Глава 17

Настя

— Зеленкой? Прям на лицо? В смысле ты веснушки ему пририсовала, что ли? — хрюкнула Юля в трубку.

Эх!

Вот она всегда недооценивала мои исключительные способности хватать лишку.

— Если бы! Я умудрилась вылить на него весь флакон. Сцеживала до последней капли. Короче, его лицо теперь можно заносить в список объектов наследия ЮНЕСКО, как самое, блин, озелененное место на планете.

Подруга сначала умолка, ни шороха не доносилось с того конца провода, а потом она как загоготала в трубку. Полоснула меня по сердцу без ножа.

В этот момент мне хотелось только волосы рвать на себе и лить крокодильи слезы. Правда, ни одна слезинка за все время так и не пролилась, сколько бы я ее ни выдавливала. Все-таки какая-то часть меня тихонечко злорадствовала и покатывалась со смеху, стоило вспомнить трепещущие ноздри Ярослава, когда тот пытался понять, чем это так пахнет у него под носом. А вот другая часть меня, опасаясь за свою задницу, раскаивалась за совершенный поступок и искала выход из такой идиотской ситуации.

Гаденько было и кошки по душонке скребли.

— Давай-ка прекращай уже ржать! И так тошно. Лучше посоветуй, где мне найти хорошего адвоката? — плюхнувшись на кровать, я заныла вполсилы.

— По гражданским делам или по уголовным? — спросила она на полном серьезе.

— По дебильным было бы в идеале. Не знаешь таких?

— Знаю, — твердо выдала подружаня. — Подойди к зеркалу, в отражении и найдешь своего адвоката по дебильным делам. Никто не разбирается в дебильных делах лучше, чем ты сама.

Хмыкнула и перевалилась на живот.

На тумбе стояло мое зеркальце. Отражение в нем было крайне кислым и заунывным. Я попыталась натянуть улыбку на лицо, затем подмигнула своему отражению.

— Ты права. На всякий случай я уже спрятала все острые и тяжелые предметы. Осталось дождаться своего судного часа. Только я вообще ума не приложу, что мне ему говорить, если он спросит за что я его физиономию так испоганила.

— А ведь правда, за что ты с ним так?

Язык прикусила с такой силы, что во рту появился солоноватый привкус крови. А все потому, что я чуть было не проболталась, что мною в тот момент руководило одно лишь чувство — ревность. И все бы ничего, если бы подобное случалось уже со мной. Но нет. Я и ревность — две абсолютнейшие противоположности, которые не могут сосуществовать вместе. Но, как выяснилось, еще как могут.

Адова смесь.

Мало того, что эти противоположности неплохо существуют вместе, так они еще и спелись, а теперь подстрекают друг дружку.

— За все прошлые обиды, — отделалась сумрачным ответом.

— Кстати, а насколько продвинулись ваши отношения за эти дни? Сдвиги есть какие-нибудь?

Задумалась, изучая блики солнечных зайчиков на потолке.

Такой простой вопрос, а ответить так сходу на него нельзя было.

— Точно уверена, что сдвиг по фазе был! Причем у нас обоих. Это считается?

Юля разгневанно зарычала.

— Нет, конечно же!

— Тогда не знаю, — в отчаянии выдохнула.

Я могла ответить за себя, в красках описать свои ощущения, но все, что касалось Ярослава, для меня всегда было темным лесом. Еще с незапамятных времен я сравнивала его с мыльным пузырем, который может лопнуть от малейшего дуновения ветерка.

— Неужели между вами ничего не было? Ни искорки, ни намеков? Вы два дня друг от друга не отходите, спите в одной комнате, как я поняла! А если бы кое-кто не был такой чокнутой, то больше чем уверена, что и проснулись бы вы сегодня в одной кровати.

Тело покрылось гусиной кожей.

Закусила губу, возродив в памяти последние минуты до того, пока я все не испортила, а потом нахмурилась и тряхнула головой, избавляясь от ненужных воспоминаний.

Я вытянула правую руку перед собой, положила на кровать в том месте, куда падал луч солнечного света. Поиграла пальцами, рассматривая переливающееся колечко под разными углами.

Какая же красотища все-таки.

Оно все еще красовалось на моем безымянном пальце. Сидело как влитое, но ни сегодня завтра мне нужно будет распрощаться с ним.

— Ой, не напоминай, а, — оплакивала нашу несостоявшуюся ночь.

— Короче, кроме как раскаяться за содеянное я других выходов больше не вижу.

Как ни странно, но я тоже не видела.

Мне нужно было признаться самой себе, что мой план по отмщению вылетел в трубу. Теперь и я заслуживала мести, но к ней я была неготова.

Попрощавшись с Юлей, я взяла дочку на руки и принялась расхаживать по комнате. С ней мне было немного поспокойней.

Тем не менее я изгрызла себе все ногти, пока находилась в поиске подходящих слов раскаяния.

Все посторонние звуки, доносящиеся с улицы, только отвлекали меня. Они давили на мое подсознание. А останавливающиеся напротив дома машины то и дело доводили меня до приступа паники.

Вскоре я услышала приближающиеся шаги со стороны коридора. От греха подальше отправила Маруську в колыбельную, для отвлечения сунула ей в ручки полюбившуюся погремушку. Следом на цыпочках подбежала к двери, ухо прислонила к полотну и притаилась.

Сердце в груди затрепыхалось раненой птицей, а биение отдавалось где-то в области затылка. Долбило нещадно.

— Ярослав, через пять минут спускайтесь с Настенькой на обед. У нас сегодня супчик со шпинатом и фаршированные перчики! — произнесла бабуля во всеуслышанье.

— Зеленые! — троллил над внуком дедуля.

— Что, и вы туда же!? — буркнул Ярослав недобро, его голос был совсем уже близко.

Полундра!

Первая мысль, посетившая голову — закрыть дверь и никого не впускать ни под каким предлогом.

Но этим самым я нисколько не ушла бы от ответственности. Рано или поздно мне все равно пришлось бы отвечать за свои необдуманные поступки. Уж лучше сейчас, когда в доме находились как минимум двое взрослых людей, которые могли бы спрятать меня от зеленого чудовища.

Я отскочила от двери и суматошно метнулась к кровати. Опустилась на краешек, спинку свою выпрямила, ногу на ногу забросила и развернулась лицом ко входу.

Руки потряхивало как неродные, в животе творилось нечто невообразимое. Меня переполнял ураган различных эмоций.

Заштормило, затошнило. В общем, разом навалились все напасти.

Когда дверь резко приоткрылась, я что есть сил втянула голову в плечи и зажмурилась от чувств страха и стыда, которые обрушились на меня лавиной.

Следом на пороге возник...

О. Мой. Бог...

Казалось, Ярослав стал еще зеленее, чем был в тот момент, когда я провожала его в путь позора. На фоне контраста его белки и оскал были белее снега. Пигмент въелся в кожу настолько, что разумней было бы полностью искупаться в зеленке, чем пытаться вывести цвет.

И смех, и грех...

— Ярослав, прости меня, — сходу вымолвила я, сгорбившись под грузом угрызения совести. — Я сгоряча натворила.

Остановился напротив. Возвышаясь надо мной, голову склонил. Он смотрел на меня свысока так, словно я была виновата во всех смертных грехах.

Во все глаза я пялилась на его лицо, не выражающее абсолютно никаких эмоций, и тут на меня накатила очередная волна истерики в виде прорывающегося смеха. Кое-как я сдерживала себя, чтобы не расхохотаться в голосину.

— Сгоряча, говоришь? — рассек воздух его вопросительный тон.

— А-у-у-ап, — вступилась за меня моя крошка.

Ярослав лишь мельком посмотрел на Марусю, а потом заклеймил меня пронизывающим насквозь взглядом, отчего сердечко пропустило удар и ухнуло камнем вниз.

Я вяло кивнула.

— Угу. Прости меня, пожалуйста, — повторила и затрепетала ресницами. — Обещаю, больше ничего подобного не повторится.

— А-а-а-а-а! — уперто встала на защиту дочь и в конечном счете это сработало.

Внезапно Ярослав пожал плечами и бодренько двинулся в сторону гардеробной.

— Ну, так и быть. На первый раз прощаю тебя.

— Серьезно? Ты не шутишь? — не поверила своим ушам.

— Нет, все нормально. Будем считать, что ничего было, — обыденно он произнес, на ходу снимая с себя пиджак.

Странно. Он ни капельки не злился на меня.

Я все утро представляла себе встречу лицом к лицу с цербером, сорвавшимся с цепи, а на деле всего-то отделалась легким испугом.

Только нервы себе зря изводила.

На всякий пожарный ущипнула себя за ляжку. Убедилась, что я еще неокончательно сбрендила. Что я не выдумала себе оправдательный приговор.

— Что бы я без тебя делала, малышка, — вполголоса поблагодарила дочурку, которая наконец смогла перевести все внимание на свою игрушку.

Пристально проследила за Ярославом. Юркнув в гардеробную, он прикрыл за собой дверь, а я места себе не находила. Рванула следом за ним. Слегка приоткрыла дверь, заглянула в щель. Ярослав уже успел переодеться в джинсы. Стоя спиной ко мне напротив зеркала, зеленую футболку на себя напяливал.

С самоиронией у него все отлично, как я погляжу.

— Можешь тоже потихоньку собираться, — прозвучало как гром среди ясного неба.

Ну все...

Он сейчас прогонит меня.

— К-куда собираться? — несмело поинтересовалась. — Если ты из-за...

Он не дал договорить. Перебил меня на полуслове:

— Я же сказал, все нормально, — с теплотой посмотрел на меня в отражение зеркала, но голос был холодным и каким-то сдержанным, что в совокупности наводило подозрения. — Я не злюсь на тебя. Тем более я сам нарвался, когда предложил тебе пойти ва-банк. Зеленая морда — это пустяки. Через неделю ни следа не останется.

— Ты правда не злишься на меня?

— Правда.

— Ладно, — кивнула, хоть и слабо верилось. — А тогда куда мне нужно собираться?

Он выдержал недолгую паузу, точно испытывая меня на прочность, которая была на последнем издыхании.

— Это сюрприз, — выдал таинственно и опустил взгляд на свои часы. — За полчаса же управишься?

Через полчаса я уже была собрана: вырядилась в простенькие джинсы и шерстяной свитер, волосы собрала в высокий хвост и нанесла легкий макияж, чтобы скрыть свою природную бледность. Выглядела я, на удивление, свежо, но в моральном плане я пребывала в полнейшем раздрае.

Я настороженно отнеслась к тому, что Ярослав простил меня без лишних слов. Своим сверхчувствительных нюхом я ощущала запах жареного. Меня мучили параноидальные мысли.

Оставлять Марусю на Маргариту Карловну я также немного остерегалась. Предъявляла Яру все новые и новые отговорки, начиная с негативного отношения к сюрпризам и надуманной мигрени, заканчивая ретроградным Меркурием.

Сердце не на месте было, но Ярослав поспешил успокоить меня, сославшись на величайший опыт своей бабушки, воспитавшей целых четыре поколения.

С этим спорить было трудно. Да и бабуля была на седьмом небе от возможности понянчиться с моей бандиткой.

Вскоре инструкции по ухаживанию за Марусей были розданы старикам. За дочь я практически не волновалась. Волновалась я о другом. О том, что нужно было куда-то ехать, а куда — неизвестно. Сколько бы раз я не спрашивала Ярослава, ответ получала один и тот же: на Кудыкину гору.

Я, может, чего не понимаю?

Или он забыл, что сегодня проснулся как минимум другим человеком?

Куда он собрался с такой рожей?

Была у меня одна догадка, но она настолько безумная, что я быстро отмела ее.

В своих извращенных мыслях я предположила, что Ярослав удумал отвезти меня к себе домой, чтобы, к примеру, отшлепать по заднице без свидетелей.

Это и настораживало меня больше всего, но вместе с тем, мне было жутко любопытно.

Ярослав накинул на себя черную кожанку не по погоде, обулся в ботинки с массивной подошвой. Да и вообще вырядился он сегодня как западная рок-звезда, что лишний раз доказывало, что мы поедем не на горках кататься.

Непривычно было видеть его таким... не побоюсь этого слова сексуальным...

Ну... Только, если не брать в расчет все то, что находилось у него выше шеи.

Человек с лицом Шрека априори не может выглядеть сексуально.

Я вздрогнула в неловкости. Тряхнула головой, избавляясь от порочных мыслей и секундного помешательства. Поцеловала Марусю в обе щечки.

Ярослав надвинул солнцезащитные очки на глаза и нарочито громко прочистил горло.

— На-а-а-асть! — поторапливал меня, поскольку я затянула сцену прощания с Маруськой.

— Маргарита Карловна, только прошу, в случае чего, сразу же звоните Ярославу, — тряслась я над дочерью, передавая ее прабабушке. Не смогла устоять, чтобы еще разочек не поцеловать ее в носик.

Бабуля посадила сытую дочку в самодельный манеж, организованный дедушкой. Подошла ко мне и озадаченным взглядом зыркнула на своего внучка, стоявшего на пороге и пыхтевшего от раздражения.

— Я стесняюсь спросить, а он вообще в курсе, что у него с лицом беда бедовая? — прошептала она, на что я незаметно кивнула.

— В курсе. Это моя работа, — стыдливо призналась и губы поджала, боясь посмотреть на славную женщину. — Я это не со зла, а... в целях профилактики.

Я ждала, что на меня посыпятся упреки и осуждения.

Выдохнула, успокаивая свои шалящие нервишки. Уже приготовилась к нагоняю, но вместо нагоняя бабуля лишь задорно хихикнула и погладила меня по плечу.

— Не зря ты мне сразу понравилась. Потому что меня в молодости напоминаешь, — перевела на своего мужа любящий взгляд, заволоченный дымкой воспоминаний. — Помнится, мы с этим уже далеко немолодым человеком тоже в свое время грызлись как кошка с собакой.

— Да уж, было дело, — подтвердил дедуля, озорно ущипнув бабулю за бок. — Доставалось мне от нее, будь здоров! Она меня и червями дождевыми кормила, и коровьи лепехи в сапоги засовывала. Чего только не было! А я терпел, терпел, а потом терпелка лопнула! В отместку я женился на этой сумасшедшей женщине! С тех пор как шелковая! — горделиво изрек, на что Маргарита Карловна фыркнула и отмахнулась. — Ярослав, понял, как это работает? В ЗАГС веди Настю поскорей — и дело с концом.

Резко обернулась на Ярослава.

Сверля во мне дыру своим немигающим взглядом, он состроил такое вдумчивое выражение лица, словно взвешивал все за и против. И что-то подсказывало, что чаша весов с "против" значительно перевешивала все возможные "за", поскольку брови Ярослава вдруг хмуро съежились, а губы двигались, будто бы он беззвучно повторял: "ну, нахер, только через мой труп".

— Чуйка моя говорит, что ЗАГСом Настя уже не отделается, — многообещающе произнес Ярослав, не сводя с меня своих глаз-прожекторов. Меня передернуло на месте. Я приняла его слова за очередную угрозу, от которой волосы на макушке вздыбились, а затем он в нетерпении цокнул языком. — Дьявол, шевелись! Мы опаздываем!

— Правда.

— Ладно, — кивнула, хоть и слабо верилось. — А тогда куда мне нужно собираться?

Он выдержал недолгую паузу, точно испытывая меня на прочность, которая была на последнем издыхании.

— Это сюрприз, — выдал таинственно и опустил взгляд на свои часы. — За полчаса же управишься?

Через полчаса я уже была собрана: вырядилась в простенькие джинсы и шерстяной свитер, волосы собрала в высокий хвост и нанесла легкий макияж, чтобы скрыть свою природную бледность. Выглядела я, на удивление, свежо, но в моральном плане я пребывала в полнейшем раздрае.

Я настороженно отнеслась к тому, что Ярослав простил меня без лишних слов. Своим сверхчувствительных нюхом я ощущала запах жареного. Меня мучили параноидальные мысли.

Оставлять Марусю на Маргариту Карловну я также немного остерегалась. Предъявляла Яру все новые и новые отговорки, начиная с негативного отношения к сюрпризам и надуманной мигрени, заканчивая ретроградным Меркурием.

Сердце не на месте было, но Ярослав поспешил успокоить меня, сославшись на величайший опыт своей бабушки, воспитавшей целых четыре поколения.

С этим спорить было трудно. Да и бабуля была на седьмом небе от возможности понянчиться с моей бандиткой.

Вскоре инструкции по ухаживанию за Марусей были розданы старикам. За дочь я практически не волновалась. Волновалась я о другом. О том, что нужно было куда-то ехать, а куда — неизвестно. Сколько бы раз я не спрашивала Ярослава, ответ получала один и тот же: на Кудыкину гору.

Я, может, чего не понимаю?

Или он забыл, что сегодня проснулся как минимум другим человеком?

Куда он собрался с такой рожей?

Была у меня одна догадка, но она настолько безумная, что я быстро отмела ее.

В своих извращенных мыслях я предположила, что Ярослав удумал отвезти меня к себе домой, чтобы, к примеру, отшлепать по заднице без свидетелей.

Это и настораживало меня больше всего, но вместе с тем, мне было жутко любопытно.

Ярослав накинул на себя черную кожанку не по погоде, обулся в ботинки с массивной подошвой. Да и вообще вырядился он сегодня как западная рок-звезда, что лишний раз доказывало, что мы поедем не на горках кататься.

Непривычно было видеть его таким... не побоюсь этого слова сексуальным...

Ну... Только, если не брать в расчет все то, что находилось у него выше шеи.

Человек с лицом Шрека априори не может выглядеть сексуально.

Я вздрогнула в неловкости. Тряхнула головой, избавляясь от порочных мыслей и секундного помешательства. Поцеловала Марусю в обе щечки.

Ярослав надвинул солнцезащитные очки на глаза и нарочито громко прочистил горло.

— На-а-а-асть! — поторапливал меня, поскольку я затянула сцену прощания с Маруськой.

— Маргарита Карловна, только прошу, в случае чего, сразу же звоните Ярославу, — тряслась я над дочерью, передавая ее прабабушке. Не смогла устоять, чтобы еще разочек не поцеловать ее в носик.

Бабуля посадила сытую дочку в самодельный манеж, организованный дедушкой. Подошла ко мне и озадаченным взглядом зыркнула на своего внучка, стоявшего на пороге и пыхтевшего от раздражения.

— Я стесняюсь спросить, а он вообще в курсе, что у него с лицом беда бедовая? — прошептала она, на что я незаметно кивнула.

— В курсе. Это моя работа, — стыдливо призналась и губы поджала, боясь посмотреть на славную женщину. — Я это не со зла, а... в целях профилактики.

Я ждала, что на меня посыпятся упреки и осуждения.

Выдохнула, успокаивая свои шалящие нервишки. Уже приготовилась к нагоняю, но вместо нагоняя бабуля лишь задорно хихикнула и погладила меня по плечу.

— Не зря ты мне сразу понравилась. Потому что меня в молодости напоминаешь, — перевела на своего мужа любящий взгляд, заволоченный дымкой воспоминаний. — Помнится, мы с этим уже далеко немолодым человеком тоже в свое время грызлись как кошка с собакой.

— Да уж, было дело, — подтвердил дедуля, озорно ущипнув бабулю за бок. — Доставалось мне от нее, будь здоров! Она меня и червями дождевыми кормила, и коровьи лепехи в сапоги засовывала. Чего только не было! А я терпел, терпел, а потом терпелка лопнула! В отместку я женился на этой сумасшедшей женщине! С тех пор как шелковая! — горделиво изрек, на что Маргарита Карловна фыркнула и отмахнулась. — Ярослав, понял, как это работает? В ЗАГС веди Настю поскорей — и дело с концом.

Резко обернулась на Ярослава.

Сверля во мне дыру своим немигающим взглядом, он состроил такое вдумчивое выражение лица, словно взвешивал все за и против. И что-то подсказывало, что чаша весов с "против" значительно перевешивала все возможные "за", поскольку брови Ярослава вдруг хмуро съежились, а губы двигались, будто бы он беззвучно повторял: "ну, нахер, только через мой труп".

— Чуйка моя говорит, что ЗАГСом Настя уже не отделается, — многообещающе произнес Ярослав, не сводя с меня своих глаз-прожекторов. Меня передернуло на месте. Я приняла его слова за очередную угрозу, от которой волосы на макушке вздыбились, а затем он в нетерпении цокнул языком. — Дьявол, шевелись! Мы опаздываем!

Знать бы еще куда именно мы так торопимся!

— Ну все, молодежь, бегите. И до утра не возвращайтесь! Чтоб духу вашего сегодня здесь не было! — в шутливой форме пригрозила Маргарита Карловна и помахала нам, устроившись в объятиях своего мужа.

Возле дома уже стояла незнакомая машина. Ее идеально черная поверхность слепила глаза, бликуя на солнце, а от агрессивной "морды" захватывало дух.

Ярослав сел за руль "космолета", я устроилась рядом с ним и первым делом пристегнулась.

— Я думала, нас Роман повезет, — огорчилась я тому, что мы поедем без "свидетелей".

— У Романа нервный стресс, — отрезал, оголяя мои нервы.

Ярослав резко тронулся с места, я что есть сил впилась пальцами в обивку сиденья. Вихляла из стороны в сторону. При каждом повороте зажмуривала глаза и преимущественно помалкивала. Все мысли в тот момент были обращены исключительно к Боженьке.

Когда мы выехали в город, я занервничала еще больше. Опасливо косилась на Ярослава, а ему вообще было пофиг на меня. Полнейший игнор. За все время пути он даже ни разу не глянул в мою сторону, не поинтересовался моим состоянием, не удосужился сбавить скорость.

В какой-то момент тишина и опасения за свою жизнь меня доконали.

— Сейчас-то ты уже можешь сказать, куда мы едем? — наехала на него.

— У тебя уже есть какие-то предположения? — тотчас спросил он, не отвлекаясь от дороги.

— Не знаю. Наверное, ты везешь меня к себе. Других предположений у меня нет.

Ярослав протяжно хмыкнул. Он ухватился за дужку очков, приспустил их к кончику носа и пронзил меня испытующим взглядом.

— А ты хочешь ко мне? — нарочно растягивал он слова.

В салоне заметно повысился градус. Мне стало невыносимо душно.

— Нет, нет. Нет, конечно же! — выпалила я громогласно, будто оправдываясь. Замешкалась, заерзала на кресле, жаждая провалиться сквозь землю. Ощущала я себя пойманной преступницей. — Ну ты сам подумай, куда можно еще заявиться с такой физиономией? Не в кино же!

Ярослав расплылся в дьявольской улыбке, от вида которой морозец побежал по коже. Это немного остудило мои вскипевшие мозги.

Он поддал газку. Движок машины взревел, приятной вибрацией отдаваясь в спину.

— Кстати, как прошло собрание? — решила сменить тему. — За наш брак, уже можно начинать волноваться? — пальцами показала в воздухе кавычки.

— Не дождешься! На собрании я произвел настоящий фурор! — прыснул он со смеху. — Я, можно сказать, стал лицом компании.

Представляю!

— Мне жаль, что так вышло, — произнесла со всей искренностью.

— А мне вот нисколько. Я всегда хотел попробовать выйти из зоны комфорта. Ты только ускорила мои начинания, — он вытянул шею, посмотрел на себя в зеркало заднего вида и чисто мужским жестом провел ладонью по щетине. — Да и лицо у меня посвежело, молодело.

— Да, совсем зеленым стал, — слетело с моего неуправляемого языка, на что Ярослав закатил глаза к потолку. — Извини, случайно вырвалось.

Съехав с дороги, Ярослав свернул к торговому центру, после чего спустился в подземку.

Меня бросило в жар от количества машин, аккуратными рядками стоявших на парковке.

Ну, конечно, каникулы ведь у народа.

— Ты идешь? — спросил он, заглушив мотор.

Напряглась до предела. Принялась озираться по сторонам.

— К-куда? — беззвучно шевелила дрожащими губами, всем телом вжимаясь в спинку кресла.

— На наше первое свидание, — произнес он глубоким голосом, бровями поиграл. Я тупо моргнула и ахнула от ужаса. А Ярославу это доставляло непомерное удовольствие. Он гордо выпятил свою грудь и хвост павлиний распушил. — Я подумал, что было бы неплохо начать его с похода в кино, а дальше, как карта ляжет.

Прозвучало весьма пугающе. Мне захотелось дать деру.

Яр спрятал свои очки в кармашек козырька, вышел из машины. Обойдя ее со стороны капота, он остановился напротив пассажирской двери, распахнул ее и подал мне ладонь. Сглотнула и ухватилась руками за сиденье.

Не двинусь с места!

— Давай, поднимай свою попку. Сеанс через пять минут начинается, — напирал на меня морально. — Я не люблю опаздывать на рекламу.

Судорожно замотала головой, желая расщепиться на атомы и рассеяться в воздухе.

— Не-а, нихрена! Я никуда с тобой не пойду!

— Это еще почему? — протянул он вопросительным тоном.

Он так издевается надо мной? Неужели сам не догадывается?

— Лучше я промолчу. От моих пояснений у тебя глаза на лоб полезут.

— Почему, я спрашиваю? — не унимался он, и тогда мои нервы окончательно сдали.

— Да ты себя видел? Ну какое свидание? — пальцем активно покрутила у виска. — Хочешь, чтобы нас люди обсмеяли? Тогда вперед и с песней!

Ярослав окинул меня сердитым взглядом, а потом сделал выпад, схватил за руку и буквально выдернул из салона машины мое тельце, припечатав к себе. Его дыхание выбилось из груди, попадая прямиком на мои губы.

— Да плевать я хотел на людей, — его вибрирующий голос прошел сквозь меня волной дрожи.

— Пусти.

Я развернула голову в сторону, а он пальцами поймал меня за подбородок, вынуждая посмотреть на него.

— Неужели я так противен тебе? — спросил угрожающим шепотом, удерживая меня в тугом кольце. С каждым словом его лицо становилось все ближе к моему. В глазах его искрился огонь, он нервы мои дотла выжигал. — В чем дело, дьявол? Моя кандидатура тебя не устраивает? Что, лицом не вышел?

Ой, мамочки...

В школьные годы я конечно мечтала, чтобы Ярослав пригласил меня на свидание. Помнится, я даже посылала во Вселенную желание. Но Вселенная на протяжении долгих лет откровенно чхала на меня. И тут на тебе! Вселенная услышала! Она сжалилась надо мной!

Спасибо!

Ярослав наклонился к моему уху, прохладными губами прикоснулся к мочке. Ноги и грудь завибрировали от его пламенного дыхания. Кровь в бешеном темпе пустилась по венам, а весь мой словарный запас внезапно сократился до нуля.

— И чтоб ты знала, билеты я выкупил еще вчера, — процедил он на ухо враждебным тоном. — До того, как тебе взбрело в голову сделать из меня пугало, — следом он отстранился от меня, крепко взял за руку и как собачонку потянул за собой.