Глава 4

Похоже, можно не спрашивать, почему я ничего не помню. Тереза постаралась. Но уточнить всё ж стоило. Как и поставить её на место. Я подняла на тётку тяжёлый, холодный взгляд, который оттренировала на наместнике во время торга за налоги. Та аж отшатнулась.

— Чему ты так обрадовалась, тётя? — спросила я Терезу.

Она сразу растеряла весь свой пыл. Растерянно протянула:

— Ну как же… Ты же теперь полноценная ведьма… Одна из нас…

— И давно ты об этом знаешь? Кто тебе сообщил? — продолжала я допрос.

Тётка совсем сникла.

— Ну, я же видела…

Тут я наконец рявкнула:

— Не лги! Ты не могла этого видеть! Что за плебейская манера врать в глаза и думать, что тебе всё сойдет с рук!

— В чём ты меня упрекаешь?! — взвизгнула тётка.

— В том! Разве не ты подлила мне какой-то гадости в еду…

Я заметила, как блеснули Терезины глаза и поправилась:

— В еду или в питьё, а потом, когда мой самоконтроль ослаб, подослала ко мне Романа? Скажешь, это не твоя работа?

Тётка набычилась и молчала. Так, напрямую, сейчас от неё ничего не добьёшься. Поэтому я как бы между прочим кинула следующий вопрос:

— Что хоть это было? Что ты мне подлила? Приворотное?

Подействовало. Тереза гордо фыркнула.

— Вот ещё! Зачем? Тебе хватило зелья, высвобождающего сущность. А ведьме в тебе Роман всегда нравился, уж это я заметила. Ну, и решила: сколько можно?! Пока ты не овладеешь своей силой в полной мере, противостояние с императором обречено на провал. Вот и подтолкнула тебя немножко. Результат вполне предсказуем. Скажи честно: разве тебе не понравилось?

Я сделала вид, что не поняла вопроса. Сказала:

— Не знаю. Я ничего не запомнила. Никаких подробностей. Может понравилось, а может и нет.

— Дура! — рассердилась Тереза, — я про силу твою спрашиваю.

Ага, я сейчас так прям ей всё и рассказала. Старая сводня! Видеть её не могу!

— А это не твоё дело, тётушка, — прошипела я, — Моя сила — не твой вопрос. Так что иди к себе и постарайся в ближайшее время не попадаться мне на глаза.

— Неблагодарная! — завопила ведьма, — Я же для тебя старалась! Мы же делаем одно общее дело!

— Вот именно, — припечатала я, — дело у нас общее и мы должны доверять друг другу. Какое у меня может быть к тебе доверие, если ты себе такое позволяешь? Интриги плетёшь, тайком, не спросясь, подливаешь мне зелья? А вдруг в следующий раз это будет яд? В общем, иди и сделай так, чтобы я тебя искала, — вспомнилось мне любимое выражение отца.

Тереза тоже его знала и поняла, что не стоит перегибать палку. Встала и вышла с гордо поднятой головой. А я задумалась. Ещё вчера у меня были соратники, а сейчас… Роман явно рвётся в короли, тётушка интригует… Один Альбан остался, пока он не сделал ничего такого, что вызвало бы моё недоверие. Ох, как же не хватает мне Фернана с его спокойным, разумным подходом ко всему, с его честностью и благородством, какое не у каждого знатного найдешь.

Я ещё хотела сходить к Стефану, задать ему пару вопросов, но разговор с тёткой вывел меня из равновесия. В таком состоянии важных бесед не ведут, надо сперва успокоиться. Поэтому села, достала уже готовые запирающие артефакты, материалы для новых и занялась делом. Крючки и иглы так и летали в руках, горка хорошеньких веночков, украшенных бусинами и пёрышками росла. Я даже про обед забыла, так увлеклась.

То ли народ знал, что я не хочу никого видеть, то ли Патти бдительно охраняла мой покой, но до вечера меня никто не потревожил. Даже Роман не сунулся. А я трудилась над своей новой идеей.

Не стала делать лишние амулеты на замену, больно жирно будет. Просто объединила все восемь в одно. Как бы далеко не разнесли части, всё равно они будут действовать как единое целое. А ещё я придумала, как укрыть наши амулеты от соглядатаев. Присоединила к ним отвод глаз по-ведьмински: пёрышко с бусинкой, от которого надо будет отщипнуть кончик в момент прикрепления всей конструкции к воротам крепости. В этом самом кончике содержался дезактиватор заклинания. Стоило его убрать и вся конструкция ускользала от зрения. По-моему, остроумное решение.

Теперь оставалось развесить эти штуки на воротах крепостей. Когда пробьёт нужный час, я активирую их разом.

Конечно, такие амулеты не вечные, пройдёт пара декад и они разрушатся. Но за это время заклинание перейдёт на основу, то есть на сами ворота. Такое свойство мне тоже удалось им придать, правда, для этого пришлось перелопатить весь мой гримуар, учебник общей магии для седьмого года обучения и книгу по созданию многозадачных артефактов.

Правда, там функции амулета переходили на живое существо, но, как оказалось, на камень их перенести гораздо проще.

Наконец, когда один комплект был полностью готов, я решила, что уже достаточно успокоилась, и собралась посетить бывшего канцлера в его узилище.

Это место я так назвала для красного словца, на самом деле, хоть выделенная Стефану камера располагалась в подвале, сама она не была ни сырой, ни грязной. умывальник с туалетной располагались в отдельном закутке и отвечали требованиям самых взыскательных критиков. На самом деле это помещение когда-то служило для того, чтобы содержать там прекрасных ведьм, коих следовало скрыть от взоров общественности. Именно поэтому стенам и дверям придали особые свойства, делавшие их способными удерживать магов. Но после потерей Кирвалисом независимости это помещение больше никому не требовалось.

Время от времени там ночевал наш смотритель винных погребов, которому нравилось наличие удобств, но уже лет пять комната пустовала.

Так что Стефана поселили почти роскошно. Кровать я велела ему поставить удобную, перину дала мягкую, бельё первосортное. Кормили узника с нашего стола, так что жаловаться ему было не на что. Разве что на скуку, но он сам виноват. Зачем полез куда не надо?

Выяснить я у него хотела перспективы возвращения мне Фернана. Он же не со вчерашнего дня знает его величество. Есть ли шанс, что Сильвестр сменит гнев на милость и отпустит мага ко мне? Ведь я просила об этом в своём письме. А ещё меня интересовало, может ли случиться такое, что император пришлёт кого-нибудь проверить мои слова.

И вот, пока я пробиралась по притихшему за поздним временем замку в подвал, меня догнал Брит и сообщил:

— В город из столицы прибыла делегация, три чиновника и целитель. Остановились в доме наместника, утром выдвинутся сюда. Что делать будем?

Что ж, лишняя причина навестить Стефана.

* * *

Бывший канцлер мог бы уже видеть десятый сон, но встретил меня, как будто давно ждал. Сидел полостью одетый и буравил взглядом дверь. Я заглянула через решётку и спросила:

— Ждёте кого-то?!

— Тебя! — зарычал он, — Где ты так долго шлялась, хотел бы я знать. Твоя тётка тебе сообщила, что император прислал людей по мою душу? Как намерена выкручиваться на этот раз? Пойми и поверь: я так просто как тебе им не сдамся.

Ага, так тётушка уже всё знает и здесь побывала? Очень интересно. Но это потом и не со Стефаном.

Его я спросила:

— Думаете, удастся симулировать таинственную болезнь перед целителями?

— Если твоя тётка поможет, запросто, — ответил он мне.

Я не успела выяснить, чем может помочь Тереза, как она появилась. Не ожидала меня здесь встретить, поэтому отшатнулась, увидев. Но быстро взяла себя в руки и радостно сообщила:

— Зелья готовы. Ещё одно будет настаиваться до утра, но вряд ли проверяющие притащатся сюда ни свет ни заря.

Опять у неё секреты, опять интриги. Почему я снова ничего не знаю?

— Какие зелья?

Тереза потупилась.

— Ну, мы же должны выдать графа за больного таинственным и очень опасным недугом.

Она сунула руки в карманы и достала две склянки. Одну плоскую, в такой обычно держат мази, другую в виде бутылочки. Показала мне первую:

— Мазью ему следует намазать лицо, руки и все видимые части кожи. Предупреждаю: будет чесаться, но не сильно. Зато всё пойдёт пятнами и выглядеть станет просто ужасно. Каждый поверит, что это следствие инфекции.

Затем потрясла бутылочкой:

— Стоит выпить пару глотков, как у него начнётся сильнейший жар. Бедного графа будет трясти в ознобе около получаса, затем проливной пот, потеря сознания, но не пройдёт и часа как всё прекратится. Поэтому содержимое этой бутылочки следует выпить непосредственно перед приходом комиссии. Они будут иметь удовольствие наблюдать болезненный приступ.

— А третье зелье зачем? — поинтересовался Стефан.

Тереза посмотрела на него критически.

— Ты слишком хорошо выглядишь для того, кто болен не первый день. У тебя должен быть такой вид, как будто ты при смерти. Третье зелье как раз это гарантирует. Его надо будет принять после того, как ты намажешься мазью, но за полчаса до того, как выпьешь из этой бутылочки. Вид у тебя будет — краше в гроб кладут. В сочетании с пятнистостью и жаром — точь в точь как описано в целительском свидетельстве.

— А я жив-то останусь? — с горьким смешком задал вопрос мужчина.

Тереза пожала плечами.

— А с чего тебе помирать? Ты крепкий, здоровый мужчина, выдержишь. Тут ведь только жар опасен. Остальное чисто внешнее, чтобы посторонних пугать. Конечно, сильный жар опасен, но сердце у тебя в порядке, да и продится всё недолго, так что ничего страшного. Застенки императора пострашнее будут. Так что делай всё как я тебе сказала и держись. А я на всякий случай сварю общеукрепляющее зелье. Когда гости удовлетворят своё любопытство и уйдут, я тебя им напою.

Надо же, она всё отлично продумала.

Только бы получилось! Боги, если Терезин план сработает, я ей прощу даже вмешательство в мою личную жизнь.

Хотя почему он не должен сработать? Тётушка, конечно, та ещё гадюка, но в зельях разбирается как никто. Об этом я знаю с детства: она вечно варила всякие зелья и декокты ото всех болезней, а уж про свойства ингредиентов знала всё и немного больше. Мне до неё в этом как до неба: сварить что-нибудь простенькое по прописи я смогу, но не более того. А уж представить себе, как всё это будет взаимодействовать, мне и подавно не светит. Тут не сила нужна и даже не ведьмина интуиция, а опыт.

У меня его нет практически совсем, а у тётки навалом. Да и говорит она очень уверенно. Так что пусть действует.

Тут Тереза обратилась ко мне и произнесла с милой, застенчивой улыбкой:

— Ты же не против, Алекс?

Я отчеканила:

— Делай как знаешь, если не получится, отвечать тебе. Прикрывать не стану, выдам с головой. Кирвалис дороже.

Как ни странно, она не стала спорить, кинула на меня странный взгляд и кивнула, соглашаясь с моим решением. Это мне, как ни странно, успокоило. Если Тереза промолчала, значит, в своём плане уверена если не на сто, то на девяносто девять процентов.

Отреагировал Стефан.

— А ты добрая, Алекс. Если что, сдашь тётушку и не дрогнешь. А меня?

Ого, вон как! Кокетничаем даже в такой момент?! Ну что ж…

Прищурилась и выдала:

— Мне вас сдавать не с руки. Слишком много знаете, — тут я свирепо зыркнула на обоих, — Так что постарайтесь, не напортачьте. Пусть столичные господа подтвердят нашу выдумку. Другой выход никого не устроит.

— Я, пожалуй, пойду, — заторопилась тётушка, — надо зелье доварить.

Зашелестело платье и она исчезла.

Граф Эстеллис уставился на меня.

— Что-то в тебе изменилось, девочка, только вот понять не могу что… Повзрослела? Пожалуй.

Я хмыкнула. Неужели он мог заметить то, что доступно только ведьмам? Наверняка тут другое. И граф не замедлил подтвердить:

— Мне кажется, или ты наконец перестала прикидываться дурочкой?

Ой! Он заметил, что я не идиотка. Не прошло и года. Что ж, главное, чтобы он никому об этом не сообщил. А что сам понял, это даже хорошо. Можно будет привлечь его в качестве консультанта. Потом. Если всё выгорит.

Ночь я провела ворочаясь с боку на на бок. Сон не шёл ни в какую.

Есть у меня такая черта: ожидание неприятностей переношу хуже, чем сами неприятности. Вот и в этот раз думала и гадала, как всё пройдёт, не раскроют ли наш обман и какие ещё вопросы, кроме состояния графа Стефана, зададут мне приезжие.

Додумалась только до одного: тётку от комиссии надо спрятать. Незачем им знать, что тут ведьма орудует. Ещё заподозрят что-то…

Тереза пришла к тому же самому выводу, потому что залетела ко мне до того, как я встала, сообщила, что граф уже получил зелья и теперь готовится к встрече делегации, а Брит им руководит. А затем добавила:

— Ты же не обидишься, если я не выйду к гостям? Незачем им меня видеть, мне кажется.

Гора с плеч!

— Как раз хотела об этом тебя просить, тётя, — призналась я, — посиди в своей комнате до тех пор, пока они не уедут. Постараюсь сплавить их поскорее.

Тереза кивнула и поставила на тумбочку рядом с моей кроватью флакон синего стекла.

— Если они не поверят или поверят, но решат, что графа всё равно надо забрать в столицу, то вот. Три капли на стакан. Ни вкуса, ни запаха, но до императора он не доедет.

Развернулась и исчезла.

О-ооо! Моя тётя крута до невозможности. Обо всём подумала, обо всём позаботилась. Только смылась раньше, оставив самую грязную работу мне.

Пришлось встать и отыскать в поставце графинчик на три стакана. Такие в замке стояли чуть не в каждой гостевой комнате, подозрений вызвать не должен. Мой от большинства отличался гранёным пояском по горлышку. Хорошая примета, не привлекает внимания.

Налила в него воды из-под крана и добавила девять капель из синего флакона. Яд спрятала, после чего позвала Патти и объяснила задачу.

В случае, если всё пройдёт гладко, графу ничего давать не нужно. Если же его решат увезти в столицу, до отъезда он должен выпить стакан воды из моего графинчика. Больные обычно испытывают жажду, поэтому такое ни у кого удивления не вызовет.

Пусть пока ему в камеру поставят такой же с чистой водой, но обычный, без пояска, чтобы не случилось ошибки. Подменить графин должен Брит. Ему я доверяю.

Патти смотрела на меня с ужасом. До сих пор я никогда не давала ей подобных поручений.

— Пойми, Патти, — пришлось мне пояснить, — я не хочу отдавать его на муки и казнь. Он не очень хороший человек, но подобного я и врагу не пожелаю. А так он умрёт без страданий. Заодно спасёт наш Кирвалис и меня лично.

Не стала уточнять, чем и как Стефан станет спасать меня, этих слов оказалось достаточно.

— Сделаю, госпожа, — резко выдохнув, сказала Патти, отставляя поднос с графином на отдельный столик, — а теперь, раз вы уже не спите, давайте я вас причешу и одену. Гости могут нагрянуть с минуты на минуту.

* * *

Опять пару дней Фернана никто не навещал. Он начал сильно волноваться, но вдруг вспомнил, что читал в одном романе. Там герой, правда не главный, тоже попал в тюрьму и ждал, что его придут допрашивать, готовился к пыткам, но о нём как будто забыли. В результате он так переволновался, так накрутил сам себя, что первый же дознаватель узнал у него всё, что тот собирался мужественно скрывать.

Он тогда ещё смеялся над собой. Как же: великий маг и читает всякую ерунду в глянцевой обложке. Но в карете делать было нечего, а книжка просто так валялась. Сейчас он готов был сказать её автору спасибо за ценный урок.

Расслабиться! Главное — расслабиться и не волноваться. Они просто играют на моих нервах, — решил он про себя.

Вместо того, чтобы дёргаться, он стал про себя составлять план обучения для Александры. Простыми заклинаниями она худо-бедно овладела, пора переходить к сложным, тем которые составляются самостоятельно, к случаю и по потребности. Есть ещё пробелы. Зельями они пока не занимались, а у ведьм это чуть не главный навык. Построение порталов… Ведьмам это не дано, но Алекс к тому же ещё и маг. Стоит хотя бы объяснить принцип и показать методы расчёта. С математикой у его невесты крепкая дружба.

Невеста… Может, она уже давно ему никто. Вернётся радостный, а его встретят: простите, вы свободны и можете идти на все четыре стороны.

Нет! Она с ним так не поступит. Не выбросит на помойку! Он ей нужен хотя бы как учитель.

Боги! Скорее бы выбраться из этой ямы, скорее бы в Кирвалис!

Наконец за ним пришли. Сначала надели антимагические кандалы и отвели в какие-то гостевые покои, где дали возможность помыться в горячей ванне и переодеться. Несмотря на мучительную боль, причиняемую кандалами, Фернан чувствовал себя почти счастливым.

На ум пришел только один вариант: его наконец пожелал увидеть император. Ни для кого другого заключённого бы мыть не стали. А вот пред очи его величества никак нельзя представить плохо пахнущего субъекта. Отсюда и ванна с душистым мылом, и чистое бельё.

Одеваясь, Фернан случайно глянул на себя в зеркало и чуть не заплакал. И раньше-то красавцем не был, а сейчас от него один профиль остался. Что ж, только бы выбраться, попасть в Кирвалис. На тамошних харчах он быстро отъестся и похорошеет настолько, насколько это для него вообще возможно.

Догадка насчёт того, кто пожелал его видеть, оказалась верной. Фернана долго водили по коридорам и лестницам для слуг и наконец привели в малый кабинет, который император использовал для встреч с теми, кого не желал показывать приближённым.

Сильвестр встретил своего бывшего придворного мага в обычной позе: развалясь в удобном кресле перед столиком, уставленным напитками и закусками. За отдельным столом секретарь шуршал бумагами, готовый записывать каждое слово монарха.

— Заходи, заходи, — добродушно произнёс Сильвестр, — расскажи нам, что там у вас в Кирвалисе творится? Вернее, что мой бывший канцлер творит.

Фернан ни на минуту не обманулся приветливым тоном императора. Поклонился пониже, поприветствовал монарха как положено, а потом ответил:

— Хотел бы я это знать, чтобы вам рассказать подробно и в точности, но увы! Графа Арундельского я видел в последний раз тогда же, когда в последний раз посещал столицу. Это если нынешнего случая не считать. С тез пор две декады минуло. Боюсь, ваше величество, вы лучше меня всё знаете.

— Так как насчёт Кирвалиса? — голос Сильвестра стал жёстким.

— Ваше величество, насколько я смог заметить, Кирвалис умеренно процветает. Люди не голодают, товаров на рынках достаточно, цены приемлемые, налоги выплачиваются в срок. Нищих и бродяг немного. Чего ещё желать герцогству под вашим правлением? Но, кажется, я повторяю своё донесение, сделанное на прошлую луну. Если сейчас что-то изменилось, то разве что за время моего отсутствия.

— А что там твоя невеста? — прищурился император.

— Моя невеста? — искренне изумился Фернан, — Ваше величество, она всё ещё моя невеста? Мне не верится.

Сильвестр довольно захохотал.

— А ты малый не дурак, — заметил он, — но дурак немалый. Помолвка-то у вас магическая, так просто не разорвёшь. Так что пока Идалия Раен остаётся твоей невестой. Но ты мыслишь в правильном направлении. Когда придёт время выйти замуж, я подберу ей жениха получше. Магия — это хорошо, но для меня важнее хорошее управление провинцией. А пока потешься, походи женихом. Ты же её вроде как магии вздумал учить? Да, да, слышал я объяснения от Стефана. Есть ли в них правды хоть на медяк?

Фернан снова поклонился и произнёс:

— Я не знаю, что именно говорил вашему величеству граф Эстеллис, но если он повторял то, что пытался объяснить ему я, то можете быть уверены: там всё чистая правда. Никакой отсебятины, только результаты исследований магов Девяти королевств, опубликованные в научных журналах.

— И про затухание магии у детей при неиспользовании её родителями? — недоверчиво переспросил Сильвестр.

— Совершенно верно, ваше величество, — подтвердил Фернан и подумал, что раньше никогда бы не решился так нагло врать императору прямо в лицо.

Тут он мог быть совершенно спокоен: Сильвестр питал непреодолимое отвращение к печатному слову, поэтому вряд ли запросил бы соответствующие издания для ознакомления. Конечно, он мог бы поручить это своим секретарям, но тоже вряд ли. Парни в магии ни бум-бум. А искать специалиста и потом слушать его заумный доклад вообще не в характере императора.

Реакции императора пришлось ждать минут пять. Он не на шутку задумался. Взгляд замер, уставившись в одну точку, губы шевелились, как у малограмотного, пытающегося читать.

— Надо будет подумать, за кого всё же выдать девочку, — сказал наконец Сильвестр, — Но не за тебя, даже не мечтай. Она прирождённая герцогиня, а раз понравилась Стефану, значит, не безнадёжная уродина. Найдём ей подходящего жениха из наших, из дворян первого эшелона. Так что губы не раскатывай.

Он снова захохотал, довольный, что удачно ввернул выражение из арсенала базарных торговок.

Фернан вздохнул. О чём вообще речь? Он тут, а она там, далеко. Что будет дальше вообще неизвестно. Одно ему ясно: Алекс будет очень трудно без его помощи. Она сильная, но такая неопытная! Мало они ещё заклинаний изучили, мало тренировались. Ей бы ещё годик, всего один год, и никакие императоры ей не страшны. Но судьба столько времени ей не даст, это и сейчас видно.

Меж тем Сильвестр переменил тему. Сказал внезапно:

— Я послал в Кирвалис людей проверить, правда ли, что граф Стефан так тяжело болен, что его нельзя отправить сюда. Но мне нужна двойная проверка. Чтобы одновременно с двух сторон — оттуда и отсюда. Контроль, если ты понимаешь, о чём я.

Фернан снова склонился. Знал, что поклоны милы сердцу императора и могут переменить гнев на милость.

— Я не очень понимаю, что ваше величество имеет в виду, но контроль — это всегда уместно. Если я могу чем-то помочь, как-то поспособствовать — располагайте мной.

Император довольно зафыркал, как сытый кот, и сделал знак секретарю. Тот встал, открыл дверь и впустил в кабинет новое лицо, Пелароса Готтельского.

Сильвестр наставил на него палец.

— Пришёл? Молодец. А теперь иди в свои покои вместе с вот этим парнем, пусть он тебе поможет перейти в замок герцогов Кирвалисских. Он-то точно должен знать, как активируется созданный им самим портал. Только… Смотри в оба! Ты пойдёшь, а он тут останется!