ГЛАВА 11 · МАГИЧЕСКИЕ ЗНАКИ

Каждая уважающая себя ведьма должна постоянно практиковаться. Неважно, как это происходит: на ведьменских сходах, играх или дома самостоятельно, но для ведьмаков обязательно нужно хотя бы пятнадцать минут в день потратить на то, чтобы заняться магией.

Фиби не практиковалась уже пять лет. А когда начала, наделал кучу глупостей. Напутала с заклинаниями, перепортила порошки и отравила половину эликсиров. Поэтому после двух недель трудоемкой работы с первыми клиентами, ее телефон разрывался от гневных звонков, а в дверь постоянно колотили обозленные люди, которым ведьма "помогла".

Причем ущерб от такой помощи был весьма разнообразен: от абсолютно безобидного до почти непоправимого. Кого-то мучили тошнота и головные боли, кто-то покрылся сыпью, а некоторые, вообще, получили мутацию. Как, например, госпожа Лири, желавшая, как она сама выразилась "стать магнитом для денег", стала им в прямом смысле слова, так как на ее спине выросла подозрительного цвета и размера родинка, которая тянулась ко всему, что блестело. Поэтому бедная женщина постоянно прилипала спиной к витринам магазинов ювелирных изделий. Или господин Уайлен, у которого после принятия зелья для подержания мужской силы кое-то действительно встало в организме. А именно пальцы. На руках и ногах. Выгнулись и поднялись к небу. Причем замертво. Вследствие чего несчастный мужчина ничего не мог делать.

Фиби была в ужасе. Половину времени она тратила на то, чтобы справиться с истерикой и трясущимися руками, а половину на извинения перед бедными клиентами. Она пила литрами валерьянку и отчаянно пыталась исправить содеянное.

А вот словоохотливый Гораций, взявший на себя работу секретаря девушки, выглядел вполне спокойно и, общаясь с перепуганными и разгневанными клиентами по телефону, с наглым видом заявлял, что если им что-то не нравится, пусть идут в ближайший приход и замаливают свои грехи, что прибегнули к услугам ведьмы. Ведь, как известно, официальная церковь, что скептически относится ко всем ведьмакам и магам, запрещает людям обращаться к ним.

Фиби ругала бассета за нахальное поведение и, продолжая извиняться, исправляла ошибки. Больше двух недель ей понадобилось на то, чтобы избавить клиентов от причиненного зла и восстановить репутацию.

За это время она редко видела Гейба. Он пару раз заходил к ней попроведывать и получить советы. Естественно, девушка скрывала от него истинную причину своей занятости, объясняя это наплывом людей, но всегда рада была его видеть.

Также они подолгу разговаривали по телефону. Мужчина мог позвонить под вечер, Фиби отвечала, они начинали разговор с дела, которое вели, а заканчивали уже воспоминаниями из детства. В общем, болтали обо всем, и порой их беседы заканчивались далеко за полночь. А потом Фиби лежала без сна, глядя в потолок, и мечтала, что и вот так в глубокой старости они будут подолгу беседовать с Гейбом, вспоминая их совестно прожитые годы.

Совместно прожитые… Фиби больше не могла обманывать себя – она без памяти влюбилась в Гейба Устмора. Этого удивительного, загадочного человека. И ее чувство, девушка была уверена, намного сильнее того, что она испытывала по отношению к своей юношеской любви в виде Каулина.

Теперь она тоже готова была на все ради возлюбленного: покинуть дом, влезть в опасную авантюру, но еще ко всем этому добавилась странная уверенность в том, что если понадобится отдать свою жизнь за Гейба, Фиби сделает это без промедления.

Его сестра тоже прикипела к ведьме. В отличие от сверхзанятого братца Милена целыми днями проводила в квартирке ведьмы, помогая ей с клиентами. Фиби под большим секретом открыла ей и то, что она не имеет права практиковать магию, и какие глупости наделала в последнее время, при условии, что Милена ничего не расскажет Гейбу. И девушка сдержала слово. Уэстмор ни о чем не знал, а добрая Милена активно помогала Фиби.

За это время девушки успели сильно сдружиться. Фиби, кусая губы и сильно смущаясь, поделилась с Миленой своими чувствами к ее брату. А его младшая сестра сильно обрадовалась, сказала, что всегда мечтала иметь такую сестру, как Фиби, и заверила, что Гейб тоже к ней неравнодушен.

А меж тем минуло лето, и пришел сентябрь. Солнце уже не грело так яростно, но уже уходящие лучи все еще согревали жителей Гленбахата своим теплом. Деревья сменили цвет листвы, и город теперь пестрел разноцветными красками. Милена отправилась в колледж, грызть гранит науки, и стала реже заглядывать к подруге. Но Фиби, наконец, "разгребла" горы проблем, решила основные вопросы и слегка уменьшила поток новых клиентов, желающих ее посетить.

Теперь девушка была готова кругом и полностью отдаться во власть Гейбу…, на первых порах исключительно для дела, а там, как жизнь решит.

Сегодня был особенный день. Фиби и Гейб шли в метельную, выкупать Грейс из почти полугодичного плена.

Встреча хозяйки и метлы проходила весьма эмоционально. Когда Фиби предъявила новенькие права, которые Гейб неизвестно откуда недавно достал ей, и строгий дежурный вывел к ней старую добрую метелку, девушка непроизвольно схватилась на сердце.

Грейс изменилась. Как будто слегка постарела, осунулась, старые прутики покрылись паутиной. Девушка издала болезненный стон и сглотнула. Метла, чей корпус был направлен к полу, подняла держак и выпрямилась. Фиби и Грейс долго смотрели друг на друга.

– Грейси, – прошептала ведьма дрожащим голосом и шмыгнула носом. Из ее глаз скатилась пара слезинок.

Метла отпрянула от неприятного ей дежурного и бросилась в объятия хозяйки. Фиби обхватила ее руками, прижала к груди и стала медленно поглаживать по тоненькому стволику. Грейс склонила рукоять на плечо девушки, прутики нежно обвились вокруг ноги хозяйки.

Гейб с нескрываемым любопытством наблюдал за общением Фиби и метлы и не мог взять в толк, то ли эта девушка – самая непредсказуемая в мире, то ли это он такой неотесанный чурбан и совсем не знает жизни. Наверное, оба варианта правильные.

Они возвращались к Фиби домой на машине Гейба. Конечно, девушка предложила спутнику прокатиться на Грейс, пообещав, что метла спокойная и небыстрая. Но он напрочь отказался от такого предложения. Не хватало ему, известному журналисту, респектабельному человеку, летать по городу на метелке… да и страшновато как-то. Но о последнем Гейб не собирался распространяться.

Поэтому было решено, что Грейс тоже поедет в машине, но та отказалась. Ну, или так показалось мужчине, что отказалась – лично он ее "деревянного" языка не понимал, в отличие от хозяйки. В итоге мужчина и ведьма передвигались по городу в автомобиле на минимальной скорости, а метла летела рядом.

Фиби, высунув голову, трещала без умолку. Она рассказывала Грейс обо всем, что произошло за последние полгода, пока они не виделись. Как показалось Гейбу, та, что обычно использовали для уборки двора, слушала внимательно.

Дома вернувшуюся Грейс ждала очередная порция объятий, только теперь от счастливого пса. Гораций улюлюкал и гулил, словно общаясь с ребенком. Они долго говорили с метлой на каком-то, только им понятном, языке, а затем пес издал невероятный звук, лег на спину, широко расставив лапы в стороны, а метла склонилась над ним и стала чесать прутиками его волосатое пузо. Гораций довольно засопел.

Счастливая Фиби всплеснула руками. Теперь ее дом – полная чаша. Вот еще бы Дейзи вернулась в сознание.

Грейс спокойно отнеслась к наличию в доме еще одной, к тому же более молодой метлы. Она долго рассматривала свою сестрицу из метельного клана, лежавшую без сознания на кровати хозяйки, а затем положительно кивнула пару раз. Новый выбор Фиби был одобрен.

– Она всегда была такой понимающей, – сумбурно лепетала Фиби, пока они с Гейбом ехали в район Фортуна. – Я боялась, что Грейс воспримет все, как предательство. Ну, понимаешь, долго ее не выкупала из плена, да еще одну метлу завела. Но Грейси все поняла правильно.

Взгляд девушки затуманился.

– Так серьезно посмотрела мне в глаза и говорит: у каждой уважающей себя ведьмы должна быть метла. А я служила еще твой бабке. Правильно сделала, что завела себе Дейзи. Каково? У каждой уважающей себя ведьмы!

– Так прямо и сказала? – усмехнулся Гейб. – Говорящая метла, кто бы мог подумать?

– И ничего смешного, – возмутилась Фиби. – Метла, что, – не человек, что ли? Грейс, между прочим, и готовит неплохо.

– Не-е-ет! – протянул мужчина, а сам ярко представил, как массивная метла крутится на кухне и помешивает суп собственными прутьями.

– Представь себе! Может, на досуге нам что-нибудь сварганить.

– Нет уж, уволь. – Гейб брезгливо поморщился, а потом вдруг тихо рассмеялся.

– Что случилось? – удивилась девушка.

– Забавно получается, – ответил он. – Я вроде как должен оберегать тебя от опасности, которой сам и подверг. А вместо этого везу тебя сейчас в район Фортуна, ближе к ночи, туда, где, по слухам, обосновался Тенар.

Фиби задумалась, а потом громко засмеялась.

– Ну, с тобой мне ничего не страшно. Я знаю, ты сможешь меня защитить.

Ей показалось, или Гейб слишком эмоционально отреагировал на ее слова. Он немного напрягся, крепче впился в руль, приосанился, искоса глянул на Фиби, а потом прочистил горло и что-то стал насвистывать себе под нос. Насвистывать! Гейб Уэстмор! Однако.

– Не представляю, как твой телохранитель-кобель отпустил тебя со мной, – произнес мужчина после паузы. – Он невысокого мнения обо мне, да и оказаться в Фортуне днем весьма рискованно, ни то, что ночью.

Фиби внимательно посмотрела на Гейба.

– Мне кажется, он медленно начинает тебе доверять.

– В самом деле?

Девушка кивнула.

– Знаешь, что он мне сказал на дорожку? – Фиби понизила голос, изображая Горация. – Помни, моя маленькая госпожа – посредственных строчек поэту вовек не простят ни люди, ни боги, ни книжные лавки15.

– Да? И что же это значит?

– А то, что мы в деле, напарник.

Девушка протянула Гейбу руку ладонью вверх, чтобы тот хлопнул по ней своей рукой. Но мужчина вот уже в который раз удивил ее. Он долго смотрел ей в глаза, а затем крепко сжал ее маленькую ручку в своей большой теплой ладони.

– Какие холодные, – произнес он, потирая ее тонкие пальчики.

Фиби застыла, боясь пошевелиться. Это, казалось бы, обычное поведение для нее было весьма интимным. По телу пробежала дрожь возбуждения. Гейб, видимо, тоже подпал под влияние охватившего их странного чувства, что засмотрелся в ее желтые глаза и совсем забыл про дорогу. Так, что, если бы не яркий свет фар, что ударил им в глаза, могла бы случиться авария. Но Гейб сообразил вовремя. Он отбросил руку девушки, ухватился за руль и свернул в сторону. Мимо них на большой скорости пронеслась красная машина.

Свернув на тротуар, Уэстмор припарковал свой автомобиль, откинулся на спинку и испуганно посмотрел на спутницу. Фиби тяжело дышала.

Они молчали минуту.

– Интересно, как в таком месте мог оказаться автомобиль? – отозвалась девушка.

– Действительно, как? – кивнул Гейб и осмотрелся. – Кстати, мы на месте.

Фиби выглянула в окно и внутренне содрогнулась. Ей не хотелось показывать своего страха перед Гейбом, ведь это она напросилась поехать с ним сегодня. У такого богатого человека, как он, имелся личный переносной фотоаппарат – чудо техники, способное запечатлеть твое лицо и тело и перенести это на фотокарточку.

Фиби в своей жизни фотографировалась лишь раз, когда ей было четырнадцать лет. Тогда они вместе с бабушкой и Горацием ходили в фотосалон и сделали там семейный портрет. С тех пор у девушки не было возможностей повторить такое… да и финансов тоже. Пленка стоила очень дорого. Потому-то Фиби и решилась поехать с Гейбом, чтобы лично увидеть те тайные знаки, что оставляет на стене Тенар, чтобы ее спутник не тратил кадры на фотографирование этих надписей.

Дело в том, что пока ведьмочка решала кучу проблем с клиентами, которые сама же себе создала, матерый журналист зря времени не терял. Каждый вечер он приезжал сюда, к борделю матроны Казуб, стенку здания которого и облюбовал коварный маг. Он почти каждый день оставлял здесь послания своим приспешникам в виде странных надписей в форме каких-то крючков и знаков. И они постоянно менялись.

Гейб порой даже пытался проследить, когда они появляются, чтобы поймать Тенара с поличным. Но, увы, это было практически невозможно. Злодей удачно выбрал место для своих записок, так как оставаться здесь круглые сутки напролет, наблюдая за стенкой, не представлялось возможным. Если ты на машине, то через час от нее мокрого места не останется, так как отбросы общества, что живут в этом районе, тут же разберут ее на части. Если ты пришел пешком – подобное произойдет с тобой.

Поэтому бедному Гейбу удавалось быть лишь короткими периодами.

Фиби настаивала лететь на Грейс, так как с высоты птичьего полета никакие бандиты их не поймают. Но он опять заупрямился, и в итоге они отправились на автомобиле.

Выйдя из салона, мужчина и девушка внимательно огляделись по сторонам. Тут же им в нос ударил едкий смрадный запах. Фиби поморщилась и поежилась. Ночь была прохладная, ущербный месяц еле освещал своим тусклым блеском мир. На улице, где фонари были вечно разбиты, можно хоть глаз выколоть.

Девушка крепче закуталась в старую бабушкину шаль, пахнущую нафталином и поеденную молью в нескольких местах. Гейб подошел к ней сзади и, положив руку на плечо, слегка подтолкнул вперед.

– Нам туда. – Он указал на узенький проулок между борделем и рядом стоящим домом. – Там во дворе и есть заветная стенка.

Не успели они отойти в сторону, как скрипучая старая дверь публичного дома матроны Казуб широко распахнулась, послышались хохот, крики и возня. На пороге появился вусмерть пьяный мужлан с гнилыми зубами и в рваной одежде. Он кричал и ругался, махая толстыми ручками. За его спиной стояла сама хозяйка борделя, дородная женщина с шестым размером груди, в облегающем корсете, едва скрывающем соски, и черных панталонах. По слухам, Казуб была весьма грозной женщиной, так как во время соития с клиентами нередко откусывала им пол-уха. Матрона тут же продемонстрировала свой нрав, пнув под зад орущего пропойцу, и тот без сознания рухнул на ступеньки. Дверь за ним тут же захлопнулась.

Фиби и Гейб переглянулись.

– Ну, хотя бы в таком состоянии он не тронет мою машину, – констатировал мужчина.

Ведьма утвердительно кивнула. Держась за руки, они вошли в проулок. В этом узком проеме к огромному оттенку запахов от алкоголя до тухлятины добавился и стойкий "аромат" мочи. Видимо, подворотню использовали в качестве нужника. Фиби прикрыла нос уголком шали, то же самое проделал и Гейб со своим пиджаком.

Девушка старалась передвигаться осторожно, чтобы не касаться плечами грязных оплеванных стен. А вот мужчина за свою карьеру побывал в местах и похуже, поэтому не боялся испачкать рукава дорого пиджака.

Они подошли к той самой стене, которая так полюбилась черному магу. Эта была старая облезлая стенка из красного кирпича – впрочем, как и все здание, – в середине которой красовалась какая-то загогулина.

– Новенькая, – констатировал Гейб. – Вчера была другая.

Фиби подошла ближе, чтобы рассмотреть странный знак. Мужчина включил фонарик и посвятил на стенку. Девушка склонила голову и нахмурилась, изучая надпись.

Это был магический знак, означавший словосочетание или даже целое предложение. Фиби что-то подобное изучала в школе. Ох, как давно это было. И почему она не продолжила обучение? Ах да, в то время она желала лишь нагишом купаться в водопадах с Каулином.

Девушка тряхнула головой и сосредоточилась на рисунке. Множество коротких стрелок идут по кругу и сосредотачиваются в центре. А в середине красуется петля. Сам круг закрашен зеленым мелом. Вторым слоем идут стрелки в обратную сторону, а по бокам черным угольком нацарапаны два креста.

Фиби долго молчала. Гейб искоса наблюдал за ней.

– Понимаешь что-нибудь? – не удержавшись, спросил он.

Девушка покачала головой. Хитер же этот Тенар – писать на стенах. Теперь, чтобы Фиби хотя бы попытаться расшифровать его послание, нужно унести с собой стену или, наоборот, принести весь свой запас магических инструментов и колдовать прямо в подворотне. Девушка тяжело вздохнула.

– У меня не получится, – печально объявила она. – А по фотокарточке я ничего не сделаю. Это под силу только ведьмам шифровальщицам.

– Кому?! – оторопело спросил Гейб.

– Работающим с тайными знаками. У всех своя специализация. Я же говорила.

– Такие, как бесноватая Лейла? – догадался мужчина.

Фиби расстроено прикусила губу. Гейб кивнул, направил объектив фотоаппарата, висевший у него на шее на специальном ремне, и сделал пару снимков со вспышкой.

– Вот только одного я не пойму, – прошептала она. – К чему Тенару все это? Зачем такие сложности? Записи на стенках, разбросанные по всем городу. Неужели нельзя другими способами общаться со своими людьми? Для магов это, вообще, не проблема.

Гейб почесал гладко выбритый подбородок.

– Трудно сказать, – протянул мужчина. – Одно, что я усвоил, пока охотился за Тенаром, – этот тип настоящий позер. Не представляешь, какие шоу с маскарадами он устраивал, пока находился в Портенкросе. Вылитый петух, обожающий внимание публики. Фигляр до мозга костей, готовый землю перевернуть лишь бы произвести впечатление. Не знаю, что у этого типа с самооценкой, но он страсть как хочет войти в историю. Я даже не уверен, что он имел зуб на мэра города. Просто тогда эта была самая значимая фигура в Портенкросе, а этот скоморох хотел выделиться, одурманив его.

Я, вообще, удивлен, что большую часть "писем" Тенар оставляет в этой дыре. По мне, так он должен был расписывать стены башни на центральной площади, чтобы весь город шептался о его появлении.

– Думаешь? – удивилась Фиби.

– Уверен. Более того, я думаю, он явился сюда, чтобы расправиться с вашим мэром вовсе не потому, что тот держит зуб на всех ведьм Гленбахата. Плевать он хотел на себе подобных. Его интересует всемирная слава, произведение эффекта на людей. Гребаный выпендрежник.

Они не успели обсудить иные достоинства и недостатки мага, так как с улицы донеслись пьяные крики:

– Смотри, приятель! Какая тачка!

Фиби и Гейб посмотрели друг на друга и бросились прочь из проулка. Пара пьянчуг уже собирались разобрать дорогущую машину журналиста на металл. Мужчина успел остановить их и прогнать своим железным кулаком. Фиби встала у стены, с легкой улыбкой на губах наблюдая, как высокий крепкий мужчина одним своим видом устрашил двух бродяг.

Она скрестила руки на груди и, когда журналист, пустив в бегство воришек, обернулся, уже хотела отколоть какую-нибудь шуточку по этому поводу, но замерла, увидев, как изменился в лице Гейб. Мужчина вдруг напрягся, его красивое лицо исказилось страхом. Не понимая, чем вызвана такая реакция с его стороны, девушка продолжала стоять на месте. Гейб моментально сократил расстояние между ними, грубо схватил ничего не подозревающую Фиби, оттолкнул в сторону и повалил на землю. Девушка едва успела возмущенно пискнуть, как тяжелое мужское тело накрыло ее с головой.

Фиби услышала глухой удар и треск. Затем Гейб оторвался от нее и помог подняться. Он резко обернулся, и Фиби поняла причину такой странной реакции – на том самом месте, где секунду назад стояла девушка, сейчас лежал огромный расколотый камень.

Пока Фиби, онемев от ужасных догадок, стояла на месте, мужчина вскинул голову, стараясь в темноте разглядеть крышу, а затем рванул вперед, видимо, попытавшись отправиться в погоню за теми, кто только что покушались на жизнь его спутницы. Но Фиби неожиданно для себя вовремя вышла из ступора и схватила Гейба за край пиджака.

– Не надо, Гейб, – прошептала она.

Мужчина прошелся по ней диким взглядом. Никогда еще, даже в тот период, когда он был на нее зол, считая мошенницей, девушка не видела Уэстмора в таком состоянии. Казалось, он вот-вот потеряет контроль.

– Ты, что не поняла?! – взвился он. – Тебя только что пытались убить!

– Поняла, и поэтому прошу тебя: давай скорее уедем отсюда, – взмолилась она. – Ты все равно никого не поймаешь.

Гейб слегка дернулся. Девушка поняла, что он не намерен сдаваться, и пошла на хитрость. Обхватив руками его ладонь, она стала медленно поглаживать ее.

– Прошу: давай вернемся домой. Я не могу здесь больше оставаться, мне страшно.

Мужчина, плотно стиснув рот, долго смотрел на спутницу, но затем вынужден был кивнуть

Фиби и Гейб сели в салон и на большой скорости отправились обратно домой.