Глава 24

– Вы уж извините, что я вмешиваюсь. – признала медсестра свою неправоту и Кира беззаботно улыбнулась.

– Да, ничего, просто…

– Неприятный человек, тяжёлый. Паук. – охарактеризовала она Макса, не замечая, что перебила. Кира испуганно встрепенулась, а женщина продолжила. – Ловко плетёт свою сеть, так сразу и не заметишь, а уж потом и не выпутаешься. Вы рядом с ним голову потеряли. Неправильно это.

– Просто он не пытается произвести впечатление. – попробовала Кира оправдаться. – Не считает нужным.

– А мне это впечатление и ни к чему. Тот, что до него приезжал, Денис Владимирович, – тоже не сахарный, да уж попроще будет.

– Давайте всё же продолжим приём. – примирительно предложила Кира и сама выглянула в коридор, чтобы позвать пациента.

Покинуть больницу удалось только после десяти. Машина Макса стояла под фонарным столбом, и его тяжёлый взгляд можно было уловить даже сквозь затемнённое лобовое стекло. Он вышел, чтобы открыть для Киры дверь, усадил рядом с собой. Вернувшись за руль, насмешливо посмотрел.

– Можем ехать?

Она торопливо кивнула.

– Только давай ко мне. Завтра на работу и…

Макс посмотрел так, что продолжать расхотелось. Такая работа ему не понравилась, и он не особо пытался это скрыть. Не стал комментировать и на том спасибо, но то, что неприятный разговор всё же состоится, сомневаться не приходилось.

– Что с волосами? – ловко переключился он с темы и Кира послушно увлеклась.

– А что с ними?

– Влажные. – пояснил Макс и небрежно коснулся короткой прядки.

Кира смутилась и поторопилась заправить её за ухо.

– Не хочу нести домой этот запах, да и жарко сегодня. А ты, значит, сам за рулём? Без водителя?

– Да. Эти дни практически жил в офисе, так что водителя я отпустил.

– Я думала, ты шутишь. Шутишь, что не появлялся дома. – пояснила Кира в ответ на его вскинутые в знаке вопроса брови.

– Оказалось, одиночество – страшная болезнь. До тебя эта хворь обходила меня стороной, а вот сейчас обострилась. Не сбегай больше, ладно?

– Наверно, так было нужно. – задумчиво проронила Кира, пытаясь осознать, что же она сама чувствует сейчас. Макс в ответ на это кивнул.

Он уже сосредоточился на дороге и был в этом сосредоточении настолько прекрасен, что Кира залюбовалась.

– Что ты так смотришь?

– Ты напрасно не стал автогонщиком. Буквально преображаешься за рулём. Будто вдохнул долгожданной свободы и находишься в состоянии эйфории. Очень красиво.

– Об этом ты думаешь с такой хитрой улыбкой?

– Нет. С хитрой улыбкой – это о другом.

– Расскажешь?

– Ты будешь смеяться. – смутилась Кира, игриво прикусив нижнюю губу.

– Давно не смеялся, так что выкладывай свои секреты.

– Я думаю о том, что у меня никогда не было секса в машине.

– Так… И почему мне сейчас не смешно? – серьёзно спросил Макс, припарковавшись у обочины.

Одним неуловимым движением его сидение отъехало назад, щёлкнул ремень безопасности. Повторного приглашения Кире не потребовалось. Сначала был голод, была жажда. Потом нереальное по силе желание как можно скорее восполнить необходимость друг в друге. Необходимость в жарких касаниях, в хриплых стонах, в этих невменяемых взглядах. Как сумасшедший марафон. Нужно было догнаться, насытиться, выдохнуться. Очень быстро. Потому то и дело они сбивались с ритма. Потому глухо рычали от судороги в мышцах и невозможности продолжить, невозможности получить желаемое прямо сейчас. Руки тянулись то к коже, то к волосам. Поцелуи были то долгими, мучительными, то обжигающими и короткими. Игра превращалась в потребность и наоборот. Максим кончил в неё. Кира неотрывно смотрела в его глаза и пыталась понять, что же это значит: шаг вперёд, демонстрация её принадлежности своему мужчине или глупая ошибка на фоне вспыхнувшей страсти? Но его глаза молчали. Посветлевшие, спокойные, без колючего прищура, они не давали никаких ответов.

Отсадив Киру обратно на пассажирское сидение, расцеловав её всё ещё обнажённую грудь, Макс довольно рассмеялся.

– Чёрт, Кира, до твоего появления я практически бросил курить! – пожаловался он, проведя ладонью по её бедру. Пальцы совсем немного продвинулись под подол летнего платья. Макс мгновенно подобрался, недовольно нахмурился. – А ты считаешь нормальным ходить в таком виде по ночам? Мне показалось, на платья у тебя стойкая аллергия.

– Жарко. – не вникая в суть вопроса, отмахнулась Кира.

Ладонь на её бедре была горячей и тяжёлой. А ещё она рождала в голове разные мысли. В основном порочные. Но Макс уже думал о другом, и его мысли оказались наполнены ревностью и претензией. Будет непросто.

Раздевать Киру Макс начал, ещё не успев захлопнуть дверь. Он хотел её и напомнил об этом, устроив тонкую ладошку себе в области паха. Сделал это намерено, чтобы обойтись без глупых вопросов и предложений вроде кофе, вина, ужина. Поцелуи стали куда откровеннее. Оказавшись на диване, от игриво вылизывал её живот, бёдра и грубо толкался пальцами между ног. Контраст оказался просто сумасшедшим, Киру начало подколачивать практически сразу, а на то, чтобы дойти до финиша, понадобилось не более минуты. Тело стало ленным, податливым, как хорошо разогретая в руках мастера глина. А Макс точно знал, что хочет из неё лепить.

Уложив её животом на диван, плавно вошёл. Он уже знал, что с Кирой начинать нужно именно плавно. Ещё в первый раз уловил её зажатость, страх перед грубым рывком. Пожалуй, это стоило обсудить. Потом. Сейчас он смотрел, как она расслабляется, как раскрывается перед ним, доверяя всю себя. Обилие смазки облегчало скольжение, двигаться хотелось всё быстрее, но он себя сдерживал, толкался плавно, а выходил до предела. Намерено. Доверие женщины стоит дорого и он его купил. Своим терпением и полным контролем над ситуацией. Именно потому, когда его большой палец закружил на промежности, Кира и не подумала возмутиться. Только вызывающе оттопырила попку. Напрашивалась, не иначе. Надавить пришлось совсем немного, и палец стиснуло колечко мышц. Кира протестующе зашипела, напряглась, замерла.

– Подожди, я не уверена… – совершенно бессвязно пробормотала она, но Макс знал, что делает и свободной рукой принялся массировать её шею, добиваясь полного подчинения.

– Тише, т-шшш, не зажимайся. – размеренно шептал он, пытаясь мягко размять эластичные стенки. – Это совсем не страшно, правда? – он наклонился вперёд, чтобы коснуться губами её влажного виска. – Только немного непривычно.

Кира тряханула головой, чтобы вернуть себе ясность мысли, но Макс оказался хитрее, проворнее, Макс оказался опытнее и ловко утопил её сопротивление в очередной порции ласки. Он стал толкаться членом чуть сильнее, а поцелуй перенёс на губы и углубил. Совсем скоро раздался её капитулирующий стон. Палец больше не мял. Он уверенно скользил вперёд назад. Будто игра в прятки. И глубоко внутри оказывался то член, то его палец. Не давая передышки и заставляя теряться в ощущениях. Совсем скоро пальца стало два, и проникали они гораздо глубже. Кира задышала чаще, Макс не сбавлял обороты, не позволяя соскочить или опомниться. Из своеобразной ласки получилось выделить удовольствие. Оно кралось осторожной кошкой, мягко ступая по грани сознания.

– Такая умница. Моя красавица… – приговаривал Макс, чувствуя, как Кира окончательно сдалась и начала несмело ему подмахивать.

И только когда на смену пальцам в проход уперлась головка члена, пришлось действовать стремительно. Кира оказалась не готова. Мораль, прочно засевшая в её голове, мешала получить удовольствие: она вздумала возмутиться, подалась вперёд, наивно пытаясь соскочить. Её остановила жёсткая хватка на волосах. С гортанным стоном Кира выгнулась. Поддаваясь его силе, запрокинула голову, телом при этом всё ещё надеялась уйти от проникновения, но не успела. С громким стоном Макс вошёл до упора и едва слышно зашипел, чувствуя, что она сдавливает его слишком сильно.

– Ну что ты?.. – мягко рассмеялся он, наглаживая покрасневшую от температуры ягодицу. – Я буду осторожен, обещаю. – шептал куда-то в её позвоночник. Дыхание приятно холодило кожу, а звук его голоса заставлял отвлечься от дискомфорта. Кира прислушалась. – Да… – тут же хвалебно простонал Макс и коротко поцеловал её под лопаткой. – Такая сладкая девочка… – с показательной долей удивления выдал он, пробуя осторожно двигаться. Кира медленно расслаблялась.

Понадобилось всего несколько минут, чтобы она свободно задышала под его напористыми толчками, а когда ладонь в перчатке накрыла клитор, когда твёрдые пальцы закружили на нём, Кира просто отключилась. Пришла в себя, когда Макс вошёл в раж и вбивался в неё со всей дури. И было хорошо. Внизу живота опять приятно тянуло, тело вибрировало от приближающегося оргазма. Снова. Пусковым механизмом стало ощущение его пульсирующей головки глубоко внутри. И Кира закричала. Спонтанно и бесконтрольно.

– Я знал, что у нас всё получится. – хмельно рассмеялся Макс, приглаживая её волосы.

Кира только-только успокоилась и всё ещё не могла отдышаться. Взгляд цеплялся за его черты лица, за расслабленную улыбку, за кончик языка, игриво прижатый остриём зубов. Всё было хорошо, но почему-то с головой поглощало чувство обречённости. И, правда, паук… Из этой паутины ей уже не выпутаться…

Макс не спешил уходить или отстраняться. Он тесно прижимался грудью к её спине и размеренно дышал.

– О чём ты думаешь? – спросила Кира, накрыв его ладонь своей. Макс набрал воздуха в грудь и забыл, что надо выдохнуть.

– О серьёзных вещах, Кирюш… О том, что нам предстоит непростой разговор.

– Нет!.. – возмутилась она, едва не плача. – Никаких разговоров в полночь.

– Ты напрасно недооцениваешь положение вещей. Ночь, мы голые, на диване. Мириться будет ой, как приятно! – соблазнял Макс, но Кира не согласилась, игриво укусила его за руку, которой он прижимал её к себе крепче.

– Не хочу злиться на тебя сегодня. У меня нет сил.

– Аргумент. Только не в твою пользу. Ты не сможешь спорить и согласишься на все мои условия.

– Как?! И у тебя есть условия?! – нехотя рассмеялась она, и Макс со значением кивнул.

– Да. И с моей стороны было очень разумно придержать их до того момента, когда идти на попятную ты уже не захочешь. Ну, или просто не сможешь.

– Но так нечестно…

– У меня большой опыт ведения бизнеса. – хитро рассмеялся Макс. – Честность в этом вопросе играет последнюю роль.

– И всё равно нет!

– Чёрт, а я успел забыть, как непросто с тобой бывает. – прошептал он, легко водя носом по её шее.

Отстранившись, Макс недовольно замычал, после чего соскочил с дивана и направился в кухню. Там с озабоченным видом принялся пересматривать все ящики подряд.

– Кира, я не понял: где вся еда? – возмутился он, растерянно оглядываясь по сторонам.

– Еды нет.

Лавров стал в проходе и до одури соблазнительно усмехнулся. Хотя волновало Киру совсем другое… Вид его обнажённого тела. Ну, и возбуждённый член. С чего бы ему возбудиться?.. Проследив за её взглядом, Макс выразительно хмыкнул и неодобрительно покачал головой.

– А холодильник где? – вернулся он к теме. Кира недовольно отвернулась.

– Зачем мне холодильник, если в нём нечего хранить? – резонно отозвалась она. Макс озадаченно нахмурился.

Он продолжил осмотр полок и в верхнем угловом шкафу нашёл пачку сигарет. Она оказалась на половину пуста, а свободное место занимала миниатюрная зажигалка. Не сомневаясь ни секунды, Макс прикурил и с удовольствием затянулся лёгким дымом с ментоловым ароматом.

– Это что такое? – он недовольно швырнул Кире в ноги пачку с оставшимися сигаретами. Она рассмеялась и игриво прикусила губу.

– А у тебя сейчас вид папочки. – объяснила Кира свой смех. – Такого… голого и очень возбуждающего папочки.

– Ассоциация пришла к тебе не зря, сейчас как отшлёпаю! – припугнул он, и Кира тут же обиженно надулась.

– И совершенно напрасно! Я никогда особо и не курила. Так… баловалась в студенчестве.

– Оно и не удивительно… курить такую дрянь то ещё удовольствие. – поддакнул Макс и затянулся ещё раз. Глубоко и с толком. Кира засмотрелась на его губы, его пальцы. На то, как кадык бегает под натянутой кожей шеи.

– А откуда у студента деньги? – хрипло пробормотала она, пытаясь отделаться от навязчивых идей, но в крови была отрава из горючей смеси гормонов, в теле голод, а в голове дурацкий туман возбуждения. Круговая осада.

Макс потянулся за телефоном, который валялся здесь же, на полу, под брошенной одеждой.

– Кому звонишь?

– Хочу оформить доставку еды.

Закончив отбивать дробь в смартфоне, Макс придирчиво осмотрел Киру.

– Ты очень худая. – заявил он в итоге, настойчиво разминая её бедро.

Кира спрятала довольную от его действий улыбку, поёрзала, устраиваясь так, чтобы Максу не пришлось тянуться.

– Но тебе ведь нравится.

– Мне многое нравится, но твоя худоба с лёгкостью перешагнула статус «нормальной». Я вот тебя трахал, а чувство такое, будто школьницу. Задумайся о том, чтобы вернуться к нормальному весу. – посоветовал он, вставая.

Макс прошёлся по комнате, чтобы выглянуть в окно, затем вернулся в кухню, стряхнул пепел в урну. Кира с интересом уставилась на него.

– А ты ведь не стесняешься своих шрамов. – сделала она осторожное предположение. Макс в знаке удивления вскинул брови.

– Нет. И никогда не стеснялся. Жизненно важные органы не задеты, а остальное – ерунда. А с чего ты заговорила об этом?

– Я это к тому, что перчатку-то ты так и не снял. Почему?

– А-а… Перчатка… Исключительно из нежелания травмировать хрупкую женскую психику. Это снижает либидо, а я предпочитаю в постели не отвлекаться на такие моменты, как душевное равновесие.

– Меня испугать тебе не удастся.

– А с тобой причина совсем другая.

– Вот как? – Кира заинтересованно хмыкнула и изобразила внимание.

– Да-а, – коротко хохотнул Макс и, подходя к дивану, спешно затянулся сигаретой. – С тобой всё куда интереснее. Наблюдать за тем, как ты краснеешь при одном только взгляде на мою руку – отдельный вид удовольствия. – раскованно рассмеялся он и, легко скользнув между её ног, ввёл в Киру один палец.

От неожиданности она выгнулась и не смогла сдержать стон.

– Вот об этом ты и думаешь, глядя на неё. – довольно облизнулся Макс и провернул палец. Кира прикрыла глаза и задышала чаще.

– Мерзкое похотливое животное! – выдохнула она, толкая Макса стопой в плечо.

Его глаза загорелись нездоровым азартом. Ладонь в перчатке огладила девичье бедро, выпирающие тазовые косточки, требовательно смяла живот.

– Брось! Мне нравится, что в постели ты ведёшь себя как шлюха.

– А я так веду себя? – с нездоровым интересом полюбопытствовала Кира. Макс, прикрывая глаза, кивнул.

– Свободная, раскованная, доступная. Даже подумать страшно, на что ты способна в умелых руках.

– А твои руки достаточно умелые? – невинно моргнула она. Макс задохнулся той дозой возбуждения, которую вызвал этот простой с виду вопрос. А Кира всё поняла и не менее целомудренно отвела взгляд. Член стал каменным и запульсировал требовательной болью.

– Тебе повезло. У нас впереди много интересных открытий.

– Да. Но мне рано вставать на работу. Как я смогу лечить людей в таком состоянии? Не могли бы мы перенести эти открытия на завтра?

Макс вальяжно откинул руку на спинку дивана и зашёлся гортанным смехом.

– И всё же я так смотрю, неприятного разговора нам не избежать. – заключил он, но вот этого Кира не одобрила и подтянула стопы к себе, прекращая бессовестно мять его бедро.

Макс её настроение распознал на раз. Вздохнул, запрокидывая голову к потолку, беззвучно выругался.

– Кира, давай начистоту: это не работа! – внушительно начал он. – Ты девушка, а не лошадь. Я хочу видеть тебя красивой, счастливой, загорелой, в конце концов!

– До этого ты не жаловался.

– На что мне жаловаться? На то, что ты худая, уставшая? На то, что ты не успеваешь поднимать головы в бесконечном потоке пациентов? Я уж и не говорю о том, кто является к тебе на приём. Это и наркоманы, накачанные неизвестной дрянью, и вусмерть пьяные уроды! Не мне тебе объяснять, насколько это опасно…

– Я могу не брать подработки. – примирительно пробубнила Кира, но Макс только раздражённо вздохнул.

– Нет, меня это не устраивает. – категорично заключил он. – Когда ты толкала речь, то обещала мне уют. – Макс упрямо поджал губы. – Я хочу обещанный уют! – требовательно проговорил он, размахивая ладонью в такт словам. – А как ты собираешься его организовывать, если будешь являться с работы позже меня?

– Если работать на ставку…

– Кира, я не решаю сейчас на десять лет вперёд, я просто прошу тебя дать нам время. – хитро вывернул он и возразить вот так с ходу не получилось.

– Но ведь я не могу днями сидеть без дела!

– И не надо! Жди меня. Прими ванну, выпей кофе, почитай книгу… Миллионы женщин мечтают об этом.

– Не нужно сравнивать меня с какими-то неизвестными миллионами.

– А я утрясу дела, и мы махнём куда-нибудь на недельку, а? – продолжил Макс так, будто и не было этого замечания. – Ты как? Когда в последний раз была на отдыхе?

– Максим…

– Ты предпочитаешь горы или море? – рассмеялся он её напускной серьёзности.

– Но я только вышла…

– И не говори, что всю жизнь мечтала прозябать в этой третьесортной больнице.

– Но кто-то должен работать и там.

– Вот пусть кто-то и работает. Кто-то, но не ты. Думаю, с твоими талантами найти место поприличнее не составит труда.

– Но у меня вздорный характер, дурная слава и просто ужасные рекомендации. – предупредила она, а Макс улыбнулся: Кира уже была согласна.

– А ещё у тебя есть я. – шепнул он будто по секрету. – И я смогу решить всё. – заверил Макс, вовлекая за собой в поцелуй. А поцелуи, как известно, напрочь лишают способности думать и говорить глупости.

Вот она и не думала ровно до наступления утра. Просыпаться под влажные и жутко возбуждающие касания языка было дико приятно. А Макс готов был вылизать её всю. Скучал, извёлся весь, изголодался по этому податливому телу в своих руках.

– Ты не знаешь, это утро доброе? – рассмеялась Кира тому, как стало щекотно.

– Без сомнений, да! – бодро отозвался Макс.

Кира потянулась, чтобы поцеловать его в щёку, но провела ладонью по влажным волосам, и с подозрением нахмурилась.

– Ты успел принять душ?

– Ну да. Не хотел тебя будить, но и уйти так просто не рискнул.

Кира шарахнулась в сторону и принялась натягивать на обнажённое тело простынь.

– Но я-то в душе не была! – ужаснулась она, вспоминая, как проснулась и что Макс делал в этот момент.

– Ты пахнешь любимой женщиной. – рассмеялся он её панике и уверенно потянул за простыню, вот только Кира не спешила расставаться с ней.

– Нет, так не пойдёт!

– Давай, скажи, что и это нечестно. – забавлялся он, а вот Кира разозлилась.

– Вот именно! – часто заморгала она, примеряясь, с чего начать. Макс, смеясь, покачал головой.

– Тогда давай в душ, а с меня завтрак. Что ты предпочитаешь с утра?

– В идеале это должна быть пробежка. – припомнила Кира своё утро за последнее время и Макс вздохнул.

– Задача на неделю: вернуться в нормальный вес. – с чёткой расстановкой слов объяснил он и Кира вяло улыбнулась: уже очень давно никто не заботился о ней. Страшно было даже подумать, что будет, если всё это вдруг закончится.

В ванной она провела минут двадцать, а, вернувшись, застала на диване Андрей. Тот отсалютовал ей чашечкой кофе и омерзительно пошлой ухмылкой. Кира туже затянула пояс шёлкового халатика и успела порадоваться тому факту, что не вздумала явиться голышом.

– Ты ещё что здесь делаешь? – фыркнула она, оглядывая комнату. Громов вызывающе прикусил губу.

– Соскучился – сил нет!

– Где Максим? – уточнила Кира, не обнаружив Лаврова в кухне. Андрей развёл руками.

– Укатил твой принц, меня оставил на хозяйстве.

Кира нервно дёрнула плечом.

– Что ещё за бред?

– Не бред, а суровая правда жизни. Или ты рассчитывала на что-то другое?

– В любом случае, тебе здесь не рады – выметайся. – храбрилась она и даже махнула рукой в сторону выхода. Андрей предсказуемо остался на месте.

– А ты в хорошей форме. – окинул он её придирчивым взглядом. Кира торопливо кивнула.

– Да? Приятно слышать. – деланно улыбнулась она, попросту растягивая губы.

Пытаясь избежать неприязненного взгляда, пришлось спрятаться в кухне, правда, следовало ещё придумать, чем себя занять. Андрей томиться без её компании не стал и тут же показался в дверях.

– Бегаешь, значит?

– Бегаю. – нервно кивнула Кира и потянулась за чашкой для кофе.

– Надо полагать, не просто психанула. На одном энтузиазме десятку из себя не выдавишь.

– Полагай, что хочешь. Мне это неинтересно.

– Спортсменка, значит, ну-ну. – неприятно потянул он, не спуская с Киры пристального изучающего взгляда, а когда она вскинула голову, чтобы на этот взгляд ответить, угрожающе подался вперёд. – Мне вот интересно: ты меня в прошлый раз плохо расслышала или вовсе не поняла?

Кира с достоинством вздёрнула подбородок.

– Я услышала тебя хорошо и договорённостей не нарушала. Все вопросы к своему другу. Это он пришёл ко мне.

– Прогнать не догадалась?

– А это с чего вдруг?! – не на шутку удивилась Кира.

– Ты просто ещё не поняла, куда влезла. – зловещим шёпотом проговорил Андрей, яростно скрипнув зубами, а Кира осторожно покачала головой.

– Я тебя, и правда, не понимаю.

– А нечего тут понимать! Ты считаешь себя самой умной, рассчитываешь на какую-то выгоду и совершенно зря. Макс тебя сломает и выкинет. Не ты первая.

– Мне всё равно, что ты сейчас скажешь.

– Разумеется. Потому что где-то глубоко-глубоко, своим скудным умишкой, ты понимаешь, что я имею в виду. Знаешь, что я прав. Вот только желание поиграть с огнём порой бывает крайне заманчивым.

– Решил сменить тактику? – хмыкнула она, глядя на свои ладони. – В прошлый наш разговор ты всеми силами пытался защитить друга, теперь, выходит, ещё и меня?

– Жалко идиотку, вижу ведь, что не пустышка! Только игры в блеф на чужом поле очень плохо заканчиваются.

– Нет никаких игр. – дрожащим от напряжения голосом проговорила Кира. – Я люблю его, понял?! – зло бросила она, но Андрей не торопился отвечать и, что странно, пакостных улыбок не расточал.

– Тем хуже для тебя. – неоднозначно проронил он.

Дверь спальни открылась. Макс вышел с телефоном в руках, попутно набирая очередной номер.

– Кира, ты поела? – отвлёкся он всего на секунду и тут же с головой нырнул в разговор, указав ей на контейнер с завтраком.

Кира перевела взгляд на Андрея.

– Так, ты привёз завтрак? – смягчилась она, тот только пожал плечами.

– Ешь, суши волосы, ты едешь с нами в офис.

– В офис? Максим!

Макс, не отвлекаясь от собеседника, перевёл на Киру тяжёлый взгляд.

– Что я буду делать в офисе? – возмутилась она, а тот прикрыл микрофон ладонью.

– На меня смотреть. – коротко хмыкнул Лавров и отвернулся, не желая больше отвлекаться.