть ты разведен? –уточнила она холодно, с какой-то даже надменностью, тем самым поражая меня. Удивительно, что после всего произошедшего, я еще должен объясняться. Честно признаться; такого поворота я не ожидал. Вообще, вся эта ситуация, эти идиотские отношения, вышедшие из-под моего контроля всего за считанные часы, напрягали и отдавали неприятным душком опасности моей прежней, спокойной жизни. Но, кажется, я влип конкретно, раз до сих пор участвую в этом…

-Блестяще! Аплодирую стоя твоему умению-делать очевидные выводы с таким видом, будто открыла, по меньшей мере, восьмое чудо света, - язвлю, выплескивая свое раздражение, но Чайка не пасует. Эта девочка, как оказалось, умеет держать удар. И надо признать, я уважаю ее за это.

-А я вот не привыкла лицемерить, поэтому садизм в чистом виде могу лишь освистать, но возможно, это был склероз или еще что-то такое … М-м? - иронизирует она с ядовитой ухмылкой на этих красивых губах.

О, как же она притягательна в гневе и в этой сардонической иронии. Но что главное, как быстро уловила суть. Я невольно восхищен и сейчас действительно «аплодирую стоя». Немыслимо, насколько стремительно все с ней меняется. Она и вправду этот чертов кубик –рубик и далеко не так проста, как я отметил ранее . Однозначно, у девчонки есть потенциал стать той еще стервой. Но оттачивать свое мастерство она будет на других мужиках!

-Лицемерить? Ты явно что-то напутала! Это была ирония. –сообщаю ей снисходительно, стараясь сбить Чайку с намеченного курса беседы. Я знаю, что был не прав, промолчав, когда она начала меня обвинять, но после устроенного концерта в Де Марко, пусть считает это заслуженным наказанием. Это надо же доумиться –вылить кипяток на яйца! Вообще дура-девка!

-Когда ты собирался сказать правду? И вообще собирался ли? –спрашивает она, проигнорировав мои попытки сменить тему.

Ее пытливый взгляд вновь взывает к совести , но я не привык оправдываться. Да и вообще с какой стати?!

-Какую правду? Ты сама что-то себе напридумывала, а я теперь виноват?!- спокойно парирую, отвечая на ее прожигающий взгляд невозмутимым. Чайка усмехнулась невесело, вызывая у меня натуральный стыд.

-Но ты не спешил положить конец моим ошибочным предположениям. Наблюдал, развлекался… Надеюсь, повеселился от души?

-Не надо драматизировать! –поморщился я, но она даже не слушала меня, погруженная в себя.

-Ну, ты и мерзавец!

-А ты у нас, бл*дь, святая! Скажи спасибо, что я тебя по стенке не размазал за твои выходки, -повысил я голос.

Как она лихо стрелки переводит. Нет, я конечно, тоже хорош, но ей строить из себя великомученицу –просто смешно! Актриса, блин, погорелого театра. Хотя женщины все такие; считай, ты не баба, если не заставила мужика почувствовать себя виноватым во всех твоих проблемах.

-Да лучше бы по стенке размазал, чем ставил садистские эксперименты! Страшный ты человек, Гладышев! – покачала она головой.

-Ну, да.- усмехнулся я, не в силах сдержать сарказм. –И что дальше?

Но она не ответила, развернулась и хлопнув дверью, ушла, оставляя меня в состояние дикого раздражения и недоумения. Я не мог поверить, что она просто вот так взяла и ушла.

Да и пусть катится, идиотка! –кинул я в сердцах, расхаживая взад-вперед. Но через минут десять все-таки признал, что такой конец меня не устраивает! Будет еще какая-то сучка малолетняя диктовать свои условия! У меня время нерезиновое, чтобы тратить его просто так. Да и деньги на ветер пускать не привык, а эта квартирка не из дешевых, так что пусть отрабатывает.

Вообще, конечно, лучше было бы без лишних разговоров самому вышвырнуть к чертям собачьим и дело с концом. Казалось бы, ушла, можно успокоиться. Но мне, бл*дь, почему –то не спокойно! Не могу ее отпустить. Как бы не убеждал себя, что она мне никто и без сожаления брошу в любую минуту, а все равно волнуюсь за нее, тянет к ней, поэтому не только не могу отпустить, но и не хочу этого делать. Не сегодня. Не сейчас. Пока еще не время.

В связи с данным решением хватаю куртку и иду на поиски этой гордой дуры, успокаивая себя тем, что просто не хочу, чтобы Чайка влипла в неприятности; неизвестно, куда она сейчас направится, и что будет делать.

Нашел я ее на остановке, недалеко от дома. Опустив голову, она сидела на обледенелой лавке и плакала, хоть и старательно делала вид, что просто рассматривает асфальт. Впрочем, окружающим было все равно, чем она там занята. Каждый был погружен в свои заботы и проблемы, мечтая поскорее попасть домой. Я же, словно на секунду превратился в стороннего наблюдателя и абсолютно беспристрастно взглянул на эту мини-сцену под названием «реальная жизнь». Мне стало не по себе от сей картины всеобщего пофигизма. Заболело внутри от неприкрытой ничем боли и обиды молоденькой девчонки, только-только начинающей жить. У меня было чувство, что она стоит совершенно голая на этой остановке, сжалась в комок от обреченности и не знает, как согреться, куда спрятаться. И я злюсь на себя за то, что довел ее до такого состояния, на нее злюсь, что спровоцировала меня на это.

Втягиваю с шумом морозный воздух, обжигающий глотку. Холодновато, однако, для ноября. – проскальзывает совершенно не в тему мысль, но тут же забывается. Подхожу к Чайке, она даже не замечает меня. Беру ее сумку с лавки, и осторожно коснувшись ее плеча, отчего она вздрогнула, коротко бросил, кивнув головой в сторону дома;

-Пошли.

Она медленно поднимает голову и смотрит несколько секунд пристально, а потом у нее вырывается смешок. Прикусывает дрожащую губу, вновь склоняет голову и бесцветным голосом шепчет;

-Уходи.

-Вставай, хватит придуриваться!-произношу резче, чем следовало, подхватив ее под руку, заставляя подняться.

Она вскакивает с лавки, вырывая руку, смотрит на меня бешеным взглядом и цедит;

-Пошел к черту, ты….

-Рот закрой! Не устраивай сцен! – рычу, начиная заводится.

На нас стали поглядывать. Ты смотри, очнулись сволочи, как только почуяли запах жареного.

-Тогда оставь меня в покое, видеть тебя не хочу!

-Да угомонись уже! Быстро пошла, я тебе сказал!- едва сдерживаясь, шиплю звенящим от ярости голосом.

-Э, мужик, ты че к девке привязался?! Она же тебе сказала все. Отвали по-хорошему!- раздался за спиной голос какого-то фраерка приблатненного .

Оборачиваюсь. Передо мной, как я и предполагал-какой-то уголовник. Рожа такая чисто зэковская; серо-желтая кожа, обтянувшая яйцевидный черепок, парочка золотых зубов. На башке типичная, бичевская фуражка. Наверняка Чайку уже давно приметил, а тут я всю малину подпортил.

Но петушок видать без тормозов; решил проверить лох я или лучше не встревать. Вот не мешало бы ему заткнутся и не доводить меня до бешенства.

-Слышь, ты не быкуй! Иди, куда шел. –полуобернувшись, даже не глядя, бросил я этому быдляку. Но он походу пробитый наглушняк-опасности не чувствует или специально нарывается. Последующие слова заставляют меня замереть на полуобороте на мгновение, проверяя; не ослышался ли я, но на слух никогда не жаловался. Медленно поворачиваюсь, ярость накрывает с головой, когда этот зэчара выдает ;

-Ага, бл*дь, уже бегу! Ты ох*ел что ли?! Че, будешь мне указывать здесь, че делать?! Так я щас…

-Что ты сказал, чертила? -перебиваю, решительно направляясь в его сторону, - Я тебя башкой в асфальт сейчас воткну, если метлу свою не завяжешь!

-Ты кого чертилой назвал, п*дор?! – петушится гаденыш, кидаясь в мою сторону с кулаками. Запоздалый уклон не спасает от удара и его кулак прилетает мне в скулу, но все же джеб получается смазанным. Правда, мне этого хватило, чтобы озвереть, как только почувствовал металлический привкус крови.

Стоило ему дернуться, как я тут же сделал подсечку и со всего размаха пнул ублюдку под дых, не думая, что у этого бедолаги может случится разрыв желудка или еще чего-нибудь. В это мгновение мне было абсолютно на это плевать, как и на бабский визг, раздавшийся со всех сторон, я просто был в бешенстве, и мне хотелось выплеснуть всю свою ярость, накопленную с утра вот таким варварским, примитивным способом. И честно признаюсь, я получил какое-то извращенное удовлетворение на грани удовольствия, когда мужичонка скорчился на асфальте от агонизирующей боли и вытаращив глаза, начал хватать посиневшими губами воздух, но при этом все же выдавил из себя, харкая кровью;

-Сука, ты попал!

Эта фраза вызвала очередную вспышку ярости, и я ударил ублюдка в челюсть, отчего он сразу же отключился. Я даже удивился, что до сих пор могу вырубать с одного удара. В девяностые это умение не раз спасало меня, когда приходилось участвовать в групповом побоище.

Кто-то пронзительно закричал от ужаса. Я же лишь усмехнулся, немного жалея, что все так быстро закончилось. Даже размяться, как следует, не успел. Но, как оказалось, еще не вечер. Тут сзади на меня кто-то налетел. Чайка завизжала, ее голос невозможно не узнать, а в следующую секунду у меня все поплыло перед глазами. Боль разлилась по всему лицу, когда кто-то сбоку ударил меня, но злость быстро ее купировала. Сплевываю кровь, быстро проверяю-все ли зубы целы. Резко поворачиваюсь и сразу же уклоняюсь, заранее предвидя удар, а после бью в почку, исполняя классическую комбинацию.

Какой-то бугай под два метра выгибается дугой, я же не медля наношу следующий удар в челюсть, пытаясь нокаутировать здоровяка. Но он только пошатнулся. Крепкая падла.

-Прекратите! Пожалуйста, кто-нибудь вызовите полицию . - орет какая-то бабка, отвлекая меня на мгновение. И мне тут же прилетает, но я ничего не чувствую, находясь в состояние аффекта. А после окончательно слетаю с катушек, когда глаз начинает заливать кровью. Похоже, бровь рассечена.

Последующее я помню смутно. Все смешалось к одну кучу ; крики, боль, удары. Я был словно в агонии, ничего не замечая вокруг, кроме этого великана, которого колотил со всей дури, разбивая казанки в кровь, не чувствуя боли и усталости. В какой-то момент он упал, а я все не мог остановиться. Кто-то вцепился в меня, но я оттолкнул его, а потом словно пелена какая-то спала, и я услышал истеричный крик Чайки;

-Пожалуйста, пожалуйста, не надо. Олег! Прошу тебя! Пожалуйста, пойдем домой! Я умоляю. Не надо. Остановись ради Бога!

Замираю, тяжело дыша, вытираю пот и кровь с лица. Поворачиваюсь, она сидит почему-то на асфальте, видимо, я ее оттолкнул или что-то такое. Лихорадочным взглядом оглядываю, надеясь, что не задел, но не могу определить. Ее вид сразу же вправляет мне мозги. Смотрю на нее; зареванную, перепуганную, глядящую на меня таким взглядом-шокированным, с застывшем в нем ужасом, и сам охреневаю от себя. Господи, я что творю-то? Я совсем с катушек слетел с этой девкой!

Эта мысль, как обухом по голове. И разом будто возвращает меня в реальность; слышу ропот, перешептывание, кто-то вызывает скорую. Голова гудит, тело ломит, а лицо горит огнем-в общем, вся прелесть после драки. Я уже и забыл эти ощущения, только вот вспоминать в моем возрасте как-то совсем не комильфо.

Втягиваю с шумом воздух, представляя, что здесь сейчас будет. Надо смываться. Еще не хватало мне засветиться перед ментами. Вот смех будет.

Видимо, Чайка тоже сообразила, что нам ни к чему этот головняк. Подошла ко мне и осторожно потянула со словами;

-Пойдем.

Поскольку все крутились вокруг тех бедолаг, то никто не заметил, как мы быстренько покинули «место преступления».

Завернув за угол, Чайка остановилась. Достала из кармана платок и нерешительно, скованно как-то потянулась ко мне, следя за моей реакцией. Я лишь наблюдал, ничем не выдавая, что разрываюсь между желанием придушить ее или трахнуть прям здесь же. Хотя понимаю, что это просто всплеск тестостерона на фоне агрессии.

Она задержала дыхание, прикладывая платок к брови. Я поморщился, Чайка прикусила губу.

-Прости.- шепчет виновато, опуская голову, стараясь не встречаться со мной взглядом.

Я собирался сыронизировать по поводу ее чудесного превращения в пай-девочку, но тут она начала всхлипывать, не в силах справится с эмоциями. Я приподнял ее лицо за подбородок, но она замотала головой и окончательно расклеившись, разревелась.

Вот, что мне с ней делать?

Качаю головой, злюсь, а сам притягиваю к себе и обняв, начинаю неловко успокаивать, пачкая ее волосы и лицо кровью.

-Я так испугалась за тебя. Он такой огромный был.. Тебе больно… сильно? Я не хотела, чтобы так.. Прости. Я не думала… Он такой здоровый, а ты….Ты его так отделал! Ты чем-то занимался? – тараторила она, всхлипывая, икая, перескакивая с пятого на десятое, цепляясь за мои сбитые руки, вызывая неприятное жжение, боль и улыбку. Угукаю, едва сдерживая смех.

Да, девочка моя, занимался-разбоем .

Но ей это, конечно, знать не надо.

Когда я кое-как успокоил ее, и шок постепенно сошел на «нет», Яна покраснела и неловко отступила от меня, вновь извинившись.

Мне и самому было не по себе. Я ужасно устал и хотел поскорее помыться и поесть, а после уже нормально поговорить.

Оставшийся путь мы преодолели в тишине, хотя столько всего нужно было сказать. Чайка с опаской на меня поглядывала, но, тем не менее, недалеко от дома, коснулась моей руки и осторожно сжала ее, я ответил ей тем же, сам не зная, зачем вообще и что это означало. Но от этого жеста стало как-то спокойней и в тоже время запутанней. Так мы и дошли; молча, с кучей вопросов, горой непонимания, злости, обиды, вины, но рука об руку. Что делать с этим коктейлем знает кто-нибудь из вас?

Я не знал.

Поэтому, когда мы пришли, поспешил скрыться в ванной, чтобы хоть как-то привести мысли в порядок. Чайка тем временем начала суетится. Оказалось, что она оставила на остановке сумку с вещами. На что я тут же пообещал купить новое тряпье. Хорошо, что документы у нее были при себе - в рюкзаке. К моей радости и удивлению, она не стала возражать и спорить насчет моего предложения. Состояние у нее тоже было какое-то пришибленное.

Приняв душ, я немного взбодрился и решил, что мне нужно серьезно подумать о происходящем, потому, как это вообще ни в какие ворота. У меня рядом с ней крыша едет, превращаюсь в безмозглого щегла, и вместо того, чтобы как-то ограждать ее от неприятностей, сам в них встреваю.

Ни хрена не понимаю! Это бред какой-то; мне тридцать семь, ей-восемнадцать, куда лезу?

Стало смешно над собой, стоило только взглянуть в зеркало ; бровь рассечена, кровит, на скуле завтра наверняка будет красоваться синяк, губа разбита. В целом, конечно, легкие царапины и все же; не по статусу , не по возрасту, Олег Александрович. Не восемнадцать тебе, Гладышев, давно уже не восемнадцать. Надо что-то решать с этими… «отношения».

Но пока хочу поесть и просто немного отдохнуть от этого сумасшедшего дня. Выхожу из ванной. С кухни доносится приятный запах чего-то аппетитного. Иду на него. Голод, как говорится, не тетка, пирожка не поднесет.

Яна сидит за столом греет ладони о кружку с горячим кофе, судя по запаху. У меня невольно вырвался смешок, когда я подумал, что кофе в руках Чайки-страшная сила.

Она же от моей усмешки стушевалась и неловко сообщила;

-Я пожарила картошку, надеюсь, ты ешь такое… Просто подумала, что может ты голоден и …

-Накладывай.-перебил я ее смущенную, торопливую речь.

Она облегченно кивнула и поднявшись, начала суетится, накрывая на стол.

-И кофе убери, а то он меня пугает. – добавил я шутливо, чтобы окончательно разрядить обстановку.

Чайка обернулась и покраснев, виновато начала улыбаться, сдерживая смех. А я не выдержал и засмеялся, вспоминая сегодняшний дурдом. Она подхватила мой смех , и в следующее мгновение мы уже хохотали до слез. Хотя смешного в этом было мало.

-Прости.-прошептала она, прикусывая губу, когда мы успокоились.

-Считай, мы квиты.- ступаю на довольно зыбкую почву.

Яна поднимает на меня взгляд, смотрит пристально несколько долгих секунд, думая при этом о чем-то своем, а после ничего не говоря, отворачивается, продолжая заниматься сервировкой.

Меня это напрягает. Сижу и думаю, что надо сделать и чего она сейчас от меня ждет. Стоит ли что-то спросить, дать ей выговорится или ждать, когда сама захочет поговорить на тему моей «проверки». Вот, не знаю, как других мужиков, а меня женщины своей этой «загадочностью» в самые неподходящие моменты просто вымораживают. Ну, не нравится тебе что-то, скажи ,хочешь что-то , скажи и так далее. Нет же! Будет ходить и дуться, а ты гадай, что там с ней. И главное; сейчас если спрошу, она, конечно же, скажет, что все в порядке. Ну, а я -раз в порядке, то и ладно. Но нет! И еще раз –нет! Она начнет злиться сильнее, что я не бегаю вокруг нее, гадая, что же там случилось. Ведь нужно было по блеску ее глаз все понять, как будто я, бл*дь, оракул какой-то. Простите, дамы, но вы создания малость придурковатые! И малость-это еще мягко сказано.

Пока я распалял сам себя, Яна накрыла на стол. Я все же решил не лезть в бутылку и принялся за еду, морщась периодически от боли. Чайка села напротив и украдкой, обеспокоенно поглядывала на меня, допивая свой кофе. Так мы и сидели в тишине, пока у меня опять не начала кровоточить бровь.

Яна поднялась из-за стола и куда-то ушла, но сразу же вернулась с аптечкой в руках. Я как раз закончил с картошкой. Вкусно было, сто лет не ел ее, вспомнилось детство. Но Чайку лишь сухо поблагодарил, хотя мог бы как-то больше внимания уделить этому моменту. Мог бы, но …ну, не умею я рассыпаться в комплементах и восторгах, что теперь сделаешь?! А учиться, наверное, поздно. Как-то неловко себя чувствую, по-дурацки.

Она же просто кивнула, словно и не ждала ничего большего, а потом подошла ближе и попросила;

-Запрокинь, пожалуйста, голову. Обработаю лицо. Надо было сразу лед приложить.

Делаю, все как просит. Когда она начинает обрабатывать бровь, невольно морщусь от боли. Чайка сразу же дует и успокаивает меня, как маленького, что вызывает тепло и улыбку. Ее близость ; горячее дыхание, аккуратные прикосновения нежных рук, соблазнительное тело возбуждает, и я изо все сил стараюсь держать руки при себе, хотя до зуда хочется положить их на упругую попку и притянуть Чайку ближе. Но я все же стойко держусь и правильно делаю, так как, судя по хмурому выражению лица Яны, это было бы совсем не в тему.

Хотя с каких пор меня стало это волновать? Как и то, что я спросил в следующую секунду, сам не понимая, зачем вообще, ведь решил не лезть в бутылку. Видимо, мало мне на сегодня нервотрепки.

-Злишься на меня?

Яна вздрогнула, но сразу же продолжила обработку моих «ран», лишь пожав плечами. И все же после секундного замешательства ответила;

-Уже нет. Просто как-то….-делает паузу, тяжело вздохнув, а потом заканчивает, - обидно, наверное. Не знаю…Не понимаю я тебя. Зачем?

Смотрит мне в глаза и мне становится стыдно, чувствую себя нашкодившим школьником. Отвожу взгляд. Усмехнувшись, качаю головой.

-Честно… или приятно?-пытаюсь как-то разрядить обстановку.

-Да, сейчас, пожалуйста, честно. –парирует со всей серьезностью. А мне так не хочется говорить, что я действительно долбанный садист и просто решил понаблюдать, но она и так уже все поняла. И теперь была ее очередь наблюдать, смогу ли я признать, что не прав.

Я могу, конечно, могу. Но это нелегко. Обдумываю, что сказать, но в голове, как назло, ни единой мысли.

-Просто скажи, как есть. Тебе было интересно, буду ли я спать с тобой, зная о семье? Опять пытался уличить меня в чем-то, да? – интересуется она бесстрастно, в глазах меж тем слезы.

-Да.- признаю с невеселой усмешкой. Она улыбнулась, смахивая слезы, и покачала головой.

-Вот это действительно аморально. Ты не имеешь права. Кто ты такой, чтобы ставить на мне какие-то эксперименты? Бог? Дьявол? Это жестоко.

-Знаю. – признаю в очередной раз, так как она во всем права и крыть мне абсолютно не чем.

Да, Чайка разозлила меня и повела себя неподобающе в Де Марко, но это было на эмоциях, и в ее возрасте, в общем-то, простительно. Я же умышленно, без причин, просто захотел и точка. Поэтому с искренним сожалением добавляю, - Я не прав. Прости.

Яна опустив взгляд, кивает. А потом тихо просит;

-Не делай так больше никогда. Так котят дразнят, а я человек, прежде всего, а уже после –все остальное.

-Не буду.-обещаю совершенно искренни.

- Ты тоже меня извини. Это было глупо.

Я лаконично киваю, поражаясь, тому, что все же возможен с этой девочкой диалог. Более того, она способна признавать свои ошибки. Почему-то вспомнились скандалы с Ленкой. Может, если бы мы хотя бы раз вот так с ней поговорили, сейчас все было бы иначе.

Но прикосновение горячих губ Яны отвлекает от воспоминаний о моей неудачной супружеской жизни. Я вздрагиваю от боли и неожиданности, она тут же отстраняется.

-Прости.- шепчет, целуя легонько в уголок рта. А потом признается смущенно, -Я тоже соскучилась.

-Правда что ли? Соскучилась по …как там ты загнула-то…? По убогому мужичонке, который тебе противен?- дразню ее, ухмыляясь. Янка засмеялась.

-Нет, я соскучилась по вкусному Зануде.-возразила она шепотом и начала целовать мою шею, обжигая горячим дыханием, вызывая приятный мороз по коже, спускаясь все ниже и ниже, подогревая мой интерес. Будь она опытной женщиной, я бы конечно, как-то даже не заострил внимания, зная, что там дальше по сценарию. Но с ней, это было подобно наблюдению за первыми шагами ребенка. Хотя сравнение, конечно, то еще….Оно меня повеселило, как и неуверенные, несмелые ласки, но я все же возбудился, наблюдая, как она медленно опускается на колени передо мной. Есть что-то такое волнующее в этой позе покорности женщины мужчине.

Но когда она начала стягивать с меня штаны, я удивился и не сразу понял, что она намерена дальше предпринять, поэтому спросил охрипшим, каким-то не своим голосом;

-Что ты делаешь?

Чайка залилась краской смущения, но я вновь убедился, что моя девочка не из тех, кто пасует. Она подняла голову, и посмотрев мне в глаза, насмешливо парировала;

-Для опытного мужчины ты задаешь довольно глупый вопрос, Гладышев.

Я уже хотел сказать, что лучше бы занялась делом, но вовремя себя тормознул. А после того, как ее ручка скользнула мне в трусы, сконцентрировался на происходящем.

Сначала следил с интересом, но потом она подняла голову и так откровенно посмотрела мне в глаза, что у меня кровь закипела в венах от обжигающего желания, вызванного ее неприкрытой ничем страстью, раскованностью и в тоже время неопытностью.

Я и не заметил, как она стянула с меня трусы. Ее язычок легонько коснулся головки, а у меня чувство было, словно меня пронзило разрядом бешеного удовольствия и возбуждения. Она медленно прошлась языком от начала до конца, одновременно лаская меня рукой, следя за моей реакцией с едва заметной, довольной улыбкой. И мне нравилась ее смелость и это чуткое, внимательное изучение моей реакции на каждое ее действие. Она долго дразнила, точнее, я бы сказал –экспериментировала, не стесняясь и не боясь сделать что-то не так. Я же умирал от каждого движения ее языка, заведенный до предела этой чувственной, неспешной игрой.

Яна продолжала сканировать меня внимательным, полным желания взглядом, и это возбуждало еще сильнее. И когда она обхватила член губами и начала сосать, лаская языком, я ели сдержал стон. Зарывшись пальцами в шелк ее волос, закрываю глаза и наслаждаюсь немного странной техникой, точнее-ее полным отсутствием, но это приносит новизну ощущений. Пусть она была неопытной, неумелой, двигалась немного порывисто и часто сбивалась с ритма, но я получал ни с чем несравнимое удовольствие, просто наблюдая за тем, как она стоит передо мной на коленях и работает своим соблазнительным ротиком.

Смотрю в ее наглые глазищи и вижу в них неприкрытое наслаждение. Понимание, что ей это нравится, окончательно снесло мне крышу. Вцепившись в ее волосы, изо всех сил стараюсь сдерживать свои порывы и не начать просто трахать ее ротик, проникая глубоко в горло. Но сдерживаться не получается, с каждым движением ее губ и языка, я просто улетал и невольно делал толчок, отчего она чуть ли не давилась, но старательно делала вид, что все в порядке.

Поэтому, когда она чуть-чуть ускорила темп, мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы отстранить ее. Получилось резко, но я больше не мог держать себя в руках, а пугать девочку и создавать неудобства, пока не стоит, со временем овладеет и техникой глубокого горла.

Она смотрит на меня непонимающе и несколько обеспокоенно, но я тут же притягиваю ее и шепчу, стягивая с нее одежду;

-Хочу тебя.

Она тянется к моим губам, но я уклоняюсь и тут же целую ее шею, чтобы не грузить пока очередными своими забубонами. Я не брезгливый, нет. Но баб после минета не целую. Облизывать самого себя и знать как оно на вкус нет абсолютно никакого желания.

Пока я одеваю презерватив, Чайка садится на стол и с нахальной улыбкой медленно раздвигает ноги, бесстыдно предлагая себя.

И черт возьми, я теряю голову от ее сексапильности, раскованности. Эта соблазнительная девчонка сводит меня с ума. Улыбаюсь в ответ, хотя это больше напоминает хищнический оскал, подхожу к ней, она вновь тянется к губам, зарываюсь в ее волосы и крепко сжимаю их в кулаке, когда наши губы отделяет пара сантиметров. Чайка непонимающе смотрит, вновь пытается поцеловать, но я уклоняюсь, превращая это в довольно эротичную игру. Наше дыхание смешивается, возбуждение достигает апогея лишь от одного азарта и противостояния. Я дразню ее, удерживая одной рукой за волосы, а другой-спускаясь к ее чувствительному местечку, хотя предварительные ласки не требуются - она и так более, чем готова.

Но я хочу довести Чайку до такого состояния, чтобы единственным ее желанием было-я внутри нее.

Скольжу губами по солоноватой коже, а пальцами в ее влажных складочках. Она стонет, извивается на столе, одновременно доводя меня до состояния помешательства. Так продолжается, пока я сам не теряю контроль. Вхожу в нее полностью, и мы одновременно стонем от удовольствия. Я начинаю волноваться, что мне будет достаточно пары толчков, чтобы кончить. Настолько я перевозбудился, но и ей не потребовалось больше. Толкнувшись в нее еще несколько раз, ее мышцы настолько сильно сжали меня, что я последовал за ней же. Это был сумасшедший оргазм. Возникло такое чувство, что я сейчас сдохну от удовольствия, а оно все не кончалось и не кончалось, накатывая волнами одна за другой, выжимая все силы, отключая мысли, разум, эмоции.

Когда все же отпустило, казалось, что мы вернулись с другой планеты. Было чувство нереальности происходящего. Я себя ощущал какой-то бесплотной оболочкой, внутри которой была полнейшая пустота, но настолько приятная, что не хотелось даже шевелиться.

Так мы и застыли, прижавшись друг к другу, приходя в себя, пока не начали замерзать. У меня перед глазами все плыло, а тело казалось каким-то ватным, но все же нехотя, я отстранился от Яны и с недоумением обнаружил кровь. Чайка покраснела и испуганно на меня покосилась.

-У тебя месячные начались?- сделал я предположение, и у меня такое чувство возникло, будто она сама не в курсе. Ее ответ меня просто ошарашил.

-Очень на это надеюсь. – тихо выдыхает она, скорее самой себе, собирая одежду.

-В каком смысле? –допытываюсь, почуяв неладное, натягивая штаны.

Яна опустила взгляд и нехотя призналась;

-У меня задержка.

Как только она это сказала, я понял, что час назад, когда меня приложили по голове –это, можно сказать, погладили. Сейчас же мастерски отправили в нокаут. Если я чего-то и боялся по-настоящему, так это услышать эту емкую фразу. Хотя думаю, у любого мужика после «у меня задержка» вся жизнь перед глазами промелькнет. Моя как раз мелькала, и я был в натуральном шоке. Если я действительно лоханулся и она залетела, то это просто п*здец всему! Иначе и не скажешь. Поэтому я тоже ОЧЕНЬ надеялся, что все в порядке.

-Аа, так вот в чем причина столь ярой дерзости! - усмехнулся я, последовав за ней в душ.

Чайка недоуменно на меня покосилась, я же пояснил;

- Осмелела? Думала, что теперь –то я на крючке, никуда не денусь и можно вести себя, как в голову взбредет?

Яна несколько секунд смотрела на меня, не мигая даже и не дыша, а потом разразилась смехом.

-Конечно, Олеж, именно так и думала. Уже напредставляла себе безбедную жизнь за счет твоих алиментов. –съязвила она и вновь захохотала.

И хотя ее смех наводил на некоторые мысли, но меня совершенно не успокаивал. Женщины они всегда такие, сначала говорят одно, а потом родят и словно на коне с трофеем в руках, начинают тобой крутить. Для некоторых мужчин, конечно, может, дети –это ерунда и плевать они на них хотели, но меня воспитали иначе. К своему чаду отношусь со всей серьезностью. Ленка в свое время это поняла и вцепилась мертвой хваткой, давя со всей дури на мое слабое место, но повторять подобный опыт, тем более с Чайкой-легче застрелится. Ленка в сравнение с этой девицей просто божий одуванчик. Настаивать на аборте я, конечно, не имею права, но однозначно, кататься на моей шее она не будет.

Пока я над этим размышлял, Яна успокоилась и теперь смотрела на меня шокировано. Я понимаю, что наверняка она пока и не думала о какой-то корысти, о чем и сообщила. Но это пока.

-Ты что, серьезно?-искренни воскликнула она.

-Абсолютно! Хочешь сказать, что не требовала бы алименты и сверх того?- спрашиваю насмешливо и Чайка, как всегда поражает меня своей откровенностью и логичностью.

-Конечно же, требовала бы! Почему мой ребенок должен перебиваться с копейки на копейку, в то время, как его папочка имеет возможность разъезжать на крутых тачках и снимать квартирки в центре разным девкам?! Но суть-то не в этом! А в том, что ты думаешь, будто я родила бы ребенка, чтобы использовать, как один из способов заработать на жизнь. Ты вообще с головой дружишь? Конечно, я в курсе, что таких мамаш-кукушек пруд пруди, но я не такая. Я простая, Олег, п-р-о-с-т-а-я, как три рубля! Не надо во мне все время искать подвох, скрытые мотивы. Я не стремлюсь залететь в восемнадцать, у меня другие планы на жизнь и поверь, ты не главная цель в ней. Если бы я родила, то только потому, прежде всего, что это МОЙ ребенок и это живое существо, а не потому что, опять же, ты разъезжаешь на крутой тачке и можешь, думаю, даже купить мне квартиру в центре. –выдала она это все на одном дыхание, а потом уже более спокойно добавила, -Честно говоря, глядя на тебя, боюсь представить, что за люди тебя окружают, раз ты во всем видишь один негатив и корысть. Знаешь, мне тебя жаль.

Я засмеялся, уж слишком высокопарно все это звучало, особенно для девушки принимающей душ.

-Как пафосно-то. Со временем , моя девочка, научишься тоже никому не доверять, полагаться исключительно на себя и самое главное-думать, прежде, чем что-то сделать или сказать. Советую тебе-учиться этому скорее. И так уже дров наломала, что мама не горюй.

-Каких дров?

-Не прикидывайся! Взять хотя бы ситуацию с матерью.

-Моя мама –сложный человек, и …

-Я бы тоже был «сложным», если бы моя дочь ездила мне по ушам, что поступила в университет, а сама в этом время драила столы и спала с мужиком старше себя вдвое.

Яна побледнела, потом покраснела, собиралась что-то сказать, но я и так догадался и просто подтвердил;

-Да, я все знаю. Так что на будущее-не смей мне врать! Мне, конечно, все равно на твое образование, но обманывать себя не позволю. Для чего вообще нужно было выдумывать велосипед по этому поводу?

-Не знаю, мне было стыдно. В моей семье образование –это чуть ли не главное достоинство человека. –призналась она тихо, выключая воду.

-Образование, безусловно, важно в наше время, но уверен, не все так запущено в вашей семье, иначе ты бы уже прыгнула с моста. Так что мой тебе совет-помирись с матерью. В конце концов, ты сама заварила кашу. А раз взяла на себя такую смелость, то найди ее, чтобы признать свои ошибки и извинится. Пора взрослеть, Чайка. Твои глупости уже переходят все границы. Нужно быть умнее, использовать возможности, которые у тебя появились. –наставлял я ее, сам не понимая на хрен мне это надо.

-А под возможностями ты себя подразумеваешь?-сыронизировала она, покидая ванную.

-А что тебя смущает? Давай, будем называть вещи своими именами. Я не против того, чтобы ты улучшила качество своей жизни за мой счет, в конце-концов, я тебе это сам предложил, но не стоит пытаться прыгнуть выше головы и заманить меня в сети стандартными, примитивными методами. Дети мне не нужны, и жениться я уж тем более не собираюсь! Надеюсь, это ясно?! – отчеканил я.

Чайка, тем временем прошла мимо, одеваясь и с умным видом сообщила;

-Думаю, я начинаю понимать, почему твоя жена ушла от тебя и забрала ребенка. Выдержать твой бред человеку со здоровой психикой, просто нереально!

-Ну, во-первых, это я ушел от нее! Во-вторых, моя дочь живет со мной….

-Почему?-перебила она меня, изумившись.

-Потому, что ее мать из серии, как ты правильно обозначила, мамаш –кукушек ; личная жизнь для нее важнее собственного ребенка. –язвительно пояснил я. Но пыл Чайки тут же угас и она смущенно выдавила;

-Сочувствую.

-Не надо сочувствовать, надо думать прежде, чем что-то ляпнуть.

Янка, как не странно, просто кивнула и начала куда-то собираться. И меня это окончательно выводит из себя. Она что, собирается каждый раз убегать чуть что?

-Куда ты, бл*дь, намылилась? Тебе что, мало проблем? Сядь…-взрываюсь, охреневая с нее, но она сразу же закрывает мне рот. Подходит, целует легонько в губы, и обняв за пояс, прижимается, уткнувшись носом мне в шею.

-Не злись, я в магазин, мне нужно кое-что купить… –шепчет, улыбаясь, и не таясь, вдыхает мой парфюм.

Я же ощущаю себя дураком. Точно чокнусь с ней!

Разум кричит; «Бежать надо! Изо всех ног бежать.»

Но с каждым ее поцелуем, понимаю, что ни о каком побеге и речи быть не может. Раздражаюсь еще больше от собственной реакции на ее ласку. Еще немного и начну жрать с рук этой девчонки.

Нет, так дело не пойдет, проблем и без того хватает, чтобы еще позволить нашим отношениям зайти слишком далеко. Это должен быть просто секс и точка.

Хотя интересно все же; кто кого. Впрочем, я и так знаю, что ей со мной не тягаться, но это противостояние все же интригует тем, что как не странно, порой возникает желание «быть проще» и пустить все на самотек.

Да только знаю я все это наперед , к тому же двадцать лет разницы –это не шутки.

В общем, надо выкинуть бред из головы, и потихонечку приобщать Чайку к привычному для меня формату отношений, поэтому отстраняюсь нехотя и ничего не выражающим голосом говорю, начиная собираться;

-Сейчас вместе пойдем, подброшу тебя.

Она непонимающе наблюдает за мной.

-А ты что, не останешься?

-Нет.- отрезаю холодно, а потом все же мягче добавляю, заметив, что она сникла, - Хочу с дочерью провести вечер, итак ей мало времени уделяю.

-Понятно, - отозвалась она невесело, а потом уже более оживленно спросила, -Сколько ей?

Начинается! А я все думал, когда же последуют расспросы.

-Четырнадцать, скоро пятнадцать будет, - все же отвечаю недовольно.

Чайка прикусывает губу, сдерживая улыбку, наверняка подумав о небольшой разнице в возрасте с Леськой.

-Она очень красивая у тебя. Но характер, видимо, все же папочкин.-сообщила она мне с таким видом, словно добавила ложку дегтя в мед.

-А что такого плохого в моем характере? И как это ты так с одного взгляда составила мнение о ее характере? - ухмыльнулся я, поражаясь столь невероятной «проницательности».

Чайка засмеялась.

-Твои повадки, Гладышев, видно за версту.

-Вряд ли по ним можно судить о человеке. –возразил я, хотя мне было приятно, что дочь похожа на меня. Такая вот примитивная, родительская радость.

-Да у нее на лице написано, что все мусор под ее ногами. Она только свой царственный взгляд на меня бросила, мне уже дурно стало. – посмеивалась Янка, одевая куртку.

А мне действительно стало дурно.

-В смысле, ты с ней общалась? –замер я возле двери, вставив ключ в замок.

-Конечно. –пожала она плечами, как ни в чем не бывало, - Познакомилась. Говорю –вот с папой твоим тусим по средам и пятницам после семи.

Она нахально улыбнулась, а я не знал; то ли придушить ее, то ли посмеяться.

-Дура.-буркнул, закрывая дверь.

Чайка подмигнула мне и насмешливо поинтересовалась, давя на те самые кнопки, в сторону которых даже дышать лучше не стоит;

-Что, уже обделался, Олег Александрович? Принцесса не должна знать, что у папы подружка всего лишь на три года старше нее?

Услышав эту завуалированную угрозу, все внутри холодеет. Хватаю ее за рукав куртки и разворачиваю к себе, отчего с ее лица тут же сползает ехидная улыбочка.

-Послушай меня и внимательно послушай! Я могу закрыть глаза на твою дурость, но только посмей даже посмотреть косо в сторону моей дочери и я устрою тебе такую сладкую жизнь, что ты пожалеешь, что вообще рот свой открыла. Перекрою тебе кислород со всех сторон и поедешь в свой колхоз. Ты поняла меня? –цежу слова, прожигая ее угрожающим взглядом. Она вся натянулась, как струна, но не опустила взгляд, лишь выше вскинула голову, и холодно улыбнувшись, иронично произнесла;

-Как пожелаете Ваше Величество! Реверанс сделать или так сойдет?

ЕЕ едкая фраза сразу же остудила меня. Я отступил, признавая, что погорячился, сказывался этот безумный день, но зато до нее дойдет лучше. Она сбросила мою руку и быстрым шагом направилась к лестнице.

-Куда ты?-спросил я, думая, что она вновь собирается сбежать.

-В магазин, бл*дь!–огрызнулась она, а после добавила спокойно, -Тебе лечится надо!

-А тебе за языком следить! Когда ты уже свои мозги включать начнешь? – парирую раздраженно.

-А на хрена мне их включать, если у меня «рабочие» органы ниже?! –язвит, спускаясь по лестнице

-Хватит нести эту пошлятину!- рявкнул я, следуя за ней.

-Пардон, Ваше Высочество, придворным манерам не обучена, привыкла по колхозному ; как есть , так и говорю. – очередная шпилька, от которой я мысленно застонал. Но отвечать не стал. Пусть перебесится.

Втягиваю с шумом воздух, когда выходим на улицу. Молча идем к машине и также молча доезжаем до магазина, хотя воздух звенит от напряжения. Чайка собирается выйти, так ничего и не сказав, но я ее останавливаю.

-Стой. На вот, на тряпки, -протягиваю ей деньги. Она смотрит на них секунду, как на какое-то вселенское зло, но все же берет. А я продолжаю отдавать распоряжения, -Карту сделай, с наличкой возиться неудобно. Завтра тебе моя секретарша позвонит, скажет, когда к врачу пойдешь. Работу не ищи, займись чем-нибудь полезным, с деньгами проблем у тебя не будет.

-Еще что-то?- приподнимает она бровь, холодно интересуясь, выводя меня из себя.

-Послезавтра приеду…-бросаю коротко, а потом также язвительно добавляю, - После семи.

-Поняла.- усмехнулась она и с фальшивой улыбкой пообещала, - Расположусь голой на кровати и в позе звезды буду ждать с пачкой презервативов в зубах!

Я закатил глаза, едва сдерживая смех, представляя себе эту картинку.

-Так и сделай.

-Ага. –кивает с усмешкой и выходит из машины.

-Язва!- резюмирую, покачав головой.

Она прикладывает к губам средний палец и отходит, я в ответ показываю ей кулак, она закатила глаза и повернувшись, демонстративно похлопала себя по заднице, на что щеглы, стоящие возле магазина тут же обратили внимание и пока она не скрылась за дверью, пожирали ее плотоядными взглядами.

Идиоты! Эта задница уже оплачена. –так и хотелось им сказать, когда проезжал мимо.

Никогда не понимал, в чем прикол-пялится на совершено незнакомую бабу. Ну, или я просто такой-мне западло пускать слюни на непонятно чьи буфера и булки. Кретинизм полнейший! А свою поиметь мысленно во всех позах - сам Бог велел. Если у тебя такого желания не возникает, на хер ты вообще с ней спишь?!

От этих мыслей меня отвлекает звонок Михи.

Отвечать не очень хочется, зная, что он сейчас начнет мусолить инцидент в Де Марко, но не скрываться же теперь от него.

-Да, Мих. Я за рулем.

-Ну, как вы там, живы? Или поехал труп ее закапывать?

Я засмеялся.

-О, вижу, ты еще и доволен! Что, девочка постаралась на славу?- многозначительно поинтересовался он.

-Мих, тут вторая линия у меня.- решил я закрыть тему.

-Да понял я Санныч. Ты главное-смотри, чтобы из-за нее проблем не было. –вновь завел он свою шарманку. Поскольку, я и без него об этом думал, хотя конечно, больше о проблемах личного характера, а не о работе, то это напоминание друга вызвало только раздражение.

-Миш, разберусь. У тебя все нормально? Как ребятишки?

-Да, как обычно Олег. Ребята замечательно. Приезжайте с Леськой в гости.

-Ага, спасибо. Заедем на днях. Все, у меня вторая линия. – попрощался я, потому как мне действительно позвонили по второй линии. И каково же было мое удивление, когда это оказалась Ленка, причем, начавшая разговор без излюбленных расшаркиваний.

-Олег, здравствуй! В чем дело, почему Олеся не отвечает на звонки?

-Привет! Я не дома. Как приеду, поинтересуюсь.

-Ее нет дома! Она у подруги и не берет трубку, что это за выкрутасы? - повысила она тон, в голосе начали проскальзывать визгливые нотки. Я поморщился, но сейчас это не имело значение. Меня волновало, какого хрена моя дочь делает в одиннадцатом часу у какой-то подруге? Это что за выкрутасы действительно?! Куда Петровна смотрит? И почему мне не сообщили?!

-Сейчас я ей позвоню, потом тебе перезвоню.

-Аа, то есть на твои звонки она всегда отвечает, а на мои можно забить-так что ли? – начала она нести ахинею.

-Лен, ты дура вообще или как? Ты понимаешь, что твой ребенок в одиннадцатом часу где-то хрен пойми где и с кем! Ничего не екнуло?

-В смысле, ты что, не в курсе, где наша дочь? –заорала она.

И тут я ощутил себя такой сволочью. Внутри все сжалось от дикого страха и волнения.

-Нет, я не знаю. – признаюсь с тяжелым вздохом, представляя, что сейчас последует . Ленка, конечно, мать херовая, но не упустит возможности ткнуть меня в то, что и я отец –дерьмо.

-Прекрасно! Какой у нас ответственный, заботливый папа! –съязвила она довольным голосом. Но мне было не до ее триумфов. Я беспокоился за дочь, поэтому закончил разговор и помчался домой, выяснять, что вообще происходит.